В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 427 Кеншин был безмерно рад тому, насколько хорошо его дети ладят между собой. И хотя между ними зачастую возникало достаточно серьезное соперничество, но еще ни разу оно не доходило до откровенной вражды и склок. — Кто хочет мороженое? — С улыбкой спросил Кеншин, вынудив всех детей пораженно замереть, и обернуться. — Я! — Хором прокричали они, и позабыв о соперничестве, ринулись к любимому отцу. Первой в силу скорости и большей сообразительности была Карин. Будучи на вид четырнадцатилетней молодой девушкой, она во всем превосходила своих младших братьев, что позволяло ей чувствовать небольшое превосходство и особое отношение отца. Наваки тем временем хоть и отставал от старшей сестры, но подтверждая свой невероятно огромный талант и гениальность, семимильными шагами постигал глубины своего кеккей-генкай, не прикладывая к этому особых усилий. Он с легкостью выращивал тонкие, но чрезвычайно прочные корни из рук, которыми маневрировал, в считанные секунды спустившись с холма. Восемьдесят Третий в свою очередь так торопился догнать брата и сестру, что шевелил своими маленькими ножками в неестественно быстром темпе, закономерно споткнувшись, и едва не покалечившись. — Ах! — Воскликнула Кохару, и инстинктивно ринулась к сыну на огромной скорости. Однако все это было ни к чему, ибо Кеншин не собирался смотреть на болезненное падение шестилетнего малыша с большой высоты. — Ха-ха-ха, похоже малыш Восемьдесят Третий оказался быстрее всех, и первым получит мороженое. — С мягкой улыбкой сказал Кеншин, притянув ошеломленного мальчика с помощью телекинеза. Все трое по порядку получили свою порцию мороженого из заготовленного заранее переносного холодильника. И не смотря на небольшую прохладу в воздухе, съели его с огромным удовольствием. Кеншин ни капли не переживал по поводу возможной простуды или гриппа, ибо такие простейшие болезни попросту не могли пробиться через невероятно сильный иммунитет его детей. За все два года не было ни единого случая заболевания чем-либо. Даже сезонные вспышки гриппа поражали всех, кроме членов Клана Накаяма. И даже шиноби в ранге Джонина не обладали неуязвимостью перед подобными заболеваниями, хоть и переносили их без особых проблем. Совместное времяпрепровождение с любимой женщиной и детьми, стало для Кеншина лучшей терапией, стремительно излечивающей ментальную усталость, накопленную за многие часы огромного напряжения под двухсоткратным фокусированием. Наваки, Карин, и Восемьдесят Третий сформировали настолько гармоничную компанию, что Кеншин, Цунаде, и Кохару только и делали, что следили за каждым их действием, подолгу заливаясь смехом от умиления. Наваки тем временем прогрессировал на глазах, и буквально за несколько часов обрел тридцатипроцентный контроль чакры. Он был вынужден стремительно учиться, дабы иметь возможность поспевать за превосходящей его во всем, старшей сестрой. Даже Цунаде была в шоке от такого ошеломительного результата, и не уставала лелеять любимого сына, при первой возможности заключая его в теплые объятья, вынуждая его недовольно и стеснительно фыркать под веселый смех Карин. Этот день стал настолько уникальным, что принес Кеншину не только ворох положительных эмоций, и радость от прогресса Наваки, но и долгожданное решение тупика, который был неразрешим на протяжении тысяч часов работы над Формацией Передачи Данных. Именно поэтому, уложив жену и маленького сына спать, он направился в мастерскую, где до самого утра работал над решением фундаментальной проблемы, и впервые за очень долгое время почувствовал искреннюю радость, когда проблема оказалась решена. ***** Утро 591-го дня стало в некотором роде уникальным не только для Кеншина, который проспал завтрак, но и для женщин, которые были удивлены столь редким событием, ибо за последние пол года подобное случалось крайне редко. Тем не менее, Кеншин даже не задумывался о том, что проспал до одиннадцати часов утра, ибо его разум был поглощен едва ли не идеальной формулой ядра будущей формации. Однако на этот день у него была запланирован очередной поход в Коноху, и количество дел, которые было необходимо завершить не позволяло ему заняться чем-либо другим. Поэтому концепт формации, на некоторое время так и оставался концептом. Узнав о том, что он намеревается направиться в Коноху, Касуми изъявила желание отправиться вместе с ним, дабы повидаться с некоторыми людьми из некогда любимого и родного клана. У Кеншина по большому счету не было по этому поводу никаких возражений, ибо одной из основных задач этого дня как раз являлось посещение клана Нара, и возвращение долга сделавшему для него многое, Шикаку. ***** В этот раз ему даже не пришлось дожидаться «сопровождающего», который на самом деле являлся в некотором роде приставленным к нему официальным шпионом и надзирателем в одном лице. К тому моменту, когда Абураме Тадао примчался к главным воротам, Кеншин и Касуми уже успели уйти, оставив его немного недовольным, и в большей степени расстроенным, ибо нынешний статус главы Клана Накаяма был таков, что его попросту не смели задерживать даже высшие офицеры АНБУ, особенно те из них, которые видели небольшие проявления его силы. Первым пунктом назначения являлся клан Нара, но Касуми желала вспомнить былые времена, и вновь прогуляться по любимым улицам любимой деревни, вспоминая времена своей юности, и предаваясь теплой меланхолии. Кеншин очевидно не был против того, чтобы одна из его самых любимых жен была счастлива, и позволив ей прильнуть к его руке, с улыбкой на губах, неспешно прогуливался с ней по центральным улицам Конохи. Однако то, что случилось во время их неспешной прогулки вывело его из себя настолько, что в этот день Деревня Скрытого Листа была попросту обречена на кровопролитие, и количество пролитой крови напрямую зависело от здравомыслия одного из крупнейших кланов, и его способности проглотить свою гордость, и отступить. Этот день стал первым днем, когда ярость миролюбивого торгового клана была явлена публично, и первым днем, когда многие зареклись как-либо провоцировать Клан Накаяма, и его безумно кровожадного главу.