Хмель

Наступил роковой день. Мира и Игорь бодро встали с кровати и пошли в ванную комнату. Там Мира почувствовала тошноту и, сев на край унитаза, громко икнула. Игорь снял штаны и зашел в ванную. Серик и Яна спали, Илья Игоревич тоже пропал из виду, а Досик и вовсе исчез куда-то по делам. На часах было 5 утра. Мира вышла, умывшись, из ванной и принялась готовить завтрак на всю семью. На плите красовался Илья Игоревич Бебикович-Хмельницкий, в костюме с галстуком, с двумя свастиками на лацканах пиджака и с подтяжками, как у покойника. Он сказал с трагическим пафосом: — Hу, наконец-то! Давно пора начинать! Врубай телевизор! Мира включила телевизор и достала из холодильника коробку конфет «Гудок» и пару кусков сыра. Происходящее на экране было непонятно. Она решила пойти будить друзей. Зайдя в комнату, она увидела Яну, уютно сидящую на диване с большим блокнотом в руках и большим фломастером в руке. Она рисовала спящего Серика и какую-то неведомую мрачную птицу. Мира зажгла свет, подошла к Яне и ткнула ее пальцем в бок. — О, привет! – сказала Яна, не оборачиваясь. – Разбудить хочешь? Мира подошла к Серику и потрепала его за ухо. Тот что-то пробормотал во сне и открыл глаза. — Завтрак готов, – сказала Мира. — Где Досик? – спросил недоуменно Серик. — Уехал куда-то, – сказала Яна. – Все потом, давай смотреть телевизор. В кухню вошел Игорь. На нем были ярко-красная майка и ярко-синий свитер. Он сел за стол и вопросительно поднял бровь. Позавтракав, они были готовы к выходу. К зданию башни «Федерация» Москвы-Сити подъехало два лимузина – для парней и для подруг. Было принято решение переодеваться и собираться прямо в лимузине: никто не хотел, чтобы раньше срока жених и невеста увидели друг друга в нарядах. Яна делала Мире прическу. Она соорудила вокруг ее головы настоящую клумбу и украсила все длинными шпильками и пластмассовыми заколками. Теперь она начала делать Мире макияж: сделала ей тени под глазами, подвела черным карандашом глаза, нарумянила щеки. Мира сидела на заднем сиденье и молчала. Пришло время проводить те же манипуляции с Яной. Ее макияж выглядел так: брови были выщипаны в ниточку, глаза подведены, на губах – алая помада. С прической пришлось поработать, но спустя час Мира сделала на ее голове настоящее африканское восстание. Яна вздохнула с облегчением, отметив, что это слегка уравнивает ее с Мирой. У Миры было очень хорошенькое лицо. Теперь они надевали свадебные платья и двойную фату. В лимузине было сложно этим заниматься. Процедура одевания требовала времени. И после того, как фата была на Яне, пришлось долго бороться с ее тонкими золотыми бретельками, спускающимися до середины спины. Наконец одевшись, девушки решили отрепетировать вальс, который никогда в жизни не танцевали. Мира нашла в журнале вальс Штрауса и спросила, как называется та нота, на которую надо делать па. Это была нота под названием «Do you speak English?» Яна обрадовалась, потому что помнила этот танец со школы. И ей неожиданно понравилась эта нота. В лимузине творился кавардак. Тем временем в соседнем лимузине Игорь помогал Серику выбрать галстук. Рядом на полу стоял раскрытый чемодан, и там были аккуратно разложены разные галстуки и шарфы. Его взгляд упал на галстук цвета морской волны. Он был чуть темнее, чем тот, что висел у него на руке, и чуть ярче, с двумя оранжевыми полосками внизу. В целом, он отлично дополнял Сериковы рожки. Тут Игорь сказал: «О!» – и вопросительно посмотрел на Серика. Тот ухмыльнулся. Серик начал тираду о том, что ему эта свадьба очень важна, и что он очень волнуется, ведь ждал этого момента вечность. Он рассказал Игорю о том, как много для него значит все, что связано с этой свадьбой и связанными с ней обещаниями. И почему-то снова вспомнил о друзьях. Игорь поведал ему о Мире. — Она будет прекрасной женой. Да, ведь ты знаешь, что она — именно такая жена. Серик рассмеялся. — У меня тоже все в порядке, – сказал он. – Я уже четвертый месяц с ума схожу. Мне такой жены еще ни разу не предлагали. Странно, что я так долго ждал. Мысль о браке меня долго не посещала. Знаешь, со временем все происходит постепенно. Сначала тебя посещают эти сомнения, а потом ты начинаешь на них тупо медитировать. Игорь его поддержал. Он сказал: — Кстати говоря, О Мире и Яне. Они вполне подходят друг другу. Знаешь, что я тебе хочу сказать? Не надо бояться женитьбы. А бояться надо другого. Ты мне скажи, ты женоненавистник? А то я уже беспокоюсь. — Брось, Игорь, – ответил Серик. – Я не такой человек. Я просто не люблю оказываться одному. До «Запорожской Сечи» они ехали молча. Серик надел костюм цвета лаванды, а Игорь был одет в черный костюм с белым галстуком – более скромно, чем Серик, но очень элегантно. Наконец друзья добрались до «Запорожской сечи» и уселись за столик. Она поражала своими размерами, а посетителей было столько, что место за столиком надолго не оставалось. Игорь и Серик сидели одни, а Мира и Яна ждали своего торжественного выхода. Подруги прослезились, ведь их мечта наконец сбылась. Теперь их жизнь должна была измениться навсегда, и теперь-то они понимали, почему это событие пришло так неожиданно. С высокого балкона смотрели на происходящее в церемониальном месте две невесты. Мира и Яна смотрели на волнующиеся лица Игоря и Серика, которые болтали между собой о чем-то, причем было видно, как один подбадривал другого, а потом наоборот. Это было очень смешное зрелище, и Мира весело смеялась, пока Серик трясся от страха. Во входе показался так неожиданно исчезнувший утром Досик с огромными синяками под глазами. Он выглядел разочарованно, но держался – это было видно по его хорошо отутюженной и застиранной белой сорочке с коротким рукавом, которая прилипала к его покатым плечам. Выглядел он весьма и весьма уверенно, несмотря на боль в глазах. «Но ведь она не твоя!» – пел Стас Михайлов, волей неволей заставив Досика оглянуться и заметить прожигающий взгляд Серика, намекавшего на то, что Досик немедленно должен прекратить портить свадьбу своим видом. Все равно все уже решено. Приходили гости. На свадьбу были приглашены: Досик, Стас, какая-то Баба, Польский Мужчина С Пирожными, Божья Матерь и Христос, гей-артисты, Водитель Олег, Три Негра и Дед из клуба, оттуда же абориген, Газделиани, Дадешкелиани, Ломидзе, Лен Курский, Лен Курский, Лен Курский, Лен Курский, Лен Курский, Доктор Телепузик, Капитан Таракан, Генерал Каша, Рядовой Клоп, Подполковник Жопа особого назначения Трусов, Прапорщик Молокоход и кучка северных аборигенов, Тракторист-марсианин и его брат, Товарный Поезд, все сотрудники и айтишник банка «Либераст», Рыжий Кот, Усатый таракан, женщина, с который Серик изменил Яне в 2000 году, Майоры из детства Серика, Конь в сандалях с коньками, Мама Яны, охранник магазина «Лапоть», Илья Игоревич Бебикович-Хмельницкий и Ламба. Досик подарил молодоженам невиданную по размеру колоду карт, на которой большими разноцветными буквами было написано слово «love» ( или «секса», как понял Игорь) Стас вручил им тюбик крема от морщин и объяснил, что это мазь от сексуальных морщин. Поляк дал невестам по карманному календарю, на котором было крупно написано число в шестнадцать раз больше самого Игоря, и потребовал, чтобы они никогда в его присутствии не пользовались словом «Польша» как предлогом для разговора. Божья Матерь с Христосом одарили друзей своими маленькими иконами и четками. Дед из клуба подарил им разноцветные пластмассовые бусы, но не православные, а «японские», которые тут же продал за ящик вина. Грузины подарили Игорю пакет белого хлеба обернутый в красное полотенце, которое называлось «Кирпич». Лены Курские всучили молодым несколько брусков маргарина и немного чачи. Напоследок появился небольшой пакетик черного чая и коробка куриных окорочков, так что все было до безобразия просто и понятно. Доктор Телепузик подарил им маленький макет Киево-Печерской Лавры и две цветных футболки с изображением трехгорбого верблюда, Большого Брата и двух грудей – то ли это была юмористическая игра, то ли действительно он был буддийским монахом. Весь воинский состав во главе с Генералом Кашей подарил Мире и Яне кухонный комбайн, сделанный по их рисункам, наборы посуды и чистящие средства. Все сотрудники банка «Либераст» от лица компании подарили Яне и Мире значки «Красный цветок» с надписью: «Ты не просто молодец, ты КАПИТАН!» — «Спасибо, что ограбили!» Товарный поезд подарил невестам своих обезьян, альбомы с фото, множество вещей из кожи и разного материала. — «Спасибо, что были так добры!» Таракан подарил Серику коллекцию цукатов – самых настоящих, темно-оранжевых, из чего можно было печь суфле. Бывшая любовница Серика подарила Яне пакет кормовой свёклы. Конь в коньках подарил Игорю чехол для собаки. Охранник магазина «Лапоть» подарил новобрачным огромный уродливый аквариум с пальмой внутри, литров так на пятьсот. Илья Игоревич Бебикович-Хмельницкий подарил Мире картину голландского живописца Ван-Эйка «Молодые супруги на озере». Мира подарила Илье Игоревичу радиоуправляемую рыбу. Ламба подарила им креветку в томате с рыбьим жиром и заодно переехала любовницу Серика на пятой скорости. Чубайс подарил набор дисков с японской живописью. Дракон подарил молодым картофельные чипсы. А Жёлудь в знак своего уважения пригласил их на шейк. Мира и Яна добросовестно приняли подарки, пока Игорь и Серик бурно беседовали о чем-то с товарным поездом. Через 15 минут должна была начаться церемония бракосочетания, и парни должны были встретить невест, выходящих с дальнего, заросшего хмелем балкона. Яна нервно тряслась и держалась за руку Миры, пока та крепко прижимала ее к себе. — Ты готова? – прошептала Мира. – Поцелуй меня на удачу. Яна обернулась к подруге и посмотрела в ее глубокие глаза, который поблескивали от радости. Она взяла ее руки в свои и, толкнув своим носом нос Миры, нежно и легко поцеловала ее губы. — Ты все равно навсегда моя, – сказала Яна и улыбнулась, – и всегда будешь моим светом. Мы сами сделали это чудо, и по полной программе. А к этому все, конечно, шли. Поэтому волноваться совершенно не о чем. Я очень, очень тебя люблю. И ты будь... рядом. Только ты. Ладно? И вот что... Я так хочу, чтобы ты... Я хочу сказать... По-хорошему, пока их нет... Я хочу сказать... Не переживай, ладно? Я люблю тебя по-настоящему. Мира, наклонив голову, поцеловала ее в губы. Отстранившись, Яна кивнула. Утерев слезы, она заметила, что уже начала играть свадебная музыка. Мира крепко схватила подругу за руку и они пошли вперед, и, выходя на свадебную аллею, встретили своих женихов. Не отпуская рук друг друга, они взяли под руки Игоря и Серика, и направились к арке. Музыка играла и переливалась яркими брызгами шампанского в бокалах гостей, на столиках и в руках священников. Они приближались к арке все ближе, а гости, особенно Майор Калачик и Ламба с Товарным поездом провожали их взглядом. Наконец они встали под аркой. Поп начал говорить. – Сегодня мы собрались здесь, чтобы скрепить сердца двух прекрасных пар. Мы рады приветствовать всех Вас и благодарим за то, что Вы собрались здесь разделить с Сериком, Игорем и Яной, Мирой счастливый момент их жизни, рождение их семьи. Сегодня – самое прекрасное и незабываемое событие в вашей жизни, которого Вы так трепетно ждали! Игорь, Серик! Мира, Яна! Если Вам есть что сказать друг другу, прошу вас, скажите это сейчас. Все молчали. — Тогда, прошу вас произнести клятвы. — Я, Хмельницкий Давид(Игорь) Чичикович, клянусь любить тебя, Пряничная-Муллинер-Изящная Мирослава-Гретель Августовна в богатстве, роскоши и удовольствии. Я обещаю, что все мои намерения и мысли будут служить тебе, весь мир для меня - ты, и твой целый мир - я. Я буду любить тебя, при жизни и после смерти. Я буду тебя защищать и беречь до последней капли крови. Клянусь перед богами всеми, богами войны и хмеля. И всеми остальными богами, в том числе и Кукульканом, обещаю и клянусь сохранить и охранять тебя, Мирослава, от всех бед и невзгод. Клянусь! — Я, Пряничная-Муллинер-Изящная Мирослава-Гретель Августовна, клянусь любить тебя, Хмельницкий Давид(Игорь) Чичикович, нежно и преданно. Клянусь беречь тебя и лелеять в жизни и смерти. Клянусь жить для тебя и нашего сына. Клянусь помнить и хранить тебе верность до гробовой доски. Я клянусь помогать тебе во всех твоих нуждах и уважить любую твою прихоть. Я клянусь взять на себя заботу о твоих зубах, мозолях. Клянусь любить тебя, пока моя грудь дышит. Любение. Я клянусь! — Я, Циммерманн Серик-Клаус Рудольфович, клянусь тебе, Гессен-Дармштадтская Иоанна-Ангелика Леонхардовна, что ты станешь моей женой и матерью моего сына и что, даже умирая, я буду заботиться о твоих благах и благополучии, буду защищать тебя от бед, напастей, несчастных случаев, бандитизма, грабителей, мести, вражды, расизма и алкоголизма, не допущу, чтобы ты потеряла свое здоровье. Клянусь любить тебя вечно и носить тебе кофе в постель. Я клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! обещаю! обещаю! клянусь! обещаю! клянусь! обещаю! клянусь! обещаю! клянусь! — Я, Гессен-Дармштадтская Иоанна-Ангелика Леонардовна, клянусь тебе, Циммерманн Серик-Клаус Рудольфович, что у нас с тобой будут счастливейшие дни в нашей жизни, что я сделаю все, чтобы ты никогда не знал горя и нужды. Клянусь всегда держать свое слово. Клянусь не обижать тебя и заботиться о твоем счастье. Клянусь всегда защищать тебя от невзгод и зла. Клянусь любить тебя вечно, клянусь беречь и любить. Клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! клянусь! — Тогда, я прошу вас обменяться кольцами. Игорь надел на палец Миры кольцо с тремя крупными бриллиантами и крепко сжал в ладонях ее ладонь. Мира же надела на его палец кольцо с огромным рубином и сжала его ладонь своей. На ее безымянном пальце было обручальное кольцо. Серик взял руку Яны в свою и надел на ее палец колечко с сапфиром. На пальце Серика оказалось кольцо с изумрудом. Яна с удовольствием рассматривала свои кольца, прислушиваясь к их звону. — Можете поцеловаться! Молодожены поцеловались, но вдобавок решили устроить целовательный марафон. Серик целовал Игоря, Миру и Яну. Яна целовала Миру, Серика и Игоря. Игорь целовал Серика, Яну и Миру. Мира целовала Серика, Яну и Игоря. Церемония была окончена. Началось застолье. Было произнесено множество тостов. Основными спикерами были: Генерал Каша, Абориген, Товарный поезд, Илья Игоревич и Ламбочка. Генерал Каша сказал: — Дорогие коллеги, прошу всех выпить за здоровье и благополучие фирмы "Карма"! Меня всегда радует, что я нахожусь в числе ее учредителей. Абориген сказал: — ы оа ел о о ёл и е й ё ё а й а й е, к е х ё к л ё е и ё ё ё а. Товарный поезд произнес: — Дорогие друзья, сегодня у нас исключительно знаменательный день! Как только закончится рабочий день, мы продолжим наше застолье! Я поднимаю свой бокал за Киану Ривза. За его выдающиеся деловые качества! За богатство и успех! – с этими словами Товарный поезд опрокинул в себя стакан с водкой. Илья Игоревич сказал следующий тост: — Дорогие друзья, сегодня меня радует, что в нашем доме, в котором мы живем, течет не ручеек, а настоящая река! Еще я бы хотел выпить за замечательную семью, в которой я живу. И которой я - главный её член. Выпьем за счастливую любовь! – с этими словами Илья Игоревич опустошил свой стакан пива. Почетный тост достался Ламбе. Она выдала: — Сегодня мне особенно радостно от того, что я - член вашей семьи! Выпьем за семейство Циммерманн-Пряничных-Муллинер-Изящных-Хмельницких-Гессен-Дармштадских! Все аплодировали стоя. Тогда начались конкурсы. Каждый из них был интересен. Например, конкурс под названием «Еврейский анекдот». После конкурсов все вернулись к столу, где съели: Лампу, кусок колбасы, омлет с яйцами, лимонад, кофе и сигареты «Nutscracker» со значком Titanium Smith&Wesson на сигаретной пачке, выпили еще водки, запили все это пивом и выкурили по две пачки «Parlamento», корнишон, печенье, сигареты «Lucky Strike» и «Grateful Dead» с логотипом компании «Порш», шесть бумажных листов с рецептом кока-колы, финский чай, бананы, сахар, бутерброды с икрой и сыром, сметану, кофе, грейпфрут, бутылку шампанского, пять банок черной икры, четыре пачки черной икры, три бутылки «Шампанского», пять бутылок белого полусладкого вина, три бутылки розового вина и несколько пирожных. Серик, которому раньше всегда было скучно слушать про внутренние расклады на государственной службе, спросил Ламбу, что такое внешние расклады. На этом мероприятие закончилось. Было около часу ночи, когда новобрачные пытались спихать все подарки с ламбу. Но дело не шло. Поддатая Яна пыталась засунуть Миру в бардачок ламбы, а убитый алкоголем Досик с не менее бессознательным и пьянющим Ильей Игоревичем спорили о том, что лучше: красное или белое. Серик и Игорь пили остатки алкоголя из гостевых фужеров. Наконец, друзья двинулись домой. Все шло очень весело. Дома они разбирали пожитки и планировали медовый месяц. Случилась небольшая оргия, и друзья в пьяном угаре потрахались много раз в различных комнатах. Илья Игоревич был не причастен. Он ел сало на кухне и смотрел мультсериал «Россия 24». Утро выдалось прекрасным. Игорь и Досик не спали, а Мира и Серик лежали на полу под столом все еще в отключке. За окном плыли облака, и светило ярко-голубое небо. Наступала ранняя осень, хотя был еще август. Солнце ярко сияло в стекло, наполняя комнату приятным теплом. Все было как всегда. Даже были слышны голоса птиц где-то вдалеке за Москвой-рекой. Постепенно из сонного состояния стали возвращаться мысли. В туалете Яна испытывала тошноту. Но это не было похоже на похмелье…