Глупый альфа, хитрая омежка

Х – Наконец я смог войти к тебе, пусть даже в палату … - Хван улыбался во все клыки и излучал счастье в чистом виде – Я люблю тебя Феликс! Альфа стоял в дверном проеме с большим букетом цветов и сумками сладостей. Он увидел своего любимого человека живым и почти здоровым. Да, еще и к тому же, беременного от него. В палате запахло яблоком с корицей и шоколадом. И запахи идеально подошли друг к другу. Они сплелись в танце света и воздуха и идеально дополнили ситуацию. Хван медленно подошел к Ликсу и обнял его, не сильно, дабы не переусердствовать и не раздавить от счастья и любви. Ликс же расплакался как маленький ребенок, он прижимался к родному телу и так же шумно вдыхал его запах… Такой свой, такой родной, такой сладкий… Они вцепились друг в друга, как будто они потеряют себя и своего человечка навсегда. Хенджин успокоил омегу одним движением. Он поднял его лицо за подбородок и поднес к своим губам… Поцелуй, такой долгожданный, такой сладкий. Они слились в нем, омега обнял своего альфу за плечи, и каким образом, так никто и не понял, он оказался на нем сверху, прижимая своими аппетитными яблочками пах альфы, который и без этого был уже возбужден. Хенджин гладил своего омегу везде, куда мог достать, от такой прикосновений Ликс простонал прямо во время поцелуя. Стонал тихо, но так высоко и сладко, что Хван уже был готов потерять разум, но вовремя пришел в себя. Поцелуй не прерывался даже в тот момент, когда Хван вернул омегу на свое законное место. Минута, еще одна и воздух уже заканчивается в легких. Все-таки придется оторваться. Они посмотрели друг на друга, улыбнулись. Веснушки этого омежки танцевали на его лице победный танец. Счастье вырывалось из их тел и заполняло всю палату. Хван лег рядом и положил Ликса на свое плечо. Х – Зачем? Только скажи мне зачем? Чим? Или Ликс? Как тебе больше нравится? Ф – Ликси, мне нравится Ликси. Ну как тебе сказать. Я сам заигрался, но не мог подумать, что ты меня не узнаешь… Х – А как я мог узнать, ты носил линзы, красил волосы, маска и говорил ты другим голосом, как я мог понять? Подготовились с Минхо вы основательно. Я рад, что мой истинный такой хитрый, целеустремленный и волевой омега. Ф – Да, подошли со всей серьезностью. Но когда ты мне оставил метку, тут я очканул. Пришлось три раза вымыть тело, потому что из-за метки я пах тобой, ну и заклеивать ее, что бы никто не видел. Хорошо, что она была временная. Х – Я не мог представить, что все так закручено. Но теперь я намерен провести с тобой всю свою жизнь. Ф – Кстати по поводу всей жизни, тебе все ровно не отвертеться от меня, и ты знаешь почему – Ликси обнял свой еще пока что плоский животик. Хенджин опустился к животику, приподнял рубашку и прислонился к нему головой, обхватив Ликса за талию. Он просто вдыхал его запах, и слушал сердцебиение своего малыша. Х – Мои малыши, я так вас люблю. Я чуть с ума не сошел, когда узнал что ты ушел к Сану … и когда мне сказали что ты мертв, я был готов лечь рядом с тобой. Ф – Как Ромео и Джульетта? Х – Да, как они. Я летел так, что не видел стрелку спидометра. В больнице мне сказали, что ты беременен, тут я понял, что меня обвели вокруг пальца, но до конца не понимал, в какой авантюре я принял участие – Хван немного рассмеялся и поцеловал животик. Ф – Ты же знаешь, я не плохо разбираюсь в головоломках, и прекрасно их создаю сам… Ложись ко мне… Тут Хенджин встал на ноги. Он присел на одно колено и достал из кармана коробочку с кольцом. Омега вытаращил глаза на него. Он поднял уже покрасневшее лицо и протянув коробку, открыл ее и произнес: Х – Ли Ён Бок. Готов ли ты провести со мной всю оставшуюся жизнь, Готов ли ты отдать свою жизнь в мои руки и доверять мне полностью и безоговорочно. Готов ли ты рожать мне детей, пока смерть не разлучит нас. ВЫХОДИ ЗА МЕНЯ ЗАМУЖ! Челюсть Феликса еле держалась на одном месте, что бы не запрыгать по полу. Глазки омеги наполнились слезами, он прикрыл лицо руками и не мог и слова сказать. Потом он все-таки собрался и попытался спуститься на пол. Но альфа, подбежав к нему, не дал этого сделать. Они оба сели на колени на кровати. Взялись за руки, и Ликс произнес свое веское слово… Ф – Хван Хенджин, я готов провести с тобой всю свою жизнь, готов отдать тебе свою жизнь полностью и безоговорочно. Я готов родить тебе детей, но это еще надо обговорить, до старости я рожать не готов. Я говорю тебе да! Это была минута триумфа и полной победы Ликса над своими страхами. Он доверился Хвану и почти не прогадал, за исключением того что его избили и он забеременел. Но в эту минуту их мало что волновало. Они смотрели друг на друга и верили в то, что сказали моментом позже. Вот тут пришло время расплакаться Хвану. Его слезы были такими большими, что можно было утопить в них кого-нибудь. Ликс это видел в первый раз. Так неожиданно… Омега принялся успокаивать альфу, Это что-то новое. Они провели вместе почти до вечера, Хван так не хотел уезжать, что ходил к лечащему врачу и просил его поселить в этой же палате, но тот отказал ему. Х – Кстати, о предложении руки и сердца знаем только я, ты, и еще один человек … Ф – Минхо … тут и в воду глядеть не нужно, что бы это понять. Х – Да, он, и это его слова, которые я прочитал. Он сам их составил. Ф – Я думаю это те слова, которые он хотел бы услышать от Хана, думаю, ты мой намек понял… Х – Я понял тебя. Мне нужно возвращаться. Я так не хочу уходить от тебя… Ф – Я знаю, иди, ты придешь и завтра и послезавтра и всегда, и забирать отсюда будешь меня ты … Х - До скорой встречи Ликси, я люблю тебя. Ф – И я тебя люблю, мы тебя любим. Хенджин вышел из палаты в коридор, за окном уже давно темно и автобусы не ходят. Он набрал Чани и попросил его забрать. Окна Ликса выходили в больничный двор и главный вход. Он смотрел туда и видел своего альфу, ожидающего машину, которая его заберет. Ликсу было так тепло и приятно, что он улыбался без остановки. Но вот подъехала машина, и Хван уехал к ним домой. *** Х – Так если ты сейчас не будешь есть, то я больше не приду – Хенджин сидел на краю кровати и держал в руках тарелку с кашей. Ф – Не честно, я не хочу кашу, я хочу бутерброд …. – Ликс сложил свои маленькие ручки на груди и надул губки, ну прям как маленький ребенок. Х – Значит так да? Хорошо, тогда я пошел домой. – Хван показательно встает и идет к двери. Ф – Манипулятор, вот ты кто, а не мой будущий муж!!! Неси сюда свою тарелку… - Ликси сдвинул брови друг к другу и отвел взгляд в стену. Х – Умница, открывай ротик, к нам летит самолетик – и очередная ложка овсяной каши проглочена. Ф – Лучше бы я проглотил что – нибудь другое – при этих словах альфа чуть не подвился своей же слюной. Х – Что же, например? – его глаза были размером целого блюдца. Ф – Ну не знаю, может быть шоколадную конфету, которую ты мне обещаешь, если я съем всю кашу. Так стоп, а ты о чем подумал? Х - Да так ни и чем, конфету я обязательно тебе отдам, если тарелка будет пустой – Хван опустил лицо вниз, что бы омега не видел глупой улыбки. Ф – Хван Хенджин, вынужден вам сказать, без доли сомнений, что вы, дорогой мой ИЗВРАЩЕНЕЦ! Х – Я знаю, и ты знаешь, чему удивляешься? Так, ты мне зубы то не заговаривай. Давай осталось еще немного. Феликс кривился, плевался, и крутил головой, нехотя есть кашу, но вот и тут альфа нашел выход. Он подносил к его губам ложку и предлагал съесть вместе, и когда Ликс открывал рот, тот запихивал ему всю ложку. И так прокатывало почти всегда, ну и пришлось все-таки пару раз и Хвану съесть. После того как тарелка благополучно была опустошена, омега получил желаемое, бутерброды и парочку конфет. Ф – И все, только пара? А можно еще? Х – Остальные сладости выдаются в другом виде. Он открывает обертку конфеты и кладет ее в свой рот. После он придвигается к омеге, и прости ее забрать, зажимая ее между свои пухлых и без того сладкий губ. Ликс начинает его целовать и пытается языком ее выловить, вот только ничего не выходит. Хван ее глотает, и борьба за конфету превращается в поцелуй. Очередной. Один раз Хенджин не смог прийти. Много было дел (о них будет отдельная глава). И он позвонил ему по видео связи. Х – Малыш привет, как вы там, прости я не смог прийти. Ф – Ничего страшного, главное, ты придешь завтра. Х – А что на тебе надето? Моя рубашка, концертная что – ли, не могу разглядеть. Ф – Да, она самая, я попросил Минхо ее стащить с гримерки, когда мы выступали вместе. Вот и он мне ее передал. Она пахнет тобой и мне так легче и не только мне – указывает на животик. Х – Вот и хорошо, только ключицу скрой от моих глаз, застегнись, пожалуйста… - Хвану становится не по себе. Ф – А что, что-то видно? А что если я сделаю так – он расстёгивает еще одну пуговицу и виднеется его грудь. Х – Не делай так, пожалуйста, мне и так тяжко… - у альфы нарастает возбуждение. Ф – Ты думаешь, мне легко, ты часто думаешь обо мне, таком мне? – Феликс проводит своими пальчиками по шее и передвигается к груди. Х – Очень, почти всегда. – Хван уже на пределе того, что бы, не пустить руку в брюки. Ф – Я хочу тебе предложить что-то – он расстёгивает свои пуговицы полностью, медленно, так же выдавая своим личиком степень желания. Х – Ты в больничной палате, давай потерпим до дома и там уже мы сможем сделать все, чего нам захочется. Ф – Вот и доверяйся тебе блин, все, спокойной ночи! – Феликс отключает видео связь. Х – Вот же неугомонный, все ему хочется попробовать, ну подожди, родишь ты мне ребенка, немного окрепнешь, и я покажу тебе все, на что способен – альфа откинулся на кресло и увидел, что его член уже стоит по стойке смирно. Ну пришлось идти в душ и успокаивать его ручным способом, представляя сексуального Ли Феликса, который прыгал на его бедрах и сладко выстанывал его имя. А Феликс сидел и смотрел на фото, которое ему прислал Сану. Он сделал тоже самое. Гормоны играют, секса хочется, а тут альфа его просто опрокинул, Вот и приходится самому справляться. Только вот его стоны удерживала его собственная рука, а не рот Хенджина.