Фея Крёстная

      Мы сразу перенеслись из библиотеки в тронный зал. От представшей перед нами картины я на долю секунды впала в ступор. На молочно-белом мраморе растеклась алая лужа крови, в которой на боку в позе эмбриона лежал Люциус. К нему уже подбегали Северус и Ивеллиос и попытались перевернуть раненого. Тронный зал начал заполняться народом. Почему я не заметила, что моему рыцарю грозит смертельная опасность? Выбросив пока эту мысль из головы, я, преодолев ступор, подбежала к Малфою.       В этот момент Люциуса удалось осторожно перевернуть, и все увидели, что он прижимает к груди ребёнка. Совсем крошку, лет трёх-четырех. Мальчик судорожно вцепился маленькими ручонками в мантию мужчины и, спрятав лицо на его груди, тихонько похныкивал.       Северус, что-то тихо говоря, осторожно отцепил ребёнка от Люциуса и передал стоящему рядом Айрону. Ребенка трясло от шока. Ивеллиос тем временем уже пытался заговорить всё ещё льющуюся на мраморный пол кровь, но почему-то всё его усилия были напрасны.       — Отойдите, я посмотрю.       Сев на колени рядом с Люциусом и осмотрев его, увидела несколько пулевых ранений в спину. Одна пуля прошла насквозь через плечо. Ещё две были в теле. Положив руки на его раны, я поняла, что магия не просто не действует, а будто уходит в бездонный колодец. Времени оставалось всё меньше. Рыцарь потерял много крови, и его магия истощалась.       Магия истощается, рядом с Малфоем она тоже будто пропадает: сложив эти факторы, я поняла, с чем мы имеем дело. Уж очень знакомые ощущение. Пули из хладного железа? Боги, но сколько же его тогда на самом деле?       — Так, быстро. Торнфи, найди мне где хочешь, и очень быстро: острый нож, медные маленькие щипцы и шкатулку. Самое крепкое пойло, что найдешь. Ивеллиос, Северус, снимите с него одежду. Нет, Ивеллиос, ручками. Сейчас на него магия не сработает. Шевелитесь! Торнфи, принёс? Девушки в зельеварню: кроветворное, восстанавливающее, остальное после. Бегом.       Поняв, что я хочу сделать, Северус хотел было заменить меня. Но я лишь отрицательно мотнула головой. У меня хоть какой-то опыт в подобном был, а у него вряд ли.       В четыре руки Люциуса раздели и уложили на живот. Под серым магловским костюмом оказалась защита из драконьей кожи. Вот только и пули были непростые.       — Держите его. Чтобы не дёрнулся. Айрон, да унеси ты отсюда ребёнка! Отдай его девушкам, пусть осмотрят, накормят, напоят, успокоят. Все остальные — вон!       Сделав глубокий вдох, взяла в руки нож и сначала заклинанием, а потом, на всякий случай, принесённым пойлом очистила его. Руки ещё немного дрожали, но колоссальным усилием воли всё же смогла успокоиться и взять себя в руки. Плеснув на рану немного алкоголя, сделала первый надрез.       Первая пуля оказалась неглубоко, с ней удалось справиться, и она отправилась в медную шкатулку. А вот вторая… задела лёгкое. Пришлось попотеть. Когда пуля уже была в плену щипцов, я почувствовала, что дух Люциуса отходит от тела. Ну уж нет! Что я Нарси скажу?! Я не некромант ни разу. Этого дара у меня нет и в зачатке. Но вот магия души помогла удержать дух на грани. Это было тяжело. Я пыталась сосредоточиться на ране и на своей магии.       Наконец пуля была извлечена и отправлена в шкатулку. Мне казалось, что прошла целая вечность. Продолжая удерживать душу, смогла лишь кивнуть Ивеллиосу. Он, к счастью, понял и начал исцелять раны уже магией. Северус занялся своими зельями. А я сидела в луже крови и держала, держала и держала душу Люциуса, пока, наконец, не почувствовала, что критический момент пройден. Получилось...       Я почувствовала, как сильные руки подняли меня с пола. Северус отнёс меня в спальню. Напоил зельем. Набрал ванну, избавил меня от окровавленной одежды, уложил в неё. Раздевшись сам, он придерживал меня на поверхности воды. Облокотилась на его грудь. Его руки осторожно смывали с меня мочалкой уже подсохшую кровь. Плохо соображая, что происходит, я просто отдалась во власть таких надёжных рук. Кажется, так и уснула.       Пробуждение настало как-то внезапно. Открыв глаза, поняла, что нахожусь в своей спальне. Из окна сияло уже довольно высоко солнце на безоблачном небе. Не успела я принять этот факт, как входные двери распахнулись, и к моей кровати подошла, держа в руках кубок, неприлично бодрая Ульяна.       — Проснулась? Вот, испей-ка взвару. Тебе силы пополнить надо.       Взяв из рук наставницы кубок, вдохнула восхитительный аромат лесных ягод и пряных трав. Тоска по родине окутала сердце. Вкус брусники и морошки пробудил радостные воспоминания, и я будто скинула с души огромный камень. Хорошо.        Ульяна устроилась на рядом стоящем кресле. Уложила нежно-зелёный подол юбки и сверкнула серо-зелёными глазами, так ярко подчеркнутыми украшенным всеми оттенками зеленого самоцветами на очелье.       — Как Люциус?       — Жить будет твой рыцарь. Вот мне интересно, почему ты меня на подмогу не позвала?       — Ульян, счёт был на минуты.       Перекинув медную косу на плечо, Ульяна лишь кивнула головой, принимая ответ.       — Ты хорошо справилась, учитывая обстоятельства. Ваш блондинчик пока еще не очнулся, но ни его жизни, ни магии уже ничего не угрожает.       — Это ведь ты меня обучала. В том числе и тому, как справляться в критической ситуации без магии. А где Северус? И что с ребенком, которого принес Люциус? Его осмотрели?       — Ребеночек цел, но вот в каком он был состоянии... Над ним, похоже, опыты проводили. Нужно будет время, чтобы мальчик забыл о всех этих ужасах. К счастью, твой юный фей пока прекрасно справляется с ролью няньки. Похоже, случившееся и его шокировало. Он мальчонку даже вашим девушкам не отдает, сам возится. А твой принц с утра отправился в Отдел. Узнать, что же произошло с его другом. Потом собирался в эту вашу школу.       — Что? Ох, я же не успела подправить ему скрывающий амулет.       — Он об этом подумал и обратился ко мне. Тебя не хотел будить. А учитывая, что я была твоей наставницей, верно рассудил, что мне подобное по силам. Так что не волнуйся и давай уже вставай. Сколько можно разлёживаться? Там Влас с тобой поговорить хотел.       Уже на пути к ванной я обернулась и спросила:       — Что-нибудь случилось?       — Нет, просто ему надо вернуться домой. Хотел с тобой попрощаться и скорректировать планы на ближайшее время. Я, с твоего позволения, ещё задержусь.       — Я буду только рада.       Навестив Люциуса и убедившись, что он уверенно идет на поправку, я отправилась к комнатам деда. Он нашелся в своем кабинете за чтением каких-то бумаг. Услышав меня, он поднял взгляд и улыбнулся.       — А вот и ты. Как ты, девочка? Слышал, что вчера произошло. И откуда столько этой дряни-то у вас взялось?       — Очень хороший вопрос, дедушка, — сев в предложенное глубокое кресло и с удобством устроившись, продолжила свою мысль. — Видишь ли, когда я встречала последнего принца Темного двора и по совместительству предка Северуса в семнадцатом веке, он мне поведал очень интересную информацию.       — Да, я понял, о чем ты. Этот момент был в кристалле.       — Тогда он утверждал, что упал метеорит, и большую часть выкованных изделий Древние искали и уничтожали. Но я не в первый раз уже сталкиваюсь с этой гадостью. А теперь ещё и отлитые пули. Ощущение, что наши враги отрыли как минимум железную жилу немалого размера.       — Вряд ли, это железо не из нашего мира.       — Как и те темные лианы, что на ритуальном камне Хогвартса, в том замке, где надо мной пытались провести ритуал и даже, как мне стало недавно известно, в сердце Запретного леса. Тебе не кажется, что слишком уж много иномирной пакости завелось на этих островах?       — Продолжай. Мне кажется, ты не просто жалуешься на ситуацию? У тебя есть по этому поводу какие-то мысли?       Я в задумчивости пробарабанила пальцами по подлокотнику кресла незатейливый ритм. Помолчав немного и обдумав пришедшую мысль, немного неуверенно продолжила:       — Что, если предположить… что и эти, ну, пусть будут лианы и хладное железо имеют одну и ту же, скажем, родину? Один из миров Хаоса? Ведь если мы уверены, что за Мерлином-Альбусом стоит некий пока неизвестный нам демон… Понимаешь, куда я веду?       — Понимаю, но что, кроме предположений, нам это даёт? Это только догадка, не более.       — А то, что надо выкорчевать корень проблемы, а потом браться за остальное. Ведь если допустить, что мои предположения верны, о чем это может говорить? Особенно, учитывая моё знание вероятного будущего?       Дед всерьёз задумался. Покрутил ус. Встал и прошелся по кабинету.       — Нет… Если ты имеешь в виду… Нет, мы бы заметили.       — Уверен? Когда вы вообще в последний раз обращали своё пристальное внимание на Альбион? Дедушка, демоны среднего класса в самом сердце Отдела Тайн в качестве шпионов тебя не настораживают? А бес, которого вселили в мертвеца? Или планомерная, а главное, удачная охота на протяжении столетий на Древних на этих землях? И всё это происходит уже очень давно.       — Хочешь сказать, что мы профукали портал в мир Хаоса?! Да он бы фонил так, что и до Руси бы смердение дошло!       — Можно ли как-то скрыть подобное? Замаскировать?       — Я о таком не слышал, — он наконец, вернулся в кресло и тяжело вздохнул.       — Даже если ты не слышал, не значит, что подобное невозможно. Может, ещё и об этом спросить Ягу?       — Спрошу. Для очистки совести. Но то, что ты предполагаешь… Это всё равно, что пропустить ядерный взрыв у себя на пороге. Ладно. Подумаем. Я хотел о другом тебя спросить. Не проведешь меня в ваш Отдел? Хочу всё же познакомиться с твоим братишкой лично, да и следует проверить все защитные заклятия и остальное. Ты, конечно, умница, но всё же опыта у тебя маловато. Могла и пропустить чего. А потом отправлюсь домой, надо всё-таки поспрашивать старую. Да и не только.       — Я только за. К тому же Северус ещё не вернулся, может, сразу в школу отправился. Надо всё же разузнать поскорее, что же стряслось. Ещё меня беспокоит, что я не почувствовала опасность для моего рыцаря. Странно это.       — Вот давай прямо сейчас с этим и разберемся.       В Отделе царила напряженная суета. Нам навстречу выбежал какой-то взмыленный Ксено.       — Миледи, счастлив приветствовать вас и вашего спутника. Пройдемте в кабинет. Сейчас здесь сплошной хаос.       — Ксено, Северус ещё здесь?       — Нет, Миледи. Он с Регом отправился на место происшествия. Хочет всё сам внимательно осмотреть.       Устроившись в кабинете, мы продолжили:       — Позвольте представить моего дедушку, великого князя Руси Волшебной Власа Михайловича Волхова. Дедушка, это лорд Ксенофилиус Лавгуд, исполняющий обязанности Главы Отдела Тайн, — после всех полагающихся расшаркиваний мы перешли к делу. — Я так поняла, что вы говорите о том месте, где был ранен Люциус? Расскажите, что стряслось? Сами понимаете, лорд Малфой сейчас восстанавливается и не в силах нам поведать, а Северус как утром отправился сюда, так и не возвращался.       — Вчера с Люцем срочно связался мистер Роджерс. Он вышел на след секты. Кажется, маггловский подосланный агент смог разузнать больше, чем мы рассчитывали. У нас на руках оказалась информация о местоположении их главного штаба. Естественно, мы решили проверить.       — Без подготовки, без разведки? Ксено, почему вы не предупредили нас с Северусом?       — Поторопились. Люциус… очень близко к сердцу принял полученную информацию. Агент рассказал Роджерсу, что в этом штабе находятся лаборатории, в которых держат десятки детей. И что после проводимых опытов многие умирают в жутких страданиях. Еще стало известно, что их, так сказать, «духовный лидер» на данный момент находился в штабе. Да и разведку мы провели, но вот не учли кое-что важное. Впрочем, может, будет лучше, если я вам покажу через думосбор?       Ксено поднялся с кресла и подошел к небольшой нише в стене. Нажал на какой-то рычаг и из неё появилась чаша думосбора. Лавгуд достал свою палочку и переместил серебристую нить воспоминаний в чашу. Сделав шаг назад, он приглашающим жестом указал на думосбор. Я вопросительно посмотрела на деда, он лишь кивнул, подтверждая, что и сам не против взглянуть, и мы все трое отправились в воспоминание Ксенофилиуса.       Мы оказались в довольно густом лесу. Уже было довольно темно. Сквозь деревья были видны электрические огни какого-то большого здания. На небольшую поляну почти бесшумно аппарировали волшебники из Отдела. Их было около дюжины. Все были в темных мантиях и зеркальных масках. К группе волшебников вышли из скрывающих их кустов Люциус и Сэм Роджерс. Роджерс явно немного нервничал, но всё же, сориентировавшись, доложил:       — Ребята из Скотленд-Ярда уже в пути. На данный момент нам известно, что территория около пятнадцати акров. На ней расположены главное здание, две лаборатории, хозпостройки и несколько жилых бараков. Территория охраняется вооруженными людьми. Мы насчитали пятерых. Наш агент утверждает, что там имеются камеры видеонаблюдения и сторожевые собаки. На заборе колючая проволока. Сейчас на территории предположительно около четырех десятков человек.       — Прекрасно. Думаю, пока мы ждем ваших «ребят», мои люди ещё раз всё проверят нашими способами, — судя по голосу Роджерсу ответил Ксено. Он подал своим людям какой-то знак, и двое магов отправились на разведку.       — Тебе не кажется, что ждать маглов нерационально? — спросил Люциус.       — У нас с ними договор. Ты сам всё организовал. К тому же маглы из этой секты не в нашей юрисдикции.       — Я и не спорю. Просто пока они подъезжают, мы, может, уже разберемся? А они уже заберут готовых клиентов. Без магии не обойдется, ты же понимаешь? Зачем нам нарушать статут или лишний раз править авро… полицейским память? К тому же мы можем там обнаружить такое, что потребует конфискации. Я уж не говорю о волшебных детях.       Ксено задумался. В этот момент подошли двое магов, отправленных на разведку, и те доложили, что следы магии обнаружили только в районе лабораторий. Ксено вызвал по сквозному зеркалу ещё один отряд, который, как мы поняли, находился с противоположной стороны территории и, выслушав их доклад, всё же принял решение отправляться на задержание, не откладывая.       — Первая группа, на вас охрана и камеры. Вторая — штаб. Третья — жилые помещения. Четвертая — лаборатории. Без острой необходимости не убивать. Работаем быстро, пока они не очухались. Люц, ты со мной к лабораториям. Мистер Роджерс, я вас попрошу сопроводить нашего мистера Джонса к штабу. Вперед.       И маги темными тенями отправились на штурм. Работали быстро и слаженно. Электричество в зданиях потухло. Преодолев высокую стену с помощью левитации, волшебники разделились. Роджерс с неизвестным мне «мистером Джонсом» отправились к главному зданию. Люциус с Ксено и ещё двое мужчин направились к лабораториям.       Два вытянутых здания находились рядом. Маги решили сначала заняться тем зданием, в котором была наибольшая концентрация магии. Войдя, они оказались в длинном помещении, похожем на больницу. Светлые стены и железные узкие кровати с мягкими креплениями для удержания рук. Из двух дюжин кроватей половина была занята детьми восьми-десяти лет. Обездвижив и усыпив двоих в белых халатах, маги оставили одного невыразимца освободить детей, остальные пошли дальше.       Зайдя в следующее помещение, маги на мгновение застыли в шоке. В относительно небольшой комнате стояли друг на друге большие клетки, в которых находились маленькие дети. Из клеток виднелись полупрозрачные трубки и какие-то провода. Большинство детей находились без сознания. В конце комнаты было что-то напоминающее операционную.       Стеклянная коробка, в которой были видны столы с инструментами, какие-то приборы, кресла и столы для процедур и операций. В этой стеклянной операционной трое людей в белых халатах и стерильных масках как раз привязывали к столу маленького мальчика. Того самого, что Люциус перенёс на Авалон.       Маги вскинули палочки, но тут что-то пошло не так. Заклинания будто стекли со стекла, и завыла сирена. В помещении зажегся красный свет. Люди за стеклом увидели пришельцев и, схватив пистолеты, выбежали из операционной. Мальчишка, получив свободу, спрятался между двумя шкафами и огромными глазищами смотрел на происходящее.       Послышались выстрелы. Но волшебники успели поставить воздушный щит, и пули завязли в сжавшемся воздухе. С улицы послышалась автоматная очередь и людские крики. В этот же момент где-то вдалеке завыла уже полицейская сирена. Люциус ушел в сторону от линии огня и явно пытался пробраться в операционную. Неизвестный мне невыразимец догадался прикрыть щитом клетки с детьми. А Ксено уже удалось вырубить одного из стрелков. Люц, наложив на себя чары невидимости, смог обогнуть «врачей» и зайти в стеклянный короб. В этот же момент с противоположной стороны операционной открылась вторая дверь и в помещение вбежал мужчина с оружием в руках.       Оценив обстановку и не заметив Малфоя, он уже было собрался присоединиться к «коллегам», но тут мальчик неосторожно шевельнулся, чем и привлёк внимание сектанта. Он вскинул руку с пистолетом и нацелил его на ребёнка. Малыш от страха замер. И тут я заметила, что на какие-то доли секунды его кожа покрылась золотистой чешуёй, а в глазах можно было заметить преобразившейся узкий зрачок и золотую радужку. Но потом будто прошла волна, и мальчик снова выглядел как обычный испуганный ребенок. Люциус вскинул палочку. Когда с него слетела невидимость, я так и не заметила, но ничего не произошло. По-видимому, это странное стекло полностью экранировало магию в помещении. Понимая, что до сектанта он добраться не успеет, Люциус бросился к ребёнку. Схватил его в охапку и только успел повернуться к стрелку спиной, как послышался гром выстрелов. На все произошедшее ушло не более трёх секунд.       Одна из пуль попала в стекло и то раскололось в дребезги. В этот момент, по-видимому, сработал экстренный портключ в перстне Люца. Он исчез со своей драгоценной ношей. Пока моё внимание было приковано к творящемуся за стеклом, в основном помещении бой уже завершился. Неизвестный мне невыразимец был тяжело ранен и Ксено оказывал ему помощь. Через секунду в помещение ворвались люди в спецамуниции и положили оставшегося стрелка мордой в пол. А вот и магловская «кавалерия» подоспела. Начался «разбор полётов».       Как мы поняли, в штабе действительно находился лидер этих сектантов. Вот только схватить его не вышло. Он оказался магом и, воспользовавшись портключом, свалил. В лагере было обнаружено двадцать семь детей. Больше половины были в критическом состоянии. Невыразимцы нашли полтора десятка артефактов разной степени «поганости» и небольшое детское кладбище за бараками, где обнаружили три десятка детских останков. После просмотра этого мне срочно надо было выйти из думосбора. Больше просто не выдержали нервы.