the love collection

— итер, проснись, проснись, киса. итер, киса. киса. киса шевелит ушами. настороженное маленькое тело. черное пятнышко на окне. прыгает с подоконника на лопатки эндзе, рвет когтями и лезет под диван, издавая вопли. итера дергает и он сонно глядит по сторонам. малиновые тяжёлые шторы не пропускают свет, и итер на секунду теряется, даже может на две. сверху эндзе, тяжелый и жаркий, итер недовольно пихает плечо, слезай, мол, тянет за отросшие прядки. их место между батареей и диваном. маленький угол для одного, не то что для двоих, тесно, каждую ночь жарко, и невыносимо затекает спина, потому что вместо матраса старый плащ и пара пледов. одна подушка, облезшая наволочка, торчащие перья. эндзе щурится и прижимается к спинке дивана, выпускает итера на волю. люмин лежит на диване и с интересом смотрит на кису. киса щурится и машет пушистым хвостом. — люмин... чего так рано? — итер, киса. киса проснулась. итер вздыхает и треплет сестре волосы. — пойдем кушать. люмин сложно передвигаться, она хромает на правую ногу, или, черт, на левую, ее немного трясет, прижимает к себе левую руку, или, блядь, правую. итер бесится и запирается в ванной. плачет 15 минут, он засек, поставил на таймер. больше нельзя, иначе эндзе снесет с петель дверь. хозяйка будет вопить и выест весь мозг. киса испугается и неделю не будет вылезать из укрытия. эндзе плетет лучшие в мире венки. он расчесывает волосы люмин и заплетает ей косы. советует посмотреть пару фильмов, пока он будет на работе, спрашивает, что ей хочется на ужин. люмин смеется кажется счастливо и трогает кису за хвост. у нее дергает ногу, и она силится сказать что-то, но язык тоже дергает. у эндзе побелевшее от ужаса лицо и плотно сжатые губы. он обнимает итера каждое утро, вечер, и держит в своих объятиях ночью. друг с другом жарко, сводит ноги, и с утра слишком потно, но что сделаешь, если не получается выпутаться. если некуда друг от друга деваться, если ваше общее место мало даже для одного. если он единственное утешение. — пойдем, я подброшу тебя. у эндзе старая тачка. разваливается на части уже лет 10. работа—перекур—работа—поход в магазин. главное сверить ценники, посчитать калории и граммы, купить выгодный вариант. пакет с собой, скидочная карта в руке, мелочь звенит по карманам. напиться в хлам за чужой счет. вывалить душу незнакомому парню. свалиться с велика. разбить в кровь колени. посмеяться от души, поплакать за компанию, взять эндзе за руку. хозяйка квартиры орет за грязный пол в прихожей, люмин плачет, потому что долго была одна, киса уронила иконы. хозяйка хватается за сердце, люмин в припадке падает с дивана, киса воет белугой и дерет эндзе ноги. итер бесится и запирается в ванной. его рвет 15 минут, эндзе засекает. больше нельзя, дверь вскрывается в общем-то быстро, главное приноровиться. у итера позеленевшее лицо, он цепляется за раковину трясущимися руками, холодный пот прошибает до кончиков пальцев. шатает, шатает, какие таблетки ты принял, что тебя так шатает? — эндзе, нас здесь два целых семьдесят пять сотых человека. два — мы с тобой, ноль пять — это киса, а люмин... я устал. от нее, от тебя, от всего. итер до боли в горле старается не шуметь. вода смывает грязь и рвоту с лица, кровь с натертых мозолей. трахаться в ванной не очень удобно, есть риск уронить стиральную машину или сорвать снова кран. итер царапает эндзе спину, смотрит на засосы, что оставил не он, и шрамы на руках, которые, вроде бы, он. обвивает ноги вокруг гибкой талии и откидывает голову назад, бьется затылком о плитку. — все будет круто, малышка. итер в голос смеется.