Фея Крёстная

      Тут из толпы к Гарри подошёл мистер Крауч и, сделав вид, что хочет пожать ему руку, что-то сунул в открытую ладонь парня, и Поттер под удивлённые крики стоящих рядом людей исчез в воронке перемещения.       Началось…       В тот же момент сработал парный артефакт, завязанный на Гарри. Я лишь успела накинуть «отвод глаз», как меня «дернуло» вслед за ним. Выйдя из воронки перемещения, всей тушкой упала на что-то твердое. Чем-то твердым оказался придавленный мной Гарри. И тут я заметила две вещи: первое — мы оказались на том самом кладбище, а значит, пока всё по плану. И второе — в спешке я забыла снять заклинание, и здоровенный русалочий хвост всё ещё был при мне. Скатившись с притихшего Гарри, сразу исправила это недоразумение и выдохнула, вновь увидев свои ноги, обтянутые в удобные брюки.       Встав, наконец, с земли, помогла подняться и охнувшему Гарри.       — Что такое?       — Упал неудачно, кажется, ногу подвернул.       — Этого сейчас только не хватало, — быстро осмотревшись и пока не увидев никого вокруг, опустилась на корточки и, взяв парня за ногу, ощупала её.        — Ты связку потянул, сейчас, — и пустила магический исцеляющий поток на его пострадавшую ногу.       — Лучше?       Парень потоптался на месте и даже попрыгал, а я тем временем уже сканировала местность. Кажется, наши запаздывают. Я пока не чувствовала ни своих рыцарей, ни примкнувших к ним ребят с Авалона. Что могло их задержать? И почему нас ещё не встречают приветственными авадами?       — Гораздо, спасибо, — отвлек меня от раздумий Гарри и тоже стал осматриваться.       Всё было тихо. Старое кладбище с покосившимися надгробиями, хмурое, затянутое облаками серое небо, и ветер качает голые ветки кустарников. Тишину нарушил крик Марволо из моего кулона:       — Осторожно, сзади!       Мы с Гарри ласточками прыгнули за ближайшие надгробия. Вовремя. Над тем местом, где стояла я, пролетел зелёный луч авады. Вот и дружественное приветствие. Не знаю, подействует на меня эта дрянь или нет, но проверять что-то не хочется.        Осторожно выглянув из своего укрытия, заметила невысокую сутулую фигуру, с головы до ног закутанную в плащ. И как я его не почувствовала? Ах, вот оно что. У ног коротышки свернулась кольцами в высокой траве старая знакомая — змейка-переросток с интересной начинкой. Вот кто прикрывает и себя, и своего подельника.       — Марволо, а тебя чего раньше ни слышно, ни видно не было? — шепотом спросила у невидимого собеседника.       — Привыкал к новому «жилищу», да и мешать не хотел. Ты вечно чем-то занята была. Может, мне на разведку выйти? Мне-то этот придурок ничего сделать не сможет.       — Нет, сиди там. Нам ещё тебя в единое целое собирать, побереги силы. Справимся и так.       Послышался жуткий голос, он не кричал, но было ощущение, что он доносится из всего окружающего пространства.       — Убей девчонку. Мальчишка нужен живым.       И Петтигрю направился к моему укрытию. Больше ждать нельзя. Накинув невидимость, выскочила из своего убежища и метнула в коротышку приличный заряд магии, пробивая защиту Нагайны. Змейка явно не рассчитывала на особое сопротивление и потому силы в щит вложила не так чтобы много. Петтигрю на приличной скорости полетел в ближайшее надгробие, в воздухе сделав несколько кувырков по дороге. Ну вот, отдохни, Питер, подумай о вечном, ландшафт располагает.       Нагайна поднялась на хвосте в свой немаленький рост и стала раскачиваться и шипеть. От неё пошли мощные волны магии. Петтигрю, будто сломанная кукла, которую дёргают за верёвочки, рваными движениями начал подниматься. Хотя я прекрасно осознавала, что дух ему выбила надолго. Так и не приходя в сознание, Питер атаковал.       И это самый слабый и посредственный из мародёров? Я, конечно, понимаю, что его тушкой управляет милая змее-демоница, но чтобы так меня погонять по этой небольшой полянке между могил, нужно иметь не просто хорошую форму и магическое дарование… Но долго впечатляться я не стала. Крысюк был связан и отдыхал у очередной могилки уже через несколько минут боя.       — Кто ты такая? — вновь этот голос из ниоткуда.       — Нагайна, я полагаю? Позволь представиться, меня зовут Катрина, и я светлая Хранительница этих земель, а значит тебе, дьявольское отродье, здесь не место! — сложив руки в особый знак, произнесла изгоняющее заклятие. Поток яркого света из моих рук направился к змее…       И растворился в появившемся из-под земли чёрном тумане. Таком же, когда трое ублюдков пытались совершить надо мной свой мерзкий ритуал. От нахлынувших неприятных воспоминаний я на мгновение отвлеклась, о чем пожалела в ту же секунду, когда уже на меня неслась темная, зловещая, туманная энергия со скоростью Хогвартс-экспресса.       Когда этот туман был уже буквально в нескольких сантиметрах от моего удивленного лица, кто-то налетел на меня и отбросил от несущегося потока. Мы ещё несколько метров кувыркались по земле, и только когда наши тушки смогли остановиться, я смогла взглянуть в зелёные глаза моего спасителя. На этот раз Гарри лежал на мне, ещё и умудрился заехать в солнечное сплетение локтем, да так, что я пару секунд не могла выдохнуть. Но это всё мелочи.       — Где все? — прохрипел явно перепуганный парнишка мне в лицо.       — А хрен их знает! Устроит ответ? Я уже задолбалась подавать сигналы через перстни. Слезь с меня и иди поищи своего деда. Я пока отвлеку эту неуравновешенную змейку, — Гарри кивнул и, скатившись с меня, исчез за ближайшим кустарником.        Правильно, тут взрослые разборки пошли, парень. Я потом тебя поблагодарю, а сейчас тебе лучше быть подальше от всего этого, ну… насколько возможно в данной ситуации.       Поднявшись с земли, я уже была настроена на более серьёзный диалог. В ход пошло всё, чему меня учила Ульяна в боевой магии. В змеюку летели ледяные иглы и огненные смерчи, земля под вëрткой змеёй превращалась в топь, а воздух сжимался до состояния бетона. Корни деревьев мешали ей двигаться и пытались схватить, задержать тварь хоть на мгновение, летели убийственные проклятия всех мастей. Эта сволочь ставила щиты и посылала сгустки тёмного тумана. Вертелась, как уж на сковородке, и бросалась не менее смертоносными проклятиями. Она пыталась использовать подчиняющую магию и отвлекала внимание иллюзиями. Я уже начала выдыхаться, а этой заразе всё было нипочëм! Сильна тварь! Бьёт не столько мощью, сколько умением и опытом. Никакого сравнения с тем паучком-переростком с манией величия.       Неожиданно я почувствовала будто натяжение какой-то струны в пространстве. Она всё натягивалась и натягивалась, пока, наконец, не лопнула с громким хлопком.       В тот же миг на поляне посреди уже основательно разрушенного кладбища появилось столь долгожданное подкрепление из нескольких десятков невыразимцев в своих неизменных плащах и зеркальных масках. Только Северус выбивался из общей картины в своём истинном облике и пылающий праведным гневом, с мечом наголо в руке. Всё это я отметила, не отрываясь от боя.       С подкреплением дело пошло явно веселее. Окружив тварь и не давая ей отдыха, мы отвлекали её, пока несколько невыразимцев тем временем уже чертили в воздухе изгоняющие руны. Осталось только загнать змею в почти готовую ловушку.       Северус в каком то неимоверном прыжке, помогая себе крыльями, смог подобраться к змее-демонице достаточно близко, чтобы подтолкнуть её в уже почти готовый ритуальный круг. В его руках блеснула серебром сталь Экскалибура, и легендарный меч уже опускается на голову змеи, но та резким прыжком уходит из-под смертельного удара, и меч лишь задевает её хвост наискось.        Змее-демоница взревела жутким голосом, и от неё будто взорвалась магическая волна. Северуса откинуло от твари на несколько метров, как и ближайших невыразимцев. Остальные пытались защититься от ужасного, всепоглощающего, доносящегося будто отовсюду сразу, крика твари, прикрывая свои уши и оседая на землю. Змея встала во весь свой немаленький рост, оскалив клыки.       — Это выыы! Вы виновны, что мой сссын заточён в аду! Я отомщу! Я убью всссех, кто вам дорог, и буду глумиться над их трупами, а вы будете умолять меня о ссссмерти! Ко мне, мои ссслуги!       — Да, теперь я вижу, семейное сходство налицо. Твой сынуля, кажется, говорил нечто подобное перед тем, как отправиться в ад.       На небольшой, в общем-то, полянке становилось тесновато. С громкими хлопками аппарации начали появляться люди в чёрных плащах и костяных масках, ну прям костюмированная вечеринка. Их было много, среди могил появлялись всё новые и новые ряженые. Тут в моей голове прозвучал голос Гарри, хорошо, что мы не отключили ментальный артефакт.       — Катрин, я нашёл дедушку! Кажется, дело плохо… что-то явно не так! Он… он, кажется… умирает.       — Гарри, держитесь там, я пока немного занята… Приду, как только смогу. Держитесь!       Бой уже перешёл далеко за пределы полянки, и нам было несладко. Змея прикрывала своих слуг и нападала мощными потоками тёмного тумана. Слуги же окружили свою госпожу, не позволяя к ней приблизиться, да и численный перевес был не в нашу пользу… пока не подошла кавалерия. И первой «ласточкой» её прибытия была пронзившая грудь одного из Пожирателей эльфийская стрела. А вот и ребята с Авалона подтянулись! Зачарованные стрелы пробивали щиты и разили своих жертв, не зная пощады. Теперь перевес был уже в нашу пользу.       Северус был рядом и старался закрывать меня от пролетающих проклятий, не позволяя рисковать больше необходимого. Да я и не пыталась, Пожиратели всё же были людьми, и убивать их мне было тяжело. А вот попытаться ещё раз дотянуться до змеи… Но как только змее-демоница поняла, что её слуги теряют преимущество, эта тварь сбежала в вихре перемещения! Сволочь! Теперь лови её черт знает где!       Убедившись, что рыцари, невыразимцы и авалоняне вполне справляются с ситуацией, потянула Северуса на поиски Гарри и Марволо. Тут уже смогут справиться и без нас. Над кладбищем я чувствовала антиаппарационный купол, Пожиратели не сбегут. Только «милой змейке» он оказался нипочём.       Гарри был найден у большого старинного склепа, крышу которого венчал скорбящий ангел со сломанным крылом. Парень сидел на земле, склонившись к чему-то всем телом, будто прикрывая от ветра нечто ценное. Подойдя ближе, мы увидели, над чем, точнее, над кем склонился мальчик.       Уродливое, похожее на неоформленного жуткого ребёнка создание лежало на земле в каких-то тряпках. Создание чуть ощутимо шевелилось. Присела рядом с Гарри, чтобы рассмотреть как следует гомункула, на данный момент содержащего в себе душу моего братишки.       Дело было плохо. Гомункул был сырой и не приспособленный на удерживание души длительное время, а тут ещё и поводок, накинутый на душу, будто сжимался вокруг отчаянно сопротивляющейся всеми своими силами сущности моего брата. И эта борьба подтачивала и так невеликие жизненные силы. Похоже, тот, кто держит конец поводка, пытается воздействовать на своё создание. Вот только как именно, понять трудно. Остаётся только одно — уничтожить ошейник и немедленно собирать брата в единое целое, иначе… его сил может не хватить надолго.       — Марволо. Марволо, ты слышишь меня? Соберись, родной. Сейчас придётся нелегко, но я в тебя верю. Слышишь, я здесь, и Гарри, и Северус… ты только держись.       Маленькая уродливая пепельно-зеленоватая головка уродца повернулась на мой голос и с трудом открыла красные глаза, тяжело сопя сквозь маленькие носовые щелочки. На мгновение в красных глазах вспыхнула надежда и чудовищная боль. Не могу передать словами, как больно было на это смотреть… Красные глаза снова медленно закрылись, и маленькое тельце стало чаще и громче дышать с жуткими хрипящими звуками. Сглотнув образовавшийся в горле комок, я повернулась к хмурому Северусу.       — Сев, тело нужно доставить сюда и как можно скорее. Переносить Марволо сейчас смерти подобно. Надо немедленно начинать ритуал.       — Ты справишься? Та тварь тебя сильно вымотала.       — У меня нет выбора. Ждать нельзя.       Северус пристально взглянул мне в глаза и через мгновение, резко кивнув, встал с земли и достал из кармана небольшое сквозное зеркало.       — Айрон, Торнфи, планы изменились. Тело немедленно нужно доставить по этим координатам и захватите саквояж на соседнем столе. Чем быстрее, тем лучше.       — Ты ведь сможешь ему помочь? — чуть не плача, спросил Гарри.       — Я сделаю всё, что будет в моих силах и даже больше, — я положила руку на плечо мальчика и слегка её сжала.       В этот момент из моего кулона проявился юный Марволо и с какой-то жалостливой брезгливостью посмотрел на гомункула. Потом обернулся на меня и тихо, но твёрдо сказал:       — Катрин, если не получится… уничтожь мой крестраж. Я не хочу всю вечность пробыть скитающимся недодухом. И если ты почувствуешь, что я утягиваю тебя за грань, ты меня отпустишь, слышишь? Я прошу тебя. Пообещай.       — Отставить упаднические мысли. Всё будет хорошо, неужели ты настолько мне не доверяешь?       — Пообещай! — ещё твёрже сказал Марволо, нахмурив точеные чёрные брови и с упорством смотря мне в глаза.       Тяжело вздохнув, я кивнула. Да, я могу понять его и выполню обещание, но это не значит, что я не сделаю всё возможное и невозможное, чтобы не допустить подобного исхода.        В свете зелёных искорок появились Айрон и Торнфи, держа на носилках тело, завернутое в пропитанную зельями льняную ткань, и, следуя моим указаниям, осторожно уложили его рядом с гомункулом.       — Северус… ты знаешь, о чëм я должна тебя попросить? – Северус сосредоточенно кивнул и встал чуть в стороне от гомункула, достав ритуальный кинжал.       — Остальные отойдите как можно дальше и что бы ни случилось, не вмешивайтесь. Марволо, вернись в кулон. Сев, по моему кивку.       Приоткрыв лицо и грудь будущего пристанища моего брата от ткани, начала подготовку к ритуалу, рисуя своей магией руны на лбу и груди будущего вместилища Марволо. Когда всё было готово, я, тяжело вздохнув, сосредоточилась и подняла обе руки над телами. Закрыла глаза и запела…       Нет, даже не песнь, а настоящая музыка полилась из моего естества… наполняя меня до краёв и выходя во внешний мир. Я не видела, но ВИДЕЛА окружающий меня плотный, увеличивающийся и уплотняющийся кокон магии. Я была в трансе и уже не контролировала свои действия, доверилась инстинктам. Ведь никто и никогда не проделывал того, что задумала я.        Музыка лилась и лилась из моего сердца. И вот я уже видела внутренним взором, как невесомое сияющее облачко слегка приподнялось от тела гомункула, но дальше ему не позволяло отделиться мерзкая, похожая на слизистого червя лента, одним своим концом уходящая в неизвестность.       Я протянула руку и, силой воли подавив брезгливость, схватила эту холодную гадость. Она сопротивлялась и извивалась, будто живое существо, так и норовя выскользнуть из моих рук, но я держала крепко. Стала тянуть, помогая себе магией. Дрянь, что окутала душу моего брата, начала нагреваться и будто истончаться под моими пальцами. Я всё усиливала и усиливала напор. Музыка становилась всё громче, всё настойчивее. Наконец эта гадость, будто на миг окаменев, опала мелким крошевом. От мощной отдачи я было пошатнулась, но устояла на ногах и, не потеряв концентрацию, решительно кивнула Северусу.       Всё ещё с закрытыми глазами наблюдала, будто из иной реальности, как побледнело его лицо, но он уверенно поднял руку с кинжалом над тельцем гомункула и, лишь на секунду замешкавшись, нанёс удар в самое сердце уродца.       Сияющее облачко души смогло отлететь от своей тюрьмы и, будто завороженное той музыкой, что лилась из самых глубин моего сердца, полетело ей на встречу, будто мотылёк на огонь. Оказавшись рядом с моей поднятой рукой, повинуясь её движению, опустилось в новое своё пристанище, ещё какое-то время освещая пространство своим светом.       Не прекращая петь, сняла с шеи кулон и преподнесла к солнечному сплетению нового тела моего брата. Из кулона, подчиняясь моей воле, в такт музыке тоненькой струйкой вылетело лёгкое облачко, нежно сияя и переливаясь. Осторожно, будто несмело впитываясь в центр груди своего нового пристанища. Музыка утихала, замедлялась, и я, наконец, смогла открыть глаза.       Судорожный глубокий вздох и синие распахнутые глаза брата, последнее, что я увидела, падая в надежные руки Северуса, теряя сознание…