Он боится призраков, а она его подруга (рабочее)

Миранда не знала, стоит ли ей пойти за Клаусом. Возможно, другу хотелось побыть в одиночестве и прийти в себя. Не каждый день его обвиняли в смерти отца. То же касалось и остальных. На месте остался только Лютер. Он стоял, прислонившись к каменной полке, к счастью, этот камин не был зажжен. Лютер выглядел крайне недовольным собой, он сказал то, что не хотел сказать. Или хотел? Основную мысль озвучил Диего, и теперь Лютер сомневался, а правильно ли его брат все пересказал. На самом ли деле Лютер хотел обвинить своих братьев и сестер в смерти отца? Действительно ли ему не плевать на этого старика и его кончину, на этот гребанный монокль? Он лидер. Заботиться о таком входило в его обязанности. Так он всегда думал, но сейчас не мог понять, что было не так. Почему семья не слушала его, не принимала его авторитет. Почему он не мог четко выражать свои мысли перед ними, боялся их гнева и неодобрения. Почему ему так сложно было хотя бы выглядеть лидером. А хотя, лидером чего он собирался быть? Этой прогнившей труппы? Этой дырявой шайки? Семья уже давно перестала быть семьей, а команда — командой. И причина тут была не в смерти Реджинальда. Все началось намного раньше. Миранда решила выйти на задний двор. Там она нашла Пого, который убирал листья с какой-то статуи. Увидев девушку, он повернулся к ней. — Мисс Миранда, вы, надеюсь, не уходите? — Нет, с чего вы так решили? — Миру удивило такое беспокойство шимпанзе. Пого поднял грабли, что лежали на земле, и начал сгребать листья в кучу. — Боюсь, юные Харгривзы не отличаются особым радушием. — Значит подобные разборки тут не новость. Совсем, как в моем приюте, — призналась девушка. Она заметила, что на статуе еще остались листья, потому решила их убрать и кинуть в кучу на земле. Она пропустила вопрос Пого мимо ушей о том, сирота ли она. Ее внимание привлекла сама статуя. — Кто это? — спросила она. — Это мастер Бен. Еще одна трагедия нашей семьи, — Пого перестал грести и поднял морду, чтобы посмотреть наверх. Кажется, он разминал шею. — Значит, это и есть Бен, — еле слышно произнесла Миранда. Теперь она хотя бы понимала, как он выглядит. Совсем мальчишка. — Сколько ему было, когда он погиб? — Шестнадцать. Он был еще ребенком, как и все они. Мне невыносимо тяжело от того, что только смерть одного из детей смогла унять амбиции их отца. Получается, Клаус потерял двоих братьев в самом детстве. В двенадцать-тринадцать лет исчез Пятый, а в шестнадцать погиб Бен. И это стало причиной их раскола. Странно, что обычно в разных книгах и фильмах такие события, наоборот, объединяют семью. Но, видимо, к Харгривзам это не относилось. Или это было еще не все, что стоило знать об этих ребятах. Раскол мог начать свое зарождение намного раньше, может, даже с самого начала. Ему просто нужен был толчок, чтобы стать настолько явным, что игнорировать такое было бы невозможно. Если так подумать, это могло бы объяснить безответственность Клауса, раздражение Диего, потерянность Лютера и отстраненность Вани. Хотя, конечно, Миранда хорошо знала только Клауса. Да и тот временами был той еще загадкой для нее. Можно ли их всех охарактеризовать лишь с одной стороны? Тот же Клаус был тем еще раздолбаем. Он не думал о последствиях, жил одним днем. Но одновременно с этим он дорожил дружбой с Мирандой и оберегал ее от неприятностей, как мог. Диего сразу же захотел выплеснуть недовольство на незнакомую ему девушку, однако с Грейс он был очень нежен. Ваня сразу произвела впечатление милой девушки. Она первая заговорила с Мирандой и не высказала никаких предубеждений касательно ее дружбы с Клаусом. Но со своей семьей Ваня была будто чужая. Лютер жил на Луне. На это не каждый способен, поэтому нельзя было сомневаться в выдержке и силе этого парня. И все же, перед членами семьи он становился мальчишкой, который допустил все те ужасные события. Семейка имела гораздо больше проблем, чем они думали. Закончив с листьями, Пого посоветовал Миранде вернуться в дом, чтобы она не замерзла. Набегали тучи, а значит, стоило послушать совета и вернуться. Нехорошее предчувствие настигло девушку, когда она поняла, что Клаус сидит где-то один вот уже слишком много времени. Нужно было его найти и убедиться, что он не успел еще ничего сломать или покалечиться сам. — Пого, — обратилась Мира к обезьяне, которая зашла вслед за ней, — вы не знаете, куда мог пойти Клаус? — Хотелось бы думать, что он решил помочь своим родным и поговорить с отцом. Миранда не совсем понимала, к чему клонил Пого. — Или он в столовой, — гостье указали в нужном направлении. — Вероятнее всего, — согласилась Мира. Ее друг никогда не упускал возможности чего-нибудь пожевать или выпить. Такая локация как столовая подходила ему как нельзя лучше. На лестнице Мира заметила Ваню, но не стала подходить. Девушка явно была погружена в свои мысли. А вот Клаус был погружен в холодильник. На столе стояла урна с прахом. Выходит, он все же пытался вызвать отца. Что бы это не значило. — Все прошло неплохо, да? — привлекла к себе внимание Миранда. Клаус тут же выпрямился. Из его рта торчала замороженная сосиска. — Ты бы хоть разогрел… — Так вкуснее, — не согласился парень. Он закрыл холодильник и сел прямо на стол. — Сбежать еще не захотела? Миранда присела на стол рядом со своим другом. — Не буду юлить, такие мысли у меня были. Твоя семья это что-то с чем-то. — А я говорил. Но, сказать по правде, они пока что ведут себя очень даже неплохо. До драки еще не дошло, — предостерег Клаус. Он взял урну отца и поставил ее себе на колени. — Ты пытался с ним связаться? –Это не так просто. Старый осел и при жизни не особо желал общаться с нами. Наверняка, он умер, чтобы не иметь с нами больше никаких дел, — медиум фыркнул и распластался по всему столу, все еще держа урну двумя руками. Миранда начала переживать, как бы он не выронил прах, а потому решила все же освободить руки своего друга. — Не думаю, что он планировал умереть. Разве такое кто-то планирует? — как бы плохо Клаус не отзывался о своем отце, Миранда не хотела думать о сэре Реджинальде как об абсолютном зле в последней инстанции. Особенно рядом с его прахом. Клаус не отвечал. Он закрыл глаза и начал медленно и ровно дышать. Будто уснул. Мира до сих пор не разгадала, на самом ли деле он спал или просто притворялся, чтобы не продолжать разговор. Клаус проделывал этот трюк всего несколько раз за все время их дружбы. Да уж. Уходить от разговоров он умел. И все же Миранда решила, что должна его поблагодарить. — По поводу твоей семьи и вообще всего. Спасибо, что был честен со мной. Полностью честен. Даже несмотря на то, что я не всегда тебе верила. Теперь мне совестно за свое поведение, конечно, но для меня это многое значит. Клаус резко поднялся и обнял девушку со спины. — Ты только не плачь. У тебя глаза всегда так сильно краснеют. Жуть! — Жуть значит? — девушка возмутилась и начала колотить мужчину по плечам и коленям. Тот очень быстро взмолил о пощаде. Смех этих двоих смогла прервать лишь музыка, доносившаяся откуда-то сверху. — Лютер… — догадался Клаус. Миранда вопросительно подняла брови. — Он очень любит эту песню, — пояснил медиум и протянул руку подруге, приглашая на танец. Девушка никогда не была любительницей танцев, а потому отказалась. — Отец? — Клаус перевел внимание на урну и, не дожидаясь ответа, начал вальсировать по столовой в обнимку с прахом отца. Как бы жутко это не звучало. Миранда наблюдала за ним и радовалась. Неужели в доме наступил покой? Хотя бы на эти три минуты, пока играет песня. Все Харгривзы разбрелись по разным комнатам, но все они сейчас слышали эту музыку и проигрывали желанию начать танцевать. Может быть, Миранда бы с удовольствием присоединилась к своему другу и проделала бы парочку па с ним, но в детстве она наслушалась слишком много насмешек по поводу своей неповоротливости и неуклюжести, чтобы вот так забыть о них, будучи взрослой. Ей было достаточно сидеть и наблюдать. Но даже в этом занятии у нее был компаньон. Хоть Бен и обиделся на Клауса, он никогда не держал зла на Миранду. И никогда не будет винить ее в чем-то. Поэтому сейчас он точно так же сидел на столе рядом с девушкой и смотрел на танец брата и отца. К сожалению, у всего хорошего всегда есть конец. Песня кончилась, а на улице начало происходить что-то странное. Послышались голоса. Миранда и Клаус переглянулись. Урну решили оставить в столовой, а сами вышли во двор. — Что происходит? — спросила Ваня. Она, Лютер и Диего уже были на месте. Эллисон пришла вместе с Клаусом и Мирандой. Все семеро увидели в небе что-то непонятное. То ли рябь, то ли воронку. — Встаньте за мной, — приказал всем Лютер. Сам он вышел вперед, загораживая остальных своим телом. Диего все еще продолжал протестовать против авторитета их лидера. — Да, встаньте за нами! — крикнул он, ровняясь с Лютером. Миранда была не против оказаться позади их обоих. Та штука в небе не вызывала никакого доверия. Девушка нащупала руку Клауса и крепко ее сжала. Из природной аномалии что-то начало выходить. Было очень плохо видно. Какая-то фигура. Человек? — Что это? — шепотом спросила Эллисон над самым ухом Миранды. А потом искажение в небе исчезло, но на земле оказался мальчик. В деловом костюме. Он быстро поднялся на ноги. — Это же… — Мира узнала его. Мальчик с портрета. Клаус подтвердил ее догадку. — Я один вижу маленького Пятого? Мальчишка оглядел себя, свою одежду, явно не по размеру, и выругался. — Черт. Видимо, сэр Харгривз действительно не любил детей, которые долго гуляют. Поэтому Пятый решил успеть хотя бы на похороны.