В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 493 С относительной легкостью разгромив Сасори, Рётэнбин Кицучи стремительно ринулся на другое поле боя, отправив Нагару на подкрепление поисковому отряду, разыскивающему третьего вторженца. Он не стал брать старого друга на очередное сражение, ибо битва с Сасори изрядно его потрепала, а столкновение с еще одним аналогичным по силе противником с высокой долей вероятности принесло бы горе всему клану Ханда. Прибыв на звуки грандиозной битвы, Кицучи застал для себя предельно мрачную картину, повергшую его в ярость, ибо разорванный на куски труп его старого приятеля, вкупе с радостным поведением врага, всколыхнули его изнутри, и спровоцировали на немедленную атаку. — Дотон: Чидокаку! — Прорычал он, влив огромное количество чакры в технику, и всколыхнув почву в радиусе нескольких сотен метров. Хидан, до сих пор весело развлекающийся с уставшим и не представляющим большой опасности врагом, внезапно ощутил опасность, но в отличии от предыдущих техник дотона, на которые он с легкостью реагировал, техника Кицучи была гораздо мощнее и быстрее, не оставив ему и шанса на побег. — Дотон: Кенган но Дзюцу! — Прорычал Кицучи, облачившись в огромного, десятиметрового каменного голема, и нанес мощнейший удар еще более увеличившимся и укрепившимся кулаком по скованному многочисленными провалами и капканами в земле, врагу. БУМ! Хидан лишь успел совершить встречный взмах косой, который на удивление сумел пробить несколько метров прочнейшего камня, но даже в состоянии метаморфозы, его физической силы было недостаточно для противостояния мастеру дотона в ранге Каге. В то же мгновение вытатуированная в черный цвет с белыми полосками туша Хидана оказалась вбита в уплотнившуюся до прочности стали, землю, и словно болванка между молотом и наковальней, была полностью разгромлена. — Ублюдок! — В гневе прорычал Кицучи, глядя на изувеченное тело врага, как минимум половина костей которого оказались раздроблены. — К-Кицучи-сан, осторожно! Эта тварь бессмертна! — Задыхаясь прокричал старик со спутанными, седыми волосами, и красным от перенапряжения, лицом. — Знаю. Помоги сковать его до прихода мастеров фуин. — Тяжело дыша, ответил Кицучи, и принялся формировать Технику Алмазного Гроба, в которой, в силу разности специализаций, был не столь силен. — Ха-ха-ха-ха! Думаешь у тебя что-то получится? Джашин-сама, позвольте принести вам еще одну жертву! — С безумным смехом взмолился Хидан, и в то же мгновение его тело засияло странным, багровым сиянием, начав выпрямляться и регенерировать с невероятной скоростью. Хлоп! В этот самый момент Кицучи закончил первый этап техники, и крышка сформированной вокруг тела Хидана, каменной коробки, наконец захлопнулась. Однако это было лишь начало создания Алмазного Гроба, который в завершенном состоянии мог удерживать в себе даже шиноби в ранге Элитного Каге. Пожилой глава клана Ота, незамедлительно приступил к стабилизации внешней структуры техники, пытаясь разграничить зоны ответственности с куда более опытным и могущественным Кицучи, но в то же время сняв с него часть напряжения. Бум, Бум, Бум, Бум! Хидан не переставая бился в каменные стенки саркофага, и с переменным успехом ему удавалось затормозить, а иногда и вовсе откатить усилия Кицучи, вынуждая его тратить все больше и больше чакры на поддержание Гроба. — Вы оба сдохните! Проклятые ублюдки! — В гневе рычал Хидан, обнаружив, что даже усилия в состоянии метаморфозы оказались недостаточными для разрушения необычайно прочного камня. Бум, Бум, Бум, Бум! Без устали продолжая биться в каменные стенки «гроба», Хидан все сильнее и сильнее истощал силы Кицучи, в то время, как его собственные силы активно восполнялись по незримому для смертных, каналу. — Спасибо вам, господин! — В экстазе воскликнул Хидан, затихнув на несколько секунд, и вынудив Кицучи повысить бдительность. БУМ, БУМ, БУМ! Совершенно внезапно, сила ударов Хидана возросла в несколько раз, что едва не лишило Кицучи всей концентрации. Однако, будучи крайне опытным, и прошедшим две войны, шиноби, он сумел сдержать ситуацию под контролем, внутренне гневаясь на медлительность членов тридцать второго отряда. В то же время, Хидан внутри гроба казалось обрел второе дыхание, и с багровым сиянием на кулаках, продолжал биться в стенки, прекрасно осознавая все перспективы прибытия специалистов фуиндзюцу. Кицучи стоило огромных усилий, и восьмидесяти процентов запаса чакры, дабы сдержать Хидана в ловушке до прибытия троих мужчин и двух женщин, которые одним лишь видом и аурой символизировали настоящую элиту Ивагакуре, будучи на пике ранга Джонина. — Ота-сан, обеспечь их безопасность… А вы, приготовьтесь к тому, чтобы сковать и запечатать эту тварь! — Тяжело дыша, заявил Кицучи, на что получил уверенные, сосредоточенные кивки от всех присутствующих. — УБЛЮДОК! — В гневе завопил Хидан, ощутив волну страха, и в мгновение обрел еще большую силу, дарованную сущностью, которая не желала потери столь полезного слуги. БУМ, БУМ! Всего после двух ударов, крепчайшая крышка незавершенного Алмазного Гроба была расколота, но в то же время, Хидан практически полностью утратил связь со своим господином, который израсходовал слишком много ресурсов на помощь оказавшемуся в беде, слуге. — Дотон: Ганчуро но Дзюцу! — Воскликнул Кицучи, в попытке заключить Хидана в еще одну временную тюрьму из каменных столбов, но безуспешно. — Ха-ха-ха-ха! Вы все сдохните во славу Великого Джашина! — Увидев четверых мастеров фуиндзюцу, глаза Хидана наполнились яростью и желанием восполнить утраченные силы за счет убийства столь могущественных шиноби. — Заткнись! Твой Джашин, не более, чем кусок прогнившего дерьма! — Презрительно воскликнул Кицучи, осознавая необходимость отвлечения внимания врага от уязвимых членов команды. — Т-ТЫ! Как ты посмел раскрыть свою поганую пасть на Бога?! — В ярости прорычал Хидан, и стремительно ринулся в сторону обидчика, что вкупе с невозможности отдачи новых приказов Джашином своему слуге, сыграло на руку Кицучи. Бум! Кицучи незамедлительно сформировал каменного голема, и столкнулся с Хиданом в рукопашной атаке, с легкостью подавив его в силе, и накрепко связав его в схватке с собой, позволил мастерам фуин продолжать развертывание совместной техники. — Дотон: Ариджигоку но Дзюцу! — Вмешался глава клана Ота, и погрузил ноги Хидана в зыбучие пески, превратившиеся в прочнейший камень, уходящий в глубь на пятнадцать метров, что усложняло разрушение капкана. — СУКИ! — Шипел Хидан, пытаясь вырваться из ненавистного камня. — Нинпо: Теки но Даи! — Сложив ладони, синхронно воскликнули пятеро шиноби, и сформировали связку светло-голубых лучей, соединившуюся в странный рисунок, который незамедлительно поплыл в сторону скованного врага. Едва увидев, что на него движется неизвестная техника, Хидан почувствовал огромную опасность, словно эта «клякса» из узоров была опаснее всего, с чем он имел дело за всю свою жизнь. — Аррррр! — В бессилии зарычал он, и с громким хрустом освободил правую ногу из капкана, переломав несколько костей. Однако повторить подобное с тремя остальными конечностями у него не оставалось времени. Пуф! Аморфная клякса практически беззвучно столкнулась с телом Хидана, и словно теплое, облегающее одеяло, наслоилась на его кожу, сформировав голубоватый, похожий на татуировку, узор. Пятеро шиноби продолжили синхронно складывать печати, и с каждой последующей печатью, Хидан становился все более и более вялым, словно все его силы высасывались другой незримой сущностью. Спустя минуту Хидан окончательно обессилил, и потеряв сознание, был помещен в специальный, чрезвычайно редкий свиток пленения, позволяющий до недели хранить внутри себя шиноби в ранге Элитного Джонина, и до нескольких дней шиноби в ранге Каге. Лишь убедившись, что противник окончательно повержен, Кицучи смог облегченно вздохнуть, и развеяв каменного голема, тут же сел в позу лотоса, пытаясь перевести дух, и получить немного жизненных сил от лелеющей каждого эксперта дотона, Матери Земли. — Кицучи-сан, стоит ли нам помочь господину?.. — Тяжело дыша спросил старик, смахнув прядь промокших и свалявшихся волос с лица. — Нет, вы там будете только мешать. Он и сам… — Начал было Кицучи, как вдруг ощутил сильнейший укол в сердце. — Н-не может быть… — Пошатнувшись от шока, пробормотал он, и инстинктивно уставился в сторону основного поля боя. Мгновение спустя, большое, округлое лицо вечно улыбчивого здоровяка украсили две дорожки слез, а кулаки сжались до громоподобного хруста. — Передай всем, чтобы покинули деревню, и двигались к форпосту Исикава! — Серьезным взглядом окинув лидера отряда номер тридцать два, заявил Кицучи.