Лучшие саги

Гарри одобрительно хмыкнул, когда его беты боролись с наполовину сдвинутыми оборотнями на лесной подстилке, человек ревел от ярости сквозь искаженное месиво клыков и гнева. Подойдя ближе, он позволил прохладной земле под сухими листьями расслабить его тело, его позу, его собственную кипящую и нарастающую агрессию от того, что он снова видит, Питера ебоного Хейла на его территории после стольких лет. С коленом, прижатым к позвоночнику, с руками, согнутыми назад достаточно далеко, чтобы любое резкое движение могло сломать их, и когтями, впивающимися в мясо шеи. Питер, наконец, успокоился, хотя его глаза все еще смотрели на ближайшую бету, обещая возмездие. Ах, это было так похоже на Питера, всегда строившего козни и интриги, даже когда у него был плохой конец палки или достаточно забавный, совершенно счастливый и довольный. Гарри хотел ударить его достаточно сильно, чтобы его красивое лицо было навсегда разбито, но он никогда не был тем человеком или альфой, который использовал вендетту, чтобы навредить кому-то слабее его, потому что, несмотря на то, что Питер мог думать или верить так сильно, что это могло проявиться - он все еще был просто бета. - Это заставляет меня задуматься, почему именно Питер Хейл на моей территории пахнет кровью и охотниками. Эти прекрасные голубые глаза, в которых Гарри с радостью утонул бы много лет назад, остановились на нем, и он увидел, как в них промелькнули узнавание, тревога и, наконец, опасение, его тело, казалось, оставалось расслабленным, но Гарри мог видеть напряженные линии его позвоночника и плеч, мелкие подергивания, которые он когда-то наметил своим языком несколько раз. несколько раз в день. -Харрисон.- Питер протянул, медленная ухмылка появилась на его губах: -Удивлен видеть тебя здесь. Гарри не смог сдержать раздражения, которое покинуло его, когда он присел на корточки прямо перед Питером, глаза беты немного расширились, а ноздри раздулись, когда он вдохнул его запах. С выгодной точки зрения Питер был таким же красивым, каким был все эти годы назад, повзрослевшим и набравшим больше мускулов, чем раньше, опасным человеком с гораздо большим опытом за плечами. -Угу. Ты очертя голову ворвался на мою территорию после того, как издал мимолетный предупреждающий вой. В паре миль отсюда разбитый внедорожник, два мертвых охотника и достаточно аконита в окрестностях, чтобы потенциально уничтожить стаю. Кто бы еще ни был в машине, он скрылся, без сомнения, на другой машине, которая, как сообщается, направлялась обратно в город. Ты сам ранен, не считая пули в бедре. Так что, если ты не обнаружил, что тебя снова вызвали на покер, я предлагаю тебе выложить все начистоту, прежде чем я буквально заставлю тебя выложить их. Я уверен, что Талия будет оплакивать потерю своего любимого силовика и младшего брата. Он наблюдал, как линии спины Питера напряглись, и легкое самообладание, которое было у этого человека, рухнуло, переходя от гнева к страху и обратно, прежде чем Здоровый бета резко упал вперед, опустив голову достаточно низко, чтобы его растрепанные волосы коснулись земли. - Это довольно грязная игра, Харрисон. - И ты снова принес неприятности на мой порог, Хейл. Говори, или я сам потащу тебя к охотникам. Гарри проигнорировал поднятую бровь своего заместителя, рыжеволосый не стал бы обвинять его в блефе перед Хейлом, но все его бета-версии знали его лучше, чем это, и в какой-то момент времени, который теперь казался столетиями назад, Питер знал его лучше, чем кто-либо. От горького запаха паники, который исходил от беты Хейла, он купился на ложь, новый пот выступил на коже Питера, и его борьба возобновилась. - Ты не можешь! Они убьют меня, Харрисон! - Тогда они оказали бы мне и другим услугу. Боли, которую он увидел, промелькнувшей на окровавленном лице Питера, было почти достаточно, чтобы он извинился, но он прикусил язык и сохранил равнодушный вид. Питер заслуживал гораздо большей боли, чем просто ряд грубых слов. -Ты будешь говорить или мне просто позволить акониту, который в настоящее время циркулирует в твоей крови, сделать работу охотников за них. В любом случае, твое тело вернется в качестве перемирия. Питер прерывисто вздохнул, и в отличие от того, что было до того, как его тело расслабилось, вся борьба, которую он строил и сдерживал, была исчерпана и выпущена. -Я буду говорить. - Хороший мальчик. Приведи его. Билл, иди и скажи Луне, что у нее будет пациент, и пусть Гермиона укрепит барьеры на случай, если у нас будут неожиданные гости. Рон приведи патруль в порядок и укрепи ряды. Мы будем в состоянии повышенной готовности, пока я не прикажу иначе. Два брата кивнули, оба разошлись в разные стороны, и Гарри жестом приказал бете отвести Питера обратно в центр его территории. Снова выпрямившись, он потянул спину и вздохнул, еще больше раздраженный поворотом этой спокойной недели, но определенно раздраженный уколом тоски, который он почувствовал после того, как почувствовал запах Питера еще до того, как увидел его. Не торопясь, он направился обратно к дому стаи, позади него на несколько секунд замерцали обереги, которые защищали его людей, прежде чем они стали прозрачными. К тому времени, как он прибыл в медицинский отсек, который представлял собой двухэтажный коттедж в нескольких ярдах от основного дома стаи, Луна уже лечила своенравного Хейла, извлеченная пуля из одной из многочисленных ран содержала один их большой запас аконита, её ещё предстоит нужно залечить. Сам Питер лежал без сознания кровати, на лице не было ни кровинки, а цвет лица был бледным. - Альфа - Луна поприветствовала его мягким и мечтательным голосом, как всегда, и он провел тыльной стороной ладони по ее щеке. - С Хейлом все будет в порядке. Небольшая потеря крови и усталость, но и то, и другое можно исправить отдыхом и хорошей едой. - Хм. Спасибо, Луна.- платиновая блондинка сонно улыбнулась ему, прежде чем выйти из комнаты, и Гарри занял ее место у кровати, часы тикали в тишине, пока он разбирал несколько документов, пока Питер спал. Легкое учащение сердцебиения, отличное от его собственного, и малейшее изменение запаха предупредили его о том, что Питер не спит, но охранник Хейла был не чем иным, как осторожным, и Гарри шлепнул его по груди, когда прошли минуты, а он все еще притворялся спящим. - Я не собираюсь проводить с тобой всю ночь, Хейл. Приступайте к разговору. - Я здесь от имени моей Альфы Талии Марии Хейл, чтобы попросить вас о помощи. Мы находимся в состоянии войны с аргентами и двумя их союзными кланами. Они обвинили нас в убийстве одного из своих - бывшего Матриарха клана Виктории Арджент. Джерард стал новым лидером, пока дочь Эллисон - Виктории не достигнет совершеннолетия, и именно он настаивал на возмездии. Брови Гарри медленно приподнялись, пока они почти не слились с линией роста волос. - Ну и дерьмо. Питер замычал и потянулся на кровати, легкое покрывало, накинутое на его колени, сползло еще ниже, и Гарри даже не пытался притворяться, что не смотрит, и Питер медленно улыбнулся ему, прежде чем перевернуться на живот, но не без гримасы боли. Взгляд Гарри был прикован к изгибу задницы Питера, заднице беты, которая больше не была дерзкой, но определенно была упругой. Одарив Питера ровным взглядом, мужчина ухмыльнулся в ответ, протянув руку и положив ее на обтянутое джинсами колено Гарри.Уставившись на руку, а затем на самого мужчину, он почувствовал, как кипящее негодование и гнев из прошлого снова ожили, и только когда глаза Питера вспыхнули голубым, а шея слегка обнажилась, он понял, что его глаза покраснели. -Альфа...-слово было произнесено шепотом, но в его голосе чувствовалась легкая дрожь, которую Гарри когда-то искал почти благоговейно. - Мы не будем этого делать, Питер, только не после того, что ты сделал. Рука двинулась дальше вверх по его бедру, и альфа Черной Стаи на мгновение перестал дышать. Красные глаза - предупреждение, на которое Питер не обратил внимания. - Альфа. - Питер перевернулся на спину, толстый шнур на его шее полностью обнажился, а уязвимый живот обнажился. У Гарри едва хватило секунды, чтобы вернуть себе самообладание, когда он обнаружил, что встает со стула, когтистые руки вдавливают Питера в матрас, а зубы едва не задевают его кожу. - Мы не будем этого делать, Питер.- даже он мог слышать ложь в своем голосе, его сердцебиение билось под кожей быстро, как у кролика. Питер выгнулся навстречу теплому телу, прижимающемуся к его собственному, беззастенчиво потираясь своей эрекцией о живот Гарри, и тот зарычал, звук, скорее животный, чем человеческий, который заставил Питера заскулить. -Альфа, пожалуйста...