В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 472 Найти главный зал Кеншину не составило никакого труда, ибо юноша в сопровождении двоих Элитных Джонинов привлекал очень много внимания, и с легкостью мог найти не только нужный путь, но и сопровождающих в ранге Элитного Джонина, коих было двое. «Клан Миура не перестает удивлять своей военной мощью…» — Покачав головой, подумал Кеншин, находясь под сопровождением сына Мифуне, и Великого Старейшины клана Ранбу, которые занимались охраной правопорядка на столь престижном мероприятии. Они уже получили все необходимые распоряжения, и без особых проволочек пропустили Кеншина в главный зал, где, за большим, овальным столом уже собралась достаточно большая группа представителей Конохи, Ивы, и Кумогакуре. Кивнув всем присутствующим, Кеншин с сыновьями без задней мысли заняли свободные места за большим, каменным столом, принявшись дожидаться окончательного, полного сбора всех необходимых участников. Во время ожидания, Кеншин с интересом осмотрел всех присутствующих, кивнув всем, кого знал, и проигнорировав всех, кто так или иначе смотрел на него с вызовом. Таких было очень мало, и все они являлись представителями Кумогакуре или Союза Самураев. Некоторое время он безуспешно пытался усмотреть в делегации Кумогакуре присутствие Райкаге, но оценив возраст молодого, темнокожего парня, пришел к выводу, что Райкаге по какой-то причине отсутствует. В молодом темнокожем парне он узнал Даруи, примерный портрет которого видел в рамках секретных донесений. Он чувствовал сокрытую в нем силу Элитного Джонина, но все еще считал ожидаемого наследника Райкаге хоть сколь-нибудь опасным в ближайшие десять лет. Спустя некоторое время в помещение наконец вошла Теруми Мей, и проходя мимо Кеншина, неосознанно изменила походку на гораздо более чувственную, вынудив его оценивающе уставиться на ее, скрытую за обтягивающей тканью, упругую задницу. Присутствующие не могли не заметить его вульгарного и совершенно неподобающего поведения. Некоторые осуждающе покачали головой, но Кеншину по большому счету было глубоко плевать на мнение окружающих, и если бы не уверенность в полном, гарантированном провале Собрания Пяти Каге, он бы не раздумывая шлепнул красавицу по заднице. К его удивлению, Мей заняла место совсем неподалеку, практически с первой секунды принявшись строить ему глазки, в то время, как ее сопровождающие принялись раздражать его своими эмоциональными посылами о стойком желании убийства. Помимо божественной красоты и огромного таланта, Теруми Мей увлекла его своим отношением. Он все еще не был способен заглянуть в разум к столь могучей куноичи, но без труда мог уловить остаточные мыслеобразы и веяния, поведавшие ему очень многое о ее истинном отношении. Кеншин знал, что эта, вне всяких сомнений коварная женщина по большей части всего-лишь развлекается и играет с ним, как с обыкновенным, несмышленым юнцом, имея полную уверенность в контроле направления и результатов этой игры. Однако, будучи Патриархом, он абсолютно точно не намеревался как-либо уступать женщине, и вместо игры по ее правилам, вел свою игру, более не нуждаясь в выстраивании иллюзорного образа, ради завоевания могучей красавицы. — Кхм, кхм… — Прервав все негромкие перешептывания, Мифуне проследовал к своему, месту председателя. — Я приветствую всех уважаемых Каге на Великом Собрании. Мой Союз Самураев рад быть посредником в заключении важных соглашений, обеспечивающих мирное существование всех Великих Стран. — Возвышенно проговорил он, оглядывая всех присутствующих, и сосредотачивая взгляд лишь на самых могучих и влиятельных. Дальнейший ход Собрания Пяти Каге, которое фактически было «Собранием Трех Каге» протекал на редкость рутинно, вынудив Кеншина во многом заскучать, ибо все это не отличалось от классических переговоров между чиновниками высшего звена. Разговоры велись преимущественно между главами Великих Деревень, и все затрагиваемые темы по большей степени касались сугубо острых политических моментов, таких, как спорные территории, или приграничные страны, с не устраивающей одну из сторон политикой. В подобной дискуссии, Кеншин попросту не имел за плечами древней, наполненной обидами и противоречиями истории, дабы полноценно влиться в этот разговор, который, не смотря на видимость приличий, с каждой минутой походил на конфликт двух пожилых женщин на мясном рынке. К его облегчению, Мифуне являлся далеко не глупым человеком, и очень тонко чувствовал витающее в воздухе напряжение, мастерски сглаживая углы, и идеально справляясь со своей задачей по бесстрастному разрешению споров. Дискуссия начала преображаться лишь тогда, когда акценты были смещены из политики и земельных вопросов, к полноценной, современной экономике, где Кеншин впервые полноценно явил себя всем присутствующим. ***** — Таким образом любой, да, вы не ослышались, ЛЮБОЙ груз может быть в кротчайшие сроки доставлен за тысячи километров. — Стоя у импровизированного стенда с множеством детально отрисованных плакатов, заявил Кеншин, указывая на изображение локомотива с множеством груженых вагонов. «Господин, то, что говорит этот человек — невозможно. Не понимаю, кто пустил сюда этого мошенника!..» — Оглядываясь по сторонам, тихонько прошептал на ухо Даруи один из сопровождающих его пожилых мужчин. «Мизукаге-сама, я слышал о подобных повозках, но все еще призываю вам не верить всему, что говорит этот негодяй» — Сохраняя небольшое расстояние между госпожой, шепотом сказал Ао, израсходовав свиток с фуиндзюцу подавления шума. — Любой груз? Насколько вы уверены в своих словах, и можете ли публично взять на себя ответственность за сказанное? — Кивнув своему советнику, спросила Теруми Мей, зорко взглянув Кеншину в глаза. — Я всегда несу ответственность за свои слова. Приглашаю всех присутствующих, и в особенности вас, Мизукаге-сан, в любой момент стать гостями моего Клана Накаяма, и засвидетельствовать все описанные мной «чудеса» воочию. — Уверенно заявил Кеншин, в очередной раз задержавшись взглядом на декольте красивой женщины. — Мой зять говорит правду. Все «чудеса» описанные им, мои старые, но от того, не менее зоркие глаза, видели в непосредственной близости. Эти штуки способны обеспечить огромный рост экономики. — Кивая, хрипло заявил Ооноки. Услышав слово «зять», все присутствующие, включая Мифуне, были в крайней степени поражены, и взглянули на Кеншина под другим углом, не желая спешить с выводами в отношении столь загадочного человека. Обсуждение экономики, превратившееся в единоличную презентацию Кеншина продолжилось, и советники присутствующих Каге скрупулезно записывали все интересные наработки, намереваясь, как следует обдумать их пользу. Даже Шикаку, прибывший вместе с Хирузеном нашел для себя много нового, и не стеснялся делать важные пометки, дабы потом обсудить эти проекты напрямую с Кеншином. Однако, чем дольше продолжалась умиротворенная, и полностью сосредоточенная на мирное развитие, экономическая презентация, тем острее среди присутствующих вставал вопрос об истинной причине Собрания Пяти Каге. — Сарутоби-сан, Рётэнбин-сан, возможно, вы хотели сделать какое-то важное заявление? — Напомнил им Мифуне, который не меньше остальных интересовался значением формулировки «вопрос жизни и смерти». — Конечно, Мифуне-сан. Однако, прежде, чем начать — я бы хотел попросить всех присутствующих, не допущенных к тайнам SSS ранга, временно покинуть помещение. — Сделав очередную затяжку душистого дыма, заявил Хирузен, мгновенно подняв настоящий вал перешептываний. Тем не менее, все присутствующие Каге, а именно — Мифуне, Мей, и заменяющий Райкаге, Даруи, прекрасно осознавали важность сокрытия поистине тайной информации, и без дополнительных расспросов, выставили практически всех своих подручных за дверь. — А теперь — Накаяма-сан, я бы хотел попросить вас рассказать им все, что вы рассказали нам с Ооноки. — Сохраняя официоз, уважительно сказал Хирузен, в мгновение сосредоточив удивленные взгляды всех присутствующих на фигуре поднявшегося из-за стола, Кеншина.