Дело не в поцелуе
22 июля 2022 г., 19:20
Марк спал беспокойно, ему то и дело снилось, как кто-то гнался за ним, отбирая его вещи. Как он прятал мяч, но почему-то не в лагере, а у себя дома под половицами в гостиной. Мама ругалась и заставляла его, взрослого парня, идти в угол и стоять там до вечера.
Из-за этих снов он проснулся рано, с пульсирующей болью в висках. Он бесшумно поднялся с кровати, направился в ванную и умылся ледяной водой. Сознание тут же вернулось, но вот спать больше не хотелось. Неужели все эти сны были вызваны вечерней кражей? И пусть Марк никогда не воровал, но успел натворить много чего. Вечные драки в школе и незаживающие костяшки пальцев, разбитые окна, приводы в полицию за хулиганство. Но драк было больше всего, и обычно после потасовок он ругал себя за излишнюю вспыльчивость, хотя понимал, если ситуация повторится — он поступит точно так же.
Джим иногда читал ему лекции о поведении, но в большинстве случаев просто слушал, как Марк злится, попивая мятную газировку у себя на террасе. С Джимом они виделись часто. Однажды тот спросил, нравится ли Марку какая-нибудь девчонка, и тот впервые за долгое время соврал ему, сказав, что Линси с параллельного класса «ничего так». Для многих парней Линси и правда была «ничего», но только Марка это не интересовало. Он был сосредоточен на баскете и работе, и говорил сам себе, что сейчас ему просто не до этого. Вот когда он попадет в Лейкерс или Чикаго Буллз, тогда будет думать о девчонках, тачках и других пацанских вещах.
Часы показывали 6:58, когда он вернулся в комнату. Марку внезапно захотелось снова попасть на крышу, вдохнуть свежего утреннего воздуха и посмотреть на восходящее солнце. Полное умиротворение. Он даже подошел к кровати Тайлера, намереваясь его разбудить, но одёрнул себя. Если их сейчас застукают, то все проделанные махинации с мячом были впустую. И с чего бы ему вообще звать с собой Тайлера? Одному даже лучше, никто идиотские шутки шутить не будет.
Занять себя было нечем. Он перепроверил все, что могло выдать их: кроссовки зашнурованы, рюкзак так и остался на крыше, даже на планшете Тайлера открыта вкладка с фильмом, о котором он говорил своим парням вечером. Единственное заметное последствие — порез на белой футболке Марка. Аккуратная полоска не больше сантиметра, оставленная вчерашним осколком, который Марк выломал из рамки. Футболку было жалко: у него их всего пять, и он явно не планировал уменьшать их количество. Были бы нитки, он бы конечно зашил, но в лагере за четыре штуки баксов не предусмотрено, что тебе нужно что-то зашивать.
Марк сел на кровать и от нечего делать уставился на Тайлера. Прямой нос, тонкая линия губ, кожа будто фарфоровая. Марк раньше не видел, чтобы у парней была такая. Сам он с вечными царапинами, веснушками и пробивающейся щетиной явно не выглядел, как эталон. В детстве он ненавидел свои рыжие волосы и веснушки: пытался закрасить их светлыми карандашами и маркерами, а один раз так психанул, что взял ножницы и обрезал все волосы, до которых достал, в том числе и на бровях. Мама сначала испугалась, а когда поняла, что произошло, долго смеялась, сравнивая его с линяющим котенком. С тех пор фотка Марка со стильной прической красовалась в гостиной под стеклом, поднимая миссис Ходжерс настроение всякий раз, когда она на нее смотрела.
Марк смирился со своей «рыжестью», но даже если и не считал себя уродом, то точно не поставил бы в один ряд с парнями из «верхнего мира». Между ними необъятная пропасть и, попади он в NBA, он все равно не стал бы частью их общества.
Интересно, дразнили ли Тайлера за его волосы в детстве, или он все это наплел? Марк бесшумно подошел к кровати и присел на корточки. Тонкая белая прядь выбилась из челки и упала на глаза. Ее так и хотелось поправить, но он не стал. Он что, педик какой-то, пацанам волосы трогать?
Марк пристально посмотрел на веки Тайлера и вскинул брови от удивления: ресницы и вправду были местами идеально белые. Он никогда не видел такого ни у реальных людей, ни в интернете. Его познаний в биологии было недостаточно, чтобы обосновать природу этого явления, но то, что это выглядело необычно-завораживающе, нельзя было отрицать. Наверное, родись Тайлер в веке так шестнадцатом, его бы сожгли как ведьму. Хотя, если думать в таком ключе, рыжий Марк составил бы ему компанию на соседнем костре.
Он наклонился, стараясь рассмотреть, есть ли такая «особенность» на другой стороне лица, как внезапно Тайлер открыл глаза. Марк отпрянул в панике, не зная, куда деть глаза.
— Могу сделать вид, что я сплю и не вижу, как ты на меня пялишься, — чуть ли не мурлыча произнес Тайлер.
— Я не пялился. Я просто… посмотрел, — все еще явно нервничая из-за того, что его застали врасплох, Марк поднялся и подошел к шкафу, начав перебирать футболки.
— Встал пораньше, чтоб полюбоваться? — Тайлер довольно улыбнулся.
— Проснулся и не мог заснуть, — Марк потер нос своим привычным жестом. — Как думаешь, Балтман уже обнаружил пропажу?
— В 7 утра-то? — Тайлер повернулся на бок, опираясь на ладонь и разглядывая Марка. — Думаю, не раньше обеда. А может вообще завтра, если повезет. Но он все равно не догадается, кто стоит за этим злостным преступлением.
— А если все-таки догадается? — Марк обернулся, и их взгляды встретились.
— Не думал, что тебя так легко напугать, — и перед тем, как Марк успел возразить, добавил:
— За поцелуй возьму вину на себя.
— Я готов сам взять вину, лишь бы ты прекратил.
— Смотри, а то и правда возьму и прекращу, — Тайлер лениво встал и прошел в ванну, оставляя Марка одного.
***
Марк ожидал, что разборки начнутся за завтраком, но, как оказалось, после их выходки планета так же продолжала вертеться, и конец света в лице грозного Балтмана не наступил. Все случилось чуть позже, когда парни настолько были погружены в тренировку, что забыли о всех прошедших событиях. На поле буквально влетел тренер, свистком заставляя всех остановиться и посмотреть на него. — Предлагаю виновному самому сознаться, — тяжело дыша, он обвел всех присутствующих взглядом. По залу прошелся шепот. Никто не понимал, что происходит. — Уэст? Ходжерс? — не моргая, он смотрел Марку в глаза. — Ну, чего молчите? Что? Как он догадался? Неужели Тайлер рассказал? Да ну, быть не может. Секунду они с Марком словно сканировали друг друга, пытаясь понять, а действительно ли второй что-то знает или только делает вид. Это могло продолжаться и дальше, но тишину прервал Тедд — главный тренер лагеря: — Тренер Балтман, что произошло? Кто-то из парней что-то натворил? — «Натворил» — это мягко сказано. Кто-то незаконно влез в кабинет, устроил там погром и украл мяч, конфискованный мною в понедельник, — он снова уставился на Марка. — Конфискованный, к слову, у мистера Ходжерса и мистера Уэста. Марку стоило многих усилий не подавать вида, что его сердце бьется, как у загнанного животного, но он молча смотрел тому в глаза. Он где-то слышал, что это психологическая уловка при вранье, только вот жаль, что там не уточнили, насколько это тяжело. Ему до жути хотелось глянуть на Тайлера, но он знал, что это могут заметить. — Если это так, нужно просмотреть камеры, — спокойно произнес Тедд, но реакции не последовало. Он настолько зол, что не слышит его? Или камеры уже посмотрели и ничего не нашли? Почему-то эта мысль порадовала и, если бы Марк мог улыбнуться, он бы сделал это, но, казалось, его лицевые мышцы сковало. Казалось, будто он никогда не сможет больше улыбаться. — Тут какая-то ошибка, — Доул глянул на парня, ища подтверждение своих слов. — Единственная ошибка в том, что этот человек занимает место в лагере. Мы в любом случае узнаем, кто это, и виновный понесет должное наказание. Для начала — обыщем ваши комнаты. Его голос был тверд, и Марк на секунду почувствовал себя в армии. Если раньше служба была его планом Б на случай провала в баскете, то сейчас он засомневался. — Раз виновный не хочет сознаваться, а те, кто знают, кто это совершил — молчат, то финальные игры будут отменены для старшей группы. До этого сердце Марка бешено колотилось, но при этих словах будто замерло. Как и все вокруг. Он был готов к чему угодно: что будут проверять комнаты, опрашивать всех или даже вызовут полицию, но не отменят игры. Ведь именно в конце смены придут все скауты и спонсоры, именно тогда Марка должны заметить. Без финальных игр это все не имело смысла. Сейчас казалось, что без них дорога в баскет для него вообще закрыта. Он растерянно глянул на Тайлера. Тот выглядел довольно спокойно, но, заметив испуганный взгляд Марка, сам переменился в лице. Черт, черт, черт! Нужно было решаться прямо сейчас. Если его не выгонят из лагеря, то можно рискнуть. Он готов хоть круглосуточно бегать по стадиону и приседать до потери сознания, лишь бы игры не отменили. Но что если его все-таки выгонят, если он признается? Четов мяч Леброна! На нем даже подпись почти стерлась, неужели он разрушит все, к чему Марк так долго шел? Его ладони вспотели, и он вытер их о шорты. А если об этом узнают, и его больше не возьмут никуда? С другой стороны, это просто какой-то мяч, он даже не украл его, Тайлер ему его подарил! Если он скажет сейчас, все еще будет шанс что-то поменять. — Это сделал я. Все обернулись на голос. Тайлер, на которого были устремлены все взгляды, выглядел спокойным. Марк опешил, не веря в реальность происходящего. Он думал, что уже пережил все неожиданные потрясения на сегодня, но, как оказалось, нет. Какого черта творит этот ненормальный? Решил в героя поиграть? — Проспорил парням, что добуду мяч, — он развел руками. — Полностью моя вина. Как бы Марк ни старался прожечь его взглядом, Тайлер смотрел только на тренера. Судя по лицу последнего, такого исхода тот и сам не ожидал. Одна его бровь взлетела вверх, а рот открылся в немом вопросе. — Тайлер, — вырвалось у Марка. — Что? Я им даже поиграть не успел, — сказал он немного виновато. Кажется, даже тренер Тедд забыл о тренировке и с интересом наблюдал за развитием событий. — Ко мне в кабинет, — Марк впервые услышал, что голос Балтмана может звучать растерянно. Не оборачиваясь ни на кого, они покинули зал, и тренировка продолжилась.***
Как бы Марк ни старался собраться и продолжить заниматься после ухода Тайлера, получалось из рук вон плохо. Оставалось слишком много вопросов, ответы на которые хотелось получить прямо сейчас. Он поймал себя на мысли, что не хочет, чтобы этот чокнутый уезжал. Конечно, если бы стоял выбор: проведение игр или Тайлер, он бы выбрал первое, но к своему удивлению, Марк был совсем не против, если бы его сосед остался. Даже с его тупыми шуточками. По окончанию тренировки Марк покинул площадку первым. Итан последовал за ним. Парень пытался узнать, что произошло, но Марк лишь отмахнулся, сказав, что все расскажет позже, и поспешил в комнату. С того момента прошло больше часа, и он надеялся, что Тайлер уже в комнате. Еще в комнате. Подходя к корпусу, он оглянулся, ища взглядом полицейских или Тайлера с его дорогущей дорожной сумкой, но встретил только младший отряд, который как раз шел в зал. Он ускорил шаг и оказался в комнате как раз в тот момент, когда Тайлер прятал свои кроссовки в сумку. Марку на секунду стало так обидно за него, ведь они делали это вместе, а отдуваться приходилось ему одному. Это было несправедливо, а Марк в свои 16 уже знал кое-что о несправедливости. — Какого черта ты сказал это? — Марк с досадой посмотрел на Тайлера. — Понимал, что значат игры для парня вроде тебя, а мне баскетбол не особо нужен. — У тебя будут проблемы? Полиция и все такое? — Лагерю невыгодно поднимать шумиху, поэтому никакой полиции. Он бросил кроссовки и повернулся к Марку. — Но это вроде как сработало. И кстати, — Тайлер сделал пару шагов в его сторону, наклоняясь к его уху, — где мой поцелуйчик за то, что взял вину на себя? Марк оправдал мурашки на плечах просто остатками утреннего волнения, а не тем, что этот чокнутый что-то шептал ему в самое ухо. И вообще, разве можно думать о таком, когда тебя выгоняют? Или это как предсмертное желание? Марк еще раз с сожалением подумал, что Тайлер уйдет, и придется жить с кем-то другим из его команды. Наверное, с каким-то действительно тупым мажором, который вдобавок еще и играть не умеет. — Давай это все потом, что тебе сказал Балтман? Ты ему рассказал, где мяч и как мы это провернули? — он за плечо отстранил Тайлера от себя. — Да ничего смертельного, назначил отработку до конца смены и сказал, чтобы мяч не покидал сумку. И подожди, ты сказал «потом»? Потом — это в смысле сегодня? — Тайлер облизнулся. — Погоди, то есть тебя не выгоняют? Просто отработка? — Ага, так что насчет потом? — Да подожди ты, а про меня он спрашивал? — Спрашивал, но я буду отвечать только когда ответишь ты. — Да блин, не буду я тебя целовать. — Будешь или нет я уже узнал, сейчас вопрос — когда это произойдет. — Через десять лет, окей? — Ну вот тогда значит и продолжим разговор, — Тайлер отвернулся. — Я же иду тебе навстречу, почему бы тебе тоже не попробовать отвечать за свои слова? Марк закатил глаза. Зная Тайлера, пусть и такой короткий срок, он понимал, что тот не сдастся, но все же решил попробовать замять неудобный вопрос. И вообще, это же нелепо, у него вырвалось это «потом», а Тайлер устроил из этого трагедию. — Так, а мяч ты достал? — Через десять лет отвечу. — Ну ты серьезно? — А ты? — Тайлер посмотрел ему прямо в глаза. — Дело не в поцелуе, а в том, что ты бросаешь слова на ветер, Марк. Значит, бросаю слова, а ты весь такой герой? Не медля ни секунды, Марк схватил Тайлера за плечо и быстро дотронулся губами до его щеки. По ощущением он скорее клюнул его, чем поцеловал, но это не имело значения, ведь он сдержал свое слово. Он оглянулся. Не то, чтобы он всерьез думал, что сейчас вокруг появятся плакаты с надписью «Марк Ходжерс — гей» и его фотки в кожаных штанах, но он хотел убедиться, что мир вокруг остался прежним. — Доволен? А теперь ответь на мои вопросы. Тайлер приложил руку к щеке, словно его только что по ней ударили. Но выглядел он очень довольным. — Ладно, беру свои слова назад. — он сел на кровать. — Про крышу я не рассказал, сделал вид, что мяч лежит в комнате. Он сначала спросил, не выгораживаю ли я тебя, а потом допытывался, не был ли ты моим сообщником, ведь как это ты не заметил все то, что я провернул. — Почему он так уверен, что это был я? Тайлер на пару секунд замолчал. — Поверь, ответ тебе не понравится. Хотя, думаю, ты и сам догадываешься. — Намекает, что если я из не самого мажорного района, значит обязательно пизжу вещи? — Не так грубо, но смысл ты уловил верно. — Вот мудак, — Марк криво усмехнулся и непроизвольно сжал кулаки. — Как же заебали такие. Вы там все только так о нас и думаете, да? — Легче, тигр. Все мои мысли о тебе я выражаю. — Точно, у вас там все или мудаки, или педики. Тайлер удивленно уставился на Марка. Его взгляд был разочарованным, но сам Марк был настолько зол, что не придал этому значения. — Будто «у вас там» все святые. Но я почему-то не причисляю тебя к наркоманам или преступникам, которых полно в вашем районе, — Тайлер резко встал с кровати и вышел, не дав Марку сказать что-то в ответ.
