По ту сторону

Часть 4. Я всегда знала, что мои родители мне не кровные родственники, но это не помешало стать родными душами. Они приняли меня к себе когда мне было четыре года. Рина, полное имя Рианна, моя мать, занималась благотворительностью и однажды приехала в мой детский дом, так мы и познакомились. Через пару месяцев она приехала с Майло, мой отец, так сказать на знакомство со мной. А через ещё какое то время они приехали с Томом. Я не помню о своей жизни до детского дома, знаю только по рассказам. Мой биологический отец под влиянием психотропных препаратов зарезал сначала мать, а потом и себя. Я же осталась одна. В детском доме я пробыла около года. Там было и в правду не плохо, но не хватало любви, тепла что ли. И все эти чувства, а главное чувство, что я дома дали мне они, мои мама и папа. Сложно наверное понять это, но мама и папа не те, кто родили, а те кто воспитали, дали крышу, еду, поддержу и ту самую любовь. Сегодня всё начиналось как всегда. Объятья, поцелуи, искренние слова о скуке, слова любви без смущения - я дома, но не он. Спустя час всё, что заставляло трепетать сердце теперь разбивало его на куски. Отец снова отчитывал сына за "безрассудство". Дом сотрясался от криков, гневных ударов о крепкие поверхности. Но боль принесли лишь пара слов: - Я тебя ненавижу! Удаляющийся звук мотора и слёзы. - Не слушай его, он просто зол, - приобняла меня мама. Отца же ярость не отпускала: - Не связывайся с ним! Он тебя погубит. Он... Но я не дала ему договорить и сорвалась на крик. - Хватит! Хватит так про него думать и говорить. Он хороший, он самый лучший, за что ты с ним так? Он ведь твой сын. - Защищать его вздумала? С чего это? Хороший. Видимо ты забыла как он тебя обижал? А может, ты забыла, что он чуть не убил тебя? Слёзы новой волной накатили мои глаза. Это было уже цунами. Я попятились. Отрицала всё что он говорит. Мотала головой дабы не пустить в свой разум воспоминания того дня. - Нет... Нет... прошу... НЕ-ЕТ!

Три года назад.

Алкоголь я правда не употребляла. Никотин тоже. Но вот про запретные вещества я ничего не упоминала. - Давайте после тренировки повеселимся? - Хизел предвкушала задуманное, что - нам было не известно. - О чём ты? - недоумевали всё, но Джейсон решился спросить первый. - Я вчера у сестры вытащила пакетик...- она ждала от нас понимание, но оно никак не приходила к нам,- ну вы чего, не понимаете? Колёсики! Давайте попробуем?! Я была, наверное, слишком "правильная", не интересовалась такими вещами и одна до сих пор не понимала, что за "колёсики". - Наркотики, - шепотом на ухо сказал мне Тео, видя мой притупленный взгляд. - Нет! Я не буду!- тут же крикнула я. - Да ладно тебе, давай расслабимся, - её в бок пихнул Эдриан, - ну ладно, если не хочешь пробовать, то хоть посиди с нами, давай же. Я согласилась. Ошибка это или жизненный опыт так и не поняла до сих пор. На утро лишь обрывки воспоминаний, словно фотокарточки. "Вот я наблюдаю как они пьют эти свои " колёсики". Тут я смеюсь из-за их неуклюжих танцев. А тут... тут ... Тут я сама принимаю эту таблетку изо рта Джейсона." Боже, нет. "Тут уже я нелепо танцую. Целуюсь с Джейсоном?" Что? "О боже, а теперь с Тео." О нет... нет... нет... " Я целовалась с двумя одновременно." Боже, какой стыд. Я сидела на кровати, поджав поближе колени, сжала голову от дурных воспоминаний. "Мы ушли из дома? Но куда мы пошли? Почему теперь я одна? Где мои друзья?" Паника захлёстывала все чувства, не оставляя ничего позади себя. "Кто эти мужчины? Я их не знаю. Мне страшно. ГДЕ Я? Драка? Кто с кем? Болит всё. Всё тело обмякло. Я скатилась на землю. Ничего не вижу. Всё плывёт. Ничего не понимаю. Что со мной?" - Что я натворила? Благо на тот момент я была в своей комнате. Всё тело ныло. Из-за двери доносились крики, но я не обращала внимания. Подошла к зеркалу. - О боже, это не я! Моя кожа не была обычного бежевого оттенка. На мне были багрово-чёрные синяки. На лице засохшая кровь. На фоне этого даже не было заметно, что макияж был смазан в пух и прах. - Отвечай, подонок, ты это с ней сделал? - удар... - Нет, - сказано твёрдо и уверенно. Вновь удар. - Что ты с ней сделал, скотина? - удар, - почему её одежда разорвана? - Я не знаю,- и вновь удар. Слёзы накатились. Он был не виновен, но я не нашла в себе смелости выйти из-за угла и показаться отцу, прикрыть собой брата. Удар...снова и снова. Почему он не даст отпор? Почему он терпит? Том! Тут он вбежал на лестницу и увидел меня. На какое-то время остановился. В его взгляде читалось беспокойство. Через пару секунд к нему пришло осознание, что я сейчас в безопасности и переживать сильно не стоит, он снова закипел. Глаза залились яростью. Не сказав ни слова промчался мимо меня. Он меня ненавидит. Я закрыла рот ладонью, увидев его лицо. Оно было в крови и синяках. Даже, когда то белокурые, пряди обрели багровый цвет. Вдогонку отец крикнул ему: - - Раз съехал от нас - не возвращайся в этот дом НИ-КО-ГДА! *** - Я поеду за ним, - придя в себя почувствовала единственное желание - быть рядом с ним. Я уже направилась в сторону выхода, но почувствовала сильную хватку на своём запястье. - Если посмеешь - не возвращайся и ты! - ни одна мышца не дрогнула на лице у отца. - Майло, прекрати!- мама билась в истерике, она не могла предотвратить ничего из случившегося. Я же разрывалась. Остаться здесь - придать Тома. Поехать за ним - быть неблагодарной. *** Часто во мне просыпалось чувство неблагодарности с моей стороны. Будто до конца жизни я не расплачусь с ними за то, что они мне дали. И я знаю, что это не правильно. *** В этот раз я выбрала его. Выбежав на дорогу я сразу поймала такси. Мне повезло. Он был дома. На всех парах я летела по лестнице. Дёрнув ручку, я не смогла её открыть - заперто. - Том, открой, это я! Я долбилась в дверь, пенала её. Звонила в звонок. Всё четно. Но я не оставляла попыток, пока не услышала его голос. - Убирайся,- он сказал это твёрдо и уверенно, спокойно и чертовски холодно. - Нет, я не уйду,- все свои силы я оставила в долбёжке, прижавшись лбом к двери и опустив руки, я продолжила спокойно, еле слышно, - Однажды ты сказал, что это мой дом. Том, я хочу к тебе! Я хочу домой. - Отец сказал, что я тебя уничтожу... Тебе небезопасно со мной... Он не договорил. - Нет, это не правда, это не так, они ничего не знают. - Уходи. - Впусти. Минут пять была тишина, что болью отзывалась в сердце, но от двери я не отходила ни на шаг. Щелчок. Замок двери открылся и дверь отворилась. Я бросилась к нему. Прижимая его к себе настолько близко, чтобы он никуда не делся, не оттолкнул меня, не оставил меня одну. Дверь захлопнулась за моей спиной и я почувствовала его горячие руки охваченные тремором. Его трясло. От боли, от страха, от злости или от всего вместе. Том уткнулся мне в макушку, так же не думая отпускать меня из своих объятий. - Есть хочу,- пробубнила я ему в грудь не на миллиметр не отстраняясь. - Готовит мне лень сегодня, давай закажем? Я лишь промычала в знак согласия. Том оставил ели весомый поцелуй на моём лбу. Взял меня за руку и потянул в сторону дивана. Он сел первый, за тем дёрнул меня, чтобы я упала в его объятья. Достал телефон. - Я хочу вок. Сегодня на ужин лапша. Я снова кивнула и сильнее вжалась в его тело. Оно до сих пор пылало жаром злости, но он держал свои чувства в узде. Сделав заказ, Том откинул телефон. Приподнял моё лицо за подбородок к своему. - Курьер будет через сорок минут. Сказав это он жадно впился жарким поцелуем. Его рука с подбородка скатилась вниз на шею и тут же сжалась. Воздуха резко стало не хватать. Меня это напугало, не совру, если скажу, что паника начала зарождается, но останавливаться я не хотела. С каждым мигом рука сильнее сжимала мою шею, а поцелуй становился более требовательным. Когда паника одолела и включился инстинкт самосохранения, я попыталась отпрянуть, но удавка сжалась сильнее. Я начала ёрзать, дабы выбраться из крепких рук. Зря...очень зря. Он поднял меня на руки и тут же кинул обратно на диван, только уже лицом в низ. Спеша выдернул из своих джинс ремень, завёл мои руки за спину и связал их тем же ремнём. Я кричала. Молила его остановиться, но его это только больше заводило. - Том, пожалуйста... Он перекинул меня через спинку дивана, ставя меня на колени. Сам он также встал коленями на диван, раздвигая мои ноги своими. Треск нижнего белья. Разорвать его не было для него большой проблемой. Слёзы заполонили весь обзор. Спустив свои штаны он резко, без предупреждения вошёл. Одной рукой держал меня за связанные руки, а второй душил, заведя руку спереди через грудь. - Ненавижу тебя,- рычал он над моим ухом. Я же жадно хватала воздух ртом, когда его хватка на секунду ослаблялась. Ему это нравилось. Перед тем как ослабить он специально сжимал сильнее. Прислушивался к моим хрипом. Приводил в себя пощёчинами, когда я теряла сознание. Это длилось вечно. Ни шея, ни низ не болели, даже лицо от ударов не отзывалось болью, но вот сердце... С каждым толчком билось на всё мелкие и мелкие осколки. Получив желаемое, он молча ушёл в спальню. Я завалилась на бок, чтобы лечь на диван. Сил выпутать руки не было. Я тихо захлёбывалась слезами, боясь издать звук. Из спальни послышались крики, звуки разрушения - ненависть. Но к кому? С каждым резким звуком я сжималась. Толи от усталости, то ли от страха, то ли от бессилия - я провалилась в сон. Проснулась от прикосновений на руках. Он снял с меня ремень. Кисти ныли. Я тут же прижала их к груди и зажмурилась от страха. Том поставил на журнальный столик коробку с вок'ом. Сел на корточки и начал гладить меня по волосам. Я лежала к нему спиной, поэтому он не видел вновь нахлынувших слёз. По телу пошли мурашки от слов, что шёпотом были сказаны мне на ухо: - Прости, я не знаю, что на меня нашло, - лбом он прижался к моему затылку, в его голосе было лишь одно чистое раскаянье, но страха во мне меньше не становилось,- Лило, прости меня, слышишь, малышка?- он аккуратно, будто поглаживая, положил свою руку на мою талию, от чего я вздрогнула, - садись, покушай. Я выбрала путь повиновения. Медленно села. Взяла в руки вилку и коробку с едой. Ком в горле не давал даже сглотнуть слюну, не то что есть. Том налил мне в стакан сок, но и его я не хотела. *** Была ли во мне злость на него? Нет. Странно, да? В груди была лишь боль и обида. А в голове крутился один вопрос: "Что я сделала, чтобы появился порыв сделать это со мной?". Ведь я была не против, я ровно так же желала его. Но видимо не так же. Сколько в нём обиды и зла на меня, что он решил сделать это? Чтобы чувствовали вы, будь на моём месте? Виновата ли я в том, что произошло? Что мне нужно было сделать? В какой момент я могла всё исправить? *** После ужина Том на руках принёс меня в ванную. Молча раздевшись мы вместе зашли в душевую кабину. Под тропическим дождём я глотала свои слёзы, а он молил о прощении. Уже лёжа в кровати спальни брата в голову пришла мысль: "Я заснула, но почему я не оказалась рядом с Мёрфи?". Я резко села, ища браслет на руках, но его не было. - Что случилось?- обеспокоено обратился ко мне Том. - Где мой браслет? Его нет на моей руке!- снова паника. Он повернулся к тумбочке со своей стороны. - Этот? - с его пальца свисала моя побрякушка. - Да, - я уже потянулась за ним, но Том одним быстрым движением закинул его в свою ладонь и сжал в своём кулаке. - Кто тебе его подарил? - он смотрел прямо в глаза, в его взгляде читалась ревность. - Я купила его на ярмарке, отдай пожалуйста. - Но почему он тебе так важен? - Он дорого стоил... - Врешь!- крикнул он. - Отдай, прошу, я сделаю всё, что хочешь, но отдай его мне. - Я отдам его, но ты сожжёшь его завтра же. - Нет, зачем тебе это? - Я не хочу тебя делить ни с кем. - О чём ты? - До сих пор не вспомнила ночь вечеринки? Ты мне всё рассказала. И я не позволю... - Том прошу, отдай. Он закрыл глаза, сильнее сжал кулак. - Прости,- он открыл глаза и нежно взял моё лицо в свои руки, - я люблю тебя, - лбом прижался к моему и уже шепча продолжил, - очень. - Отдай. Мне. Его. - отбила чётко каждое слово. - Я подумаю об этом завтра, а сейчас спать. Он убрал браслет в сейф, затем вернулся на кровать и уложил в свои объятья.