Изменения

Послушав лекции на счёт нынешней географии, Риз начала рассказывать о наших возможных способностях. — Всё, что я сейчас назову — не является единственными возможными вариантами. Например, кто-то может оказаться магом разных стихий, начиная от четырёх всем известных элементов, заканчивая очень редкими — такими, как молния. Но только один элемент будет подвластен, — она ненадолго замолчала, и только ее губы дрогнули, как я поняла: Риз прошептала что-то вроде «по крайней мере, на первое время» — и продолжила. — Также, кто-то обретёт силу рыцарей разных типов: нападение или защита. — Женщина приподняла руку и появилась проекция двух мужчин. Один был с мечом и щитом, а второй — с одним мечом, который он держал двумя руками. — Это лишь пример, чтобы наглядно показать разницу между тем, кто наносит урон (дд — damage dealer), и тем, кто в основном впитывает вражеский урон на себя. Обычно вторых называют танками — они защищают себя щитами, а товарищей — либо аурами, либо магическими щитами, — Риз поджала губы и тихо произнесла. — Так было в других мирах, ваш мир не должен стать исключением. Все переглянулись непонимающими взглядами. «Понятно, что ничего не понятно. Были и другие миры до нас? Так какого хера вы переместились в наш и устроили беспорядок?» — подумала я и прикусила щеку с внутренней стороны. — Не отвлекаемся! Следующий тип — это люди, которые могут исцелять раны, то есть хилеры (хилы — heals). За счёт своей внутренней энергии они заживляют синяки и ссадины, а иногда и спасают людей от смерти. Всё зависит от того, как много в человеке энергии, которой он может распорядиться. Однако, бывают случаи, когда у людей способности между магическими и исцеляющими. Они обычно накладывают так называемые баффы и дебаффы, если говорить по-простому — заклинания, которые улучшают показатели своих товарищей или же наоборот, заклинания, которые ухудшают, к примеру, показатели атаки или защиты врагов. Данные «показатели» нельзя увидеть невооружённым взглядом, их можно только внутренне ощутить. Допустим, если новичок будет драться против опытного бойца, он будет понимать, что ему не победить, ибо внутри него будет все дрожать. — Женщина кашлянула себе в кулак и продолжила. — Кроме магов, ддешниками (damage dealers) могут являться стрелки или же лучники — обычно их зрение позволяет видеть цель с довольно далекого расстояния — их ещё называют хантерами (охотники — hunters). Бывают случаи, когда людям не нужны никакие оружия, они могут драться только кулаками, используя кастеты. Они направляют их энергию напрямую в кулаки или ноги. Ребята восторженно ахнули, и некоторые даже заулыбались, представляя, какая именно сила могла крыться внутри них. — Риз, скажите, а против кого нам предстоит драться? Против соседних государств? — громко задал вопрос один из парней. — Кхм, нет, молодой человек. Наши правители достаточно дружны. Я знаю, что до появления нас, ваши государства воевали друг с другом, но теперь все иначе. Есть чудища пострашнее людей. После этих слов ажиотаж в комнате поутих. Ребята начали снова негромко перешёптывается между собой. — Об новых опасностях нынешнего мира я расскажу чуть позже, имейте терпение. Так вот, говоря о ваших способностях, все, что я перечисляла ранее — одни из самых сильных типов боевых умений (скилл — skill), которые могут оказаться у вас, но бывают не боевые, но тоже очень важные скиллы. К примеру, дипломатия, понимание природы — например, такие люди очень часто становятся фермерами-предпринимателями, они лучше всего знают, где и что можно вырастить, или же психологи, учителя и другие очень важные для обычных граждан — люди. В прошлом у вас это называлась «профессии», но в данных реалиях не каждый может просто выучиться, теперь надо иметь предрасположенность к той или иной сфере — иначе никак. Много кто выдохнул после этих слов — не все хотели драться против неизвестной опасности. — Все умения очень важны и ценятся, однако и тут есть исключения. По моему опыту ассасины и ведьмы/ведьмаки обычно становятся плохими людьми. У них есть способности, которые позволяют им быть более скрытными и творить ужасные дела, подчиняя разумы других людей. Имея подобную силу люди сходили с ума и вставали на сторону зла, упиваясь своими возможностями. Я, конечно, не говорю о том, что и другие люди не становились плохими, просто это было реже, нежели когда дело касалось «крыс» и «распутниц». Риз поправила очки на переносице и дальше продолжила свою речь о том, что «несмотря ни на что, все очень важны и так далее». «Это, конечно, все очень здорово и классно, но она уже настроила людей на негативное отношение к тем, у кого есть способности ведьм и ассасинов — как-то не педагогично с ее стороны. Хотя она и не пришла сюда, чтобы учить нас математике или химии, но все равно неприятно как-то это было слышать, в конце концов, она же не пятилетний ребёнок, чтоб обзывать тех, кто ей не нравится». После нескольких часов так называемых «лекций», нас отпустили поесть в правое крыло, где оказалась огромная комната, в которой можно было покушать — что-то в роде столовой, только в очень приличном заведении. Люди там выстроились в несколько очередей. Ни у кого из нас не было денег, поэтому нас кормили бесплатно, как позже оказалось. Мы с сестрой встали в одну из очередей и послушно ждали нашей очереди. Как мы поняли, было уже четыре часа дня, после обеда мы могли пойти либо в нашу комнату, либо на улицу — помедитировать, чтобы разобраться в наших способностях. Мари встала впереди меня и негромко заговорила: — После всех этих лекций стало ещё больше не по себе. Неизвестно, против кого надо будет сражаться, так ещё и нежелательные люди могут оказаться в приюте. Становится все веселее и веселее, — она опустила уголки губ вниз, показывая своё недовольство ещё больше. — Нам лишь остаётся адаптироваться под нынешние реалии, иначе Риз нас убьёт, — я положила сестре руку на плечо и попыталась перевести разговор в шутку — довольно неудачную шутку, но сестра не сказала на это ни слова, и мы в тишине продолжили стоять в очереди. Довольно быстро мы получили пакетики с едой и решили уйти в комнату покушать — а то из-за количества людей в столовой было невозможно нормально поговорить. Нам выдали два небольших пакета и два стаканчика с горячим чаем. Пока мы поднимались по лестнице на третий этаж, кто-то нечаянно толкнул Мари, и она начала падать. Какими-то невиданными рефлексами я смогла поймать ее, но вот чай, который она держала в руке, пролился на мою руку — от основания локтя до запястья. От испуга я сразу и не заметила боль от горячего кипятка. — С тобой все в порядке? Нигде не ушиблась? — присев на колени, потащив Мари с собой вниз, уточнила я. — Рейна, твоя рука! — Мари начала дуть на неё, и я поняла, что и правда чертовски больно. Она схватила меня за другой локоть и потащила в нашу комнату, вроде там было что-то вроде перекиси и бинт.