Наблюдательница

Новый Орлеан - город-полумесяца, колыбель джаза и чистилище нескончаемых праздников, фестивалей и карнавалов. Когда-то городом правили Майклсоны. Сейчас городом управляет Марсель. Этот город поистине прекрасный. Когда-то Регина называла его своим домом, но это было давно. Бар "Руссо" был весьма популярен среди местных жителей и туристов. Полумрак заведения привлекает многих. Вечерами здесь собирались шумные компании, парочки, да и просто любители хорошего алкоголя и джаза. А днем можно наткнуться на детей ночи. – Какие люди! Колокольчик на двери бара оповестил о новом посетителе или посетителях. По топоту ног, можно предположить что зашло человек двадцать. Я сидела за барной стойкой с чашкой кофе, и для удобства слегка повернула голову обращая внимание на посетителей. Бармен, который старательно начищал бокалы, непроизвольно дернулась, но справившись с паникой, сделал вид что все нормально. Меня такая реакция только повеселила. Минут двадцать назад, эта парень чуть не упал в обморок не успела она переступить порог бара. Видимо местные вампиры частенько пугают. – Не знал, что ты в городе. – пока остальные рассаживались кто куда, симпатичный парень мулат приземлился на соседний барный стул, допив кофе я перевернула чашку на блюдце и подняв принялась изучать гущу. – Ты бы хоть позвонила, я бы твою комнату подготовил, да и устроил вечеринку. А то узнаю о таком от третьих лиц. – Ты и сам не особо горел желанием звать меня в гости, Инг. – отложив блюдце подняла глаза на старого друга. С нашей последней встречи он совсем не изменился, все тот же шалопай с которым мы устраивали в этом городе потрясные вечеринки. – Сколько раз я просил не называть меня так? – мулат закатил глаза, но все же растянул губы в белозубой мальчишеской улыбке. – Чем тебя не устраивает, это имя? Исходя из твоего статуса, оно тебе более чем подходит, – хитро на него глянула и сделала жест бармену чтоб он повторил заказ. – Ладно, Марсель, я сюда не болтать приехала. У меня тут дело. – И зачем же ты здесь? И что же это за дело? Надеюсь твой брат не хочет вернуться в город. – не смотря на внешнюю раскованность и даже веселость, взгляд был серьезен, выдавая настороженность. Да, я знаю этот взгляд. Такой взгляд, у людей в те моменты, когда появляется кто-то более сильный, и велика вероятность того, что твою игрушку отнимут. А ни кто не любит делиться. – Расслабься, Марсель, Ник и остальные сейчас в Атланте, . – шоколадный мальчик расслабился. – Я тут по делу. – Ладно, дело твое. Если понадобиться моя помощь, звони. Так, а теперь скажи, где тебя носило, после визита в город твоего папочки?!

***

Всему что знает Марсель сейчас, его обучил Никлаус, его сир, наставник, учитель и названный отец. Регину он смело может назвать сестрой. По началу девушка не воспринимала его как часть семьи, смотрела с высока и частенько обходила стороной. Однажды, когда Марселю было двадцать два, он из чистого любопытства зашёл к ней в комнату, в надежде узнать чем девушка там занимается. Комната была большая, но мрачная, стены из терракотового кирпича, и пол из золотого дуба, окно, с дверью на широкий балкон, широкая двуспальная кровать со столбиками и высоким изголовьем застеленная бордовым покрывалом, книжные шкафы с аккуратно сложенными по алфавиту книгами, тумбы из массива дуба, платяной шкаф, большой камин по бокам которого стояли два дивана из кожи крокодила и кофейный столик между ними, на котором стояло несколько бутылок виски и бокалы, Над потолком висела хрустальная люстра невероятной красоты, туалетный столик с флаконами духов и огромное количество всяких деталей которые создавали уют в этой огромной спальне. Убранство комнаты поразило парня и он с приоткрытым ртом рассматривал каждую деталь интерьера. Бесспорно, остальные комнаты в доме были не менее великолепные, но в этой было что-то особенное, цепляющее. Внимание Марселя привлекло зеркало, около платяного шкафа. Оно было большое, высотой во всю стену, с широкой резной рамой из черного дуба и рунной цепочкой по периметру. От него веяло могильным холодом. Марсель опасливо подошёл к столь странному предмету и протянул кисть, чтобы коснуться стекла, но рука будто потонула в жидкой субстанции и эта самая субстанция утянула паникующего мальчика из одной комнаты в другую. В помещении было темно, пахло травами и стариной. Марсель еще не разу не видел ничего подобного. Эта комната не уступала по размерам спальне и была выполнена в том же стиле, из мебели здесь были полочки на которых ровными рядами выстроились странные предметы, вроде украшений и механических штуковин и старые потрепанные временем фолианты, большой деревянный стол и резной стул из темного дерева стояли посреди комнаты, на столе расположилось несколько подсвечников, рукописи с чертежами на непонятных языках и несколько штуковин. На одной из стен висели пучки разнообразной травы, а в шкафах хранились баночки со странными ингредиентами, в углу комнаты был расположен еще один стол на котором стояла большая горелка над которой на креплениях висел котел, и лежали разнообразные инструменты. Марсель конечно знал что младшая сестра Клауса была наполовину ведьмой, но и представить не мог, что это будет выглядеть так. Ходя по комнате и разглядывая всякие штуки парень наткнулся на старинный меч лежащий в длинном деревянном футляре. И в силу своей глупости взял его в руки. По началу ничего не происходило, но после начала подниматься температура, и кости начало ломить. Марсель пронзительно закричал. Он не знал есть ли вообще кто-нибудь в доме, Ребекка, Элайджа и Клаус, еще в полдень уехали на прием к одному из местных чиновников, Регина с раннего утра ушла на кладбище к ведьмам которые на удивление очень хорошо к ней относились нежели к остальной первородной семье. Парень уже мысленно попрощался с жизнью как вдруг, совсем рядом раздалось злое шипение, и определить кому оно принадлежит, змее или человеку, было крайне сложно. В следующую секунду его подхватили нежные и в тоже время сильные руки и уложили на кровать в спальне. Человек с красивым голосом и начала читать какое-то заклинание после которого боль притупилась, а жар спал. И молодой человек смог разглядеть Регину которая металась из своей потайной комнаты в ванну на вампирской скорости, унося туда разнообразные баночки и пучки травы. Через несколько минут девушка вернулась с закатанными пол локоть рукавами платья и затянутыми на затылке русыми волосами, она без лишних слов сняла с него всю одежду оставив только кальсоны. – Поднимайся, – Регина протянула ему руку за которую Марсель ухватился и опираясь на девушку пошёл в ванну. Вода в ванне была слегка голубоватого цвета, а по поверхности плавали сиреневые листья какого-то растения. Рядом на тумбочке лежало смоченное каким-то раствором полотенце. Регина подвела Марселя к ванне, после чего опустила его в воду и положила на лоб сложенное полотенце с приятно пахнущим раствором. Заклятье притупляющее боль и жар рассеялось, но неприятные ощущение уже не были так сильны. – Зачем ты зашел в мою комнату? – Регина недовольно посмотрела на парня и села на табурет. Он впервые за десять лет обратил внимание на сколько юной она выглядит: длинные шелковистые русые волосы, обычно уложенные в аккуратную прическу, сейчас были слабо стянуты на затылке и уже не раз норовили рассыпаться по изящным плечам и ровной спине, голубые глаза обрамленные темными пушистыми ресницами смотрели прямо в душу, слегка курносый носик, губы сжатые в тонкую линию. Раньше она для него была вечно высокомерной девушкой, если не тетенькой, которая могла надрать зад Клаусу, культурно послать Элайджу и постоянно спорить с Ребеккой о новых тенденциях моды. Сейчас же парень понимал что сейчас по сравнению с ним она молодая девушка, которая выглядит лет на семнадцать, но которая прожила практически тысячу лет, видела и участвовала во многих исторических событиях. Побывала на многих войнах. Она воспринималась как более взрослый и опытный человек с внешностью молодой девушки – Мне просто стало интересно чем ты там постоянно занимаешься. А потом увидел меч и взял в руки. Кстати что это за меч? И почему я после касания к нему почувствовал муки оборотней в полнолуние? – Казалось, парень впервые сказал ей столько много. – Любопытство сгубило кошку. Еще бы пять минут и твою душу поглотил меч. Неужели Клаус тебе не объяснил что трогать чужие, вещи нельзя?– Регина иронично изогнула брови когда Марсель облегчено выдохнул. Боль и жжение прошли, осталось лишь приятное покалывание – А меч, мой. Я его лет шестьсот назад заколдовала для того, чтоб не украли, меч поглотит душу любого человека или сверхъестественного существа, кроме первородных. И как это остановить знаю только я. Она насмешливо смотрела как он блаженно улыбался практически по подбородок погружаясь в воду. Регина отличалась от Ребекки: она не часто ходила на балы и приемы, предпочитая оставаться дома в библиотеке или своей комнате, но этикет знала и применяла там где надо, постоянно колесила по миру, ища старинные рукописи и книги, была главой клана который обосновался на севере России, не была влюбчивой как Ребекка, единственный молодой человек с которым ее видел Марсель пропал через неделю, а у Регины подозрительно увеличился ассортимент ингредиентов, и она провела какой-то ритуал. Как сказала Ребекка, она была с такими же чертятами в глазах, и Дьяволом в мозгах как и остальные младшие Майколсоны – Почему ты меня ненавидишь? – спросил Марсель после затяжного молчания. – С чего мне тебя ненавидеть? Откуда такие доводы? Претензии парня были обоснованы. Раньше она действительно относилась к нему небрежно и недолюбливала. Ей не нравилось, что Ник притащил в дом мальчишку, и ей было плевать на речи Ребекки и Элайджи, которые твердили о том что в их психопате-брате осталась крупицы человечности, и что для него еще не все потеряно. Она понимала что ребенку нужен дом и семья, но это не подразумевает их семью. Регина тоже находила детей на улице, но не тащила их в семью, а пристраивала в приличные семьи или отправляла в пансионы-интернаты, где они получали образование и в последствии могли сами себя обеспечить. Марсель молчал и выжидательно на неё смотрел. – Я не ненавижу тебя Марсель. Я злюсь на Ника. Он привел тебя в семью обсудив этот вопрос только с Ребеккой и Элайджей, наплевав на моё мнение. Если я своим поведением по отношению к тебе, тебя обидела, прости. Сам по себе ты не вызываешь во мне негативных эмоций. – она поднялась с табурета и пошла в комнату чтоб взять бутылку бурбона и два бокала. Марсель впервые за долгое время позволил себе расслабиться в присутствии Регины. – Я на тебя не в обиде. И прости что пробрался к тебе в комнату. Мне следовало спросить тебя, а не копаться в твоих вещах. Девушка мягко улыбнулась и протянула ему бокал с бурбоном. – Я на тебя не злюсь. Помни, любопытство не порок, но большое свинство. Будь на моем месте Ребекка, тебе бы оторвали руки. Это еще хорошо что ты меч взял, а не например проклятый перстень Дельфины Лалори. – Слушай, а что это за комната и что это за штуки на полка? – Это темномагические артефакты, некоторые из них принадлежали моей маме и тете. А комната лаборатория. Именно так сидя в просторной ванной, попивая бурбон, Регина рассказывала Марселю о своих путешествиях и своей жизни, а Марсель о своей жизни в рабстве у своего отца-губернатора. И именно после этого разговора они стали хорошими друзьями.

***

– Живу где и прежде. – я уже два часа рассказывала Марселю чем занималась, неспешно шествуя с ним по Бурбон Стрит, в сторону дома Виолетты. – С остальными вижусь не часто. Французский квартал совсем не изменился. Особняки в которых преобладает мавританский стиль, кованные балконы, галереи и террасы, с которых свисают вазоны с цветами. И все это на фоне высоток и небоскребов. – Как там Ребекка? – Марсель вел меня под руку, а за нами метрах в двадцати шли его вампиры и следили за каждым моим движением. – Хорошо, сейчас если не ошибаюсь ушла с головой в бизнес. – Обо мне не вспоминала? – Она тебя оплакивала, но ехать сюда не рвалась, да и Ник бы на врятли отпустил. Мы шествовали еще несколько минут, пока не подошли к симпатичному современному домику, с ровно подстриженным газоном и садовыми гномами. Если бы не знала, что тут живет волшебница, подумала бы что это дом очередной домохозяйки. Хотя в общий вид Французского квартала этот дом не вписывается. Если выражаться современным языком: не в тему! Марсель оставил меня возле ворот ссылаясь на дела и пригласил вечером на вечеринку к себе домой. Я не стала поправлять его и говорить, что это вообще-то дом Майклсонов, в частности Ника, дабы не обидеть нежные чувства «друга». Пока Марсель думает что я так же радушна и приветлива как тогда, я думала как бы обменять гроб Кола на его голову у Ника. Я разочаровалась в нем, так как он предпочел стать вампиром вместо того чтоб пробудить Ребекку. Потом снова задурил ей голову и заставил пойти против семьи призвав в город Майкла. На тот момент я была в Чехии на праздновании Вальпургиевой ночи в городе Прага. О прибытии отца в Новый Орлеан узнала от Ника, который отправил Ребекку и Элайдюу с гробами в Чикаго, а сам приехал за мной. Он уговаривал уехать вместе с ними, но я сказала что вернусь в Копенгаген. Брат был зол до чертиков и вознамеревался затащить меня на корабль силой, но в итоге согласился с тем что там мне будет лучше. Я была уверена на все сто процентов, если бы кинжалы могли отправить меня в спячку, она спала бы рядышком с Финном эти девятьсот лет и не отсвечивала. Про прокол сестры, с призывом папочки, Нику она рассказала. Он конечно бесновался и хватался за кинжалы, но в итоге здравый смысл Регины и Элайджи победил его гнев и брат признал что Ребекка ошиблась и сожалеет о своем проступке. Притом сейчас рядом с ней нет мальчишки-максималиста который будет дурить ей голову. Оказалось что среди предков отца были колдуны и ведьмы из Ковена Близьнецов, и она унаследовала одну из особенностей некоторых представителей клана, а именно неимение своей магии и поглощение ее из окружающего мира. Мама постоянно насыщала ее украшения магией, а после обращения необходимость в этом отпала. Девушка стала еретиком. Так ее назвала Эстер после обращения. Мысли словно рой пчел гудели в голове когда она постучала в дом. Дверь открыла женщина лет тридцати пяти-сорока, на вид. Типичная американская домохозяйка. При виде гостьи она приветливо расплылась в улыбке: – Добрый день, мисс Майклсон. Всё готово.

***

Забрав заказ и поболтав с Виолеттой, я отправилась в аэопортр. До первого сентября две недели, все было готово, и оставалось только уехать. Поместье в Копенганене, уже было подготовлено: везде порядок, антикварная мебель накрыта чехлами, некоторая уже уехала в лондонское поместье. Оставалось решить несколько вопросов с соседом, и можно было отправляться в путь. Послышавшаяся возня за дверью, оповестила о прибытии господина Ларсена — моего соседа и по совместительству лорд-мэра города. Мы дружили уже пять лет, а его жена Софи, частенько заглядывала ко мне в гости, и мы могли по долгу обсуждать благоустройство города. Урбан же чаще всего обсуждал со мной нововведения в области политики, экономики и инфраструктуры. Пожалуй они мне нравились. Такие простые и позитивные люди заботящиеся о родном городе не могут не нравится. После минуты раздумий, Урбан все же постучал, и вот, он уже стоит в холле и смотрит на меня грустными глазами. – Пришел попрощаться? – я помню как расстроилась Софи когда я сообщила ей о переезде. Как сейчас помню, ее бурчание по поводу того что без меня она тут повесится со скуки. – Да, Софи сказала что, не сможет придти, потому что попросту тебя запрет и не пустит, а она понимает как тебе важна эта должность. – Ничего, я все понимаю. Но будьте уверены, что на Рождество я обязательно приеду. – Мы непременно тебя дождемся. – Урбан подошел и просто обнял меня. – Позаботься о доме. – Обязательно. Постояв еще пару минут в тишине мы вышли на улицу, где меня уже дожидалось такси. Закрыв дверь на замок, я передала ключ Урбану, села в такси, и помахав на прощание снова отправилась в аэропорт. Рейс «Копенгаген – Лондон»