Хмель

Скучно заниматься одним лишь хмелем. Это Серик, Мира, Яна и Игорь поняли, экстренно вернувшись с Канар домой. Точнее, не скучно, а неинтересно: несмотря на большую любовь, былую прибыль бизнес приносить перестал. Но в общем все было хорошо. А вот Игоря, как всем известно, начало преследовать ощущение все большего несоответствия: между тем, как он живет, и тем, как должно выглядеть. — Живем, как наркоторговцы! – воскликнул Игорь. — Прячемся в тесной квартире на окраине, имеем кучу оружия, но при этом… – он на секунду остановился, чтобы перевести дух. — При этом ничего нелегального и не делаем. По его словам выходило, что, по сути, они – это вообще никто и звать их никак. «Так может займемся реальным криминалом?» – пошутила было Яна, но Игорю это дало самую настоящую идею. И он стал с большой настойчивостью обдумывать ее. Как и в каком направлении действовать, Яна, естественно, не знала. Поэтому предложила первое, что пришло ей в голову: — Воровать по мелкому – глупо и некиношно. Нам нужен крупный. Как насчет масштабных краж? Вот, ограбить, например, ювелирку. Там же, говорят, столько денег, что можно новые космолёты купить. — Гм, – задумался Игорь. — а ведь здорово. Идея заинтересовала и остальных, но Мире пришла мысль еще круче: «А что если сыграть на страхе людей перед неизвестностью? Типа, сделаться анонимными хакерами. А потом взъебать правительство». И опять, как в случае с ограблением ювелирки, все очень одобрили эту идею. Стали обсуждать подробности, и все сошлись во мнении, что лучшего плана никто не видел за последние лет сто. Но Яна заметила, что все они весьма слабо представляют себе, как именно воплотить его в жизнь. Поэтому решили сначала попробовать всё-таки план с ограблением ювелирного магазина. Используя имеющиеся у него знания информатики, Серик взломал систему видеонаблюдения магазина «Лапоть» и скопировал ее на электронный носитель. Потом он составил план организации ограбления. Задача Игоря была несложной: понять все тонкости, связанные с хранилищем ценностей. Сам Серик решил действовать через Интернет. По радио он сочинил длинные скучные служебные письма от имени полиции, в которых сообщал о серьезной ситуации в городе. Яна должна была стать для охранников простой прохожей, заметившей некие ужасные события и истерически подговорить их выбежать из магазина спасать бабушек от смерти на митингах, или что-то вроде того. После этого они с Мирой должны были штурмовать «Лапоть». «И все это в латексных черных костюмах!» – подвел итог Серик, устанавливая скрипт онлайн-видеоконтроля магазина. Но пока не настал день икс, ребята решили просто мило провести время вместе. Серик встал с дивана и отправился на кухню. С наслаждением закурил сигарету и выпустил из рук спичечный коробок, который через пару секунд упал на кафельный пол, разлетевшись на множество мелких щепочек. — Зачем ты так спички бросаешь? – прибежала на шум в кухню Яна. — Заткнуться и не мешать! – злобно прошипел Серик. — Я разве не понятно объясняю? Она улыбнулась ему в ответ. — Я знаю, что ты можешь убить меня за это. Но давай приготовим круассаны. Он одобрительно кивнул головой. — Ребята, мы круассаны готовить будем! – крикнула Яна. — Какие-то пожелания? — Я хочу сервелат, – отозвалась Мирослава. — И если можно, побыстрее. Яна кивнула головой. — Французского. Спасибо, – добавила Мира. Вскоре на столе стоял разогретый и посыпанный сахарной пудрой нарезанный кружочками сервелат и чашки с кофе. Мира вошла в кухню, где Серик замешивал тесто. Яна сидела за столом, скрестив ноги, и молча глядела на него. У нее было такое спокойное лицо, что Серик вдруг подумал: «А может все-таки убить ее?» Но вместо этого только вымазал сахарной пудрой ее нос. — Вечно ты с кислым лицом ходишь, – сказал он. — Да, – ответила она. — мало одной лягушки, нужна еще лягушка в уксусе. — Что такое уксус? – спросил Мирослава. — Пролетарская ртуть, – ответил Серик. — Это надо добавлять в тесто? Ну и яд у вас, – сказала Мирослава, подходя к столу, где Яна неторопливо сворачивала ванильные круассаны. «Она в своем репертуаре», – подумал Серик, с удовольствием наблюдая за нею. Они с Мирославой прикончили, наконец, все пирожные. Яна разложила шоколадные круассаны в три ровные стопки. Серик поставил их в духовку, а Мира удалилась. Затем Яна сняла со стены еще один противень с нарезанными апельсинами и закрыла дверь на защелку. Они остались вдвоем. Серик повернулся к ней и спросил: — А ты знала, что в бравл старсе обновление вышло? — К чему нам новое дерьмо, – ответила Яна, — старое дерьмо дерьма полно. Серик встал с табуретки и пошел к плите. Вдруг он почувствовал ее руку у себя на плече. Обернулся. Яна смотрела на него виновато. — Ты что, в чувстве меня подозреваешь? – спросил он. — Не то чтобы подозреваю, – ответила она, — просто хотела сказать, что это старое говно чавкает у меня под ногами. А ты молодец, прямо как кремень. На глазах у нее выступили слезы. Мирослава вошла в кухню, держа в руке пластмассовое ведерко. Увидев слезы на глазах подруги, она нахмурилась. «Какого черта», – сказала она, «зачем ты ее обижаешь? Тебе что, в адово пекло надо?» Но Яна быстро замяла тему, ведь никто, кроме нее, не знал правды о случившемся. Они достали круассаны из духовки и сели на диван в гостиной. В квартире постепенно темнело, но зато воздух стал свежее и наполнился запахом цветов. За окном что-то громко треснуло. Игорь включил по телевизору какую-то военную передачу и повернулся к своей девушке. И вдруг он увидел то, что никогда не мог себе вообразить в мыслях. Мира уснула на его плече. Он взял ее руку и положил себе на пах, где уже давно его все время жгло от желания. Она громко рыгнула. Тогда он наклонился к ней, и их губы встретились. Прошло много времени, прежде чем он смог наконец оторваться от нее. Она взяла его за руку и привлекла к себе. Его ноги подгибались, но он взял себя в руки и, пошатываясь, вышел с ней из комнаты. Все было как всегда. Он легко и нежно возбудился, но потом понял, что Мира стала пахнуть почти так же, как в тот день, когда они занимались любовью. И они повторили это снова. Потом все легли спать. В шесть утра Игорь вскочил и на весь дом начал петь военные марши. Это был тот самый день, когда команда по сбору хмеля должна была стать настоящей бандой. День ограбления ювелирного магазина «Лапоть». Каждый знал, что он будет стоить как годовая зарплата министра, а если повезет, то и больше. Девочки натянули черные латексные костюмы. Парни успели помыть и побрить себе рожи. Они встали, выпили по пять литров кефира и оделись в огромные кожаные куртки и кожаные брюки с бахромой. В руках у каждого был короткоствольный американский «байердалф» фирмы «Стинг» и по три магазина в каждом. Все выпили немного виски и вылезли на улицу. Серик легким движением руки запустил фальшивые новости прямо в рации охранников. «На площади началась массовая драка! Наш корреспондент оказался в самой гуще событий!» Мирослава вылезла из машины и обошла «Лапоть» с левой стороны. «Полиция не справляется! На площади насилуют бабушек и детей!» Подружки захихикали. Теперь и Серик с Игорем натянули на себя нарукавную повязку спецназа. «Мы тоже все тут, девочки!» Рации замолкли. К двери магазина подбежала Яна, и начала кричать охраннику прямо в лицо: «Помогите! Тут бандиты на улице!» У охранника затряслись очки. Он сделал несколько шагов назад и поднял тревогу. Из всех дверей выскочили трое молодых людей с помповыми ружьями. Они запрыгнули в свой микроавтобус и вырулили на проезжую часть. «Опять постреливают», – сказал один из охранников и плюнул себе под ноги. Загудели клаксоны, завизжали шины. Магазин был чист. Только недоумевающая продавщица стояла за прилавком. «Че ты, сучка крашеная, стоишь?», – подошла к ней Яна, грозясь в лицо своим перламутровым пистолетом. «Давай товар». Продавщица испуганно закивала, но случайно задела тревожную кнопку. «Нам всем пиздец!» – закричала Мира, размахивая маузером. Яна отпустила кнопку. Она продолжала ласково улыбаться, но Мира заметила на ее щеке мокрое кровавое пятно. Продавщица бездыханно упала. К стеклам магазина подбежали охранники, но никого не заметили внутри, кроме лужи крови и мертвой продавщицы. Оглядываясь по сторонам, они не увидели ни одной украденной вещи. Охранник едва открыл рот, чтобы удивиться, как вдруг в «Лапоть» влетела новенькая бронированная ламборгини, разбивая стекла на мелкие осколки. Мира, пользуясь внезапностью, вылезая из укрытия, выстрелила охраннику прямо в лицо, громко при этом рыгнув. Яна выстрелила из пистолета в лоб второму охраннику, и брызнувший фонтанчик мозгов залил лицо третьему. Мира выстрелила еще раз. Из машины вылезли довольные Серик и Игорь и начали собирать в сумки все драгоценности. Мира встала у разбитой двери. Яна ловко перелезла через стол и скинула кассу себе в сумочку. Она задумчиво оглядела зал, по которому плыли клубы дыма, и тихо покачивалась, что-то мурлыкая себе под нос. Вдруг она услышала выстрел – кто-то стрелял в Серика из пистолета, но вместо испуга на ее лице появилась невыразимо гадкая улыбка. Она направила свой шикарный пистолет с перламутровой ручкой в прибывшего полицейского и спустила курок. Полицейские, не чувствуя боли, попадали на пол, и Мира брезгливо наступила ногой на их расстрелянные головы. Игорь и Серик спокойно и деловито собирали трофеи. Магазин был ограблен. Мира и Серик прыгнули в машину. Игорь собирал последние цепочки и тоже сел в ламбу. Яна, уже стоя спиной к абсолютно пустым прилавкам, брезгливо обернулась назад и фыркнула: «Я тоже люблю носить маски. Эта – чтобы выиграть пари», – и тоже прыгнула в машину. Они ехали по ночному городу и тихо напевали какую-то странную песню. Через полчаса машина затормозила на тихой улице в южной части Москвы.