Вскрытие

Я стоял у входа в трёхэтажное здание. Прохладный ветер обдувал моё лицо и шею. — Готов, Крис? — улыбнулся мужчина, стоявший рядом со мной. — Да. — Идём, всё тебе покажу. И я направился за ним, входя в здание, также известное как морг. Мужчина был главным здесь, в этом царстве мёртвых. Ричард Джонсон, так его звали. Я следовал за ним по пятам, надеясь не отстать. Я учусь на патологоанатома, и сюда приехал практикантом. Пока мистер Джонсон всё мне показывал и рассказывал, я решил уточнить: — А работать я буду с вами, да? — О нет, боюсь, что нет. — Оу… — Расстроился? — улыбнулся он. — Просто я здесь знаю только вас. — Ну, ну, не бойся. Твой шеф тоже опытный, вы поладите… — Дай сюда!!! — раздался ор какого-то мужчины. В следующий миг мимо меня промчалась хихикающая девушка в белом халате, а из-за поворота выскочил врач. Мужчина довольно высокий и очень толстый. На большом животе едва держались пуговицы белого халата. Едва они увидели босса, как девушка попятилась к незнакомому мне парню. — Не напомните, в который раз я ловлю вас за этим увлекательным занятием, доктор Флейм? — со скепсисом спросил Джонсон. — Хех… за месяц, или неделю? — Крис, это твои коллеги. Данную неугомонную особь женского пола зовут доктор София Флейм. Фамилия шла её рыжим огненным волнистым волосам. Девушка была среднего роста, немного упитанная, довольно статная и симпатичная. Она посмотрела на меня тёмно-зелёными глазами и улыбнулась. — Привет. — Привет. Крис Темпест, — вежливо ответил я, выдавив улыбку. Нервничаю немного на новом месте. — Это стажёр из университета. — пояснил ей Ричард. — Гранде, так и будете стоять? Тот что-то пробубнил и подошёл к нам. Ему около тридцати лет, у него иссиня-чёрные волнистые волосы и большие голубые глаза. Вблизи его живот оказался ещё больше, смахивал на пивной, который врач себе отрастил. С виду довольно мягкий и немножко упругий. Я про себя отметил, что если он его сильно втянет, то повредит позвоночник. — Крис, это доктор Рафаил Гранде. Твой наставник. — Ч… а? — растерялся врач. — Пардон, почему вы мне раньше не сказали? — Потому что ты на звонки не отвечал. Он вздохнул и посмотрел на меня. — Ну здравствуй, мой новый ученик. — Здрасьте, мой новый учитель. Рафаил чуть хмыкнул. Затем дёрнул за волосы Софию и протянул руку. — Ничего отдать не хочешь? — Не, не хочу, — она демонстративно вынула из кармана халата мужские наручные часы и надела на своё бледноватое запястье. — Было ничьё, стало моё. — Там мои инициалы! — он показал на буквы «Р.Г». Флейм глянула на них и невозмутимо мотнула головой. — Это может значить что угодно. — Господи, — протяжно вздохнул патологоанатом. — Итак, — огласил Джонсон. — Передаю тебя, Крис, на попечение этих двоих. Будут обижать — скажи. И он ушёл в свой кабинет. Гранде забрал у девушки свои часы, и надевая, обратился ко мне: — Ты как, нормально на трупы реагируешь? — Не то, чтобы у меня был выбор, — неловко усмехнулся я. — Было так, что студенты теряли сознание первые несколько раз, вот и спросил. — Тебе всё здание показали? — спросила София, надевая очки. — Первые два этажа. — Замечательно, — сказала она, сосредоточенно смотря на стёкла. Затем стала их протирать краем халата. — А вы мне третий покажете? — Нет, — в унисон сказали оба. Я вопросительно на них уставился. — Там ремонт идёт, мы на третий не поднимаемся. Никогда, — сказал Рафаил, смотря мне в глаза. — Мы — это и ты тоже. Понятно? — Вдруг что-то на голову упадёт, правда, лучше не подниматься туда, — в противовес его строгому тону мягко сказала девушка. — Но… а почему я ни одного работника не видел? — неуверенно спросил я. — И шума тоже нет. — Может, у них перерыв, мало ли, — пожала плечами она. — Пойдём, — Рафаил кивнул головой в сторону коридора. — Покажу, с чем работать будем. — Стоять! — София ухватила его за плечо. — Ничего не забыл? — О чём… ясно, — он похлопал себя по бокам, груди и бёдрам, а затем извлёк из кармана джинсов карту. — На. — Ыхыхых, спасибо, — заулыбалась она, и глаза её заблестели. — Я богата! — Да, да, аж десять раз. Узнаю, что пила энергетик — накажу. — Не волнуйся, не узнаешь. И она умчалась к выходу. Рафаил вздохнул и пошёл. Я поплёлся следом. — Чем вас энергетики не устроили? — спросил я осторожно, стараясь завязать беседу. — Тем, что она ими себе язву чуть не заработала. И можно на «ты». — Хорошо. А она будет с нами работать? — Ну, если будет больше одного трупа в конце рабочего дня, то возможно. Мы вошли в помещение, где на столе лежало тело. Это был молодой парень. Рафаил натянул перчатки и показал мне на бумаги. Я взял их и ручку. — Пиши: мужчина худощавого телосложения. Трупное окоченение во всех группах мышц выражено удовлетворительно… Он вскрывал, а я записывал и наблюдал за ним. Если честно, он сначала произвёл на меня впечатление продажного врача, который за определённую сумму при смерти от выстрела напишет, что человек умер от инсульта. Таким толстеньким пузатеньким врачам ничего не стоит поступиться клятвой Гиппократа. Но конкретно этот оказался вполне себе нормальным. Когда он закончил, то устало развалился в кресле и закурил прямо в помещении, массируя объёмный живот, скрытый под белым халатом. Звуки, издаваемые его желудком, давали понять, что Гранде проголодался. — Ты как? — спросил он. — Я в порядке, — я накрыл труп простынью. — Есть будешь? — Смотря что. — Ну, — он потянулся к телефону и пробежал глазами по экрану. — Сейчас нам принесут пончики, пару буррито и пиццу. — Кто? — не понял я. Тут дверь открылась и к нам вошла София с пакетом в руке и какой-то бутылкой, из которой она жадно пила. — Моя кормилица! — обрадовался Раф, беря у неё пакет и сильно чмокая щёку. Труп увезли двое работников, а мы трое стали обедать. — А… — Раф вынул один-единственный маленький кусочек пиццы. — А где? Флейм показала на свой живот. Гранде вздохнул и впихнул в рот пончик. — Скучно сегодня, — констатировала рыжая, откинувшись на пузатого Рафаила. — У меня только один за весь день. — У нас тоже. — Ой, не дыши на меня, дымом пахнет, — она отвернула от себя его лицо и стянула буррито. Раф ухмыльнулся. Затем резко повернулся к ней и дунул в личико. — Змей-Горыныч хренов, — ругнулась девушка, сев ко мне. — Бери с Криса пример. Человек сидит спокойно и не пыхает в помещении. — У меня просто с собой нету, — улыбнулся я. — Ха! — победоносно выдал брюнет. — Боже, как я живу? — протяжно вздохнула Флейм, кусая буррито. — ни энергетиков, ни свежего воздуха, ни трупов интересных. — Слушайте, сколько времени? — спросил я. — Так… — Раф глянул на экран телефона. — почти шесть вечера. — А там всё так же тихо, — я показал на потолок. Над нами был третий этаж с каким-то беззвучным ремонтом. Патологоанатомы переглянулись. — Ушли наверное. Или выходной сегодня, не знаю, — пожал плечами Гранде, стараясь выглядеть спокойным. — Тебя так волнует наш третий этаж? — усмехнулась София. — Мне просто интересно. — Как-нибудь узнаешь. Ох, острое, — она отложила буррито и потянулась к бутылке. — Давай, — Раф забрал мясной свёрток и стал есть сам. — Крис, ты помнишь, куда их уносить? — он кивнул на бумаги, исписанные моим почерком. — Я немного забыл. — Пошли, покажу. Мы пошли к двери, и на полпути Рафаил остановился и замер. — Раф? — напрягся я. — Рафаил? — Софа встала с кресла. — Ай, — он взялся за грудь и зажмурился. — Чш-чш-чш, давай присядем, сладенький! Девушка усадила его в кресло у стола и взяла лицо в руки. — Сильно болит? — Сейчас… ох… сейчас пройдёт… — Мой бедный, — она поцеловала его в щёку и погладила по ней. А, так они парочка. Довольно мило смотрятся. На фоне отъвшегося Гранде Флейм выглядела тростинкой. Через минуту Рафаил ровно задышал, пока София ласково поглаживала его по груди и толстому животику. — Часто у тебя так? — спросил я аккуратно. — Ну… бывает. — И ты куришь? — Я ещё и пью, и ем, как ни в себя, можешь не отчитывать. — он накрыл на солидном пузе ладонь девушки. — Посиди, малыш, — она снова поцеловала его в щёку и выпрямилась. — Пойдём, Крис, я провожу. Мы унесли отчёт, а когда вернулись, Джонсон разговаривал с Рафаилом. — … с ума что ли сошли? — изумился начальник. — Будто это я начал. — Мф, боже… ладно, давайте вы сами поосторожнее. Я попробую… я постараюсь что-нибудь сделать. — Мгм. Раф заметил нас в дверях. Начальник удалился, а мы остались втроём. — Ты как? — Флейм подошла к мужчине и приобняла за плечи. — Я в порядке, — он погладил её руки на себе. — Не волнуйся. София наклонилась и поцеловала его, поглаживая пузцо. Тот тихонько простонал, льня к рыжей. — Сладенький. — Да, пышечка? — Я за тебя очень волнуюсь. Ты прибавил… заметно… ты довольно хорошо поправился, милый, но мне кажется… мне кажется, тебе стоит немного похудеть. Он поджал край губ и посмотрел на Софу. — Тебе прямо так надо? Может, пока нормально? — Рафи, я очень люблю тебя с таким большим животиком, ты ведь знаешь. Но за последний месяц у тебя уже четвертый раз колет сердце. Пожалуйста, милый, давай попробуем немного скинуть? Я буду худеть с тобой, если тебе станет полегче. — Не хочу на диету, — захныкал он капризно. — Давай я лучше курить брошу? — Сладенький… — Я брошу, и если лучше не станет, то похудею. — Ты так диеты боишься? — Как огня. — Мой пончик, — вздохнула София, улыбнувшись. — Ладно, давай. Мой пугливый мальчик. — Неправда, — буркнул Рафаил, утыкаясь лицом в грудь Флейм. — Скоро домой, что кушать будем? — Суши хочу. — Я тоже. Я неловко кашлянул в кулак. Оба посмотрели на меня. Софа отпустила живот Рафа. — Так это… что там босс хотел? — спросил я. — Просил остаться сегодня подольше. Это только нас с Софит касается, так что ты можешь идти домой. — Ладно. А завтра мне во сколько приходить? — Эмф… — Раф глянул на часы. — ну давай к полудню. Разрешаю отоспаться, мой ученик. — Спасибо, учитель. Мон шер, — я театрально поцеловал руку Софы, — прощайте. — Прощайте, майн либер! — шутливо кокетничала она. Рафаил закатил глаза, глядя на это всё, а я забрал телефон и удалился. Жить мне предстояло в небольшом общежитии, где мне досталась целая персональная комната. Я решил закончить разбирать свои вещи, чего не успел сделать вчера, ибо устал. Когда я закончил раскладывать одежду, книги, и другие предметы быта, мне захотелось есть. На часах было уже девять, десятый час. Шустро собравшись, я метнулся в магазин. Путь мой пролегал мимо морга. Там горело одно-единственное окно на третьем этаже. Что за нафиг? Рабочие что ли пришли? Что им там делать на ночь глядя? Тут за окном появился чей-то силуэт. Крупный и какой-то угловатый. На секунду я подумал, что это задержавшийся Рафаил, но потом отмёл эту мысль. Он более округлый, и у силуэта не было внушительного живота. Он не толстый, а именно большой. И он вдруг повернулся и уставился прямо на меня. Я не мог разглядеть его лица, но всем телом чувствовал его взгляд. Мне стало не по себе. Тут свет в этом окне погас. Я поёжился и быстро пошёл дальше. Кто это был? На третий этаж никто не ходит, тем более что там делать ночью? Так, стоп, чего я как маленький? Наверняка кроме Рафаила и Софит остались ещё работники, а наверх поднялись проверить что-то. Или там вещи кто-нибудь свои забыл. В магазине я к своей неожиданности встал в очередь. Поздно уже, а народу человек семь. Пока я стоял, я задумчиво бросил взгляд на окно. Вдалеке виднелось здание морга. Там опять горел свет на третьем этаже, только теперь в нескольких окнах. По спине пробежали мурашки. Благо, в обратную сторону я шёл не один. Какому-то пожилому мужчине нужно было идти в том же направлении, я пристроился за ним. Как только он увидел свет, то изменился в лице, прибавил шагу и отошёл как можно дальше. Я рванул следом, стараясь не отставать. Да что тут не так? Что происходит? Ладно, завтра расспрошу Рафа. Интересно, они с Софой там ещё? Дома я быстро приготовил себе сэндвичи, и поев улёгся спать. Мне снились кошмары. Будто какая-то девушка привязана к операционному столу, она плачет и кричит, пока её режут люди в окровавленных белых халатах. Я с ужасом узнал комнату, в которой сегодня работал с Рафаилом. Затем на месте девушки оказался я, надо мной с хищным оскалом стоял Раф, а рядом хихикала София, крутя в руках скальпель. Потом вскрывали уже Гранде. Вернее, сначала вскрыли живьём, а потом начали есть… заживо… Наутро я, ясное дело, был не выспавшимся. В морг я плёлся с нежеланием и настороженностью. Однако, там всюду сновали люди. Вдруг я почувствовал, как меня хватают за плечо и бок, и сильно вздрогнул, резко подскочив и обернувшись.