Лишь один.

Обжектам снова пришлось плыть по морю. Замазыч заметил, что у Брялка был больной вид. Замазка подумала, что это морская болезнь. Обжекты проплыли всего несколько часов, пока не приплыли к острову, похожи на лес. Многие деревья были высохшими, и упавшими. На коре были царапины, да и иногда следы зубов, будто кто-то кусал дерево. Замазыч всю дорогу смотрел на огромные звериные следы, оставленные на песчаной тропинке. Кнайф почувствовал какой-то запах. Потом в зарослях нож увидел, что что-то пробежало.  — Ребят! Давайте ускоримся! — сказал Кнайф.  — Зачем? — спросила Брялок.  — Там в зарослях кто-то есть! — ответил нож, когда снова увидел силуэт зверя. — Бежим! Кнайф побежал. Брялок и Замазыч обернулись: сзади них бежал медведь. Обжекты рванули, вслед Кнайфу.  — Ребят! Сюда! — сказал шёпотом кухонный. Брялок и Замазыч забежали в низкую пещеру. Медведь остановился у пещеры. Не увидя своей цели, он ушёл. Обжекты вышли и пошли дальше. Брялок остановилась по пути.  — Давайте остановимся! — сказала бордовая.  — Что случилось? — спросил Замазыч.  — Голова… Кружиться. — ответила подвеска.  — Может на солнце перегрелась? — спросил Кнайф.  — Тут и солнца практически нет. — сказал Замазыч. Кнайф и Замазыч отвели Брялка в тень под деревом.  — Я думаю, нам стоит остаться здесь на некоторое время, пока ей чуть не полегчает. — сказал Кнайф.  — Я тоже так думаю. — согласился Замазыч. Кнайф решил поискать съедобные грибы и ягоды. Как на его пути встретился тот самый медведь. Кнайф хотел убежать, как медведь заговорил:  — Не стоит убегать от меня, ведь путь по которому вы идёте, таит в себе много опасностей. Нож остановился.  — Каких опасностей? Хищные звери, коварные места или растения? Это?! — чуть ли не крича спросил кухонный.  — Не только это. — сказал медведь. — Как насчёт состояния вашей подруги? Послушай, до места к которому вы идёте, дойдёт лишь один из вас. — сказал лесной зверь и ушёл, оставив в Кнайфа в недоумении. Нож принёс грибы. Постепенно темнело. Обжекты в который раз развели костер. Кнайф не стал молчать, и рассказал о его встречи с медведем. Брялка не было у костра, ведь она предпочла остаться у ствола дерева.  — Нас даже животные предупреждают! — сказал Кнайф, переворачивая палку с грибами, которую он держал.  — Ага. — облакатившись рукой со вздохом сказал Замазыч, переворачивая свою палку с грибами как Кнайф. — Но нам в любом случае нельзя останавливаться! Мы же на испытании! Кнайф нахмурился и встал.  — Ты видишь что происходит с Брялком?! Ты слышал фразу медведя, о котором я тебе рассказал?! До места, к которому мы так хотим попасть, дойдёт в живых один из нас! И мы не знаем кто! — сказал, даже кричал Кнайф. Замазыч посмотрел на ножа, и тоже встал с места.  — Я всё понимаю, но надо. — сказал корректор. Кнайф хотел ещё что-то сказать Замазычу, как Брялок пробубнела:  — Можете потише, я спать хочу. Оба посмотрели в её сторону. Около неё валялась бордовая шерсть. Кнайф и Замазыч сели, всё ещё глядя на подвеску.  — Она никогда не линяла. — заметил Замазыч.  — Видимо, у неё не просто головокружение. — сказал Кнайф. *** На следующее утро, Брялку стало хуже. Ей всё время хотелось пить, но не есть. Шерсть подвески побледнела за ночь, и стала тускло бордовой. Замазыч нашёл реку. Обжекты привели подвеску к реке. Пушистая увидев воду, начала её пить, да так, словно она несколько лет не пила воду. И так было весь день. Брялок то ненадолго остановиться, то опять начнёт пить. Замазыч и Кнайф с грустью смотрели на ушастую, понимаю, что они скоро будут вдвоём, а там неизвестно, кто дойдёт до золотого журнала в живых, и закончит все эти испытания: Кнайф или Замазыч — неизвестно. К вечеру, Брялок наконец перестала пить. Утолив жажду, она снова лежала под деревом, и иногда выла, что выпила слишком много речной воды. *** Кнайф снова раздобыл еду. На этот раз и грибы, и ягоды. На небе снова появился дым, от вновь разведённого костра.  — Дайте мне тоже! — попросила Брялок. Кнайф оставил две палки с белыми грибами. Брялок отмахнулась:  — Мне только одну Нож решил не убирать одну палку, и просто вернулся к костру.  — Не хочешь к нам? — спросил кухонный. Брялок поматала головой.  — Нет. — ответила подвеска, подойдя к палке с грибами, и поедая жаренную еду. Ушастая день не ела, но аппетит был у неё как обычно. Не так, как она пила воду из реки. *** На вновь следующее утро, обжекты нашли две опустевшей палки, и лежачую с ней подвеску. Замазыч попытался разбудить пушистую. Но она не откликалась, и даже не дышала. Брялок умерла.