Аромат "Как Дома"

Всё время, когда они обнимались и нюхали, а Дин, дразнясь, играл с половой железой омеги, Кас был готов к спариванию. Всё, что для этого было нужно — один своевременный укус в нужное место. Но теперь всё, внезапно, стало сложнее. Альфа держал Кастиэля на спине, медленно трахая и обнюхивая его шею в поисках нужного места, но не находил его. Гормоны спаривания были слабы, хотя Дин очень старался, давая Касу свои лучшие движения. Идея спариться вне течки принадлежала Кастиэлю, который объяснил это тем, что во время периода они оба чувствовали непреодолимую потребность в спаривании, а вне течки это была их собственная свободная воля. И Винчестер, конечно, был с ним согласен. Хотя, довести омегу до точки, когда спаривание стало бы возможным, намного сложнее. Но альфе уже удавалось это раньше. Поэтому он был немного озадачен собственной неудачей на этот раз. — Извини, я просто немного нервничаю, — виновато произнёс Кас. — Просто укуси меня, может, это пройдёт. Дин резко остановился на середине толчка и, на мгновение, оставил шею омеги в покое, чтобы посмотреть на него. — Я не собираюсь "просто укусить тебя". Потому что будет очень больно, если твоё тело не готово к этому. — Может быть… — Оно к этому не готово, — повторил Винчестер. — Поверь мне, я это вижу. Инстинкты альфы, возможно, были не всегда полезны. Зато способность определить, готов ли омега к спариванию, была одной из супер способностей. Дин наклонился, целуя Каса, чтобы успокоить его. — Эй, всё в порядке. Мы можем попробовать в другой раз. Не обязательно делать это именно сегодня, верно? После этого Дин больше не пытался добраться до спаренной железы омеги той ночью. Они занимались любовью медленно и сладко, и Кастиэль больше не пах нервозностью. Только на следующий день, во время завтрака, Кас заговорил об их неудавшейся попытке спариться, сказав ему: — Я не собираюсь сомневаться. — Я так не думал, — Дин отпил кофе и, подмигнув, добавил: — Хотя теперь, конечно, подозреваю тебя в этом. Кастиэль хмыкнул, закатив глаза, и альфе пришлось улыбнуться. Ну ладно, может, у омеги и правда не было никаких сомнений. — Я очень хочу стать твоей парой. Просто, я так долго боялся спаривания. Знаешь, альфы делают такое с омегами во время течки против их воли и для всех это нормально. Вчера я прекрасно осознавал, что то, что мы делаем, должно закончиться брачной связью, но мой омега немного испугался, вот и всё. Так что, может, нам стоит сделать это во время моей следующей течки? На этот раз, уже Дин закатил глаза на самоотверженную выходку Кастиэля. — Мы так не сделаем. — Почему бы и нет? Если мы сделаем это во время моей течки, нам не придется ждать, пока мое тело "подготовится". Один укус — и мы пара. — Вот именно поэтому мы так и не сделаем. Не беспокойся, у меня есть план.

Судя по всему, так называемый "план" альфы состоял в том, чтобы отложить любые попытки спаривания или обсуждения этой темы. В течение следующих нескольких дней он, неоднократно, играл с брачной железой омеги, но дальше этого дело не зашло. К тому же, Кас мог точно сказать, что за его действиями не было никакого реального намерения. По сути, они вернулись к тем дням, когда Дин дразнил его, нежно облизывая его брачную железу. И хотя это было здорово, Кастиэль не мог не задаться вопросом, не Дин ли был тем, кто сомневался. В конце концов, омега испортил всё настроение, когда невольно саботировал их спаривание. Итак, в следующий раз, когда они оказались вместе в постели, Кас попытался выглядеть соблазнительно, сказав: "Спарь меня". Его сердце неровно билось в груди, потому что, по-видимому, его омега, всё ещё, был немного на взводе. Они, конечно, спарились, но только в том смысле, что у них был половой акт. Дин снова немного покусал его брачную железу, но не укусил достаточно сильно. — Не переживай, мы доберёмся туда, — позже пообещал альфа, целуя его в висок.

🥀🥀🥀

В субботу был вечер свиданий, который, на этот раз, означал ужин и просмотр фильма с посиделками за рулем в последнем ряду кинотеатра. Поскольку они не были подростками и не могли просто начать целоваться, то много флиртовали руками. Когда большой палец Дина слегка ласкал внутреннюю часть его запястья, Кас был уверен, что он чувствовал, как учащается его пульс, потому что… Ну, потому что он был влюбленным омегой, и когда альфа его касался, сердце всегда делало странные вещи. Ничего нового. В середине фильма рука Дина добралась до бедра Кастиэля, лениво поглаживая. Учитывая, что они находились в общественном месте, где не могли сделать большего, то начали целовать друг друга глубоко и чувственно, как только вернулись домой. Одежда осталась валяться на полу, и вскоре Кас уже стоял на коленях на кровати, а язык Дина был у него в заднице, облизывая и дразня внутренние стенки до такой степени, что из его отверстия начал сочиться ровный поток смазки. — Прикоснись ко мне, — взмолился омега. Потребовалось некоторое время, но он, наконец, смог совершенно спокойно говорить Дину, чего хочет, когда они были близки. Винчестер подчинился и, просунув палец в его задницу, направился прямо к простате. Одной из его любимых игр было посмотреть, насколько мокрым он сможет сделать Каса, прежде чем трахнуть его. Альфе нравилось несколько раз доводить омегу до грани оргазма, используя язык и пальцы, пока тот не мог больше этого выносить. Вскоре его трахнули, член Дина скользнул сзади легким, плавным движением, сопровождаемым скользкой смазкой, которую его задница выработала во время прелюдии в большом количестве. Альфа долго трахал его, чередуя медленный и глубокий ритм с быстрым и жестким, останавливаясь лишь тогда, когда они были близки к оргазму. Как раз в тот момент, когда Кастиэлю хотелось, чтобы Дин поцеловал его (он любил, когда Дин целовал его, находясь глубоко внутри), Винчестер вытащил член, перевернул Каса на спину и резко вошёл в него снова. Он вернулся к своему нежному, ленивому ритму, и омега воспользовался возможностью, чтобы притянуть альфу к себе для глубокого поцелуя. Конечно, после того, как Дин так основательно трахнул его мокрую задницу, Кастиэлем овладело желание обнажить горло. Как обычно, Дин наклонился, чтобы пометить свою территорию, как только увидел, что Кас приглашает сделать это. Покусывая всю шею, он несколько раз прошёлся по спаривательной железе, не обращая на неё особого внимания. И, каждый раз, омега думал, что альфа может его укусить (что посылало покалывания предвкушения по всему телу), но Дин просто облизывал вокруг неё. Однако, Кас всё равно чувствовал, как его брачная железа набухает из-за всей той любви, которую ему давали. Когда Кастиэль, наконец, нашел своё сладкое освобождение, Дин продолжил трахать его прямо через оргазм длинными, глубокими толчками, говоря: "Я так сильно тебя люблю" прежде, чем поцеловать омегу снова. Живот Каса сжался, мышцы напряглись, и дрожь второго оргазма ударила по нему, как раз когда член Дина пульсировал глубоко внутри. Узел легко зафиксировался на месте и, к этому времени, они уже достаточно хорошо знали друг друга, чтобы найти идеальную позу для объятий. Они, всё ещё, обменивались сладкими поцелуями, потому что спуск с оргазмического кайфа был всегда намного лучше, если сопровождался заверениями в любви и выражениями привязанности. Касу больше всего нравился запах альфы, когда тот был переполнен любовью, поэтому прижался носом к его пахучей железе и глубоко вдохнул. — Ты хочешь? — спросил Дин, и на мгновение Кастиэль даже не понял, о чём он говорит. Второй раунд? Но они, всё ещё, были связаны после первого. Но затем Дин мягко, почти неуверенно, задел большим пальцем его железу. Да, омега был готов к брачному укусу. Это было, по сути, единственное, чего не хватало, чтобы сделать этот момент идеальным. В ответ он обнажил горло и сказал: — Пожалуйста. На этот раз, когда его альфа потянулся к спаривательной железе, покусывая и посасывая её, не было никаких опасений. Только безмерное счастье. Большинство альф и омег, вероятно, делали это во время секса, а не после него. Но Дин и Кас не были "большинством людей" и всё всегда делали немного по-другому. В тот момент, когда Дин укусил по-настоящему, покалывание в железе усилилось до такой степени, что сердце омеги готово было взорваться от любви к этому альфе. И от того, как сильно он чувствовал себя любимым в ответ. Когда всё закончилось, Дин широкими движениями языка облизал место укуса, и Кас почувствовал, как в уголках его глаз наворачиваются слёзы. Винчестер остановился, чтобы вытереть, скатившуюся по щеке, солёную каплю. — Эй, ты в порядке? — Больше, чем ты можешь себе представить, — Кастиэль улыбнулся своему альфе. С этими словами он притянул Дина к себе для их первого поцелуя в качестве новоиспеченной пары.

🥀🥀🥀

Настоящие отношения с Дином означали, что Кас мог целовать, прикасаться и любить его так сильно, как он хотел (а это было очень много). Всё было волнующе и захватывающе, и омега никогда так много не улыбался. Но одна мысль совершенно вылетела у него из головы. Она пришла ему в голову лишь несколько недель спустя, когда он посмотрел на календарь на холодильнике и увидел, обведенную кружком, следующую пятницу с красной буквой "R" рядом. У Дина наступала пора гона. Одна только мысль об этом отправила омегу Каса в режим бегства — сердцебиение участилось, руки стали липкими, язык внезапно высох. Хорошо, что Дин был на работе, потому что он, несомненно, почувствовал бы изменение в его запахе. Когда у альфы, в последний раз, началась охота, они ещё не были вместе, и, естественно, провели это время порознь. Но, в этот раз, Кастиэль не мог сказать, чтобы тот сам позаботился об этом. Особенно после того, как Дин терпеливо помог ему пережить течку. Не то чтобы он не доверял своей паре. Просто, во время гона, альфы становились дикими, неукротимыми зверями. И как бы часто он ни говорил себе, что его альфа не такой, какая-то его часть — часть, которая не слушала разум — всё равно хотела убежать и спрятаться. Конечно, совместная жизнь и чувствительность к запахам друг друга не позволили ему скрывать свои опасения от Дина. — Что с твоим запахом? — первым делом спросил Винчестер, когда вернулся домой и сморщил нос, поцеловав его пахучую железу. — Что-то случилось? Он всегда переходил в режим защиты, когда в запахе омеги чувствовался след страха. Было бы легко придумать ложь. В конце концов, у Каса, всё ещё, случались такие эпизоды. И любая мелочь могла вывести его из себя. Но он не хотел врать своей паре, поэтому сказал, по крайней мере, пытаясь говорить непринужденно, хотя Дин, скорее всего, понял его состояние: — Я видел, что до твоего гона осталось всего несколько дней. — О, да, — морщинки беспокойства на лице альфы исчезли, сменяясь кокетливой улыбкой. — Будешь скучать по мне? — Скучать по тебе? — Ладно, — рука Дина замерла на шее Кастиэля. — Я знаю, что это всего на несколько дней, но мысль о том, что ты можешь скучать по мне, не так уж и неправдоподобна. — Нет, нет, — поспешил сказать Кас. — Но разве ты не собираешься остаться? — Ты ненавидишь находиться рядом с альфами в период гона, так что… — он замолчал, и затем Кас практически увидел, как над головой Винчестера загорелась лампочка. — Погоди. Это то, что тебя так напугало? Его рука вернулась к массажу пахучей железы омеги, что было излюбленным приемом Дина, когда он хотел успокоить свою пару. — Я не был "в шоке", — пробормотал Кас, хотя они оба знали, что это неправда. Однако, альфа не стал его за это критиковать. Он просто сказал: — Тебе не нужно об этом беспокоиться. Я и сам справлюсь с колеей. Ничего страшного. — Но ты не должен этого делать, — настаивал Кастиэль. — Теперь я твой омега и моя работа — быть рядом с тобой так же, как ты рядом со мной. — Кас, ты только что вонял ужасом и мокрой собакой только из-за перспективы моего пребывания здесь во время гона. Думаю, мне лучше держаться подальше. Будем готовить или закажем еду на вынос? Вот так обсуждение этого вопроса было закончено. По крайней мере, для Дина. Но Кас продолжал думать об этом в течение следующих нескольких дней. Новость застала его врасплох, вот и всё. У него не было времени это обдумать. Но теперь, когда у него было несколько дней, чтобы привыкнуть к этой идее, он пришёл к выводу, что не хочет, чтобы Дин ушел в свою колею один. Во-первых, он не желал, чтобы Винчестер чувствовал себя несчастным. Невозможность провести гон с омегой должна быть тяжелой для альфы, что бы ни говорил Дин. Более того, Кастиэль чувствовал, что он столкнуться со своим иррациональным страхом. Потому что понимал, что Дин не потеряет контроль и не причинит ему боль. — Можем ли мы… попробовать? — спросил он в четверг вечером. Они лежали в постели, обнимаясь. Дин уже собрал сумку на завтра, и, возможно, Кас немного опоздал с этим предложением. Но он, только что, решил, что это то, чего он действительно хочет. — Попробовать что? — Дин уже закрыл глаза и даже не потрудился их открыть. — Мог бы ты остаться завтра, и мы посмотрим, что из этого получится? Это заставило Винчестера резко сесть. На мгновение, он уставился на омегу, прежде чем сказал: — Это что, предложение самопожертвования, когда ты на самом деле не хочешь, но считаешь, что должен сделать это для меня? — Я хочу попробовать, — повторил Кас, потому что в этом он был уверен. Омега немного беспокоился, потому что отсылать Дина в разгар его гона, если дела пойдут не так, было бы неловко. Но ему, в любом случае, придется научиться быть рядом со своим альфой в этот период. — Если ты уверен… Голос Винчестера звучал немного робко, но это было нормально. Кас принял решение и был достаточно уверен за них обоих.

🥀🥀🥀

Когда у Дина начался гон (хотя он ещё не совсем начался) и он только ощущал покалывание под кожей, всё началось так же, как и в прошлый раз. Кас прижался к нему ближе, уткнувшись лицом в шею. Видимо, потому, что не мог насытиться его предгонным запахом. Но, на этот раз, Дин не пытался скрыться с места преступления, как можно быстрее. Вместо этого он наслаждался вниманием, пока игнорируя тот факт, что, с каждой минутой, становился всё более возбужденным. В конце концов, он больше не мог не обращать внимание на этот факт. Как бы ни пытался отвлечь своего альфу, поцеловав любимого омегу, тот активно сопротивлялся. — Ты в охоте? — спросил Кас, когда Дин начал яростно обнюхивать каждую часть его тела, до которой мог добраться, от шеи до подмышек, груди и спины. — Да, большое дело. И его альфа, конечно же, не понимал, почему он не мог трахнуть Кастиэля прямо здесь и сейчас. — Я, всё ещё, не могу поверить, что твой запах гона такой, — Кас замолчал, но то, как он прицепился к пахучей железе альфы, говорило само за себя. — Так ты меня не боишься? Дин проверил, тщательно помечая омегу запахом, на всякий случай, если другой альфа зайдёт и решит, что готов к атаке. Чёрт бы побрал его инстинкты! Конечно, логически он понимал, что шансы на то, что альфа заявится сюда, равны нулю. Но это не помешало ему тереться всем телом о Каса. — Нет и я думаю, мы можем попробовать обниматься голышом. Отлично! Иметь голого омегу (его голого омегу) под собой во время гона и не иметь возможности трахнуть его сладкую маленькую задницу было обременительно для его альфы. Особенно, когда Кастиэль нюхал и трогал его везде. Включая узел, который начал формироваться. — Это твой узел, — заявил он, тут же начиная с ним играть. Винчестер закрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов, чтобы успокоить своего альфу. К сожалению, это помогло ему лишь почувствовать сладкий запах омеги — и был ли это запах смазки? Невозмутимый Кас продолжал дразнить, на полном серьёзе проверяя его самоконтроль. Омега извивался, глядя на него сквозь ресницы, демонстрируя уязвимость, и в целом эффектно трахал собственного альфу. — Мне правда нужно… — Дин указал на свой член, надеясь, что фраза "кончу прямо сейчас" будет само собой разумеющейся. — Ладно, — кивнул Кастиэль, но прежде, чем Дин успел что-то сделать, он схватил член и принялся сосать. И, привет, похотливый альфа в гоне здесь. Конечно, его члену это понравилось слишком сильно, и скоро он выстрелил заряд за зарядом в ожидающий рот омеги.

🥀🥀🥀

Сначала Кастиэль немного нервничал, боясь, что одна из его тупых панических атак может всё испортить. Но Дин пах совершенно восхитительно, совсем не как альфа в гоне, а скорее как что-то, в чём Кас хотел бы поваляться. Хотя Дин точно был в гоне, его член оставался мягким. Но одного взгляда омеги было достаточно, чтобы возбудиться. После того, как Кастиэль дважды довёл Винчестера до оргазма ртом и один раз рукой, они снова целовались и, конечно, Дин снова был возбуждён. Альфам в гоне нужно что-то, чтобы завязать узел, в конце концов. И вот тогда Кас понял, что его омега совсем не против такого расклада. И никакого нервного трепета, никакого намёка на панику. Он немного дразнил Дина, покачивая бедрами, извиваясь, лаская его член, и только сейчас понял, что это способ омеги заставить трахнуть его. Только Винчестер слишком хорошо контролировал своего альфу, чтобы просто сдаться. — Ты можешь трахнуть меня, если хочешь, — прошептал Кастиэль на ухо Дину, и альфа замер, почувствовав смесь возбуждения и облегчения. Затем его руки схватили бедра омеги, и член нашёл путь в задницу. Кас уже некоторое время был скользким, что облегчило погружение члена глубоко внутрь. — Блять, Кас, — сказал Дин, вонзаясь в него. Смех застрял в горле омеги и он не смог его сдержать. Дин, наконец, позволил своему альфе наброситься на свою пару, но между толчками и поцелуями он спросил: — Что смешного? — Просто, — хихикнул Кастиэль, — я занимаюсь сексом с альфой в период гона. Дин замер внутри него и снова поцеловал: — И что в этом смешного? — Не знал, что это может быть весело, вот и всё. — Я покажу тебе, как весело, — рявкнул Дин и продолжил трахать его, пока смех Каса не перешел в стоны удовольствия. Оказалось, ему нравилось быть связанным альфой в гоне, пока этим альфой был Дин. Похоже, что совместная жизнь их пары обещала быть весёлой и насыщенной.