Глупый альфа, хитрая омежка

Эта ночь была самой долгой в жизни альфы. На улице было настолько темно, что даже острый взгляд Хвана ничего не мог разглядеть в темноте. Прям как глаза Ликса, омеги, который так любит его, и так возненавидит теперь. Тяжело объяснить тому, кто не хочет слушать тебя и понять, полагаясь на свои чувства и переживания. Как теперь смотреть ему в глаза? Как донести до него то, что это не альфа виновен, и это простое недоразумение. Шумно вдохнув воздух, Хенджин повернулся и увидел подходящего к нему лидера. Ч – Ну что думаешь делать? Думаешь, сможешь его переубедить, если ты рассказал нам правду. Х – Что значит правду? Я что, когда то врал тебе? Мне нужно знать все о нем, о Сану. Он не простой, я так понимаю, его родители влиятельные особы, раз он прошел ко мне в гримерку без лишних вопросов. Ч – Об этом не беспокойся, я все узнаю и предупрежу стафф, что бы ни повторялось больше такого. Но вопрос в другом, как теперь наладить с Ликсом отношения? Я так боюсь за него. Он такой маленький и хрупкий. Ты видел его сегодня после всего этого? Х – Я испугался, что он сбежал, но когда он вошел я испугался еще больше. От нашего лучика солнца ничего не осталось, он был чернее ночи. Его глаза, что случилось с цветом, они стали черные. Ч – Я думаю, тебе в этом может помочь Минхо. Он с ним очень близок и помогает во всем. Надеюсь, он направит Феликса в нужное русло. А тебе вот что хочу сказать. Прежде чем с кем – то спать, проверь его данные. А то получится вот такая херня. Я пойду и попытаюсь поговорить с Минхо. Возможно, он его уже успокоил. Ты тоже иди спать, у нас завтра выходной, можно подумать о многом. Давай брат, я пошел. Х – Ты думаешь, он меня простит? Я просто не могу в это поверить. После увиденного, я ничему не могу верить. Ч – Если любит, простит, но не сразу. Теперь тебе придется завоевывать его внимание, снова. Чани ушел на второй этаж. Хван стоял на улице и просто сжимал кулаки от безысходности. Он вошел в дом. Взяв стакан, он набрал воды и выпил всю до капли. Жажда не унималась, альфа выпил еще несколько стаканов. Помаячив по комнате, поднялся наверх. Он шел по коридору и остановился у двери, откуда доносилась музыка. Сел напротив, поджав к себе колени руками. Хван смотрел на дверь, которая сегодня ему уже не откроется, и вряд ли откроется теперь. Глаза беспомощно остановились на дверной ручке. Музыка стихла, и послышалось сопение. Это его омега спит в объятиях старшего, ища в них спасение от душевной боли и страданий. Альфа сидел и перебирал мысли, словно колоду карт. Время шло к утру. Пора подниматься с пола и идти спать, но вот ноги думают иначе. Хван лег рядом с дверью и уснул. Утром вставать совсем не хотелось, только вот лучи солнца разогревшие щеки Ликса, так и прыгали по его веснушкам. Омега открыл глаза и увидел, что в комнате чисто и кроме него никого нет. Глаза опухли от слез. Лицо тоже немного запухло. «Хорошо, что сегодня выступать не надо и расписания нет. Могу немного подумать, что делать дальше» - омега отвернулся от солнца и потер заплаканные глаза. В дверном проеме показалась фигура. Сначала она просто промелькнула, а потом решилась войти. Это был Чани. Он вошел и с разрешения омеги присел на кровать. Ч – Привет малыш, как ты? Ф – А есть ли смысл спрашивать? По мне разве не видно? Ч – Малыш, ты можешь выслушать меня. Я хотел бы тебе рассказать кое-что. Ф – Нет, спасибо, но я не хочу слушать. Мне хватает глаз, что бы понять, какой альфа порядочный и хороший, а какой хочет прикидываться им. И у него прекрасно получалось, до вчерашнего дня. Ч – Родной, я переживаю за вас обоих, вы мои братья, хоть и не кровные. Я не могу смотреть на него, он всю ночь провел под твоей дверью, ожидая, что ты выйдешь и поговоришь с ним. А по другую сторону двери ты! Плачешь и ничего не говоришь. Как мне поступить скажи? Ф – Я в своих проблемах разберусь. Группа не пострадает. Ч – Я ведь не о группе говорю. Я о вас говорю. Ваши отношения, ваша связь… Ф – Нет больше отношений. Если ты не против, то я пойду в душ. Прости, но я говорить больше не хочу. Феликс поднялся на ноги и рукой указал Чани на дверь. Тот же в свою очередь встал и вышел из комнаты. Омега взял полотенце и пошел в душ. Утро. Минхо открыл глаза и медленно встал с кровати. Ему так жаль Ликса, ведь он самый младший и такой ранимый. Он столько прошел, что бы начать доверять Хвану и тут такой поворот событий. Он лежал, свернувшись калачиком, что бы закрыться от всех, от всего мира. Но жаль что это только начало всех проблем. Минхо убрал комнату, проветрил, потому что жутко пахло алкоголем и сигаретами. Он подошел к двери и не смог ее открыть. Что-то подпирало ее снаружи. Ну, насколько сил хватило, он смог открыть эту дверь и увидел Хвана, лежащего прям над дверью. М – Хенджин, ты, что тут делаешь, просыпайся. Иди к себе в комнату. Не хватало, что бы ты еще к Ликсу в комнату заперся. Х – Ммм … Я должен с ним поговорить. Пусти меня Минхо – Хван пытается заползти в комнату к Ликсу, но старший омега преграждает ему путь. М – Нет, только не сейчас. Мне столько сил пришлось приложить, что бы его успокоить, а ты все разрушишь. Давай сделаем так, я немного его обработаю, а потом ты сможешь с ним поговорить – Альфа обвил своими руками старшего и не отпускал. Х – Хорошо, как он там, ему совсем плохо, скажи мне. Может ему что-то нужно? М – Хуже, чем тебе в сотню раз. Ты помнишь, через что вы прошли, что бы доверится друг другу и все так просто разрушилось? Так, я сейчас иду на кухню и сделаю ему завтрак, а ты идешь к себе и выспишься. Все иди, вставай. Х – Хорошо, я буду ждать твоих известий. Хван поднимается на ноги и уходит к себе в спальню. Минхо спустился вниз и на кухне встретил Чани. Разговора не избежать и он решил бить первым. М – Ну что, я жду твои мысли по этому поводу. Мне кажется, здесь что-то не чисто. Как этот омега смог пройти через охрану и не вызвать к себе интереса? Тебя это не смущает? Ч – Я уже все узнал, с утра я поговорил со стаффом, и узнал кто это был. Это сынок крупного магната и по совместительству сын друга директора нашей компании. Вот отсюда ножки то и растут. Я уверил наш стафф, что этого человека не нужно пропускать к нам, и он мешает нашей деятельности. М – И ты наивно подумал, что он снова воспользуется своим положением, что бы добраться до Ликса, не, это хитрый омега. Его действия сложно предугадать. Будем еще более внимательными к нашему окружению. Ты поговорил с Хенджином? Ч – Да. Я поговорил с ним. Но думаю, что он еще долго будет в печали. М - Ах ну да я забыл совсем об таком важном действии ка солидарность… А как там Ликс волнует походу только меня. Ч – Не бери на себя слишком много Минхо, если ты заботишься о нем больше всех, то может это о других ты забыл? Они такие же омеги и альфы, как и все, просто ты немного больше времени уделяешь Ликсу, нежели остальным. М – Конечно ему, а кому еще? Они все взрослее него и опытнее, а он такой маленький и беззащитный. Вот я и приглядываю за ним. Хотя, мне кажется, его характер еще никто не видел. Это только малая часть того, что он может. Вот увидишь, он еще покажет себя. Ч – Я надеюсь, что эти слова пойдут в пользу Ликсу, а не во вред. Ладно, я пошел в студию. Минхо сделал завтрак на двоих, а не на восьмерых, как обычно, и с подносом пошел к младшему в комнату.