В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 845 Не взирая на некоторые огрехи и сложность культурного восприятия чуждых этому миру церемоний, бракосочетание Кеншина и Ино прошло без каких-либо нареканий. Не нашлось ревнивых бывших, или вусмерть пьяных родственников, не одобряющих этот союз, и желающих испортить всем праздничное настроение, от чего церемония получилась насыщенной на положительные эмоции. Новый опыт взаимодействия с уникальной культурой, гостями был воспринят по большей части позитивно. И если мужчины, в особенности великие шиноби воротили нос от слащавости всего происходящего, то женщины, включая их жен и дочерей – пребывали в полном восторге. Кеншин не желал превращать церемонию в наполненный излишним официозом фарс, и приняв массовые поздравления в компании своей новой жены, плавно перенес процессию во двор. Игнорируя строгие регламенты, как своего прежнего, так и этого мира – Кеншин предпочитал отмечать любые празднества в фестивальном режиме, не сковывая себя и гостей строгими регламентами. Сами же гости, пусть этот формат празднества был им и в новинку, достаточно быстро вкусили плоды раскованности, и изрядно расслабились, наслаждаясь красотами окружающей природы, украшенной частью современной инфраструктуры. Сооруженный специально для этого мероприятия, церемониальный комплекс – включал в себя четыре фронтовых здания, оборудованные для сверхкомфортного пребывания тысячи гостей, и огромный, центральный двор, стилизованный под громадную, парковую зону. Координацией в создании этого массива – напрямую занимались неравнодушные женщины, при участии самой Ино. Однако, не смотря на гигантскую лояльность к любым прихотям своих избалованных женщин, Кеншин все же был вынужден слегка подкорректировать их планы. Таким образом, из проекта пришлось убрать караоке-бар, танцевальный зал, и не слишком уместный в этой ситуации, стенд со множеством роскошных украшений. Ибо, не смотря на благие намерения, это могло быть расценено, как унизительное хвастовство, чего гордые представители высшей аристократии, не простили бы даже Сильнейшему. Меню праздничного ужина, как и всегда – состояло из лучших деликатесов обоих миров, и было составлено сугубо неравнодушными женщинами, без малейшего вмешательства Кеншина. От чего, узрев, как Райкаге с удовольствием уплетает чуждые для этого мира «голубцы», Кеншин едва сдержал громкий хохот, ограничившись широкой улыбкой, что было расценено самим Эем, как сугубо положительный знак, и пробудило в нем еще более зверский аппетит. Результатом церемонии бракосочетания, помимо самого бракосочетания, стало значительное сглаживание углов с представителями иноземных, и малознакомых элит. Более того, церемония стала чем-то вроде площадки для налаживания межэлитарного контакта с представителями «большого мира», и теми, кого было принято считать дикарями, не взирая на их реальный культурный уровень. Глядя на вспышки взаимного интереса, и небольшие попытки наладить контакт между представителями двух разных «миров», Кеншин в очередной раз поблагодарил судьбу за то, что в этом мире не существовало концепции разных рас и наций, а так же отсутствовали значимые различия в языковом вопросе, от чего природной человеческой ксенофобии было практически негде разгуляться. Отсутствие ощутимых различий между людьми, все еще нисколько не мешало одним издеваться над другими, но в отсутствие неразрешимых идеологических проблем, любой социокультурный вопрос переставал иметь значение, если в ситуации были задействованы большие выгоды. Еще одним, малозначимым в глобальном смысле, результатом церемонии – стало значительное усиление позиций клана Яманака не только в рамках Конохи, но и в рамках глобального мира. Не успев покинуть празднество, Яманака Иноичи не только обзавелся интересными знакомствами, но и получил несколько предварительных деловых соглашений, способных в перспективе озолотить клан Яманака до небес. Всю вторую половину дня, и весь вечер, Иноичи не переставал гордиться своей дочерью, бесконечно рассказывая о ее уникальных дарованиях, слегка приукрашивая ее реальные достижения, но все еще заставляя ее трепетать от радости. Как и следовало ожидать, Ино, будучи невестой на своей собственной свадьбе – была самой счастливой девушкой во всем мире. Ее слегка смущал нынешний статус жены Императора, но будучи рядом, и большую часть времени держа Кеншина за руку, она достаточно быстро справилась со смущением. Для случайного бедняка, статус дочери главы одного из крупнейших кланов Конохи – уже был подобен небесам. Однако для самой Ино, разница в ее прежнем и нынешнем статусе, была самой настоящей пропастью, ибо отныне она была под протекцией не только лишь Элитного Джонина, но и самого Мудреца, со множеством Каге и Элитных Каге. И этот статус позволял ей более не отпускать взгляд в присутствии поистине могущественных людей этого мира, а гордо и бесстрашно рассматривать любого, встречая не хмурые, раздраженные взгляды, а приветливую, и дружелюбную улыбку. ***** Вечер 984-го дня. Клан Накаяма. Шух… Массивная дверь, как и прежде, бесшумно открылась, и в объемное, крайне уютное помещение, как и прежде вошел Кеншин. Однако, в отличии от множества предыдущих посещений этого места, в этот раз все было иначе. - Хм?.. Даже не встречаешь?.. – Удивленно спросил Кеншин, глядя на демонстративно отвернувшуюся женщину, скрестившую руки на груди, вальяжно восседая на кресле. - А?.. Ох, а я тебя и не заметила… - С наигранным удивлением ответила Инари. - И даже не любопытно, что я принес?.. – С полу-улыбкой спросил Кеншин, слегка покачав большой, увесистой термо-сумкой. Упав на заветную сумку лишь на мгновение, взгляд Инари усилием воли был повернут в сторону, а сама она лишь громко хмыкнула, изобразив интерес в прочтении первой попавшейся под руку, книге. Кеншин, будучи эмпатом, способным считывать намерения и эмоции даже Мудрецов, прекрасно понимал природу ее поведения, и разложив вкусности на видное место, раззадоривая любопытство любящей поесть, женщины, занял место на соседнем кресле. - Я предупреждал, что не смогу прийти… - Вздохнул он, аккуратно дотронувшись до ее белоснежной ладони. - Мне плевать. – Фыркнула она, демонстративно одернув руку. - В качестве извинений, сегодня я задержусь на два часа дольше… - Вновь прикоснувшись к ее ледяной ладони, ласково сказал Кеншин. Эти слова вынудили Инари несколько встрепенуться, но мгновение спустя, огромным усилием воли, она все же вернула себе былое хладнокровие, и окинула его надменным взглядом, позабыв одернуть ладонь, находящуюся в крепкой, теплой руке. - Значит твои намерения не стоят и гроша?.. – Хмыкнула она, сохраняя изрядное количество гнева в голосе и во взгляде: - Рассказывая мне о прелестях становления твоей женой, ты женишься другой?! Как это понимать?! Кеншин был огорошен столь резким и внезапным «раскрытием карт», ибо впервые за все время, Инари позволила себе настолько экспрессивную демонстрацию ревности. Она и прежде, весьма злобно относилась к остальным его женам, и при редких встречах с Цунаде и Кохару угрожала им расправой, но все эти акты ревности, были тщательно замаскированы под ненависть ко всему человечеству. - Мои намерения остаются нерушимыми и прозрачными. – Серьезным тоном заявил он: - Я все еще хочу сделать тебя своей женой, и не остановлюсь, пока ты не дашь на это согласие. - Тогда почему?! Почему ты бегаешь за другими?! – Вспыхнув гневом, открыв третий глаз, разъяренно воскликнула она. - Потому, что ты не единственная, кто мне дорог. – Вздохнул Кеншин, пытаясь подобрать слова, соразмерные его нынешним чувствам к этой женщине. И хотя былая ненависть и желание уничтожить «Кагую» на месте уже давно прошли, он все еще не мог сказать, что испытывает к ней чувство любви. Симпатию, желание, похоть, но не любовь. От нее самой, он так же не ждал глубоких чувств, осознавая, что душа Мудреца, как и ее воля слишком сильны для пассивного воздействия пассивных навыков Патриарха. И нынешнее ее отношение не должно превышать уровень «осторожной симпатии». Однако реальность демонстрировала совершенно иное. - Тогда проваливай! Я не желаю тебя видеть! И поганую еду забери! – В порыве очередной вспышки гнева, прорычала Инари, извергнув мощный, взрывной импульс даже сквозь многочисленные формации, и практически нулевой показатель чакры. Не будь Кеншин способным подавить силовое воздействие на большой площади – вся комната превратилась бы в сплошные развалины. Инари, в свою очередь, лишь запоздало осознала несоразмерность своих действий, и на мгновение приняв виноватый вид, все же не стала никак оправдываться, молча удалившись в свою, небольшую спальню. - Женщины… - Только и мог вздохнуть Кеншин, и не стал пытаться вмешиваться в ее чувства, решив дать ей отдохнуть и все обдумать.