Anesthesia's Effect

Нил встает с кровати, держась за бок. Последние несколько дней ему было больно. Эндрю смотрит на него таким взглядом, который означает, что он знает, что Нил чего-то недоговаривает. Эндрю просыпается почти через несколько секунд после Нила, они оба спят чутко. - Джостен. У тебя болит бок. Нил выпрямляется и изо всех сил старается, чтобы его голос не дрогнул. - Я в порядке. Эндрю пристально смотрит на него. - Никто не любит лжецов, идиот. - Ты любишь. Эндрю садится и встает с кровати. - Ты не можешь играть в сегодняшней игре, и ты это знаешь. А теперь садись, пока я готовлю завтрак. Нил следует за Эндрю на кухню. - Я обещаю, что на самом деле я в порядке. Я могу играть сегодня. Я играл с гораздо худшими травмами, и ты это знаешь. Я справлюсь с этим, и если это станет невыносимым, меня могут заменить. Когда Эндрю достает необходимые ингредиенты и посуду для приготовления блинов и отвечает на мольбы Нила. - Ты идиот, но я не могу тебя остановить. Если ты не позаботишься о себе, я убью тебя. – В голосе Эндрю столько язвительности, что любой, кроме Нила, пришел бы в ужас. - Да или нет? – говорит Нил. - Да. Нил целует Эндрю в щеку и возвращается в их комнату, чтобы забрать свои вещи. После небольшой прогулки его бок уже не так сильно болит, просто немного болит то тут, то там. Эндрю обливает свои блинчики безбожным количеством сиропа, а Нил берет несколько блинчиков для себя и намазывает на них лишь небольшое количество масла. Они едят в тишине, в основном потому, что еще рано, и они оба устали. Сегодня игровой день, и им нужно как можно больше отдыхать. Эндрю заканчивает первым, забирает свои вещи из их комнаты и берет ключи от машины. Они въезжают на парковку стадиона, и прежде чем Эндрю открывает машину, он смотрит на Нила. - Джостен, ты уверен, что у тебя не болит бок? – Это был не вопрос, потому что Эндрю знал ответ. - Я в порядке. Эндрю смотрит Нилу прямо в глаза. - Я перестал верить в это семь лет назад. - Но именно тогда мы начали встречаться? – Нилу потребовалось десять секунд, чтобы связать все воедино. – а ой. - Да. Ох. Когда игра начинается, все выглядит нормально. Нил может бегать так быстро, как только может, как обычно. Эндрю играет так, как будто ему не все равно, что до сих пор означает, что он блокировал каждый удар. Эндрю передает мяч Нилу во втором тайме. Затем, когда Нил почти готов нанести удар, его меткий удар останавливает его так сильно, что он врезается в стену. Он сползает по стене, держась за бок. Нил ранен. Нил не может глотать кислород, но каким-то образом умудряется блевать. У него так сильно болит бок. Его глаза закрыты, но он может сказать, что кто-то уводит его с корта. Это Эндрю. Он сразу же начинает ругать Нила по-русски за то, какой он идиот из-за того, что играет и не говорит Эндрю, что у него чертовски сильно болит бок. Нилу удается выдавить тихое “упс”, прежде чем Эндрю хмуро смотрит на него. Нил закрывает глаза и засыпает. В больнице Эндрю сидит у кровати Нила и ждет, когда он проснется. Он получает миллион сообщений от Ники с вопросом: “С Нилом все в порядке?!?” ”Что случилось???" “Он умирает???” Эндрю отвечает односложным сообщением с надписью “аппендицит”, а затем выключает телефон, чтобы спокойно дождаться, пока Нил проснется. Раннее, когда Нил попал в больницу, его срочно отправили на операцию. Травма причиняла адскую боль, но это не то, с чем Нил не смог бы справиться. Врачи сказали Эндрю, что он может подождать дома и позвонить, когда Нил проснется, но хмурое выражение на его лице заставило врачей более уступчиво относиться к пожеланиям Эндрю. Эндрю сидел у постели Нила в течение тридцати минут, свободно держа его за руку, прежде чем глаза Нила начали медленно открываться. Эндрю встал как можно быстрее, чтобы подойти ближе, все еще держа Нила за руку. Речь Нила невнятна, когда он смотрит на Эндрю и спрашивает: “Кто ты?” Первое, что делает Нил после пробуждения после операции, - это пытается флиртовать с тем, кого он считает незнакомцем. Хотя это великолепный незнакомец, который случайно держит его за руку. Эндрю некоторое время пристально смотрит на него, просто чтобы убедиться, что Нил действительно понятия не имеет. - Я Эндрю. Мы встречаемся уже семь лет. Глаза Нила расширяются, а на его губах появляется самая глупая улыбка, которую Эндрю когда-либо видел. - Семь лет? Черт возьми. Я сорвал джек-пот. – Нил замечает невозмутимое выражение лица Эндрю и спрашивает. – Ты уверен? Эндрю слегка сжимает руку Нила. - Да, и я ненавижу каждый дюйм тебя. – С этим подтверждением взгляд Нила фокусируется прямо в глазах Эндрю с самым нежным выражением. – Перестань так на меня смотреть. Нил не может оторвать глаз от Эндрю. - Я ничего не могу с этим поделать. Ты такой хорошенький. Ты уверен, что мы с тобой встречаемся? Я не могу поверить, что встречаюсь с таким красивым парнем, как ты. Эндрю чувствует, как к его щекам приливает легкий жар. Эндрю не умеет краснеть, с ним такого никогда не случалось, но он знает, что если бы он мог сейчас, то его лицо было бы полностью красным. - С тех пор, как мы встречаемся...значит ли это... значит ли это, что я поцеловал тебя? – Нил в полном восторге от такой возможности. Эндрю вздыхает. - Да, много раз. Нил касается своего лица. Он почти пытается скрыть свою улыбку, но его контроль над своим телом пока недостаточно хорош для этого. - Не может быть, - говорит Нил в полном недоумении, - Мы целовались? – Нил смотрит вниз на свою руку, переплетенную с рукой Эндрю, и тихо спрашивает. – Мы можем поцеловаться прямо сейчас? Эндрю на несколько секунд отводит взгляд, гадая, войдет ли кто-нибудь. Одно дело злиться на входящих товарищей по команде, и совсем другое - злиться на входящих врачей. Нил смущенно застенчиво спрашивает. - Это значит "нет”? Эндрю оглядывается на него. - Да или нет, Джостен? Лицо Нила загорается. - Да. О боже, да. Эндрю наклоняется и целомудренно целует Нила. Нил выглядит так, словно отчаянно хочет сделать больше. Эндрю тоже хотел бы сделать больше, но больница на самом деле не лучшее место для начала поцелуев. - Семь лет? Я встречаюсь с тобой уже семь лет... – Нил говорит в основном самому себе, прежде чем снова повернуться к Эндрю – Тогда мы должны сделать друг друга по-настоящему счастливыми, верно? - Да. Мы это делаем. Отдохни, Джостен, чтобы мы могли поскорее отправиться домой. - Мы живем вместе? – Нил говорит это с таким же волнением в голосе, как и во время игры на корте. - Да. У нас есть квартира с двумя кошками. – Эндрю отвечает четко, как будто он на уроке в школе. - Как их зовут? Эндрю вздыхает, зная, что Нил либо не поверит ему, либо будет смеяться так сильно, что начнет плакать. - Мы не называли их, это сделали наши друзья. Их зовут сэр Толстый Кот Маккаттерсон и король Флаффкинс. Это было последнее. Нил начал смеяться, как только услышал первое имя, и плакать, когда услышал последнее. Смех Нила был искренним, он был прекрасен. Нил схватился за живот и откинул голову назад, потому что для него было нереально, что у них были кошки с такими нелепыми именами, когда он встречался с самым красивым и стойким человеком на земле. - Спи. Ты сможешь увидеть наших кошек, когда отдохнешь достаточно, чтобы выписаться из больницы. На улыбку Нила было невозможно смотреть и не чувствовать укол тепла в сердце. - Я так сильно хочу их увидеть. Я хочу поцеловать тебя снова еще сильнее. Эндрю скептически смотрит на Нила. - Если я поцелую тебя еще раз, ты пойдешь спать? - Да. Эндрю снова наклоняется и обхватывает ладонями лицо Нила. Он дарит Нилу еще один нежный поцелуй, прежде чем снова сесть, и заставляет Нила пообещать закрыть глаза и отдохнуть. Нил делает то, что ему говорят, но он не может перестать улыбаться, медленно повторяя: “Семь лет”.