Да просто хочу помочь

На шестой урок Алексей явиться не соизволил. Рома нервно набирал одно сообщение за другим, хотя конечно же знал, что с другом все хорошо. Ответов на те десятки сообщений не приходило. Бочкарёв просто не выдержал. Не выдержал присутствия Жени. Единственное что не понимал Рома - почему? Леха с ним даже не знаком толком. С чего такая реакция. Все было именно так, как сказал Булахов. Леша сидел на заднем дворе старого крыла школьного здания. Сюда никто не приходил, кроме бродячих собак. Некоторые окна в классы были выбиты. Повсюду валялось стекло и прочий мусор, а через оконные рамы прогуливал уроки прохладный ветер, вместе с редкими гостями этого места — учениками которым лень. Но все же, это место Бочкарёв знал как себя. Это было его место силы, хотя нет, не совсем силы, просто здесь он чувствовал себя в безопасности, это место отделяло его от всего мира на какие-то минуты между уроками, здесь он был свободен. Казалось, он знает и помнит каждый осколок, каждый камень в этом месте. Леша сидел на одной бетонной плите, курил и думал. Что с этим Мильковским не так? Он какой-то слишком улыбчивый. Слишком идеальный. Слишком добрый. Слишком открытый. Слишком нравится всем вокруг. От этого все к нему и тянутся, но только не Лёша. "Такой клоун как этот Мильковский никогда не сможет меня понять. На публике такой весь из себя и хорошенький, и подружится хочет, и музыкант, и шутки шутит. Бесит! Это какой-то отдельный вид тупости. Зачем он играет этого положительного героя? Зачем весь этот цирк?" — Лёша с начала сам удивился такому потоку мыслей и вопросов. Ведь Евгений для того и пришел на практику чтоб в будущем стать психологом, а психолог должен помогать разбираться в проблемах, помогать понять свои чувства, помогать научится контролировать эмоции. Как не крути, его работа заключается в том, чтоб играть этого положительного героя, который всегда говорит правду, для людей которым нужны его услуги как психолога. Эта логичность, и то, что Лёша сам нашел ответы на свои вопросы раздражали ещё больше. Что-то скребло в груди будто пытается вырваться, но как только Бочкарёв снова погружался в эти мысли все ставало ещё хуже. Он был удивлен как легко запутался сам в себе и в своих же рассуждениях. Да, вопросов было много, но он сам же и нашел ответы на эти вопросы. Проблема была лишь в том, что эти ответы и вопросы никак не могли найти себе пару. Все это перемешано в его голове в одну гадкую кашу, вместе с подавленными эмоциями, не высказанными словами, не решеными проблемами которые уже покрылись пылью и начали гнить. Там присутствовали и горькие мысли об ненадобности этих страданий. Леша знает - в будущем его ничего не ждёт. У него нет будущего, нет смысла. Да что там смысла! Нету, банально, за что хоть чуть-чуть зацепиться, дабы удержаться и не сорваться вниз. Леша сидел, курил и думал. Думал, и не заметил как по его щеками в три реки текут слезы. Из раздумий его выдернул какой-то шорох неподалеку. "Нужно обновится." — мелькнуло в его голове, парень поднялся с места, подхватил рюкзак и быстрым шагом направился к главному зданию школы. ** "Задний двор старого крыла...задний двор старого крыла..задний дв... О, нашел" Евгений Геннадьевич дал небольшое задание ученикам до конца урока, и сказал что они могут быть свободны как только прозвенит звонок. Также он не забыл напомнить им что сегодня после обеда состоится дополнительное занятие. А сам же отправился на поиски того самого заднего двора старого крыла. Территория школы была огромной. Да и само здание, трёхэтажное, красивое, видно что только недавно достроили. А вот старое крыло было словно из какого-то старого советского фильма, только ещё более потрёпанное временем, природными явлениями и явлениямив виде местных бомжей, старшеклассников которые здесь устраивают разные тусы, бродячих собак, да и просто гопников с района. Женя идёт вдоль здания не зная что ищет, и зачем вообще идёт. В окнах мелькают старые стеллажи, парты, доски. В этих аудиториях время словно застыло. А вокруг абсолютно тихо, лишь изредка пролетают птицы да листья под ногами шелестят. Он уже подходил к углу как тут услышал тихие всхлипы. "Это он." - пролетело в его голове. Но почему? Даже если он и решил прогулять урок, почему сидит там и плачет? Бочкарёв плакал практически беззвучно, он молчал. Женя замер за углом, будто слышал его слезы. А ведь он все знал — Леша кричит внутри, Жене это состояние на столько близко, что он как никто понимает Бочкарёва сейчас, будто чувствует то же, что и он, в тот же момент. Глаза Мильковского ещё больше наполнились черной краской от этого осознания, он просто смотрел в одну точку, сердцебиение участилось, а дыхание стало более тяжёлым. Неожиданно, блондин услышал шорохи, а после и шаги. Нельзя чтобы Бочкарёв его сейчас видел. Женя аккуратно запрыгнул в здание сквозь ближайшую оконную раму, присел на пол возле стены, и переждал пока Лёша пройдет. А как только звук шагов начал отдаляться, Мильковский тихо привстал, выглянул из-за стены и почувствовал нечто волшебное. Шлейф оставшийся за Лёшей: смесь сигаретного дыма, лёгкого запаха кофе и духов с ноткой ментола. Баланс кофе и мяты был очень не обычным и тонким, это завораживало. Женя вдыхал и вдыхал этот прекрасный запах. Сам и не заметил как блаженно расплывается в улыбке. После чего он быстро выпрыгнул из того же окна и направился в учительскую, чтобы подготовится к вечернему занятию. Основные занятия закончились. Лучи солнечного света застенчиво пробиваются сквозь окна. Солнце прощается своим теплом с землёй перед сном. В школе больше не слышно смеха младшеклассников, никто не бегает по коридорам и не врезается в тебя на бешеной скорости. Слышно лишь шорхание кедов об линолеум и звон цепей на шеи. :Новое сообщение: - Бочарик, с тобой все ок?

- да, все нормально

- Ладно, увидимся завтра в школе

- а ты не идеш на вечернее?

- Неа (・∀・) мне Женька разрешил не приходить, он там крч давал нам задание и я получил самый высокий бал

- ой та иди ты, ботан

- Аахахахх и я тебя люблю 💕

- иди в жепь.

-💋 Пройдя ещё несколько метров, Лёша завернул в открытую дверь туалета. Он закрыл за собой дверь, запрыгнув в одну кабинку. Бочкарёв быстро скинул рюкзак с плеч и снял чехол с телефона. Аккуратно достал из-под него не большой, тонкий кусочек блестящего метала. Алексей был слабым, но не тупым. Руки он берег. Зазвенела пряжка ремня на джинсах, а когда они были стянуты до колен, взгляд моментально упал на, будто пропущенную через мясорубку, кожу. Затянутые и более свежие порезы, следы от которых обязательно останутся рядом с Лёшей на всю его оставшуюся жизнь. При чем, как на теле, так и в душе. Бочкарёв не смотрел куда бить острым концом лезвия, и не важно, есть ли на его бедрах ещё хоть клочок здоровой, не тронутой кожи. Он просто отрывался на своем теле. Куда ещё выплескивать все что накапливается на сердце, как не на себя? Буквально через три минуты Лёша сидел на холодной плитке облокотившись об стену и тяжело дышал. Казалось будто все вокруг куда-то по тихонько исчезает, в глазах темнеет, все что слышно, это собственное сердцебиение где-то в голове. Руки были измазаны в своей же крови. Он попытался встать, с рваным дыханием и всхлипами ухватывался за пластиковые стены. Вокруг все кружилось будто на бешеной карусели. Попытка подняться на ноги не увенчалась успехом, колени жутко дрожали, а тонкие струйки крови медленно стекали вниз к поясу джинс. На стенах остались пара кровавых отпечатков пальцев. Немного переждав это состояние, Лёша снова попытался подняться. Он достал антибактериальные салфетки из кармана рюкзака и начал вытерать кровавые подтёки. Благополучно забив на капли крови на белой плитке, Бочкарёв натянул назад джинсы, схватил рюкзак. В голову пришла мысль о прогулке по парку. ** На часах 14:09. Прохладный декабрьский ветер развевает темные пряди Лёшиного каре. Дополнительное занятие с Мильковским все приближалось и приближалось. На такие уроки приходили желающие, вольные слушатели, которых всегда было не больше нуля, и те, которым стоило бы закрыть прогулы — Бочкарёв был как раз одним из них. Не придет — будут проблемы, которых Лёша не желал не потому что он прилежный ученик, а попросту потому, что лень выслушивать от директора нотации, ему это не к чему. Парень докуривал сигарету, в пачке оставалась ещё 2 штуки, на сегодня должно хватить. В наушниках играл любимый радиохэд. Сейчас хорошо. Малейший шаг, и узкие джинсы ерзают по новым порезам. Боль острыми иглами пробивается сквозь мышечную ткань и впивается в кость, она , как и морозный воздух, обжигает. Сейчас хорошо. Лёша ни о чем не думает. Времени стает все меньше и меньше. Он уже идёт в направлении к школе. Улицы парка, кроны деревьев, тротуары, все освещено лучами негреещего солнца, время от времени закрываемого тучками. Здесь на столько тихо, что с лёгкостью можно услышать собственное дыхание, и лишь шелест опавших листьев под ногами перебивает его. ** 14:24 Урок совсем скоро. Леша решил забежать на свое любимо место за школой, дабы спокойно собраться с мыслями и набраться терпения. - Так! Ну что ж, вижу практически все уже в сборе. — Мильковский заполнял что-то в журнале, как тут окинул класс взглядом, и решил что пора бы уже начинать урок. — Окей, сегодня мы с вами погово... - Извините за опоздание, можно войти, — Раздался стук в дверь и тихий голос. - Поговорим как раз про опоздания, извините вы..? — Женя обернулся, приподнял одну бровь. - Я... я Лёша, Лёша Бочкарёв. — Брюнет немного замялся. - Ах да, Алексей. Я бы попросил не опаздывать, ведь это банальное чувство такта должно присутствовать в каждом человеке в независимости от возраста. Вы можете назвать меня душнилой, и будете правы. Я добрый, но неуважения к себе не потерплю, — Женя вроде и по доброму, и с улыбкой, но все же отчитал Бочкарёва, он выглядел и в правду добрым, не желающим как либо пристыдить или унизить, а лишь указать на ошибки. "Бля, если он так к каждому моему движению будет докапываться эт будет пиздец" Леша опустил взгляд вниз, внутри уже нарастало чувство неприязни и дискомфорта. - Лёш, ты можешь пройти в клас, но впредь не опаздывай, — Женя повернулся к Алексею, тот в ответ лишь кивнул и быстро проследовал на свое место, за последнюю парту первого ряда. "Что за "Лёш"? Какого хуя он только что отчитывал меня, а тут резко "Лёш" Что это за ласковое обращение, пытается выглядеть милым и добрым? фу бля."— А вообще, сегодня как таковой темы не будет. Думаю, мы просто по общаемся, ближе познакомимся. Многих из вас не было утром, вижу незнакомые лица, а кто был может заняться своими делами,— Женя сел за учительский стол. — Эх, прогульщики, — С улыбкой добавил блондин. Все присутствующие в классе были рады такому исходу событий, кто-то обдумывал что бы такого спросить у молодого психолога, а кто-то уже достал книжки. Все таки на таких занятиях в основном обращали внимание на прогулы и хвосты по учебе. Леша развалился на задней парте смотря куда-то в одну точку. Он практически не слушал о чем говорит Женя, Бочкарёв погрузился в свои мысли, крутя в руках уже пустой стаканчик из-под кофе на котором красовалась наклейка с лого этой кофейни где Лёша и купил его, во время прогулки по парку. Его раздражал Мильковский. Ужасно раздражал. А при малейшей попытке объяснить самому себе, почему же его так раздражает этот человек, каждый аргумент, который Лёша приводил в своей голове был словно высосан из пальца. И это в два раза сильнее раздражало Лёшу. Слишком много "раздражает". Даже тавтология со словом "раздражает" очень раздражает. - Бочкарёв, спишь? — На Лёшу моментально обернулся весь класс. "Блять, ну нахуя" — Твоя очередь, сейчас каждый рассказывает пару фактов о себе. — С лёгкой улыбкой проговорил Женя. - А... Ну, я Лёша. В прошлом году съехал от родителей. Занимаюсь музыкой, хотя в последнее время всё идёт по пиз...ээ, всё идёт плохо. — Бочкарёв нарочно чуть не обронил матерное слово, он слегка усмехнулся, по классу прошел смешок. - А на чем играешь? — Мильковский словно не заметил ничего, заинтересовано прищурил глаза, закусил нижнюю губу. - На всем, что под руку попадется. — Откуда столько уверенности взялось, Бочкарёв сам не знал. Он не любил когда на него много обращают внимание. Ненавидел когда его слушает много людей одновременно, а то есть когда он оказывается в центре внимание, во время школьного урока. Но сейчас откуда-то взялась непонятная открытость, слова звучали четко. Леша даже ощутил себя достаточно крутым, а это чувство довольно редкое. - Похвально. — Женя встал из-за стола и медленно направился к задним рядам. — Мультиинструменталистом быть классно, — Он подходил все ближе и ближе — По себе знаю. — Женя обпёрся кончиками пальцев об лакированную поверхность деревянной парты и оказался в метре от Леши. Мильковский снова услышал тот прекрасный запах кофе и мяты. — О, это же из кофейни что в парке, не далеко отсюда? Моя любимая.— Взгляд Мильковского упал на стаканчик, что стоял перед Лёшей на столе. - Да, вы правы. — Бочкарёв же, не теряя уверенности, настойчиво и спокойно, с неким, почти не читаемым вызовом смотрел прямо в глаза Мильковскому, не отводя стального взгляда, не подавая никаких эмоций или знаков волнения. - Часто там бываешь? — Женя говорил необычайно ласково и спокойно. - Не особо. — "Ему нравится та же кофейня что и мне. И к чему эти расспросы?" - Ммм, ясно. Ну, что ещё расскажешь о себе, Лёш? "Опять "Лёш"." - Да, мне то и добавить нечего. — "А глаза у него красивые, темные словно дно Марианской впадины, такие спокойные. И откуда у меня настолько поэтические мысли в голове ещё и насчёт этого клоуна?" — Если хотите узнать ещё что-то, можете спросить. Хотя скорее всего вам плевать. — Также не отводя глаз, всматриваясь в каждый изгиб лица Мильковского проговорил Лёша. - Плевать? — Женя удивленно вскинул брови. — Лёш, почему ты так считаешь? " И вот снова это "Лёш" дурацкое. Он постоянно говорит это с какой-то, такой невыносимо теплой улыбкой..." - Всем плевать. - Ну, не знаю, обрадует это тебя или огорчит. Но я — не все. После этих слов Мильковский резко развернулся и направился к первым рядам. За эти несколько метров он обдумывал что бы такого сказать. Женя все видел. Он прекрасно увидел все то, что парень так мастерски прячет. Лёша — маленький, напуганный, до ужаса израненный ребенок, которому некуда обратиться за помощью, который скрывает эмоции чтоб не привлекать внимания, сломанный миром, брошенный собственными родителями. Женя не мог допустить чтоб этот ребенок оставался умирать таким. Где-то глубоко, под тысячами слоев непробиваемой брони души прячется прекрасный человек, яркая и интересная личность — Женя это чувствовал и знал. - Я тоже был в вашем возрасте. Я рос без отца, хотя... Почти без отца. Но честно вам скажу, лучше бы его вообще не существовало в моей жизни. Мне было трудно, но я справился. Через боль, страдания, глупые поступки и попытки суицида, но справился. Так вот, я здесь чтобы в ваших жизнях не было всего того, что было в моей. — Мильковский говорил всему классу, обращался ко всем, но смотрел на Лёшу. Бочкарёв в этот момент прекрасно осознавал что эти слова звучат для него. "Нет, он не мог. Как, зачем...Блять, это что, проявление заботы?? Нет, нет, нет, он меня не знает. Так что же...как он..? Сука." Он уже что-то говорил дальше, спрашивал других учеников, а Лёша, рвано схватив воздух ртом, только сейчас понял что все это время практически не дышал. Сердце бешено колотило в груди ударяясь о ребра. Все словно погрузилось в густой туман. Ещё какое-то время он просидел точно также погруженный в свои мысли "Ну, и что это за херь была...?" Спустя несколько минут Женя сказал что ему нужно заполнить некоторые бумаги. Леша воспользовался этой возможностью. В классе звучали голоса в половину громкости. Все о чем-то шептались и переговаривались, Мильковский же был полностью погружен в себя, по этому Лёша собрал вещи и аккуратно вышел из класса. Лёгкий стук двери вытянул Женю из мыслей и он вопросительно обернулся на весь класс. - А, это Бочкарёв смылся. — Прокомментировал кто-то из класса. Женя в ответ кивнул и подошёл к парте за которой сидел Лёша. "Стаканчик с собой так и не забрал". Похоже что эти двое, Рома и Леша, тусят за этой партой ещё с начала года. На стене под подоконником наклеены всякие стикеры и записки, да и сама парта обрисована надписями. Женино внимание привлек листочек нежно зелёного цвета, на котором красивым мелким почерком было написаны следующие слова:

"Мы переборщили с нежностью,

Наши чувства стали беженцами.

Мы заразили друг друга бешенством

И дрались содрогаясь от ревности.

Мы стали такими разн... "

Листок был явно откуда-то вырван. Надпись обрывалась. Женя аккуратно отклеил его от стенки, а на обратной стороне красовались инициалы выведенные черный маркером "А.Б." "Красиво пишет, парень" — Женя улыбнулся своим же мыслям и сложил листик бумаги в задний карман джинс. "Думаю, Лёшенька не будет против. Стоп, "Лёшенька"??" Мильковский решив не углубляться в эту ситуация с самим собой, направился назад за свое рабочее место. Ещё несколько минут спустя он заполнял журнал, а после распустил всех учеников пожелав им хорошего вечера и начал собирать свои вещи. ** 17:08 Солнце постепенно скатывается все ниже и ниже к горизонту, пробиваясь последними тёплыми лучами сквозь кроны деревьев. Леша беззаботно докуривал последнюю сигарету из пачки. "Странный день сегодня, странные мысли, странные ощущения, да и я какой-то странный." - Что ты здесь делаешь? — Сквозь слова слышалась улыбка. — Ну и не стыдно? Так близко к школе! — Доносился до Бочкарёва где-то со спины узнаваемый голос Лёша крепко сжал холодными пальцами сигарету и одним резким движением развернулся лицом к источнику звука, пряча руку за спиной. - А... Снова вы. — Недовольно пробормотал Алексей делая вид что не понял с первой фразы кто это. - А... Снова ты не рад меня видеть? — С лёгкой ухмылкой на лице произнес Мильковский. Бочкарёв в ответ лишь цокнул и закатил глаза, чуть развернулся боком и продолжил курить, будто собеседника тут и нет. - Лёш, послушай, я же вижу что тебе плохо. Я могу, и я хочу тебе помочь ты толь... - Да не нуждаюсь я в вашей помощи! Со мной все в порядке, ясно?! Помогайте, вон, лучше, моим "любимым" одноклассницам. Они так и жаждут вашего внимания при каждой встрече! — Бочкарёв срывался на крик активно размахивая руками. Он грозно свёл брови, имел правда достаточно пугающий вид. - Лёш... - Не нужно мне ваше "Лёш". Не нужно мне ваше сочувствие и помощь! Просто оставьте меня в покое. - К-Как...Как скажешь. После этих слов, немедля ни секунды, Женя развернулся и быстро ушел. Алексея же, в свою очередь, всего трясло, его окатило какое-то резкое чувства стыда и вины. На лбу выступил пот, в глазах начало мутнеть. Ноги подкосились, парень сел на холодную плиту и схватился руками за голову. «Че это было... Идиот..»