В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 780 Шух! Едва Гай объявил о начале поединка и сделал шаг в сторону, как Карин немедленно рванулась в атаку, и в долю секунды оказалась напротив удивленного Наруто, устремив кулак в его лицо. БУМ! Зрители всех возрастов и социальных статусов, были шокированы до глубины души силой удара миниатюрного кулачка миловидной девушки, отправившей Наруто в полет до противоположной стены арены. — Ааах… — Болезненно застонал Наруто, с трудом поднявшись на ноги. Его тело окружала багровая дымка ауры Девятихвостого, а перелом носа и трещины лицевых костей, стремительно регенерировали. — Будь это цепи, ты бы уже был мертв! — Грозно отчеканила Карин, гневаясь на его безалаберность. — Зачем так жестоко?.. — Огорченно покачал головой Наруто, и мысленно велел Девятихвостому заткнуться. Шух! Карин, казалось совершенно не услышала его слов, и вновь устремилась в атаку, резко переместившись вбок, и вознамерившись нанести еще один удар кулаком прямо в челюсть, дабы «урок» был настолько болезненным, чтобы оказаться немедленно усвоенным. Бум! Однако, на этот раз, в самый последний момент случилось неожиданное. Наруто внезапно повернулся, и с легкостью выставил блок, встретив ее удар без малейших повреждений. Шух! БУМ! — Ах! — Болезненно ахнула Карин, приняв встречный удар на блок из обеих, сложенных вместе, рук, после чего, перегруппировалась в полете, и приземлившись, мгновенно отпрыгнула в сторону, действуя по идеально отточенной схеме на одних лишь инстинктах. — Прости, но я не собираюсь проигрывать. — С сожалением извинился Наруто, чувствуя камень на душе от вида ее покрасневших, и травмированных предплечий. — Суйтон: Суйданха! — Взвизгнула она, мгновенно образовав мощную струю воды под огромным давлением. Наруто, будучи на целый ранг выше своей оппонентки, не мог быть застан ею врасплох, и без особых сложностей отпрыгнул в сторону от весьма опасной, но чрезвычайно медленной струи. — Дотон: Чидокаку! — Молниеносно сложив еще несколько печатей, воскликнула Карин. Бррр! В том месте, куда он спешно отпрыгнул, стремительно взгромоздился большой, каменный столб, вынудив его немедленно отступить, дабы тот, своей невероятной скоростью и прочностью, не переломал ему ноги. — Катон: Даи Эндан! — В очередной раз воскликнула Карин, выплюнув огромный шар пламени, сложившийся в настоящее торнадо. — Как?! — В неверии воскликнул Наруто, будучи на пол пути к случайному месту прыжка, которое странным образом являлось конечным пунктом назначения техники Карин. Все произошло настолько быстро, что у Наруто не было никакого способа избежать столкновения, и в последний момент в его руке закрутился огромный шар спиралевидной чакры, которым он и встретил огненную атаку. ПУФ! Волна пламени, не смотря на ошеломительную плотность и температуру, была с легкостью раздавлена большим расенганом, однако последствия очень сильно не понравились Наруто, ибо всполохи все еще обрушились на его правую руку, и слегка зацепили все его тело, что вылилось в тяжелейшие ожоги с лопнувшей кожей и плотью, местами до самой кости. — Ааааа… — Не в силах выдержать такую боль, застонал он, и мгновенно вспыхнул гораздо более плотной аурой Девятихвостого, с четырьмя ярко выраженными хвостами. Шух! Следующая атака Карин была прервана даже не начавшись, ибо несущаяся к нему на всех парах девушка, так и не сумела нанести очередной удар кулаком, оказавшись целью безумного взора Наруто. Шух, шух, шух! БУМ, БУМ, БУМ! Серия обрушившихся на нее ударов руками, ногами, и хвостами, была встречена хаотично выросшими из ее тела, золотыми цепями, которые с трудом поспевали за скоростью Каге, усиленного режимом хвостатого. БУМ, БУМ, БУМ! Карин отражала атаки на пределе своих возможностей, с трудом поспевая за невероятной скоростью противника, и предвкушая скорый просчет. Ибо, одного лишь опыта противостояния с копией Наруто на Арене Патриарха, было недостаточно для того, чтобы поспевать за скоростью полноценного Каге, и ее поражение было лишь вопросом времени. Наруто, объятый немыслимым гневом, испытывал еще большую злость, и желание поквитаться с противницей, нанося все более стремительные и разрушительные удары, перестав заботиться о защите, что в конечном итоге сыграло с ними обоими злую шутку. Свист! БУМ, БУМ! Внезапно, одна из цепей, вместо защиты от поступающих ударов, с огромной силой хлестнула по голове Наруто, а тот, в свою очередь, нанес удар хвостом по левой руке Карин, после чего, они оба отправились в синхронный полет. — Уууф… — Застонала Карин, болезненно придерживая провисшую руку, сломанную в трех местах, и глядя на яростно поднявшегося на ноги Наруто, громко заявила: — Я сдаюсь! Однако, вместо привычных в этом случае оваций и криков с трибун, зрители сохраняли тишину, ибо Наруто, из чъей спины вырос еще один, пятый, иллюзорный хвост, казалось, совершенно не собирался останавливаться и признавать победу. — Наруто! Стой, где стоишь! — Грозно заявил Майто Гай, прибыв на поле боя. Будучи крайне опытным бойцом, он имел прекрасное чутье на подобные моменты, и незримо активировал Четвертые Врата, дабы суметь защитить Карин от атаки. — Наруто! Живо прекрати! — Прорычал Джирайя, имея крайне неприятный опыт взаимодействия с разъяренным учеником, и так же понимая, к чему все идет. Карин тем временем не собиралась дожидаться его атаки, и излишне нервировать его своим присутствием, поэтому попыталась тихонько скрыться с арены. Однако, сам Наруто, окончательно потерял самоконтроль, устремившись в атаку. — АРРРР! — По звериному взвыл он, заставив сами души зрителей задрожать от ужаса. — Достаточно! — Внезапно прозвучал недовольный голос Кеншина, и Наруто, несущийся на всех парах к «добыче», внезапно замер на месте. Пуф, пуф, пуф! Вокруг него вспыхнули невидимые, иллюзорные формации и фуин, принявшись стремительно размывать его покров девятихвостого, и развеевать чакру, не позволяя ему двинуться с места. — АРРРР! — Гневно ревел он, дергаясь, и пытаясь вырваться, от чего Кеншин ощутимо нахмурился. Попытка сформировать в пасти «Бомбу Хвостатого», так же ни к чему не привела, ибо вся формирующаяся чакра спешно развеивалась, от чего Наруто, спустя некоторое время потерял былой запал, а вместе с ним и клокочущую ярость, вынудившую действовать столь самозабвенно. — Ч-что произошло?.. — Оставшись с четырьмя тусклыми хвостами, удивленно пробормотал он, оглянувшись по сторонам, и лишь затем начал смутно вспоминать произошедшее, внутренне ужаснувшись. — Ты нарушил правила попытавшись убить соперницу после завершения поединка. Твое дальнейшее участие в турнире зависит от ее решения! — Едва сдерживая гнев, заявил Кеншин. Он продолжал контролировать неспешное развеивание остатков покрова хвостатого, не желая отпускать Наруто до тех пор, пока он не перестанет представлять опасность, и все еще пытаясь недопустить эскалации до того уровня, где ему, как Императору, придется действовать. — У-убить?.. — Ужаснулся Наруто, и испуганным взглядом посмотрел на Карин, после чего запинаясь, воскликнул: — К-Карин, я… Я… — Я все понимаю. — Сквозь ноющую боль улыбнулась она: — И не держу на тебя зла. Будем считать, что этого не было. — С-спасибо… — Виновато опустив голову, поблагодарил ее Наруто, чувствуя себя совершенно ужасно. — Карин! Карин! Карин! — Вспыхнула овациями толпа. — Принцесса Накаяма! Принцесса Накаяма! Принцесса Накаяма! — Синхронно кричали несколько человек, с каждой секундой подхватываемые все новыми и новыми сторонниками. Следующие несколько минут все трибуны были погружены в транс, беспрерывно и массово скандируя имя «Принцесса Накаяма», полностью укоренив его в сознании всех людей, и возвысив статус Карин на совершенно новый уровень. Сильная, красивая, смелая, и благочестиво милостивая — она была идеальной представительницей монаршей семьи, выглядя так, словно сошла из волшебных сказок и легенд, одним лишь существованием ввергая народ в состояние благоговения и восхищения. Это незапланированное событие очень понравилось самому Кеншину, и слегка смягчило его разгневанное сердце, ибо вид улыбающейся от удовольствия юной лисы, был лучшим средством от злобы и гнева. Спешно вернувшись на императорский балкон, Карин, как и в прошлый раз, принялась ласково жаться к Кеншину, выпрашивая ласку, и поскуливая от вспышек боли в сломанной руке. Цунаде хотела было спешно исцелить ее перелом, но была вынуждена ждать окончания их нежностей, ибо Карин настойчиво не желала отходить от отца, даже в ущерб своему скорейшему исцелению. Окружающие, видя столь нетипичное единение отца и дочери, могли лишь в восхищении качать головой, окончательно приняв этот странный и необычный вид отношений, как нечто вполне нормальное, и более того, возвышенно благочестивое. Мало кто мог себе позволить демонстрировать нежность и ласку на публике, рискуя быть заподозренным в слабости. И лишь Кеншин имел полный карт-бланш на любые действия, сохраняя авторитет при любых раскладах. Ибо, с течением лет, каждый усвоил этот болезненный урок, не воспринимать его неординарность за откровенную слабость.