Глупый тест по биологии

<><><>

Яркие лучи весеннего солнца бегали по асфальту, освещая старенькую, школьную парковку. В лицо парня дул легкий ветер, трепя длинную русую челку. Пряди волос небрежно падали на узкие глаза, закрывая обзор. Джонатан заканчивал свой последний год школы и выкладывался в учёбе по полной. Все эти проблемы с Уиллом и изнанкой, школа. Всё это убивало парня. Он весь отдавался семье и учёбе. И вот, он идёт по школьной парковке, оставив старенькую тачку где-то позади. Парень никогда не смотрит людям в глаза. Его взгляд всегда был устремлен в пол, сверля землю. У него никогда не было настоящих друзей, за исключением Нэнси Уиллер — заучки, с которой он сидел в классе истории Америки. Девчонка действительно сблизилась с ним, на фоне всего происходящего дерьма в Хоукинсе. Она нравилась ему, или ему так показалось.. В любом случае, когда он проводил с ней время, ему казалось, что он действительно хоть кому-то нужен. Ни для кого не секрет, что малышка Уиллер встречалась с королём школы Хоукинса — Стивом Харрингтоном. Этот парень всегда издевался над Джонатаном. Он задирал его, кричал в след гадости, затягивал после школы в какую-то подворотню и избивал под смех своих дружков. На руках оставались шрамы, синяки, ссадины, ожоги от потушенных об парня сигарет. Когда он узнал, что Нэнси начала проводить с Байерсом много времени, то все стало намного хуже. С каждым днём оскорбления становились все жёстче, а избиения доходили до того, что учителя стали интересоваться все ли у Джонатана в порядке, замечая новые фингалы и ссадины. Байерс никогда не жаловался, не говорил с Харрингтоном, не рассказывал никому. Да и ему некому было рассказать. Когда он получал очередной удар, то лишь молча вставал, безэмоционально глядя себе под ноги и уходил прочь. Он знал, что будет получать, если будет и дальше таскаться с Нэнси, и он таскался. И не потому, что он так сильно дорожил девушкой, ему было даже немного плевать на неё. Он таскался с ней, потому что именно она была причиной, по которой каждый день он видит короля школы. Его глаза, волосы, манера речи, все это не давало Байерсу спокойно спать по ночам. Но он мог лишь мечтать о том, что когда-то Стив посмотрит на него без ненависти в глазах. - Ну да, надейся, что он захочет хотя бы дружить с тобой, Джонатан Байерс. С этим бледным, сутулым, худым парнем, с мешками под глазами и уставшим пустым взглядом. - Твердил себе парень. Школу он ненавидел, как и себя. Ему надоело одному за обедом сидеть где-то в углу, наблюдая как остальные что-то оживлённо обсуждают с друзьями. Он знал, что никто ни за что в жизни не захочет общаться с таким фриком как он. Он смирился. У него лишь был его фотоаппарат и он сам. Снимки он никогда никому не показывал. Он снимал природу, закаты, рассветы, семью. Ох, а как же он любил фотографировать возлюбленного. Он проявлял и сохранял фотографии глубоко у себя в тумбочке, так же глубоко, как скрывал свои чувства внутри себя. Он ни за что бы в жизни не признался Стиву. Он лишь надевал маску безразличия, изолировался от всех, отгорораживался. Что, если бы пошли слухи? Стив бы его возненавидел, или и вовсе убил бы. Поэтому бедный юноша только беззвучно рыдал в подушку по ночам от чувства ненужности, он чувствовал себя таким лишним, таким бесполезным. В последние месяцы всё изменилось, Нэнси отдалилась, избиения прекратились. Харрингтон начал таскаться с мелкими друзьями Уилла и потерял свой авторитет среди одноклассников. Он перестал оскорблять Джонатана, начал избегать его. А когда они нечаянно сталкивались в коридорах, то Байерс застывал, а Стив просто молча удалялся. Он даже не толкал его и не унижал. Байерс не мог поверить, что люди могут так меняться. Уроки проходили нудно. Время тянулось ужасно долго, но парень читал, зубрил, писал и решал. Вот, урок биологии, последний урок, по которому с минуты на минуту начнется экзамен. Ученики нервно перешептываются, смотря на листочки с тестами испуганными до ужаса глазами. Преподаватель зашел в класс, раздал пергамент с заданиями и встал за кафедру, осматривая класс. Все сидели по двое, затаив дыхание. Все, кроме Джонатана Байерса, который спокойно сидел в самом конце класса, и Стива Харрингтона, который сидел на том же месте, только в противоположном ряду. Преподаватель объяснил, что тест будет сразу для двоих человек, чтобы проверить навыки детей работать в паре. Это означало, что задания решать будут сразу два человека. Все облегчённо выдохнули. Все, кроме Джонатана и Стива. Напряжение ударило в голову Байерсу, и ему пришлось вцепиться трясущимися руками в парту, чтобы не показать волнения. — Мистер Харрингтон, будьте добры, пересядьте к Мистеру Байерсу за одну парту, тест парный. — Черт, вот дерьмо * Тот нервно сглотнул и все же подсел. Джонатан спрятал лицо за русой челкой и дрожащей рукой положил лист с заданиями на середину парты. Выражение его лица выглядело безразличным, но внутри бушевала буря чувств. Он поправил челку и быстро поднял взгляд на Стива. Юноша никогда в жизни не смотрел ему прямо в глаза. Они были такими прекрасными вблизи, цвета чёрного шоколада. Харрингтон словил на себе взгляд и Байерс немного дернулся, отводя глаза куда-то в сторону, лишь бы не на Стива. Молчание прервал Харрингтон: — Аа.. Джонатан, у тебя не будет ручки? Я забыл. Прошептал он. Парень пожал плечами и грустно улыбнулся. Он знал, что не имеет права даже смотреть на Джонатана, после того, что делал на протяжении многих лет. Ему было жаль, он винил себя, очень сильно. — Да, Стив, надеешься на то, что после того, как испортил Байерсу жизнь, сможешь искупить вину одним глупым разговором? Какой же ты жалкий. * Джонатан удивленно посмотрел на Харрингтона. — Он назвал меня по имени?..* С тех пор, когда Стив перестал задирать Джонатана, они не общались. Ни разу не здоровались, даже не перекидывались парой слов. До этого Харрингтон обращался к нему как к Байерсу, это в лучшем случае. Обычно он называл его идиотом, фриком, придурком и тому подобные отвратные прозвища. Не смотря на то, как Джонатан был удивлён, он все же протянул парню ручку. Когда Стив брал её, то их пальцы слегка коснулись друг друга и Джонатан снова перестал дышать. Он быстро уткнулся в тест и начал строчить что-то на своём листочке. Джонатан Байерс был лучшим учеником в классе. В отличии от остальных подростков, он все свободное время уделял учёбе, чтению и фотографии. Стив был не таким умным как он, почти весь год он таскался с Томми Томпсоном и его подружкой, унижая остальных людей и напиваясь до потери памяти на всяких вечеринках. Поэтому Харрингтон мог лишь устало смотреть на то, как уверенно Байерс отвечает на вопросы. Он даже не был уверен, что Джонатан позволит ему списать. — Черт, он такой милый, когда задумывается* Действительно, Джонатан выглядел смешно. Чёлка небрежно падала на глаза, между бровями образовалась небольшая складка, он поджал тонкие бледные губы и уставился в тест, едва заметно шевеля губами (видимо что-то проговаривал про себя). Стив не мог спокойно сидеть на месте. Ему так хотелось бы поцеловать эти губы, узнать, какие они всё-таки на вкус? Но нет, нет, он даже не будет прикасаться к нему своими грязными руками. Он не позволит себе. И сколько бы хороших поступков в будущем он бы не совершал, это никогда не смоет грязь с его рук. Это никогда не сотрет те ужасные воспоминания и боль. Да, безусловно, время может залечить те физические раны, которые он нанёс Джонатану, но моральная травма так просто не исчезнет. Каждый день этого парня он превращал в кошмар. Весь год. Он ненавидел себя за то, что делал со всеми учениками в этой школе. Особенно со старшим Байерсом. То, как он разбил его фотоаппарат.. А то, что он говорил о бедном маленьком мальчике Уилле? Ох, если бы Джонатан знал, что Харрингтон на самом деле задирал его не потому, что ревновал Нэнси, а потому, что ревновал Байерса.. От раздумий его прервал шёпот соседа. — Держи, я закончил. С этими словами Байерс протянул свою работу Стиву, чтобы тот списал. Через примерно пять минут Стив закончил и поблагодарил парня. Тот безразлично кивнул и уставился в окно, подперев голову рукой. Оставшееся время на тест они просидели молча, слушая, как остальные ученики бурно обсуждают задания. Перед сдачей, к их парте подошёл преподаватель. Он недоверчиво посмотрел на ребят оценивающим взглядом. Мужчина знал, что Джонатан очень силён в этом предмете, поэтому с опаской спросил: — Байерс, вы с мистером Харрингтоном работали вместе? Оба? На это Джонатан молча кивнул и сдал работу. Стив был очень ему благодарен.

Прозвенел звонок. Учащиеся хлынули толпой из кабинетов, направляясь к своим шкафчикам. Джонатан последовал их примеру. Когда он сложил все книги, то почувствовал, как к его плечу аккуратно прикоснулась чья-то тёплая ладонь. Парень неспеша обернулся. Перед ним стоял Харрингтон и смущенно улыбался. Взгляд парня упал на руки шатена, он нервно разминал в руках ручку Байерса.

— А-а, — протянул бледный парень,— можешь не волноваться, оставь ручку себе. Он быстро развернулся и закрыл свой исписанный оскорблениями шкафчик. «Придурок», «фрик», «задрот», «неудачник», «ублюдок», «ничтожество», «брат зомби-мальчика» и так далее. Много раз его пытались отмыть, но окончательно стереть эти оскорбления не удалось, так что можно было с лёгкостью разглядеть написанное. В основном это писала компашка Стива, но так же постарались и другие школьные задиры. Стив замотал головой. — нет, нет, нет! Джонатан, я хотел.. я... я просто хотел попросить у тебя прощения! Джонатан застыл и медленно развернулся глядя на кареглазого, в ожидании подвоха. — Правда. Мне ужасно жаль и стыдно за все, что я сделал. Я был.. я был просто полным чмошником, я всегда хотел тусоваться с тобой, мне жаль, прости, прости, прости! Я не заслуживаю твоего прощения. Быстро протараторил парень и его глаза заслезились. Джонатан, в полном шоке смотрел на Харрингтона. Несколько секунд он обдумывал услышанное, а затем выпалил: — Ты правда хотел бы тусоваться со мной? И да, ты был полным придурком, Харрингтон.. но я не злюсь. Он закинул рюкзак на плечо и пробормотал тихое «увидимся», скрываясь в толпе, и оставляя Стива смотреть ему в след своими щенячьими глазками.