Пятнадцать мгновений

Пять мгновений до. Пять мгновений во время. Пять мгновений после. Олег ненавидит все пятнадцать. Первое мгновение. Тюрьма. Что-то, почти сразу, идëт не по плану. Их замечают слишком быстро, времени думать почти нет. Олег стреляет, убивает незнакомых ему людей, опять, как делал это на войне и других заданиях. Как будто он всë ещë в этих блядских джунглях, где любая неосмотрительность сразу же убьëт тебя. Второе мгновение. Петербург. Город Олегу нравился, а в детстве всегда завораживал своими далëкими огнями и манил своей немой грустью, пониманием. Олег даже думал, что это смешно — потерянный город для потерянных детей. Старая смешная мысль заставляет нервно дëрнуть уголков губ. Он захватывает группу заложников по приказу Разумовского. Третье мгновение. Допрос. Серëжа выглядит уверенным. Он выглядит так, как будто не просыпается каждую ночь от очередного кошмара. Олег почти завидует, сжимая за спиной пистолет. Глупая игра. Он знает, что они знают, что он знает, что он снял оружие с предохранителя. Но Олег хороший актëр и играет до конца. Четвëртое мгновение. Снова Петербург. Приëмный город его преследует, но любезно скрывает в тени узких арок от лишних взглядов. Темнота в них липкая и неуютная. Игрок сказал, что под него капает мент. Ничего. Когда Олег бьëт блондина в очках арматурой, ломая кости и оставляя жуткого цвета гематомы, он думает, как же он ненавидит этот ëбаный, по уши в дерьме и крови, город. Пятое мгновение. Самолëт. Олег думает, что лучше вообще никаких планов больше никогда не придумывать, когда всë опять идëт по пизде. Игорь умудряется перебить всю команду профессиональных наëмников, и чëрт знает, чего бы учудил ещë, не выруби его Олег автоматным прикладом. Идиоты. Олег не совсем чëтко помнит мгновения с шестого по десятый. За целым миксом отрицательных эмоций Олег почти не чувствует физической боли от тяжëлого свинца в своëм теле. Обида и злость топят. Одиночество и тоска давят сверху и не дают всплыть. Отличный коктейль, взболтать, но не смешивать. Одиннадцатое мгновение. Сибирь. И опять вертолет, в котором он крадëт Серëжу из-под стражи. Пистолет в левой руке лежит не так уверенно, как лежал бы в правой, когда пуля вышибает чужие мозги. Кровь пачкат лицо, Олег, закуривающий с заживающем, после огнестрельного, лëгким, тихо материться под нос, кашляя. Двенадцатое мгновение. Заброшенный монастырь где-то под Архангельском. Место странное, то ли мистическое, то ли просто загрязнëнное химическим заводом, Олегу, если честно, на такое поебать. Здесь тихо, птички поют, есть немного продуктов(для того чтобы кормить Серëжу этого хватает) и всем на всех похуй. Чтобы затаится и переждать самое то. Олегу самому плохо Серëжу вот так запирать, но он зол. Ужасно зол и обижен. Возможно, даже немного, на себя самого. Тринадцатое мгновение. Мексика. Горячий песок, море денег в казино, удачливые джекпоты. Олегу хуëво настолько, что он напивается в одиночестве. Олег не может понять, что чувствует Серëжа кроме вины, и не придумал ли он себе эту вину. Олег в себе самом разобраться не может, что он чувствует и чувствует ли вообще хоть что-то. Вроде всë в порядке. Но раньше он никогда не пил один и не спускался деньги в казино. Всë в порядке, просто люди меняются. Лжец. Четырнадцатое мгновение. Трупы на кухне его квартиры и Вадик на пороге его дома. Встреча неожиданная, была бы даже приятной не будь обстоятельства сильно жестоки. Метать ножи в своего сослуживца, который прикрывал Олегу спину на заданиях, странно, но адреналин делает своë дело. Проигрывать Вадику обидно до злого скрежета в зубах, а висеть под потолком истекающим кровью, уже до нервного смешно. Хорошо, что Лера ушла пораньше. Пятнадцатое мгновение. Старый амбар(или сарай, Олегу не до этого). Ему холодно и больно от любого лишнего движения. Олег до последнего надеется, что Серëжа не попадëтся в настолько примитивную ловушку. Он уверен, что он не придëт. Не за ним. Он ненужная обуза, прошедшая через мясорубку и случайным чудом выжившая. А ещë Олегу не хочется, чтобы Серëжа видел его таким слабым. В болезни и здравии, слова клятвы, которые они принесли друг другу. Олегу стыдно за своë спасение. Пять мгновений до. Пять мгновений во время. Пять мгновений после. Олег ненавидит все пятнадцать.