В мире Наруто с Системой Патриарха

Глава 867 Заключив предварительное соглашение с Мадарой, Кеншин почувствовал невероятное облегчение. Груз вины, давивший на его плечи более месяца – хоть и не исчез окончательно, но существенно уменьшился, позволив ему немного успокоиться. Он не грезил иллюзиями о прощении со стороны Мадары, ибо зная биографию и слепок личности этого легендарного шиноби, было высшей глупостью опираться на нечто столь примитивное, как эмоциональность. Даже получив формальный отказ от претензий со стороны Мадары, Кеншин допускал весьма солидную вероятность на хитрую игру с его стороны и возможность ответного удара в спину, в момент крайнего напряжения и кризиса в Клане Накаяма. Кеншин знал, что в зеркальной ситуации Мадара вряд ли поступил бы так же, но получив огромную силу, мог позволить себе такую немыслимую роскошь, как жалость к поверженному сопернику. В истории было множество примеров излишнего благородства в отношении неуравновешенных, амбициозных и беспринципных врагов, которые расплачивались с благодетелем кровавой монетой. И Учиха Мадара, во многом был одним из них. Хаширама Сенджу, не взирая на все свои заскоки и крайнюю степень политической гуманности – не был идиотом. Лишь теперь, поднявшись и превзойдя его уровень, Кеншин мог без труда определить, насколько высокой была вероятность его «слепоты» после победы над Мадарой. С учетом того, что Хаширама Сенджу был лучшим шиноби-сенсором своего времени, Кеншин нисколько не сомневался в его способностях обнаружить побежденного, тяжелораненного Мадару. И не было сомнений в том, что катастрофические последствия следующих десятков лет были результатом его недальновидности и излишней гуманности по отношению к врагу. Однако, даже видя воочию последствия чужой ошибки, Кеншин не пожелал зарубить все возможные проблемы на корню, и не только оставил Мадаре жизнь, но и намеревался сделать его сильнее прежнего. Причина была не только в гуманности и сентиментальности, но и в ощущении собственной силы и исключительности. Кеншин попросту не видел значимой угрозы в существовании Мадары, и знал, что в любой момент времени в Клане Накаяма будет, как минимум несколько человек, способных с легкостью уничтожить возникшую угрозу. К тому же, шанс возникновения полноценной угрозы в лице Мадары – был крайне мал. Не взирая на все слухи и легенды о беспрецедентной жестокости и коварстве ренегата из клана Учиха, в реальности Мадара не был и на десять процентов столь же безумным и злобным, как его описывали испуганные и негативно настроенные потомки. Из многочасовых бесед и разговоров со «вторым пациентом» Клана Накаяма, Кеншин ощутил неразрешенную обиду и небольшое желание расплаты. Однако, воодушевление и мечтательность от открывшихся перспектив, просматривались в эмоциях Мадары куда более явно. Это позволило Кеншину в меньшей степени волноваться о присутствии этого человека на территории Клана Накаяма, и в силу отсутствия у него каких-либо сил на сотворение глупостей, Патриарх и Император в одном лице, наконец мог со спокойной душой отправиться в очередную вылазку за очередным получением знаний и силы. ***** Проведя еще один вечер в приятной компании сильно изменившейся Инари, и на последок уделив большую часть ночи своим любимым женщинам, ранним утром 1017-го дня, Кеншин отбыл на очередную вылазку в Царство Хаоса. Наметив себе четкую цель и определив временные рамки в неделю времени материального мира, Кеншин приступил к выполнению всех поставленных задач, коих было не мало. Помимо планов на поиск очередного разлома и добычи информации из глубин Варпа, Кеншин преследовал еще несколько целей, важнейшей из которых являлась «инспекция» своих нынешних владений. После гибели Высшего Демона Ксафана, гигантская область Царства Хаоса размером в сотню «локаций» по праву силы принадлежала Кеншину. Исходя из заметок и многотысячелетнего опыта существования в этих местах, Ксафан был единственным претендентом на лидерство, и по праву считал себя владыкой этих территорий. И хотя ценность сотни пустых и безжизненных «локаций» для Высших Демонов стремилась к нулю, Кеншину было достаточно и того, что его материальный мир находится в безопасности от голодных взглядов самой различной нечисти. ***** Шух… Выйдя из «изнанки» Варпа, Кеншин немедленно раскинул во все стороны не только духовное, но и божественное чувство, отсканировав окружающее пространство. И лишь убедившись, что в пределах пяти полноценных локаций нет никого могущественнее Низшего Демона, он слегка расслабился. Духовное чувство являлось проекцией его могущественной души, помноженной на уникальность сущности Высшего Демона, и могло покрывать поистине гигантские территории Царства Хаоса, сканируя все, что имело энергетическую ценность. Божественное же чувство, было новой и не до конца освоенной способностью, которую Кеншину принесло недавнее «Возвышение», и в отличии от духовного чувства, оно пусть и не обладало столь большим радиусом действия, но было способно сканировать большую часть всевозможных состояний, как пространства, так и материи. - Усердно меня искала, и даже оставила несколько примитивных ловушек… - Открыв глаза, с улыбкой пробормотал Кеншин. Он все еще опасался приближаться к прежнему полю боя, не желая испытывать судьбу и нарываться на неприятности. Однако, видя примитивизм духовных конструкций, оставленных Верховной Богиней Кали, он не мог не ощутить собственного превосходства. - В материальном мире ты бы разобрала меня на атомы за мгновение, но здесь… Здесь твоя власть уступает даже моей собственной! – Властно заявил он прежде всего самому себе, и осторожно подлетел к определенному месту в пустоте. Пуф… Совершив хватательное движение правой рукой, он буквально «вырвал» из пространства практически полностью угасшие остатки ауры Кали и Джашина. Определить по этим энергетическим слепкам местонахождение их родного мира было невозможно, или крайне затруднительно, однако Кеншин не отчаивался, и бережно окутав оба слепка своей собственной духовной энергией, поместил их в подпространство своей души. Тот факт, что это уникальное подпространство или даже самый настоящий отдельный «План» бытия никак не соприкасался с могущественным Планом Царства Хаоса – наводил Кеншина на определенные, далеко идущие мысли. И то, что даже с его нынешним уровнем могущества, как Высшего Демона, так и культиватора на этапе Формирования Души, он не имел никакого доступа к этому уникальному Плану – порождало в его разуме множество не самых радостных мыслей о величине и разнообразии Вселенной. Однако, не желая уповать на собственные размышления и бессмысленные догадки, Кеншин задвинул эти мысли на задворки сознания, и мысленно сверившись с картой окружающих локаций, устремился к местоположению единственного известного материального мира.