Любовь - это когда с тобой.

Любовь - это когда важны не место и время - они лишь декорации, - а человек напротив. Когда ты готов быть с ним независимо от погоды и настроения. Главное - просто быть.

Любовь не бывает идеальной. Не бывает любви той самой, равно как и правильной любви тоже не существует. Она не нуждается в доказательствах - она не теорема, скорее безосновательно, единственно верная аксиома. Она приходит внезапно. Тихо, незаметно, словно осень на смену лету. Ещё внезапнее вдруг понять, что ты - да неужели? О боже, да ладно! - влюблен. Любовь не делит время на минуты и часы, а расстояние - на километры. Вы либо близко и много, либо далеко и одиноки. Времён года для неё также не существует. Любовь - когда бежишь босой по влажной от предрассветной росы изумрудной траве, навстречу ветру и ему; спешишь укрыться от первого весеннего дождя, раскатистого грома и грозы под усыпанные нежно-лиловым цветом ветки сирени и, улыбаясь, стряхиваешь с волос крупные капли. Бубнишь что-то себе под нос, нервно чихая на первом свидании, а Он улыбается твоей нерасторопности и смущению. Или наоборот - смеёшься, когда он впивается дрожащими от волнения руками в перевернутое меню, вычитывая там что-то, наверное на эльфийском. Летом - собираешь в букет полевые цветы, а потом гонишься за своим наваждением сквозь колосья, не жалея ступней: - Поймай меня, если сможешь, мистер Шерлок Холмс.. А после, уставший, сгребаешь его в охапку и валишься в зелёное море пшеницы, вдыхая аромат степи, его волос и только-только скошенного сена - и ощущаешь себя самым счастливым, самым-самым, тем самым.. А летние сумерки по-особому прекрасны, особенно так - сидя бок о бок и зарывшись носом ему в шею. Когда шёлковые светлые волосы щекочут губы на выдохе, а ты шепчешь: «люблю..». Любовь - это когда листва бледнеет и желтеет, облетая с мощных веток вековых дубов, Он фыркает и чихает, кутаясь в клетчатый плед и жалуется, что чай - слишком горячий, осень - отвратительная, а погода - хуже некуда, но тот самый все с той же заботой подтыкает его одеяло и целует влажный от температуры нос. Когда депрессия накрывает обоих, и от неё в доме становится зябко и мерзло. А может потому, что камин давно не топился, и Он встаёт, чтобы разжечь весёлый огонек меж кирпично-каменных стенок, а после они, обернувшись одним одеялом, смотрят на него неотрывно, молча. Любовь - это когда им не важны слова. Он смеётся с его сонного удивлённого взгляда и получает звонкую шутливую пощёчину. Пьют кофе и смотрят на дождь за окном, вспоминая свежесть весеннего утра. Молча. И с заката до рассвета проговорят ни о чем, путаясь языком в словах и пальцами в шёлковые прядях; утром Холмс, злой, ибо разбуженный и невыспавшийся, побежит за повиновением новой зацепки, словно собака за лакомством, с ярым азартом в глазах. Уильям только тихо вздохнет и перевернёт страницы ежедневной газеты, пряча уставшие глаза за ободом большой чайной кружки. Гулять по осеннему, грустному и пустому парку будут за руки, оглядываясь, словно нашкодившие ребятишки. Будут громко смеяться, падая в кучу пожухлой листвы, все ещё не расцепив пальцы. Резко замолчат, настороженно удерживая хрупкое мгновение силой одного только взгляда меж ними - испугаются, как будто едва влюбленные школьники, не решаясь на большее. Словно впервые, ей богу. Когда наступят холода, они вместе будут заклеивать окна и пить из одной огромной чашки малиновый чай, лечиться от простуды общим теплом и наслаждаться противозаконной близостью. А если мороз сменится слякотем и туманом, снег на дорогах - грязью, налипающей на ботинки и с отвратительным звуком чавкающей о надраенный паркет - Он позовёт его гулять под распускающейся сиренью. Снова. И снова. И опять.. И всегда.