В грязь

Утро началось не с кофе, а с виноватого лица Робба Старка. Теон устало вздохнул, ожидая неприятные новости. — Выкладывай, что там у тебя. Ты снова израсходовал весь мой шампунь на свою собаку? — сонно спросил Теон без особого интереса. — Нет. Сколько ты мне ещё будешь это припоминать? Просто на этих выходных будет вечеринка по случаю начала учебного года. Отец попросил меня пойти и присмотреть за всеми братьями и сёстрами там, — Робб выглядел так, словно совершил преступление. — И что? Тебе нужно моё разрешение? Я твоя мамочка? — Теон вопросительно выгнул бровь. — Просто я подумал, что это будет несправедливо по отношению к тебе. Тебе ведь нельзя туда приходить. — Забей. У меня все равно посещение психотерапевта в выходные. Я полностью прощу тебя, если ты всю вечеринку будешь сидеть с недовольным лицом и портить всем настроение. — Хорошо, договорились, — Робб наконец расслабился. В тот же день Теону пришло сообщение от Рамси. И ещё одно. И ещё. Ожидаемо, но все равно страшновато. Теон всегда был только рад ввязываться в плохие компании, но это было что-то на совершенно другом уровне. Робб провёл ему целую лекцию на тему «Почему Рамси Болтон опасен для общества» со всеми грязными слухами о садистских приключениях нового знакомого. Теон даже не догадывался, что у него остался инстинкт самосохранения, но, видимо, мозг не до конца умер от алкоголя и запрещённых веществ. «И что мне с этим делать? Он убьёт меня, если я его заблокирую? Да, даже не сомневаюсь», — невесело подумал Теон и ради приличия ответил. Раньше его подобное не заботило, и он неделями игнорировал влюблённых подружек. Однако что-то подсказывало, что на сообщения такого человека следует отвечать молниеносно ради собственной безопасности. В школе Теон намертво прилипал к Роббу. Хотя, на самом деле, он делал это всю жизнь. Рамси не подходил к нему, но Теон каждую секунду чувствовал его тяжёлый взгляд всем телом. Они переписывались каждый день. Постепенно Теон перестал вздрагивать от каждого сообщения. Ему даже было приятно, что кто-то, помимо Робба, вообще хочет с ним общаться. За время, проведённое в реабилитационном центре, он растерял всех немногочисленных знакомых. Да и говорить с теми, кто даже не потрудился написать ему пару слов поддержки, совсем не хотелось. Теон каждый день выпрашивал у Рамси фотографии собак, которых у Болтона было девять. Красивые, но милыми их назвать сложно. Было очевидно, что, помимо классических «лежать» или «сидеть», они знали команду «убить». Спокойнейшая неделя рядом с Роббом, который заставлял друга внимательно слушать на каждом уроке и не прогуливать, пролетала слишком быстро. Теон совершенно не был морально готов к выходным. Если честно, он ещё не отошёл от прошлого сеанса, где психотерапевт вскрыл самую больную тему с его потребностью во внимании. Теон вспомнил, как гордо шёл на первое занятие несколько месяцев назад, уверенный в том, что ему там делать нечего. Уже через пятнадцать минут он рыдал и задыхался в уютной кушетке. Было очень стыдно. Каждый сеанс давался тяжело. Терапевт терпеливо вытаскивал клещами то, что Теон с таким старанием прятал в самые дальние углы сознания. В коллекцию боли входили воспоминания о семье, неоправданные ожидания всех Старков, экзистенциальный кризис в качестве вишенки на торте. Если кратко, то приятного мало. И на подобное лечение требовалась куча сил. У Теона в тот момент их не было. «Почему время течёт так быстро? Несправедливо», — думал он, привычно валяясь в одиночестве в своей комнате. Теон проводил так почти все время с выписки. Лежал, смотрел в потолок, жалел себя. Раньше он больше ходил по дому, обменивался остротами с семьей Старков. Сейчас старался избегать их всех. Кроме Робба, естественно. «Игнорирование это не решение», — повторял голос психотерапевта в голове. Но Теон не мог заставить себя посмотреть им в глаза. Он не хотел видеть разочарование вперемешку с жалостью. Дом казался таким чужим. Словно в нём жили только призраки. Хотя, по сути, призраком был именно Теон. Он ходил на кухню лишь тогда, когда все уже поужинали. Ему было проще есть одному в своей комнате. Слава утонувшему богу, что она закрывалась на ключ. Размышления прервал стук в дверь. Теон знал, что это Робб. Больше к нему никто никогда не заходил. Теон вскочил с кровати и пошёл открывать, попутно натягивая на лицо обыденную маску «нет, я не испытывал только что чувство всепоглощающей пустоты, не беспокойся». Снизу слышались счастливые голоса семьи Старков. Робб, видимо, уже собирался уходить на вечеринку и пришёл попрощаться с Теоном. Переживал ли он насчёт первого сеанса терапии друга после выписки? Да, он всегда это делал. Робб был прекрасным человеком. Теон часто думал, что не достоин такой заботы. — Я нормально одет? — поинтересовался Робб, поправляя дорогую синюю рубашку. — Да, отлично. Не лучше меня, естественно, — ответил Теон, стараясь выглядеть непринужденно. — Я буду писать тебе сообщения и позвоню, когда поеду домой. — А можно без этого? — Теон закатил глаза. — Нет. Я желаю тебе удачи. Это очень важно. Я верю, что ты справишься, — Робб похлопал друга по плечу и развернулся, чтобы уйти. Теон замер. Он больше всего на свете хотел остановить Робба. «Не уходи, не уходи, не оставляй меня тут одного», — кричало слабое плачущее создание в голове. Оно было уверено, что случится что-то ужасное, когда Робб уйдёт. Теон подавил жалкий порыв и спокойно попрощался с другом. Радостные голоса внизу стихли. Дом погрузился в полную тишину. «Нужно одеться и пойти к психотерапевту», — думал Теон, но продолжал лежать на кровати. «Я должен одеться и дойти до автобусной остановки, иначе опоздаю», — повторил он, но остался на месте. «Мне необходимо встать и уйти», — продолжал Теон, не двигаясь. «Я никуда не пойду, не так ли?», — наконец смирился он. Теон чувствовал себя жалким. Он сам уверял Робба, что все в порядке, а теперь ощущал обиду на друга. Одиночество плохо на него влияло. Хотелось поговорить хоть с кем-нибудь. Просто валяться весь вечер и всю ночь было ужасной перспективой. Он бы с удовольствием скоротал время за игровой приставкой. Ах, как же Теон скучал по собственной коллекции игр. Несколько лет назад он и Робб накопили приличную сумму денег с подарков и купили PlayStation. Они не отходили от неё несколько дней. Нед Старк пытался переключить их внимание на что-то другое, но потерпел поражение. Теон тепло улыбнулся воспоминаниям. К сожалению, во время его нахождения в реабилитационном центре, младшие братья Робба сломали приставку. Грустно, но неизбежно. Теон ощутил острую необходимость пожаловаться кому-то на эту ситуацию. Он, не до конца отдавая отчёт своим действиям, схватил телефон и написал сообщение Рамси. Теон подробно пересказал ему всю трагичную историю о смерти его любимой PlayStation и отложил телефон. «Чем же мне заняться?» — подумал он. Решение пришло само. Теон, радуясь своей находчивости, пошёл в ванную. Валяться и рефлексировать в тёплой воде звучало лучше, чем делать тоже самое в кровати. Он разделся и сразу закинул все вещи в стиральную машину. Эта привычка появилась у него благодаря реабилитационному центру, где каждый вечер все пациенты стирали единственный комплект одежды. Теон хотел расцеловать того, кто изобрёл ванну. Он с головой окунулся в воду. Реабилитационный центр привил ему ещё одну привычку — везде таскать с собой телефон. Потому что Теон был лишён его несколько месяцев и теперь, когда наконец получил, он не выпускал мобильник из рук, иррационально боясь, что его вновь заберут. Таких новых привычек было множество. Благодаря им телефон лежал рядом с ванной. Когда Теон снова собирался нырнуть под воду, мобильник издал звук нового сообщения. «Мы приехали на вечеринку. Ты уже на автобусной остановке?» — появилось на экране смс от Робба. Теон неохотно взял телефон в руки и написал другу лживый ответ. В тот момент он заметил, что Рамси тоже прислал ему сообщение семь минут назад. «У меня есть приставка. И я обещал тебе показать собак. Я заеду за тобой через 10 минут», — гласило оно. Теон тихо выругался. «Он даже не спросил, могу я или нет. Дерьмо, у меня три минуты», — панически подумал он, быстро выходя из ванны. Из-за спешки ему в голову даже не пришло, откуда, черт возьми, Болтон вообще знал его адрес. Одежда уже уныло болталась в стиральной машине. Теон не располагал кучей вещей, хотя очень хотел. Ему было стыдно выпрашивать деньги у Старков на это. Он лихорадочно старался найти хоть что-то приличное в гардеробе. На глаза попалась рубашка Робба. Теон одолжил ее год назад и клятвенно обещал сразу вернуть. Хотя они оба знали, что рубашку Робб обратно больше никогда не получит. Это была самая дорогая и красивая вещь у Теона, хоть она и была ему слегка велика. Штаны и все остальное он схватил, не раздумывая. Времени было мало, поэтому Теон выскочил из дома с мокрой головой. На улице его уже ждала машина Болтона. Теон пару раз видел, как Рамси уезжает на ней из школы. Что ж, это было очень впечатляюще. Теон не разбирался в автомобилях от слова «совсем». Он просто любил дорогие и пафосные на вид вещи. И Рамси, очевидно, тоже. Все в этой машине кричало: «Это дорого!». Чёрный цвет, тонированные стёкла и тому подобное. Проблема была лишь в том, что её не мыли лет сто, судя по виду. Также при близком рассмотрении можно было заметить много царапин и вмятин, как будто кого-то долго и целенаправленно били об автомобиль головой. Возможно, так и было. Теон решил не думать о том, что в багажнике мог быть чей-то труп, и быстро сел на переднее сиденье. — С мокрой головой ты ещё больше похож на собаку, — вместо приветствия Рамси улыбнулся и потрепал Теона по волосам. — И тебе добрый вечер. У тебя вообще есть водительские права? , — Теон развалился на сиденье, не соизволив пристегнуться. — Что такое водительские права? — наигранно удивился Рамси, заводя машину. — Класс, я чувствую себя тупым героем ужастика, который сам соглашается пойти в лес с опасным маньяком, — фыркнул Теон, когда машина начала ехать. — Кто рассказал тебе о том, что я опасный маньяк? Я думал, что это секрет, — ухмылялся Рамси. — Вся школа знает. Робб сказал, что ты отправил своего одноклассника в больницу. — Это была обычная драка. Я не виноват, что парень оказался нытиком и побежал после этого плакаться мамуле под юбку, — лениво отмахнулся Рамси. — Робб сказал, что ты несколько раз воткнул тому чуваку циркуль в глаза. Это не очень похоже на «обычную драку», — скептично заметил Теон. — Робб сказал, — уродливо передразнил Рамси, — А что ещё твой драгоценный золотой мальчик обо мне сказал? Что я не перевожу бабушек через дорогу? Что я не кормлю бездомных котиков? Что я со своими собаками охочусь на живых людей? Он просто завидует моему доброму и чистому сердцу. — О да, причина именно в этом, — у Теона вырвался смешок. Болтать с Рамси вживую оказалось также легко, как и по переписке. Они много шутили. Ощущение одиночества ушло на второй план. Теон почувствовал себя лучше. Он бы потратил вечер на ненависть к себе, если бы Болтон не написал. Иногда Теон думал, что легче общаться с дьяволом, чем оставаться наедине с собой. — Знаешь, я ведь обманул Робба. Он думает, что я сейчас у психотерапевта, — внезапно начал тихо говорить Теон, погрустнев. — У меня появилась отличная идея, — с улыбкой произнёс Рамси, вдавливая педаль газа в пол. Машина издала пугающий громкий рёв и набирала ужасающую скорость каждую секунду. Спидометр сошёл с ума. За стеклом стал молниеносно пролетать пейзаж. Автомобиль ехал все быстрее и быстрее. На повороте Рамси резко крутанул руль, и они чуть не съехали в овраг. Теон по инерции вжался в кресло. Ему казалось, что он сейчас позорно намочит штаны. Шутка Рамси про отсутствие водительских прав уже перестала казаться шуткой. Впереди виднелся пешеходный переход и светофор, горящий красным. Люди разбежались врассыпную, сообразив, что чёрная машина на скорости больше 100 км/ч тормозить не собиралась. Пролетев между кричавших людей, чудом никого не сбив, Рамси посмотрел на Теона и крикнул, смеясь: «Разве я не лучше психотерапевта?» Пальцы Теона похолодели от страха. Сердце билось бешено. Он задыхался и мёртвой хваткой держался за сиденье. Но, вопреки здравому смыслу, Теон тоже истерически засмеялся, встретившись взглядом с Рамси. В тот момент он наконец не думал о Роббе или своей семье. Ни о чем, кроме гипнотизирующих бесцветных глаз напротив.