Дорога в никуда

. Вокруг темно, полная пустота, и чрезвычайная легкость, но двигаться тяжело, она как будто находится под толщей океанической воды, на самой глубине Марианской впадины под огромным давлением, ведь двинуться не получается никакими усилиями. А в ушах словно сломанное радио что-то шипит и трескается. Она хочет открыть глаза, посмотреть где она, ведь она уж точно не может быть на своей кровати. Понимание пространства слишком абстрактно, как и понимание себя. Глаза, налитые свинцовой тяжестью, не поддаются махинациям. Тело не болит как прежде, но и не сказать, что оно наверняка целое. Живот предательски крутил и покалывал. Первая попытка открыть глаза провалилась с треском. Но прорыв был в том, что она смогла набрать полные лёгкие воздуха до упора в грудную клетку, рёбра стали предательски намекать на границы возможностей. Вторая попытка и она резко распахивает глаза, сбивчиво выдыхает кислород, пытаясь насытить организм нужным элементом. Потребовалось не больше полуминуты, чтобы она стала дышать спокойно. Теперь глаза стали бегать по пространству. Деревянный тёмный потолок. Ни лампочек, ничего. Вокруг темно, почти ничего не разглядеть. Принимая сидячее положение, девушка осматривает себя и пространство. Традиционная комната в японском стиле. С левой стороны стоит старый подсвечник с недогоревшей и потушенной свечкой. Справа те самые знаменитые японские раздвижные двери, через которые просвечивалось яркое солнце. -"Значит не ночь" - подмечает девушка, переводя взгляд теперь на свои руки. А свои ли вообще? Она поднимает руки на уровень своих глаз и с интересом рассматривает. Тонкие длинные пальцы, аккуратная ладонь и тонкая кисть с выпирающей косточкой, кожа настолько бледная, что чуть сероватого оттенка, а вены ярко голубого оттенка, как тонкие ответвления веток бросаются в глаза. Точно не её руки. Чуть поерзав на месте, подмечает что сидит на мягком. Осматривает. -"Понятно." - девушка вздыхает и беря пуховое одеяло за край отодвигает его открывая голые ноги. Встав с футона, она идёт к стене на которой висит зеркало. Одета девушка была в какую-то накидку, и бельё. На животе были тугие бинты что мешали полностью выровняться и встать  ровно, по правилам этикета как её приучали. Босые ноги негромко топают по чуть скрипящему полу. Спавшие волосы девушка убирает ладонью, и наконец имеет возможность рассмотреть новое тело. На лице застыло удивление и восхищение. Насыщенно чёрные словно смоль волосы, водопадом спадали с худощавых, хрупких, даже можно сказать миниатюрных, плеч. Округлое лицо с острым подбородком, щеки лишены живого румянца как и само лицо здорового вида. Под яркими золотыми глазами с длинными ресницами залегли темные круги. Увидь кто-то из её... мира, её глаза, сказал бы что это смоки-айс. Проморгавшись, девушка ущипнула себя за щеку, чуть пискнув. -"Значит ли это что я... мертва? На шутку это явно не тянет. Да и если это действительно так то, где я тогда?" - пока она размышляла об этом, она опустила взгляд ниже смотря на тело. Худая. Маленькая, худенькая, точно как говорила бабушка: "кожа да кости". Выпирающие ребра, тазовые кости, угловатые плечи, острые коленки и выпирающие ключицы. -"-"Да уж.. никакой прослойки, зимой холодно будет."- после такой мысли она позволила себе негромко засмеяться. -"думаю уже прямо как бабушка." Легкая улыбка на миловидном лице смотрелась обворожительно. Но в один момент она стала серьезной. Как бы мило она не выглядела... Она не знает где находится. Что случилось с хозяйкой тела? Как её зовут? Ничего. Абсолютно. Чуть погрустив, черноволосая почесала затылок и, завязав легкое хаори поясом, что лежал не далеко от подсвечника, девушка чуть привела себя в порядок. Подвязала волосы с помощью ленточки завязанной на руке, заправила и аккуратно сложила футон, оставив его на том же самом месте, желания лазить в, как она поняла чужом доме, не было. . За раздвижной дверью послышалось мяуканье и девушка поспешила их открыть. На пороге было трое котят. завидев её один из них, рыженький, встал и ушёл вдоль дома, скрываясь за поворотом. Посмотрев ему в след она присела на корточки, а после и опустившись на колени для удобства. На колени к ней запрыгнул белый котёнок с чёрным ушком и стал радостно мяукать, как бы приветствуя. Взяв его на руки, она с восторгом стала его гладить, настолько он был милым и мягоньким, а из "транса" её вывел третий котёнок. Чёрный как смоль с такими же как у нее золотыми глазами. Смотря на него, желтоглазая подумала, что он хочет её куда-то отвести, и не прогадала. Вставая с места девушка следует за котёнком, при этом нервно поглаживая второго, что расслабился в её руках и ласково мурлыкал. . . . . . . . . . . . . ->