death and white flower

Следующие два дня Чхве Бомгю не может найти себе места и тихо скитается по больнице, разбираясь с архивом. Ему тяжело, да и работы предстоит выполнить чересчур много, но, по крайней мере, именно с ней он может ненадолго забыться и уйти от постоянных думок в своей голове. Мысли путаются и мешаются, каждый раз заставляя парня вспомнить всё то, что он успел увидеть на подземном этаже госпиталя. И даже когда всё уладилось и все продолжили делать вид будто ничего не знают, его брал страх. Плохое предчувствие и ожидание чего-то ужасного постоянно преследовало его, вырастая горами на его плечах. К тому же, что было слишком подозрительным, Кай не выходил на работу. Эти два дня Бомгю не удалось увидеть его в стенах этого здания или поблизости. Спрашивать у главврача он боялся, поэтому старался вести себя тихо и не привлекать к себе особого внимания. Бесспорно, это надо было делать раньше, но парень осознал и хорошенько прочувствовал только тогда, когда начало припекать пятки. А с новыми проблемами пропадал и сон, мучая и заставляя Чхве подниматься с кровати несколько раз за ночь. С утра же, его недосып мешал нормально работать. Вчитываясь в истории болезней, он грыз ногти, накручивая себя всё больше и больше. Бомгю больше не о чем подумать, кроме как о негативном, когда его коллега-сообщник неожиданно пропадает, а он остаётся один. В любом случае, максимально пытаясь не подать вида, Чхве шёл на работу. Ведь не сложно притвориться, что всё хорошо и беспокоиться не о чем. Бессмысленная трата времени, когда он по уши в работе. Ведь проще загрузить себя, чем попытаться разобраться. Между делом говоря, истории болезней, которые ранее принадлежали Каю, перешли к нему, отчего приходится сидеть в госпитале полную смену и уходить домой в семь вечера. Благо, квартира недалеко и уставать от ходьбы приходится меньше, чем от работы. Это, наверное, было единственным плюсом. Что касается халата и злополучной ключ-карты — Бомгю постарался избавиться от двух этих вещей как можно быстрее. И, как только переступил порог своей квартиры, пропуск порезал на мелкие кусочки ножницами, выкинув в помойное ведро; а халат отправил в стирку, чтобы после поступить с ним также, как и с картой. Кровь с него почти не отстиралась, поэтому вещь стала вдвойне бесполезной. Именно поэтому Бомгю всё ещё эксплуатирует халат коллеги. Кстати, за Кая Чхве переживал не меньше чем за себя. И, конечно же, не от большой любви к нему, а от того, что вампир может его сдать или сам попасть в неприятную ситуацию. Совесть немного колется, но Бомгю не считает себя плохим и виновным в неожиданной пропаже Кая. Ко всему прочему, он не знает причину его внезапного пропуска рабочих дней. Закрывая очередную папку, Бомгю карандашом ставит на ней галочку. Пусть эта будет на сегодня последней. Он и так работает усердно и поверх того, сколько должен успевать за день по графику. Поэтому, сложив документ в стопку остальных таких же, парень даёт себе возможность немного расслабиться. Бомгю потягивается, уводя руки в разные стороны, и прикрывает глаза от приятной боли в мышцах. Сидячая работа даёт свои плоды и Чхве приходится их пожинать. Включая проблемы со сном и недоедания, вскоре это точно приведёт к чему-нибудь плохому. Но парень считает это временными сложностями и привыканию к новому типу работы, и проживанию в столице. Некая безвыходная ситуация, без которой не обойтись. Вешая халат, Бомгю смотрит на себя в отражении зеркала. Всё такой же худой и уставший. Ничего не поменялось в его внешности после приезда в большой город. Да и сравнивать пока что не с чем, ведь не прошло и недели. Сегодня пятница, а значит, что впереди у него двое выходных, на которых он планирует сходить прогуляться по городу, в поисках каких-нибудь интересных мест. В его случае, даже обычный парк станет для него чем-то особенным. К тому же, деньги, что ему дали Бомгю ещё не тратил и следовало бы купить себе телефон на случай, если понадобится или случится что-нибудь важное. Всё-таки никогда не знаешь, что может произойти с тобой через десять минут. Чхве застёгивает кофту до самой шеи, накидывает сумку через плечо и, коротко выдохнув, выходит из кабинета. На этаже почти никого не осталось. Некоторые предпочли быстрее уйти с работы на двадцать-тридцать минут раньше, а остальные до сих пор сидят у себя в кабинете, оставшись на ночную смену. Бомгю тоже когда-нибудь предстоит остаться, но сейчас он думает лишь о том, как ему быстро отсюда уйти. Он постепенно забывается, представляя только то, как придёт домой, сядет перед телевизором и съест что-нибудь впервые за этот день. Сейчас Бомгю смело может наказывать себя за то, что не любит завтракать, а в столовую госпиталя предпочитает не ходить, экономя деньги. Поэтому его живот издаёт звуки мольбы и просьбы накормить. Чхве и правда очень голоден. Поджимая губы и вновь возвращаясь в реальность, парень быстро спускается на первый этаж и широким шагом идёт к выходу. Свежий воздух даёт расслабиться и успокоиться, а небольшой ветер словно отрезвлял. Некое затишье перед бурей. По телевизору передавали, что сегодня будет ливень с грозой, но пока на небе не было ни облачка. Это радовало, но надолго ли — неизвестно. Здесь всё переменчиво, начиная от характера и поведения людей, и заканчивая погодой, подобно сегодняшней. Возможно, Бомгю имеет ввиду и себя тоже. Семнадцатилетнему парню не дают покоя переживания, от которых он должен был избавиться, по словам Кая, ещё два дня назад; воспоминания ужасного вторника; и непонимания происходящего в столице. Он запутался в иерархии, законах этого места и что здесь позволено, а что — нет. Кажется, Бомгю никогда этого не поймёт, будучи тем, кто приехал из гетто. Эти два мира кардинально разные и то, что разрешено в одном, запрещено в другом. И если гетто — это место, почти полностью состоящее из живущих там людей, то столица — огромная территория, которую взяла под свою власть раса вампиров. И жить человеку, соответственно, в столице в несколько раз трудней и непривычней. Бомгю ругает себя за то, что снова углубился в эту тему слишком сильно. Свист тормозов, парень резко останавливается на одном месте, поворачивая голову в сторону громкого звука. Из-за того, что он задумался и машинально свернул на пешеходный переход, не увидел машину. Он распахивает глаза, сгибает руки в локтях перед лицом, будто бы его это как-нибудь спасёт. Вся жизнь перелетает перед глазами, страха отчего-то уже нет, и остаётся лишь терпкое ожидание. Всё произошло слишком резко и быстро, чтобы Бомгю мог хоть что-то понять и испугаться. Автомобиль всё же задевает, заставляя парня приземлиться прямиком на землю. Благо, вовремя затормозив, удар пришёлся не таким сильным, как ожидалось. Синяк останется с большой вероятностью и нижнюю часть тела будет ломить в неприятной боли на следующий день, Чхве в этом уверен. Руки грязные, но Бомгю хватается за кофту в области сердца. Только сейчас он наконец чувствует подступивший страх и приходит осознание того, что его чуть не сбили. В голове кавардак. Он нервно щупает себя в некоторых местах, проверяя жив ли и спокойно расслабленно выдыхает, понимая, что не умер. Перед его лицом — чёрный внедорожник, в чистом отражении которого он видит своё лицо, отпечатавшее на себе всё его ошеломление и растерянность. Буквально пара сантиметров и он бы точно коснулся его носом. Испуг берёт власть над его телом и ему приходится остаться в том же положении, в котором находится парень. Сидя, дорогой автомобиль кажется ещё больше и выше, чем немного пугает. Бомгю невольно вздрагивает, когда слышит как громко захлопывается дверь машины и теперь в ушах раздаётся только отчётливый пугающий стук ботинок обладателя авто. Тот идёт медленно, будто его вовсе не интересует происходящее. Бомгю пытается взглянуть, но ослепляет солнце, отчего он выставляет вперёд ладонь, как бы закрывая источник света. Щурится, попутно спешно проверяет наличие сумки рядом с собой. Он боится быть наказанным за то, что не осмотревшись вышел на пешеходный переход и, так сказать, подставил водителя. Именно поэтому с трудом пытается подняться с места, оперевшись о капот автомобиля. А мужчина, чуть не сбивший его на машине уже восстал перед ним во всей красе. —Не поранился? –Бомгю немного приоткрывает рот, не зная что ответить. Мужчина перед ним молод и красив, буквально здорово привлекая глаза. На нём белая рубашка, сидящая почти в облипку, отчего можно было заметить мышцы на руках и груди; строгие брюки чёрного цвета; и, обращающие на него внимание, серьги и огромный перстень на указательном пальце. Лисий хитрый взгляд устремлён прямо на него. Он смотрит обеспокоенно, удерживая на сгибе локтя пиджак под цвет брюк. Бомгю не забывает и про роскошное авто рядом с ним. Небольшое стеснение выдаёт румянец на щеках, отчего приходится опустить голову. Парень мотает головой в разные стороны и немного пошатывается, отходя на шаг. —Нет, я в порядке, простите, –Чхве кланяется несколько раз, изредка поднимая взгляд на вампира. Ему невероятно стыдно, поэтому он постепенно пятится назад, стараясь не нарваться на проблемы от такой влиятельной персоны перед ним. Но мужчина подходит к нему на два шага вперёд, когда Бомгю отходит всего на один. Взгляд парня невольно падает вниз — прямо на трость в руках вампира. Ранее он её не заметил, но сейчас уделяет ей слишком много внимания. Из-за этого и попадает прямо в руки этому мужчине, в прямом смысле. —Я вас сбил. Думаю, мне стоит загладить свою вину, поэтому прошу, хотя бы поужинайте со мной, –Крепко держа за запястье, мужчина больше не уговаривает. Его слова звучат как приказ и Бомгю не может отказаться. Думает, что злить вампира бессмысленно и лучше согласиться. Конечно, Чхве этого не хочет и дом для него сейчас важнее чем этот мужчина и то, что он его сбил. Виноватым его всё равно не считает. Но делать нечего, смотря в глаза этому вампиру, Бомгю не может противиться. К тому же, его крепкая хватка и стойкий настрой были вполне убедительными. Неуверенно кивая, Чхве всё же даёт положительный ответ. Небольшой улыбкой вампир одаривает парня сразу же. Он, наконец, отпускает его, макушкой указав сесть в машину. И ждёт, пока тот последует его просьбе, следит краем глаза, и сам не спеша садится в автомобиль. Чхве считает это немного странным, а самого вампира слегка сумасшедшим. Он чувствует себя неловко и скованно, находясь рядом, да ещё и в такой ситуации. Но, видимо, не в своей тарелке себя ощущает только Бомгю. Ведь мужчина выглядит слишком спокойным и даже, наверное, довольным. Как ни в чём ни бывало. Вампир поворачивает ключ зажигания, заводит машину и вновь встаёт в ряд. Давит на газ, постепенно разгоняясь. Не зная столицы, Бомгю даже не может предположить куда бы они ехали. Спрашивать стыдно и неловко, поэтому он просто смотрит в окно, наблюдая, как постепенно наплывают тучки. Внутри вновь появляется какое-то непонятное плохое предчувствие, но Чхве старается себя успокоить, выравнивая дыхание. Бояться ведь нечего, потому что, вероятно, такой влиятельный человек как тот, что сидит за рулём, ему ничего не сделает. Бомгю смешно с того, что он может навести панику на пустом месте. Парень отвлекается от высоких построек, вывесок и многого другого; опускает глаза на свои ладони, поджимая губы. Кожа на подушечках пальцев и ещё в некоторой части ладони немного стёрта. От этого и щипит, болью постоянно напоминая о ранках. Руки грязные, а он даже не думает о состоянии своей одежды. Бомгю чувствует себя пристыженным, хотя сделал это самостоятельно. Сам себя накрутил и сам теперь думает об этом. Внешний вид итак оставлял желать лучшего и дожить хотя бы до первой зарплаты, а сейчас всё вообще никуда не шло. Удивительно, как этот мужчина пошёл на то, чтобы добровольно предложить сесть в свою наверняка дорогую машину, чистую со всех сторон и внутри тоже. Бомгю хмурит брови, прикрывая глаза, якобы прячась от стыда, и вновь разворачивается к окну, чтобы вампир случайно не увидел его покрасневшего лица. Парень искренне надеется, что мужчина не считает его странным, когда он буквально ведёт себя так прямо сейчас. —Могу я узнать твоё имя? Не против же, если я сразу перейду на "ты"? Вампир разрывает тишину на светофоре, позволив своему пассажиру немного отдохнуть от навязчивых мыслей. Дорога предстоит дальняя, поэтому напряжение в салоне автомобиля возрастало с каждой новой минутой. И если по поведению вампира не было заметно его дискомфорта, то взглянув на Бомгю всего раз, можно было увидеть моментально. Мужчина часто кидал на него неопределённые взгляды на коротких остановках, наблюдая как парень нервно перебирает пальцами обоих рук и дёргает ногой. Это вызывало усмешку, вампир скептично вздёргивал бровь и снова отдавал всё своё внимание дороге. В полвосьмого уже изрядно темно; на улицах включались фонари и подсвечивались дороги. Город становился ещё красивее с приходом ночи, радуя глаз. Вот только огоньки столицы вскоре затухали, меняясь местами с лесом и посадками. —Чхве Бомгю, –Парень коротко кивает, поворачивая голову в сторону водителя. Профиль мужчины красив, да и сам он не отличался каким-либо уродством. Пухлые губы, которые вампир взял в привычку часто облизывать; густые брови, которые он хмурил когда шёл на обгон; и лисьи глаза, в которые Бомгю слишком часто хотел заглянуть. Они, по мнению Чхве, немного отличались от других, или же он попросту пока что таковых больше не встречал. У этого мужчины радужка постоянно одного цвета и не менялась ни на секунду. Какого-то красно-бордового цвета. Выглядело действительно красиво, но немного устрашающе. Особенно когда стемнело, отчего глаза немного поблёскивали, отражая в себе огни города. —Хорошо, Чхве Бомгю, тогда называй меня просто Ёнджуном. Думаю, так будет комфортно и тебе и мне, –Мужчина растягивает губы в улыбке, встречаясь с глазами парня. Немного неловко, но Бомгю отвечает ему тем же ради приличия. Хорошо, что вампир не видит стыда, оставшегося следом на лице Чхве. Парень сам не понимает как можно так много стесняться, но такая уж у него натура, что приходится терпеть самого себя. Это всё. Больше они не разговаривали в период всей долгой дороги. Ёнджун всё также спокойно и сдержанно ведёт машину, перестраиваясь из ряда в ряд, изредка поглядывая на задумчивого пассажира. А Бомгю у себя на уме представляет что будет дальше. Ему наконец стало спокойно и он даже позволяет себе немного расслабиться, и облокотиться о спинку сиденья. Засматривается вперёд, находя в лёгком плавном передвижении машин своё успокоение. Так ещё и пошёл мелкий дождь, от которого появлялось сонное чувство где-то внутри. Глаза закрывались сами собой, но парень держал себя как мог, чтобы не уснуть. Мелкие капли падают на лобовое стекло автомобиля, немного отвлекая. А ведь не было ни тучки, когда он только выходил с работы. Женщина в программе погоды не соврала и дождь всё-таки опустился на столицу в ночь. Постепенно городу на замену приходит лес, но Чхве решает не задавать лишних вопросов водителю пока поблизости есть жилые частные дома и свет в их окнах. Чхве понимает, что едут загород. Но тут уже тише: не слышно ни гулов завывающих машин, срывающихся с места как только на светофоре загорается зелёный; ни шумных компаний, разгуливающих по тротуарам большого города. Хоть огней и меньше, но, казалось, что здесь куда лучше. Все дома в этой местности роскошны и все отличались друг от друга не только размерами, но и расположением. Было ясно видно, что этот район не обычный, а для таких, вероятно, богатых людей как Ёнджун. Непонятно было только для чего вампир везёт его именно сюда. Отсюда добираться пешком слишком далеко, а такси будет ехать чересчур долго. Бомгю не хочет найти себе новых проблем, поэтому только и делает, что мысленно ругает этого вампира за то, что увёз его загород. Конечно, попутно всплывает и множество других вопросов за которые Чхве не прочь уцепиться. Бомгю пытается их развеять и не возвращаться к ним, потому что вновь поймать панику за хвост не желает. К тому же он уверен, что этому мужчине можно доверять и ничего плохого случиться не может. По крайней мере, в голове это звучит вполне убедительно. По телу проходит небольшая дрожь, а кожа покрывается мурашками как только машина останавливает около одного из особняков в этой местности. Глаза невольно скользят по огромной территории дома вампира, подсвеченной фонарями. За высоким решёточным забором раскинулся широкий сад с множеством видов растений и цветов, между которыми располагались ветвистые деревья, как бы рисуя совсем новый и более "удобный" вид. Выравненные, гладко подстриженные кустарники устлались по краям каменной дорожки, ведущей к дверям особняка, а небольшой плющ и витиеватые розы спускались со стенок забора, придавая некую сказочную картинку как дополнение. Наверное, было бы ещё красивее, если бы не было дождя, мешающего цветению. Бомгю ещё даже не вышел из автомобиля, но уже бегает глазами по всему двору, отпечатывая в своей памяти место, которое Ёнджун видит каждый день. Слишком красиво, чтобы так просто оторвать взгляд. Глаза парня сияют, губы немного размыкаются в восторге и немом удивлении. Это не остаётся незамеченным. Мужчина на водительском сиденьи хитро щурит глаза, совсем немного поворачиваясь к Бомгю корпусом. Левая рука крепко сжимает руль, а правая так и остаётся лежать на подлокотнике. Он смотрит неотрывно и слишком долго, словно пытается что-то прочитать в мальчишке. Сжимая руль до побеления костяшек, Ёнджун чуть хмурит брови и расслабляет уголки губ. На лице ни единой эмоции, вампир полностью сосредоточен на пассажире: на его действиях и эмоциях. Поведение мужчины меняется на глазах, но Бомгю сейчас этого просто не улавливает. Спустя минут десять-пятнадцать, перед хозяином особняка и новым гостем, наконец, открываются двери. Прислуга послушно приветствует обоих, но их внимание всё равно отдано вампиру. Они словно живые куклы: безэмоциональны и до ужаса спокойны. Только тоскливо наблюдают, не смея показать хоть какую-нибудь эмоцию на своём лице. Ни говорят ни слова и лишь покорно выполняют свою работу и приказы. Так сказать, домашние камеры, от которых ничего не укроется. Все одеты строго по форме, нет ни единого недостатка ни в самих людях, ни в их униформе. Но для Бомгю всё это кажется пугающим и несвойственным. Они — подделки и куклы, слепо подчиняющиеся своему кукловоду. Бомгю смотрит по сторонам, удивляясь, как минималистичен, но в то же время красив дизайн внутри особняка. Он идёт вслед за вампиром, не спеша переводя взгляд с одного предмета на другой. Всё здесь слишком дорого и Чхве невероятно взволнован, находясь внутри этого дома. —Твоя одежда, –Ёнджун осматривает парня с ног до головы как-то недовольно. На его лице красуется негодование, а в следующую секунду он вздёргивает бровь, поджимая губы. Вампир вальяжно садится на кожаный диван. Трость из его рук забирает прислуга, оставаясь в тени стен особняка. Своеобразная вешалка, ничего более. Именно об этом и говорил Бомгю у себя в голове, рассуждая насчёт всех этих "неживых" людей. Между делом, Чхве вновь краснеет, опускает голову, как бы случайно поправляя чёлку, —Просто смени её. Удивительно, сказал так небрежно, без доли смущения. Ёнджун щёлкает пальцем, лёгким движением призывая к себе одну из служанок. Слишком просто для такого человека как Бомгю. Ничего не составляет вампиру труда отдать подобный приказ, заставляя парня смутиться. Гнетущая сдержанная атмосфера здесь смущала и ужасно сковывала. Ощущение подобно рыбе на суше: ни с места сдвинуться, ни слова сказать. А когда этот мужчина смотрит в его глаза так продолжительно строго, то становится не по себе. Чхве не знает куда себя деть, убегая от проницательного взгляда вампира. Тот вдруг начал вести себя как-то странно и несвойственно для того, с кем познакомился полтора часа назад. Благо, его буквально спасает служанка. Она отвешивает слабый никому ненужный поклон, аккуратно подталкивает его в спину и, вытянув руку в сторону, указывает куда идти. Становится как-то жарко, Бомгю немного нервничает, задушенно поправляя ворот кофты, но слепо идёт за молодой девушкой. Они неспешно поднимаются по мраморной лестнице на верхний этаж, причём Чхве один раз уже успел подвернуть лодыжку на одной из ступенек. Отшутившись и сказав служанке, что всё хорошо, на её лице не дрогнул ни один мускул. Каменная харизма и выдержка поражали, но Бомгю не может отметить это в ней за хорошее качество. Ещё каких-то жалких пара минут и девушка отводит его в одну из комнат. Роскошную, но неприлично тёмную. Её освещает только полукруглые огоньки на зеркале и две высоких лампы по бокам. Бомгю боится темноты с детства, а приглушённый свет казался ему пугающим и опасным. Как в страшных фильмах, которых он насмотрелся в телевизоре на ночь. Но тревожно становилось ещё и из-за дождя, бешено бившего по стёклам. Сейчас он разыгрался не на шутку, захватив с собой раскаты грома и вспышки молнии. Смотря на окно, где тень веток деревьев предстала не в самом лучшем виде для воображения Чхве, парень пугается, подскакивая на месте. Стук сердца неприятно отдаёт в виски и колотится в груди так сильно, что создавало неприятное ощущение. —Ваша одежда, –Бомгю отступает на шаг, разворачиваясь на голос полный равнодушия. Он путается о собственные ноги, чуть ли не падает, но вовремя поддерживает равновесие с помощью рук. Сейчас парень выглядит нелепо и растерянно, но это ни коим образом не колышет служанку. Она всё также сдержана как и раньше. Единственное, что действительно удивляет Бомгю так это то, что прислуга в этом особняке всё-таки может разговаривать и ему навряд ли просто послышалось. Из него так и плещет сарказм, ведь Чхве всерьёз думал, что люди здесь, помимо Ёнджуна, просто куклы. Принимая от девушки вещи, та вновь кланяется, и выходит за дверь. Оставляя Бомгю одного в просторной комнате, он наконец может почувствовать себя в безопасности на некоторое время. Он щупает в руках одежду, аккуратно укладывает её на туалетный столик и только сейчас осматривает себя в зеркале. Его жалкий вид оставляет желать лучшего: брюки оказались грязнее всего, что на нём было, а кофта испачкалась почти незначительно. Даже влажные салфетки, найденные рядом с чистой одеждой, не смогли оттереть и некоторых пятен на его вещах. Поэтому Чхве отмывает салфетками только руки, жалуясь на боль от потёртостей. Какая-то тревожность возникает глубоко внутри. Бомгю переживает, потому что нахождение в этом доме медленно, но верно начинает его напрягать. Ему уже мерещатся какие-то шуршащие звуки рядом и странные тени, которые отбрасывают предметы в этой комнате. Чхве уже сто раз успел пожалеть, что всё-таки согласился на этот ужин и добровольно сел в машину этого вампира. Он не знает что ожидал и на что надеялся, когда давал положительный ответ. Наверное, думал, что вернётся быстрее чем они ехали сюда. К тому же, комендантский час щекотал нервы, ведь Бомгю не вампир и выходить после десяти будет не лучшим его решением. Поджимая губы и нервно кусая себе щёки изнутри, парень не знает что ему делать. Бомгю задерживается в этой комнате слишком долго, хотя старался закончить с нелепыми переодеваниями быстрее. Но парень задумчиво стоял напротив зеркала и глупо смотрел в своё отражение. Между делом говоря, чистые вещи оказались ему в пору, словно подобраны точно по его размеру. Просто случайность, не более. Многое до сих пор не могло покинуть его мысли даже сейчас. Ему ужасно стыдно за это, ведь он не в своём доме и вести себя так безбожно — чистое неуважение к хозяину особняка. Поэтому ещё раз быстро проверив свой внешний вид, Чхве небрежно складывает свои вещи в небольшую стопку и, наконец, выходит. Но на удивление, за дверью он никого не увидел. Служанка ушла, поэтому к Ёнджуну приходится спускаться одному, на носочках спешно удаляясь со второго этажа. У основания лестницы в нос сразу врезается противный запах сигарет. Едкий и слишком резкий, будет похуже чем у того старика-водителя. Бомгю не вдыхая прокуренного воздуха, машинально на несколько секунд задерживает дыхание и прибавляет шаг, заворачивая направо. Кажется, они пришли именно оттуда. Стараясь не показать того, что ему чрезвычайно противен запах, парень тянет слабую улыбку. Всё-таки Ёнджун имеет право делать всё в своём доме и курить в том числе. Но, как только Бомгю появляется в поле зрения мужчины, он выпускает изо рта густой дым, и не спеша тушит окурок в пепельнице. Чхве не может отметить как изменилось настроение вампира. Он словно какой-то уставший и загонявшийся. Равнодушно кидает на него взгляд и облокачивается о спинку широкого дивана, вытягивая руки по разные стороны. Теперь Ёнджун кажется весьма пугающим и надменным, что не проскальзывало в его характере при их первой встрече. Небольшое беспокойство разливается по телу парня; он пытается унять все возможные сомнения насчёт вампира и сосредоточиться только на ужине. Поэтому не забывает пообещать себе, что не задержится здесь надолго. —Спасибо, –Голос Бомгю оказывается слишком тихим, но его благодарность всё же была услышана. Снова глаза в глаза, приходится дать отпор своему смущению, потому что Ёнджун смотрит слишком настойчиво и Чхве не хочет вновь оказаться пристыженным самим собой. Возможно, это некая проба изучить вампира; попробовать заглянуть в его душу в полной мере, как это делает сам хозяин особняка. Читает словно изнутри и выворачивает в поисках чего-то скрытого, потаённого человеком глубоко в себе. Бомгю вот, например, никогда не мог докопаться до правды в сердце, даже будь оно небьющимся. Зато нелепая игра в гляделки оставляет его победителем, когда Ёнджун отводит взгляд в сторону. Мужчина ему улыбается словно через немоготу, жестом приглашая сесть напротив. Удивительно, как прискорбно это выглядит в глазах молодого парня. Он чувствует себя как на открытой сцене с выключенным микрофоном. Не может ничего сказать, утопая в своей же неуверенности и страхе. Хочется просто уйти, но некуда. Бомгю остаётся только послушно составлять этому вампиру некую незаурядную компанию. Странно, ведь Чхве был тем, кто легко мог поддержать разговор, а в некоторых случаях и начать его, но именно сейчас чёртики в его голове решили с ним поиграть, оставив парня одного у себя на уме. —Я надеюсь, что ни от чего тебя не отвлёк, забрав на этот ужин. Невероятно. Бомгю не хочет показывать своего негодования после этих слов, но у себя в голове парень уже давно развёл руки, махнул ладошкой и с гордо поднятой головой ушёл отсюда. Прекрасно. Нашёл, конечно, время подумать над этим сразу после того, как привёз в этот район. Нет, возможно, Чхве просто не понимает шуток, иначе он тогда вообще не приложит к чему вампир это сказал. Кладя руку на сердце, всё это итак выглядело как очень глупый розыгрыш, к которому не приставили и капли усилий, а сейчас так вообще не смешно. По крайней мере, все эти возмущения у него в голове перекрывает его слабая улыбка, с которой Бомгю легко тянет никому ненужное: "нет". —Тогда я рад, –Обворожительно-лукавая улыбка Ёнджуна врезается в Бомгю стрелой, заставляя ответить такой же дежурной. Может показаться абсурдным, но только эта самая улыбка вампира сейчас может повлиять на Чхве, потому что только с её появлением он не чувствует себя будто прижатым к стенке в этом доме. Полный какой-то плохой ауры, что-то подобное развивает эту нагнетающую атмосферу, —Знаешь, я ненавижу есть в одиночку, –И после короткой паузы продолжает: —не сердись что привёз тебя в свой загородный дом. Я давно не ужинал здесь. —Всё хорошо, –Перед глазами Бомгю мельтешит прислуга с подносами, глаза разбегаются, а губы он невольно поджимает. Разного вида блюда кружили голову от запаха, отчего во рту постепенно скапливалась вода. Парень бы в жизни подобного не приготовил, а факт того, что он не пробовал большинство даже самых простых блюд — бешено нагоняло аппетит и повышало интерес. Его живот вновь издаёт неловкие звуки, привлекая внимание хозяина дома. Но Ёнджун только по-доброму усмехается, отлипает от спинки дивана и тянется к принесённой одной из служанок бутылке в ведёрке со льдом. Два стакана поставили зря, Чхве прекрасно осведомлён о содержимом, поэтому косо смотрит на то, как вампир ловко льёт алкоголь до середины. Что-что, а пить он не будет. По крайней мере, начинать это делать — гиблое дело. —А ты не местный, я прав? –Звук разбитой тарелки режет слух и принуждает обернуться. Мужчина мгновенно мрачнеет. В его взгляде читается ярость, которую он явно подавляет. Видно как плотно сжимается его челюсть, а глаза пустые и бездушные. Невольно резкая смена настроения вампира пугает, напрягая парня. Ёнджун секундно встречается глазами с Бомгю, тянет скупую улыбку и поворачивается на звук бьющегося стекла. Невооружённым взглядом видно как раздражён мужчина и как начинает злиться с такой маленькой оплошности прислуги. Он жестом говорит девушке подойти ближе, пока та нервно собирала осколки с пола в фартук. Сейчас Бомгю может заметить панику на её лице, несвойственную здешней прислуге. Может именно поэтому парень как губка перенимает её испуг; у самого немного трясутся ноги, а по телу проходит дрожь. —Найди себе замену ровно к девяти утра и убирайся. Голос Ёнджуна холоден. Как и взгляд, прожигающий служанку насквозь. Он смотрит на неё долго, выдерживая в каждой секунде всё своё презрение к девушке. Отвлекает едва слышный ответ Бомгю на вопрос, который задал вампир немного ранее. —Я недавно переехал из гетто по переводу с работы. Неужели по мне так хорошо видно? –Чхве знает, что перебивать нельзя, но ситуация позволяет. Он думает, что так спасёт бедную служанку, бесцеремонно попавшую в цепкие лапы этого мужчины. Некую паутину, которую сплёл паук в своём особняке. Ни в чём не повинная девушка не должна терпеть такого давления из-за одной разбитой тарелки, переживая на себе раздражение хозяина. Бомгю и подумать не мог, что человек перед ним может быть таким строгим даже к своей прислуге, что уж говорить о людях, которые его окружают. Возвращая всё внимание вампира на себя, парень немного расслабляется. Конечно, мир он не спас, но считает себя правым за то, как сейчас поступил. —Я живу слишком долго для этого мира, поэтому понял что ты из гетто ещё при нашей первой встрече, –Мужчина усмехается, вздёргивая бровь. Он тянется к своему стакану, косит взгляд в сторону прислуги и остаётся довольным, когда, по его мнению, провинившаяся служанка быстро уходит. Никаких ошибок и прощения быть в этом доме не должно — девушке просто повезло, что она закончила именно так в присутствии важного гостя. Широкими глотками вампир быстро опустошает стакан. Он ни разу ни сощурился пока пил и оставил только какой-то огорчённый вздох как послевкусие, —Еда пришлась не по вкусу? За окном вновь сверкает молния. Мимолётный взгляд в ту сторону и Чхве опять находится под контролем глаз Ёнджуна. Намёк им прекрасно понят. Парень отрицательно машет головой и опускает глаза на тарелки. Всё слишком красиво и аппетитно выглядит — даже касаться прибором немного жалко, не говоря уже о том, чтобы попробовать. Что за манипуляции? Мужчина вроде не заставляет есть, но прижимает своим хитрым пронзающим взглядом красно-бордовых глаз, решая всё за своего гостя. Бомгю пробует приглянувшееся ему блюдо немного погодя. Наверняка выглядит нелепо в глазах вампира, но уж такова его натура. А еда и правда поражает своим вкусом, звёздочками отражаясь в глазах парня. —В самом деле, –Ёнджун усмехается как-то грустно, вновь опрокидывает залпом стакан с алкоголем. Он так и не притронулся к еде, отдавая весь свой интерес лишь бутылке, —Я так завидую твоей молодости и неопытности. Тебе всего семнадцать и это может стать только твоим началом в новом открытом для тебя мире. Ёнджун хрипло смеётся. С его губ это звучит как тост, после которого он снова делает глоток. Слова словами, а Бомгю становится не до смеха. Его улыбка моментально слетает с лица, а вилка останавливается на полпути ко рту. Чхве в один момент просто замирает. Сердце тревожно колотится, возобновляется боль у висков. Ему вновь страшно. То самое плохое предчувствие его не подвело, иначе он не может объяснить откуда вампиру известен его возраст. Бомгю не припомнит, чтобы он упоминал это при их разговоре ни здесь, ни в машине. В следующую минуту парень задаёт себе вопрос: "а кто это?". Этим нужно было поинтересоваться ранее, потому что действительно, а кого он видит напротив? Что это за мужчина и какое влияние на общество имеет этот вампир. Глаза немного расширяются, Чхве опускает прибор с поддетым овощем обратно в тарелку и расправляет плечи. Находиться здесь теперь не то что не хочется — Бомгю не может спокойно усидеть на одном месте, желая поскорее вернуться домой. В его своеобразное укрытие, где никто не тронет. Становится душно, Чхве шумно набирает воздух в лёгкие и смотрит на мужчину в оцепенении. Не зная, что сейчас делать, парень просто пытается сделать вид, что его ничего не волнует, хотя сам себя выдаёт, когда нервно потирает ладонями коленки. От глаз вампира не укрылось. Скалясь, он с громким звуком ставит стакан на стол. Мужчина отрешённо оглядывает своего гостя, бесцеремонно оценивает и заставляет засмущаться. Что ж, интерес никуда не спрятать, а тем более к такой весьма любопытной персоне. Ёнджун лениво наклоняет голову сначала к левому плечу, затем к правому, попутно натягивая рукава рубашки выше локтя. Бомгю напряжён и натянут как струна, он держит себя чтобы не задать вампиру вполне логичный вопрос, но боится, что это обернётся не тем чего ожидал. Тянет время, ломая себе не только голову, но и пальцы на руках, когда поочерёдно их щёлкает. Глаза Чхве непроизвольно опускаются на руки мужчины и стыдливо скользят вдоль до момента, где рубашка подвёрнута. Сильные руки вампира привлекают, заставляя невольно сравнить со своими. И если у Ёнджуна они крепкие и жилистые, то у Бомгю тонкие и хрупкие. Ещё одним моментом, приковывающим к себе взгляд становится небольшая татуировка на предплечье, почти у сгиба локтя. Она непонятна парню, но кажется до безумия знакомой. И уверен, что точно где-то её уже видел, но не может вспомнить где. Картинки из прошлого мелькают перед глазами, Чхве часто моргает, всматриваясь в чёрные буквы на коже с напряжением. Воспоминания бьют по лицу и отчаянно отдают болью глубоко в груди. Та ночь десять лет назад тревожно встала перед глазами Бомгю, когда он сидел в шкафу как загнанная в угол мышь. Парень наконец вспомнил где видел тату, вот только место, на котором оно расположено, совсем другое. То было на тыльной стороне ладони, а эта почти на внутреннем сгибе локтя. —У вас интересная татуировка, –Приходится прикусить нижнюю губу, чтобы не выдать дрожащего голоса. Бомгю поправляет чёлку, но на самом деле смахивает подступившую горячую слезу. Сердце готово выпрыгнуть из груди из-за обиды. Тату Ёнджуна сорвало с цепей все воспоминания прошлого, которые теперь волной заполонили разум парня. Он запутался во всём что с ним происходит. Неудача следовала за неудачей, а теперь так вообще Бомгю попал в дом какого-то сумасшедшего вампира, помешанного на правильности и бутылке со спиртным. Кто он и что знает о нём? Ответы на эти вопросы навсегда будут закрыты для понимания Чхве. Уверен лишь в одном — человек перед ним опасен и связываться с ним было провальной идеей с самого начала. —Эту тату мне сделали во Франции. Скажем так, оттуда я и начал строить свой путь будучи вампиром. Для меня она несёт за собой много истории, –Мужчина скептично выгибает бровь, смотря на свою татуировку. Он даже вытягивает руку вперёд, чтобы Бомгю смог разглядеть её получше. Вот только парня воротит от одного её появления перед глазами. Чхве больше не даёт и шанса на улыбку. Сидеть так близко к этому человеку ему до ужаса неприятно. Аура дома выгоняла, разум тычет в него пальцем, говоря: "я так и знал". Но Бомгю снова не послушал самого себя и попал в неприятность. Точнее, пока что этого не случилось, но отчего-то парень уверен, что это ещё не конец. Мужчина, вероятно, знал его давно. Чхве даже предполагает, что всё было подстроено с самого начала и сейчас он по своей же глупости угодил в ловушку. Причём не ту, из которой можно легко выбраться. Время уже давно перевалило за десять и шло, по мнению парня, слишком быстро. Дождь за окном льёт как из ведра, а улицы всё также продолжают освещать поочерёдные вспышки молнии. Нужно немедленно убираться отсюда. —Прошу меня простить, но уже поздно и мне пора, –Лицо вампира мрачнеет, но он понимающе кивает, вставая следом за Бомгю. По телу бегут мурашки, а нервно потряхивающийся руки парень прячет карманах штанов. Страх и не собирается уходить, пока Чхве находится в присутствии этого мужчины, —И спасибо за ужин. —В такую погоду сюда не поедет ни одно такси, –Как бы между прочим говорит Ёнджун. Немного сощурив глаза, он складывает руки на груди и облокачивается о косяк двери, —Мой водитель тебя отвезёт и уже ждёт у ворот. Бомгю хочет ответить "не стоит", но Ёнджун прав. Даже с учётом имеющихся хороших дорог, сюда в грозу навряд ли кто поедет. К тому же чтобы пройтись пешком нужно как минимум отмотать время назад и оказаться в городе. Погода нелётная и Чхве бесится как чёрт на сковородке от безысходности. Придётся довериться и поехать с водителем вампира. Не ожидая ничего хорошего, парень надеется скоро добраться домой. Он отвешивает быстрый поклон в знак благодарности, получая в ответ лишь лёгкую вымученную улыбку, и скоропостижно покидает особняк. Не выдержит здесь больше ни минуты. У ворот и правда ждал водитель. Он стоит под зонтом пока Бомгю мокнет под ливнем. Лица его не разглядеть в кромешной темноте, но это не так важно. Автомобиль на этот раз другой, поэтому вместо внедорожника его встречает машина поменьше, того же цвета и ничем не хуже прежней. Выбором Чхве сейчас служит заднее сидение. Он предпочитает поразмышлять над всем произошедшим именно здесь, ведь на душе итак неспокойно. Вздрогнув от оглушительного раската грома, парень последний раз кидает взгляд на злосчастный особняк, после чего авто трогается с места. Руки сжимаются в кулаках от несобранности, Бомгю устало зачёсывает мокрые волосы назад и поворачивается к окну. Некоторые фонари успели погаснуть из-за грозы и дорогу теперь освещают только фары автомобиля. Это немного напрягает парня вследствие его боязни темноты, но успокаивает то, что он не один. В процессе пути Бомгю задумывается насчёт Ёнджуна. Он не понимает, что этому мужчине от него надо и зачем подстроил этот нелепый спектакль, слегка покалечив своей машиной. Да если бы этот вампир знал как напугал его. Чхве тогда от испуга чуть с жизнью не распрощался. Но больше всего Бомгю мучал себя вопросами насчёт татуировки. Слишком много вопросов и так мало ответов, связанных с ней. Бомгю не знает что она значит, откуда появилась, что за человек был в день гибели его родителей и кем на самом деле является Ёнджун. Ясное дело, что всё между собой связано, но парень никак не может связать всё воедино. Чтобы хоть что-нибудь понять, ему нужно куда больше информации, но Чхве неоткуда её достать. Да и страх, боязнь попасть в неприятности похуже или умереть страшат лезть в это дело глубже. Тем не менее он жаждет мести, но как никогда беспомощен. —Что происходит? –Паника овладевает телом парня, когда машина начинает ехать по кочкам, качаясь в разные стороны. Дождь страшно бьётся в окна, а громыхание погоды лишь сильнее нагоняет тревогу. Бомгю смотрит по сторонам, удерживаясь руками за сиденья. Что-то не так, они едут не по той дороге и куда-то съехали задолго до нужного поворота. Водитель давит на газ, с каждым разом переключая скорость и только сильнее вводя Бомгю в замешательство. Парень выламывает брови, немного приоткрывает рот, издавая какие-то жалостливые звуки. Смотреть вперёд страшно — ветки деревьев бьют по стёклам машины и снимают с неё краску. Автомобиль ведёт в разные стороны по грязи; съезжает вниз по небольшому склону, но всё равно с присутствующей скоростью. Бомгю резко распахивает глаза. Машина летит в деревья стороной где сидит Чхве, ни капли не останавливаясь. Ему страшно, он часто дышит, почти хрипя. Несколько секунд и машина врезается на высокой скорости в ствол дерева, деля её пополам. Стёкла разбились на миллион осколков, от дорогого автомобиля остаются лишь две убитые напрочь половинки, дымящиеся под ливнем. Бомгю, что в считанные секунды успел перелезть на переднее сиденье, буквально вылетает через лобовое стекло, встречаясь с очередным деревом. Он лежит у него же, его грудь тяжело вздымается, а спина ужасно болит. Кажется, что Чхве вот-вот перестанет чувствовать ноги, но парень всё равно немного приподнимается на локтях. Бомгю ничего не понимает, до него сейчас просто не доходит ни одна здравая мысль или жалкое предположение происходящего. Он боится настолько, что руки дрожат, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Вновь давя из себя жалостливый полустон при ещё одной попытке двинуться, Чхве переползает на колени. Волосы противно липнут к коже, а грязь попадает в рот, смешиваясь с кровью. Сейчас Бомгю вспоминает о маме, надеясь, что у неё всё хорошо и она уже спокойно отдыхает дома. Подступают первые слёзы от мыслей, что тётушка вскоре может не увидеть своего единственного родственника. Со слабостью во всём теле, Бомгю ползёт в неизвестном направлении, в надежде медленно, но верно добраться до дороги. Вероятность поймать машину маленькая, но она есть. Преодолевая невероятную боль, Чхве тянется к жизни, которую до сих пор не увидел в полной мере. В груди ноет, он всхлипывает почти задыхаясь. Парень в замешательстве прощупывает ладонями почву, убирая со своей короткой дороги всевозможные препятствия в виде колючих веточек и проросших мини-кустов. Сзади раздаётся металлический скрежет, режущий слух помимо грома. Бомгю приходится обернуться. Глаза невольно расширяются, когда его водитель вылезает через лобовое стекло, впиваясь руками прямо в оставшиеся осколки. Вампир накидывает капюшон и поправляет маску, небрежно вынимая стекло из своих рук. Плечо водителя заметно вывихнуто, но он одним движением вправляет его до хруста. Бомгю набирает побольше воздуха в лёгкие, вновь оборачивается, в этот раз пытаясь встать на ноги. Сделать это до безумия трудно, поэтому пошатываясь он снова падает на колени. Поздно замечая, Чхве нащупывает на левой ноге открытую рану, приносящую адскую боль из-за наличия в ней осколка. Шаги позади нарастают, а пульс учащается. Горячие слёзы туманят взгляд, поэтому приходит ползти вслепую. Вновь раскат грома и ветвистая молния озарила небо. Чхве скулит, когда вампир хватает его за капюшон, заставляя приподняться, но тут же грубо тянет назад. —Пусти меня! –Бомгю кричит, захлёбываясь слезами. Ненависть уступает страху. Мысли Чхве переполнены всем тем, чем не надо. В голове всплывает образ Ёнджуна — подлого мерзавца, из-за которого он оказался здесь. И предположить о том, что мужчина к этому не причастен парень не может. Даже в такой ситуации Бомгю обещает себе, что вампир поплатится за свои деяния и за его боль, которую он испытывает прямо сейчас. Клянётся своей жизнью, что убьёт его своими руками чего бы ему это не стоило. Капюшон выскальзывает из рук, но его тут же заменяют волосы. Парень кричит от боли, ногтями впиваясь в руки вампира, умоляя отпустить и перестать делать с ним это. Они направляются вниз по склону, постепенно всё громче слышится звук воды. Чхве не может поверить своим ушам и глазам. Хоть дождь и мочит лицо, но Бомгю хорошо различает сквозь пелену воды железные перила. Идут к мосту, безбожно тащась по грязи и лужам. Одежда мокрая и грязная, всё прилипает к телу и словно добавляет пару килограмм. Ещё несколько минут бесполезных брыканий и они настигают мост. Вампир бесцеремонно толкает Бомгю вперёд, как бы дав небольшую фору. Медленно отползая назад, парень шипит от боли, пронизывающей его тело. Он смахивает с глаз слёзы, глотая страх и горечь. Жаль никто не слышит его плача и не сможет помочь. Удар по лицу кулаком заставляет опасть на землю. Бомгю сплёвывает кровь, небрежно утирая рот рукавом кофты. Вампир подходит ближе, приседая рядом, чтобы замахнуться ещё раз. Ещё один удар встряхивает голову. Перед глазами плывёт, а в голове туман. Бомгю чувствует как пульсируют виски. Дыхание прерывается почти каждый раз, когда он пытается сделать новый вдох потому, что лёгкие будто сжимались, отдавая острой болью внутри. А водитель продолжает бить, удерживая парня за грудки кофты. В ушах звенит, голова раскалывается. Спустя несколько несдержанных ударов неизвестный отпускает Бомгю, отчего он приземляется затылком о мокрый бетон. Звёзды перед глазами, Чхве постепенно теряет слух и больше не слышит ни шума воды, ни дождя и того, что говорит ему вампир. Когда снимает маску его лицо расплывается, парень не в силах его разглядеть. Неизвестный поднимается и возвышается над Бомгю, смотря на него с несколько секунд. Чхве захлёбывается кровью: она льётся из носа, рта, разрисовывая всё его лицо, что омывается дождём. В некоторых местах его тела рваные раны, а та, что была на руке, давно открылась, заставляя свежие швы расползтись в разные стороны. Слёзы текут ручьём, мальчишка думает о смерти и о том, что не хочет умирать. Воздух колется, набирать его стало труднее. Смотря вот так в небо, устланное раскатами молнии, Бомгю просит Бога не забирать его. Ему страшно. А вампир, которого Чхве проклинает даже в эту секунду, поднимает над ним булыжник и, приложив усилия, бьёт. Это последнее, что видит молодой парень, навсегда запечатлев в своей памяти. Жизнь пролетает перед глазами за долю секунды, ему больше нечего бояться. Тревога проходит и ему не о чем переживать. Последний вдох срывается с его уст, а глаза остаются неподвижными даже когда капают капли. Температура тела задерживается на месте для того, чтобы потом начать медленно понижаться. За свои семнадцать лет он не увидел ничего хорошего в жизни, хотя так надеялся на лучшее. Мечты стираются и всё остаётся в вмиг забытом прошлом. Гроза в эту ночь ознаменует его смерть, громом пронесясь над столицей.