Расследование ведёт...

-Здравствуйте, лейтенант. Моё имя — Крис Декарт. с сегодняшнего дня мы с вами будем работать в паре. Надеюсь мы построим хорошие доверительные отношения — Какого хера? *** За окном туман и солнце ещё не успело выйти за горизонт. А тёмная комната подсвечивается только монитором ноутбука за которым сидит уставший, недовольный, желающий разбить всё к чертям собачьим. Я. Утро не задалось ещё до того, как оно успело начаться. Представьте, и такое бывает. Мой режим дня никогда не отличался особым… существованием. В конце концов, у лейтенанта полиции всегда найдётся чем заняться, пускай даже и против его воли. А у лейтенанта полиции Лос-Анджелеса работы и того больше. Этот город слишком яркий и бодрый. Если вам кажется, что ваша жизнь слишком однообразна — приезжайте к нам. Возможно даже один день в Эл Эй окажется более насыщенным событиями, чем вся ваша жизнь. Лос-Анджелес — город историй. Как хороших, так нелепых и плохих. За примером далеко ходить не надо. Вот. Буквально неделю назад я прикрыла одного псину. Осуществлял оборот новым видом наркоты. Появился около четырёх месяцев назад. На улицах эту дрянь называют «белая жизнь». Придумал какой-то идиот в одном из забытых Богом районе, другие идиоты — поддержали. Криминалисты и медики же окрестили этот наркотик «ГРАД», что, как по мне, ничем не лучше. Составляя отчёт о проделанной работе, дабы тот был готов к уже сегодняшнему дню, я засиделась до самого утра. Поняла это только после звонка будильника. Ровно 5:30 утра. Даже не думала, что так получится. Хотя. На что я рассчитывала. «Ненавижу отчёты» Прекрасно понимая, что времени на сон у меня просто-напросто нет, принимаю единственное решение — выпить кружку хорошего крепкого и беспросветно черного, как моё настроение, кофе. Это немного помогло ослабить желание спать. Я привела себя в порядок — стало ещё лучше. В зеркале я смотрела на отражение красивой, стройной и уверенной в себе женщины, в полном расцвете сил. «Сам себя не похвалишь — никто не похвалит.» Конец лета. Погода обещает быть солнечной и теплой, но зная наш климат следует ожидать холодного ветра. Поэтому и одежду я выбрала соответствующую: чёрные брюки, белая американка и чёрная кожанка. И конечно добавляю к своему образу высокий хвост и кросовки. Может и не стильно, зато удобно и практично. Тем более никто под униформу мне лезть не будет, чтобы оценить вкус в одежде. После того, как желудок высказал своё мнение об отсутствии завтрака, я возвращаюсь на кухню и наскоро делаю сендвичи, пихаю их в одноразовый пакет. Потом забираю папку с отчетностью со стола. По пути проверяю не оставила ли я какую-нибудь электронику включенной, и, выходя из дома, запираю дверь — маленькие процедуры, обеспечивающие душевное спокойствие. Сев в машину, я отправилась на работу. Прослушивание песен любимой группы сняло мой стресс окончательно. В душе поселилось ожидание хорошего продолжения, пусть и не совсем удачно начавшегося, дня. И по прибытии в участок, моя душа совершенно точно не ожидала и не хотела обнаружить сосунка, говорящего, что с сегодняшнего дня он мой напарник. Теперь день точно испорчен. *** -Какого хера? Вот мы и пришли к этому моменту. Меня стоило видеть. Зрелище было немного комичное: застывшее, как статуя, (не в самой удобной для замирания позе) тело, чуть приоткрытый, ввиду желания выказаться, рот, нахмуренные брови и вытаращенные на мальчишку глаза. Именно мальчишку. По другому его просто и нельзя было назвать. Стройное тело, располагающая к себе улыбка, аккуратность и миловидность всей его внешности и одежды и глаза, в которых суровый мир ещё не успел затушить искру — всё это выдавало его юность с потрохами. И никакая строгая униформа и высокий рост не могли это скрыть — пацан только что закончил академию. И теперь его собирались повесить на мою шею. Ну уж дудки! Я не намерена быть его мамочкой и следить, чтобы злые дяденьки не обидели малютку. Без обид, парень, но мне такого счастья не надо. — Лейтенант? С вами всё хорошо? Одного его обращения ко мне хватило для выхода из транса. Лицо стало строгим. Даже недовольным. Я развернулась на пятках и яростно направилась в кабинет шефа устраивать разборки, предчувствуя поражение. Слишком долго я бегала от этого. Может я ничего и не изменю, но зато наорусь на брата вдоволь. *** — Джозеф Джеймс Бентли, объяснись, какого хрена эта мелюзга говорит мне, что мы напарники?! Ни капли не церемонясь, и отбросив к чертям весь профессионализм я вломилась в кабинет своего шефа. Весь мой вид говорил о крайней степени недовольства. — И вам доброго утра, лейтенант. Могу вам чем-то помочь? И этот сукин сын прекрасно понимал, чем оно вызвано. — Можешь. — Сказала я и тут же защёлкнула дверь на замок, чтобы никто не мог помешать нашему с братом диалогу и подошла к столу, — Ещё раз спрашиваю: «какого хера ты дал мне в напарники ребёнка?» — Теперь говорила я негромко, но чётко, с нотками злости и наглости. — Ребенку всего 27 лет, подумал, что ему обязательно пригодится присмотр такой опытной няни как ты. Брат нарочито смотрел только на бумаге. Не на меня. Знает ведь, как это раздражает. Делал вид, что моё мнение его абсолютно не колышет. Вообще-то так и было, но мог бы обойтись и без этой наигранности. «Интересно в кого он такой пошёл?» — Так-то все за кем я присматривала попадали в тюрьму. — саркастично улыбаюсь я Джозефу, — Некоторым я пускала пулю в конечности. Не обещаю, что с этим не повториться чего-то подобного. — Эта фраза звучит как прямая угроза и провокация. Если ты его пристрелишь или покалечишь — это твои проблемы. Не мои. Прикрывать тебя не намерен. — После этой реплики брат всё же решил удостоить меня своим взглядом и продолжил говорить, — Слушай, мне уже надоело закрывать глаза на все твои… ошибки. Ты хороший сотрудник и ты — Лучший — бесцеремонно прерываю тираду я. Немного озадачивая брата. — Что, прости? — Прощаю. Ты допустил ошибку. Я не хороший, а лучший сотрудник. Джозеф сделал глубокий вдох и что-то пробурчал. — Как я уже сказал, я устал от того, что ты делаешь что-то импульсивное, а мне приходится всеми силами прикрывать твой зад. Пойми же, что кроме раскрываемости для сотрудника полиции важны ещё и такие критерии, как самоконтроль и дисциплинированность. Ты всеми силами пытаешься делать вид, что тебе эта работа вообще не сдалась и ты оказываешь нам большую милость, но я прекрасно знаю, что кроме этой работы у тебя больше ничего нет. И если для тебя это правда важно, то будь так любезна — спрячь свою спесь подальше. Не всегда всё так, как нам того хочется. Ты будешь работать с этим новобранцем. И на этом точка. Ты и так слишком долго работала одна, отметая всех людей, что я к тебе направлял, хотя это было не по правилам. Либо ты работаешь с ним, либо не работаешь тут совсем. Ну вот я и дожилась до этого момента: младший брат отчитывает меня как маленькую девочку. Справедливо, конечно. Но это не мешает мне внутри сгорать от злости. Причём злость эта была не оправдана и ни на кого не направленная. Я просто злилась. Злилась на правду. Джозеф был прав, практически во всём, что сказал. Может, я бы и продолжила спор, но в глазах брата, как и в голосе, читалась усталость, вызванная избытком обязанностей и проблем, часть из которых была вызвана лично мной. — Не драматизируй. — Я обошла стол, чтобы быть ближе к Джозефу, — Уволюсь — лишусь такой великой привилегии, как безнаказанно пилить мозги своему начальнику. — легкий толчок в плечо. — Паразитка. — Звучало это беззлобно и было сказано не чтобы оскорбить, а чтобы просто что-то ответить. — К слову, ты пришла вовремя. — Джозеф резко сменил тон и включил «рабочий режим». — Вот. Возьми - он взял со стола документ и протянул мне - Сегодня утром был найден труп. Вы с новичком должны поехать и осмотреть место преступления. Тело напряглось. Серьезность и мне не чужда. И то к чему всё идёт мне очень не нравится. — Ты же знаешь, я убийствами не занимаюсь. — Убит наркоша. И угадай, что нашли в его доме. Мда. Хорошее начало дня.