Восьмое чудо

***

Зима в этом году не просто пришла, она ворвалась с ноги, решив, видимо, что Москва — это ее личный полигон для испытаний. Арсений, ссутулившись, продирался сквозь эту клоаку из снега и ветра к своей "уютной" московской квартире."Замерзаю к чертям собачьим. Отлично. Просто великолепно", — прошипел он сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как немеют руки. Пришлось засунуть их поглубже в карманы, лишь бы не отморозить.В голове, как назло, крутились исключительно пошлые и отвлекающие мысли. Да, он хотел кое-что засунуть поглубже, и, о, какой облом, для этого нужен был партнер. Живой партнер, а не подушка. Худшее наказание — это оставаться со своим зудящим, пульсирующим недотрахом один на один в пустой квартире.Он фыркнул. Злобно. Это был звук человека, который готов укусить весь мир за задницу, но вынужден возвращаться в свою одинокую, чертовски холодную берлогу. Актерской карьере — ноль внимания, личной жизни — минус десять. Просто праздник какой-то. Близится Новый Год. Город утонул в мишуре и гирляндах, создавая атмосферу приторного, до зубовного скрежета, счастья. В воздухе витал запах мандаринов, ёлки и… чёрт бы их побрал, чужих феромонов. Арсений, ссутулившись, пробирался сквозь толпу влюблённых парочек, которые, казалось, сияли ярче всех городских огней. Глядя на них, сердце сжималось. Но не от романтики, а от чистого, концентрированного раздражения. Ну, и чуточку подташнивало. Второе, конечно, чисто из вредности. Изобилие запахов чужих альф кружило голову, как плохой одеколон, и отзывалось неприятным, пульсирующим напряжением внизу живота — верный знак, что очередная течка подкралась незаметно, как офисный интриган. Сам Попов на данном этапе своей жизни был одиноким, как последняя конфета в коробке. И дело было не в отсутствии популярности. Совсем наоборот. Высокий, в меру подкачанный брюнет-омега с глазами цвета северного неба и душой, которая, как он сам считал, была слишком поэтичной для этого прозаичного мира (и о которой, кроме него самого, никто не догадывался, так как он почти никому не открывается по настоящему) , сводил с ума многих. Альфы, как женщины, так и мужчины, вечно делали ему предложения, от которых, по их мнению, нельзя было отказаться. Но Арсений отказывался. Всегда. Он фыркал на эти предложения, как на просроченный сыр, предпочитая свою «холодную берлогу» пустым и бессмысленным связям. Глубоко внутри он ждал, что однажды встретит кого-то, кто наконец разгонит мрак его одиночества. Но пока этого не случилось, он предпочитал играть в недоступную сучку, чем размениваться на мелочи. К двадцати пяти годам жизни Арсений уяснил для себя одну простую, почти аксиоматичную истину. При всем богатстве выбора форм и материалов, лучше мужского тела (а если быть предельно честным с собой — члена), он для себя ничего не нашел. Каждую свою течку, начиная с шестнадцати лет, он представляет лишь то, как его, такого неопытного и разгоряченного, втрахивают в любую поверхность или горизонтальность, неважно где. Главное условие было одно: чтобы рядом оказался сильный и мужественный защитник, с чьим присутствием Арсений мог бы успокоиться, ощущая себя нужным и полностью защищенным. То, что его истинный должен быть парнем, Арсений знал наверняка. В этом он был уверен так же, как и в том, что встретиться им в ближайшем будущем не суждено. "Судьба — та еще сучка с замашками сценариста дешевых драм", — любил повторять он. Он потратил столько времени, сил и нервных клеток на поиски Того Самого, что в итоге остался лишь с приличным багажом неудачного опыта отношений и грандиозным, размером с Москву, разочарованием. Целый вагон бывших прилагался к этому списку бонусом. Разбитое сердечко, конечно, тоже имелось, но тут на помощь всегда оперативно приходило сухое красное вино. И все склеивалось, подлечивалось и заливалось довольно быстро. Арсений уже почти дошел до подъезда, когда его живот издал такое громкое и неприятное урчание, что он невольно остановился. Стенки желудка начало болезненно сводить, а дома, как назло, царила атмосфера продуктовой пустыни. Закончилось все. Даже банка "Вискаса" для Батона, его массивного, наглого кота-блондина, была пуста. Полный провал. Миллион из десяти.— Аа, чёрт, — выдохнул Арсений с тяжелым, обреченным стоном. Его единственный выбор рядом с новостройкой ограничивался либо "Магнитом" — рассадником сомнительных продуктов, либо кофейней «Горбушка». Выбор был очевиден, но от этого не менее досадным. Придется топать. Взглянув на часы, Арсений понял, что его маршрут до дома теперь увеличился с пяти минут до целых тридцати.Зайдя в теплое помещение кофейни, омега мгновенно почувствовал, как холод отступает, а лицо начинает покалывать. В нос ударило изобилие приторных, пряных (от слова пряник, и это раздражало) запахов свежей выпечки, корицы и чего-то еще.Он начал обход витрин, но его внутренний цензор отказывался цепляться хоть за одно кондитерское изделие. Они его просто не "цепляли". В конце концов, организм молодого омеги — это не помойка, и к выбору продуктов он относился скептически, вечно подсчитывая калории. Чтобы позволить себе что-то из этого приторного великолепия, Арсению потом придётся пахать час в спортзале, а после столько же — на танцах. Ну уж нет.Хотелось чего-то особенного, того самого кутаба с зеленью, купленного здесь же на прошлой неделе — вот он был потрясающий на вкус. К сожалению, сегодня его не было, и приходилось выбирать из жалких остатков. Походив туда-сюда вдоль прилавков еще минут пять (и пару раз мысленно обозвав себя нерешительной "сучкой"), Арсений наконец остановил свой выбор на аппетитном грибном тарте. Он потянулся за ним, но в ту же секунду черт пойми откуда взявшаяся рука опередила его, нагло прихватив последнюю порцию. — А ну отдай! Я его первый увидел! Это мое! — выпалил Арсений, мгновенно вцепившись в бедный тарт мертвой хваткой. Он был готов драться за этот пирог прямо здесь, на глазах у ошарашенной публики. Парень напротив на секунду впал в ступор, переводя взгляд то на пирог, то на воинственного брюнета, готового к бою.— Прошу прощения, но я его первым взял. Так что оставлю себе Лицо незнакомца тронула легкая, наглая усмешка. Он явно оправился от шока и теперь бесстыдно осматривал Арсения с ног до головы. Какая наглость!— И что? Абсолютно не аргумент. Я сейчас до жути злой и голодный, так что лучше не выводи меня из себя Арсений попытался оскалиться, но вместо злобного рыка получилось лишь недовольное, кошачье урчание. Чертова природа. Эффектности это, разумеется, не прибавило.— И что же случится? Киса покажет мне свои лапки? — в голосе незнакомца слышалась издевка, смешанная с явным флиртом.Арсений решил изучить оппонента и, наконец, поднял глаза. Он встретился взглядом с такими же, как у него самого, небесно-голубыми глазами. Парень оказался чертовски сексуальным. Будь Арсений поэтом, он бы сказал, что незнакомец похож на божество, будто сам Зевс предстал перед ним во всей красе. Зевс же красивый? Он сам себе задал вопрос, ведь никогда его не видел, но решил, что да — не зря же он самый главный Бог. Это сравнение так завело, что захотелось отдаться ему прямо тут, посреди магазина. Губы от волнения пересохли, и их пришлось нервно облизать — этот жест не остался незамеченным блондином. — Нет, киса покажет свои зубы и когти, — усмехнулся Арсений, наблюдая, как нервно сглатывает блондин от двусмысленной фразы. Ему нравилась его реакция.— В таком случае, я просто обязан сделать всё, лишь бы такой красавчик принял мои извинения. Как насчет чашки кофе, малыш? — Хотелось продолжить язвить, избавляясь хоть от эмоционального напряжения, раз от сексуального не получалось никак. Но тут он почувствовал его. Среди смешанных запахов он уловил аромат свежего, тягучего кофе, смешанный с чем-то неуловимо металлическим. Запах был настолько сильным и поразительным, что Арсений словно выпал из реальности. Свой запах. — Было бы неплохо. Я как раз ужасно голоден, как ты помнишь. А этим... поделишься? — кивнул он на грибной тарт в руке незнакомца.— Ну разумеется. Я Егор, — представился блондин и протянул руку. — Арсений. Приятно познакомиться, — произнес брюнет, и его улыбка была больше похожа на хищный, соблазнительный оскал. В предвкушении он облизнулся, не скрывая своих намерений.Где-то на задворках сознания его внутренний голос — та самая, циничная "сучка" — ликовал: Похоже, сегодня его наконец-то выебут.Но поспешные выводы делать было, конечно, рановато. Все могло обернуться не так сказочно; в конце концов, они находились в кофейне спального района Москвы, а не на пляжах Бали.Однако одно Арсений знал абсолютно точно. С этим парнем он был готов на что угодно. Он никогда еще не встречал такого запаха — этого манящего микса кофе и стали, который обещал силу, безопасность и полное, желанное забвение от гнетущего одиночества.

***

Они сидели за самым дальним, самым уютным столиком «Горбушки», и время для них словно потеряло всякий смысл. Разговор лился легко и непринужденно; у Арсения было стойкое ощущение, что он знает этого блондина целую вечность, хотя прошло от силы полчаса.Егор оказался начинающим певцом, который не так давно перебрался в Москву. Арсений — начинающим актером, сбежавшим из родного Питера. Общего нашлось поразительно много: Егор, так же как и Арс, демонстративно негативно относился к татуировкам. Оба вели здоровый образ жизни.А еще у Егора дома жил кот по имени Граф. Это совпадение поразило Арсения до глубины души — «Граф» было его собственным старым школьным прозвищем, которое приклеил к нему лучший друг Эд. Егор был не просто симпатичным, но и невероятно умным, начитанным. С ним точно не будет скучно. Все эти идеальные совпадения, помноженные на дурманящий аромат кофе и стали, создавали ощущение, что он наконец-то вытянул счастливый билет.Арсений уже давно, отбросив весь свой сарказм и стеснение, смотрел на него влюбленными глазами и открыто флиртовал. И что такого? Сам Егор был явно не против, напротив, всеми возможными способами давал понять, что симпатия взаимна. К тому же, очередная течка была уже на носу, а терпеть он не собирался. Давно пора брать дело в свои руки и переходить в наступление. — Ну же, Арсений, открой рот и попробуй чизкейк. Я же вижу как тебе хочется. — Арсений двусмысленно щурится и открывает свой рот неприлично широко. Медленно высовывает язык и ненавязчиво проводит им по верхней губе, а после заглатывает вилку с десертом как можно скорее. Когда сладость оказывается во рту, он довольно стонет и как бы случайно облизывает пальцы Егора. — Мой Бог, Арс, ты сводишь меня с ума. Такой ты сука обворожительный. А твой запах это что-то с чем-то. — В доказательство своих слов Егор подвинулся ближе и открыто, почти демонстративно вдохнул аромат озона и грозы, исходящий от Арсения. Атмосфера за столиком накалилась до предела. Сцена настолько возбуждающая, что член до боли натягивает брюки, в которых становится необычайно тесно. Но Арсений не был доступной игрушкой. Напротив, он ценил себя очень высоко и обладал запредельно высокой самооценкой. Он чуть отстранился, сохраняя интригу.. Но прямо сейчас хотелось поддаться этому всепоглощающему, первобытному инстинкту, который кричал о том, что этот альфа перед ним — тот самый и его нужно брать здесь и сейчас. Мысли-то читать никто не умеет, верно? Плевать было на то, что они находятся в людном месте, плевать, что они знакомы всего пару часов. Судьба же, черт возьми, как-никак. А для судьбы, как говорится, нет преград. - И какой он, мой запах? — поинтересовался Арсений, его голос стал ниже, бархатнее.Он провел рукой по шее блондина — нежно и бережно, спускаясь все ниже и ниже по линии ключиц. Егор смотрел на него странно, словно сомневался в чем-то, но потом что-то кивнул себе под нос и перехватил инициативу. Он подался вперед, притягивая Арсения ближе, их лица оказались всего в паре дюймов друг от друга, а напряжение между ними можно было резать ножом. Одурманенные друг другом , Егор позволяет Арсению спуститься под стол. Нет, правильней будет сказать заставляет опуститься перед ним на колени. Пока Арс занимался... инициативой и растягивал ширинку брюк, он не собирался разрывать зрительного контакта с Егором. Он знал, что сейчас выглядит чертовски ахуенно и умело пользовался этим. Этого парня хотелось впечатлить и привязать к себе как можно скорее, любыми способами.И дело было не только во внешности — Егор, безусловно, был прекрасен — но весь фокус был в запахе. Этот аромат кофе и стали сводил с ума, опьяняя Арсения, который постепенно переставал трезво соображать. Теперь он словно находился во власти этого манящего феромонного шлейфа. Предчувствие течки, которая должна была вот-вот наступить, только усиливало это иррациональное влечение. — Ты пахнешь мятой и лаймом, — прошептал Егор, подавшись вперед. — Он кажется кислым и терпким, но стоит распробовать, как послевкусие становится очень сладким. Ты как будто взрывной коктейль из сексуальности и опасности, Арс. И прямо сейчас я хочу трахнуть тебя в рот. - Под конец своей речи Егор хватает Арсения за подбородок, вынуждая смотреть в глаза. Его большой палец нежно гладит губы. Их зрительный контакт длился всего пару секунд, но казался вечностью. Арс хотел увидеть в этих глазах такую же нежность, как и в его небрежных движениях, но заметил только чистую, животную страсть. Что же, учитывая атмосферу и в каком он сейчас находится положении, это и не удивительно. Альфа открыто доминировал над омегой, его феромоны давили, требуя подчинения. В чувство приводит резкий рывок руки, которым Арса схватили за волосы и прижали к чужому паху щекой. Черт, это было бы пиздец как эротично, если бы Арсений не был так возмущен темпом. Его торопили, а он не любил спешки. Пауза затянулась. Положение, в котором они оказались, становилось невыносимым, накаляя атмосферу до предела. Арсений решил взять инициативу в свои руки. Он был намерен показать Егору, на что способен, и дать понять, что в этой игре последнее слово всегда останется за ним. Нужно начинать своё любимое шоу под названием минет. Егору повезло очутиться здесь и сейчас в умелых руках Арса. — Да вот так, послушный мальчик Арсений, насаживайся своим ртом на мой член. — Егор использует приём кнута и пряника, говоря очень нежные и сексуальные вещи, при этом втрахивая Арсения в его нежный рот очень грубо. У Попова невольно скатывается слезинка, но дело было совсем не в габаритах. Тут брюнет успел оценить и немного разочароваться от члена Егора, ведь тот оказался абсолютно обычным, нормальным. А сам Попов предпочитал члены большие, можно сказать огромные. Особенно если они оказывались в его пятой точке. Но обладателей таких размеров можно было встретить, дайте ка подумать, почти никогда. Так что тут дело было в том как блондин вёл себя:он был слишком громок и неосторожен, грубо хватал и до боли сжимал его волосы Егор совершенно не заботился о том, что в кафе, в конце концов, сидели другие посетители, и их могли обнаружить в любой момент. Эта беспечность и риск мгновенно разрушили всю романтику и эротичность момента словно холодный душ, и мгновенно привело Арсения в чувство. Не дождавшись, пока Егор кончит, Попов нагло отрывает свой рот от этого сладкого члена и кряхтя от затекших ног, выбирается из-под стола, поправляя помятую одежду. Вид его конечно оставляет желать лучшего. Весь лохматый, с чуть опухшими губами и влажными глазами, он плюхнулся обратно на свое место. Сделав вид, что ничего из ряда вон выходящего не произошло, Арсений как ни в чем не бывало потянулся за своим недопитым ранее кофе. — Обожаю кофе, но терпеть не могу рыбу. - Егор моргнул, ошарашенно глядя на омегу напротив. — Арс, ты это сейчас вообще к чему? — Да так, маленький, абсолютно бесполезный факт о себе, — невинно отозвался Арсений. Он успел привести себя в относительный порядок и теперь сидел с самым невозмутимым лицом, попивая кофе теми самыми губами, которые пару минут назад подписали Егору приговор и жестоко обломали всю "разрядку".— Так какого черта это сейчас было? Тебе что-то не понравилось, дорогой? — блондин старался сохранить спокойствие, но в его голосе сквозило чистое, незамутненное недоумение. Он явно еле сдерживался, чтобы не повалить этого непослушного брюнета и жестко выебать за его строптивость. Арсений, видя, какой эффект произвел, довольно ухмыльнулся и буквально упивался этим чувством контроля и внезапно обретенной власти. — К сожалению, ваша пробная версия кончилась. Если хотите приобрести полную и довести дело до конца, предлагаю поехать ко мне, — невозмутимо проговорил Арсений, кивая в сторону соседнего столика. — Тут слишком людно. Егор проследил за его взглядом и наткнулся на семейную пару с детьми. Родители смотрели на них с неприкрытой брезгливостью и осуждением. Типа эй, тут наши дети вообще-то, а вы тут секс шоу устраиваете. Валите, извращенцы. Именно это в их глазах и прочел Егор. Чёрт, ситуация вышла казусная. Этот брюнет своей вызывающей и блядской харизмой настолько ошеломил Егора, что поначалу хотелось прижать его к ближайшему столбу, ни о чем не думая. Но принюхавшись и поняв, что перед ним омега, ему пришлось спешно менять стратегию. Он был готов подстроиться как угодно, лишь бы не упустить этого горячего красавчика. Хотя тот и сам был не против, раз полез сразу же сосать под стол. Егор бы и рад продолжению, запихнуть этого строптивого брюнета в такси, а после затащить в свою спальню и долго долго трахать. Наслаждаясь им целиком и полностью, растягивая себе удовольствие. Была, впрочем, одна проблема. Небольшая, как шило в заднице. Вернее, огромная, под два метра ростом, которая ждала его дома, в спальне. Дома Егора ждал парень, и Арсению об этом знать было совершенно не обязательно. Сейчас главное было что-то придумать, и как можно скорее. Ведь его напряжение видно теперь, кажется, даже на Луне. — Видимо, эксперимент тебе не понравился? Что оказалось так ужасно плохо для первого свидания сосать под столом? — Егор переходит в ответное наступление, пытаясь вернуть себе контроль.Что же, похвально. Но на Арсения такое не сработает. Его смутить — это все равно что голыми руками лед колоть; нужно очень, очень хорошо постараться.— Нет, все отлично, — невозмутимо парирует Арсений. — Так что: к тебе или ко мне? «Прямолинейность — второе имя Попова», — подумал Егор, глядя на невозмутимое лицо омеги. Он удивился, как легко и быстро тот перешел от конфликта за пирог к конкретным предложениям. С этим парнем можно было ожидать чего угодно, и это интриговало, задевая его охотничьи инстинкты. Теперь добиться его нужно было обязательно. Это станет еще одной победой, которая поднимет его самооценку. А потом... потом он сможет вдоволь упиваться своим превосходством. Этого брюнету, разумеется, знать не обязательно. Пусть пока полетает немного в облаках, упиваясь чувством собственной значимости от внимания Егора Булаткина. — Давай к тебе. Диктуй адрес, я вызову нам такси, — Егор достал телефон, его движения были уверенными и отработанными. Он направился к кассе, не оглядываясь, точно зная, что Арсений последует за ним.

***

«Театр движения», — пронеслось в голове у Арсения. Он мысленно усмехнулся: отличное название он когда то придумал для своей студии танцев. Жаль, что сейчас его мысли занимали не творческие планы, а такси, которое Егор уже вызвал, и семейная пара, которая провожала их взглядами, полными осуждения.Они вышли из тепла кофейни на морозный воздух. Метель немного утихла, но снег все еще падал крупными хлопьями. Арсений поежился, запах озона вокруг него усилился от холода и адреналина. Рядом стоял Егор, абсолютно невозмутимый, уткнувшись в телефон в ожидании машины. От него все еще исходил этот сводящий с ума аромат кофе и стали, который притягивал Арса, как магнит. — Кабриолет, надеюсь? — саркастично бросил Арсений, ежась.Егор лишь хмыкнул в ответ, не поднимая головы.Через пару минут подъехал черный "Мерседес" бизнес-класса. Не такси, а личный автомобиль с водителем. Арсений вопросительно выгнул бровь — похоже, Егор был не так прост, как казалось. Блондин открыл дверь перед омегой, пропуская его внутрь.В салоне было тепло и пахло дорогой кожей. Егор назвал водителю адрес Арсения. Тот кивнул и плавно тронулся с места. — Квартира своя? — непринужденно поинтересовался Егор, устраиваясь рядом. — Моя, — подтвердил Арсений. — А то я смотрю, ты парень не из простых, раз на таком "такси" катаешься.— Есть немного, — Егор улыбнулся, но в глазах его мелькнуло что-то неуловимое. Он не знал, что делать с ситуацией, которая ждала его дома. Нужно было выиграть время.Арсений отвернулся к окну, наблюдая за проплывающими мимо огнями Москвы. Он чувствовал себя одновременно возбужденным и настороженным. Все шло слишком гладко. Его омежья интуиция, несмотря на опьянение запахом, шептала, что здесь что-то не так. Егор казался идеальным: умный, начитанный, красивый с собственным котом Графом. Слишком идеально. Впрочем, Арсений решил отложить сомнения на потом. Сейчас он хотел лишь одного — получить то, за чем они и ехали. Он понятия не имел, что в спальне Егора его ждет совершенно другой человек. "Театр движения" сегодня закрыт, но история только начинается. Бедная кровать Арса совсем близко к тому, чтобы послать всех и всё к черту и разломаться к чертям собачьим. Двое парней, как только переступали порог однушки Арсения, моментально приступили к оральным ласкам, не разбираясь в пространстве. Завалились сразу же на кровать и начали трахаться. Громко, страстно, с привкусом спешки и чужих феромонов, но не особо долго. Всё закончилось слишком быстро, оставив у Арсения ощущение скомканности и легкого разочарования. Стояк Егора сказал всем Пока после первой же разрядки. Разочаровался ли Арсений? Само собой. После годовалого перерыва он ожидал совсем другого. Он хотел отдаться моменту, почувствовать связь с человеком, чье присутствие свело его с ума. Насладиться членом в конце концов. А на деле что? Скомканно, быстро, с ощущением спешки и чужой нервозности. Он поспособствовал чьему-то удовлетворению, не распробовав удовольствия в полной мере сам.Да уж, ситуация на вау, но не в том смысле, в котором ему бы хотелось. Теперь, когда адреналин схлынул, Арсений лежал под прохладными шелковыми простынями и чувствовал себя странно. Он пытался проанализировать произошедшее. Вроде бы все прошло отлично, сам секс на самом-то деле был что надо. Но что-то изменилось. Запах Егора, который в кофейне свел его с ума, теперь казался обычным, даже пресным. Он пах, как обычный чай — без изысков и ароматизаторов. Куда делись манящие нотки кофе и стали? «Блокаторы», — шептал внутренний голос. «Тут что-то не так», — вторило ему седьмое чувство. Ситуация казалась неправильной, но Арсений предпочел заткнуть этот голос разума. Он не хотел думать, хотел просто насладиться моментом, особенно когда услышал прекрасный, хриплый отголосок ангельского голоса Егора. — Малыш, да ты, оказывается, просто бомба замедленного действия! — проговорил Егор, поворачиваясь к Арсению лицом. Его тонкие, красивые пальцы начали ласково перебирать прядях волос на голове брюнета.— Я смотрю, ты прям гуру комплиментов, — саркастично, но с легкой улыбкой ответил Арсений, прикрывая глаза. — На самом деле, только с тобой, — Егор мягко усмехнулся, проводя кончиками пальцев по скуле Арсения. — Скажи честно, ты сбежал из девятнадцатого века? Арсений театрально приложил ладонь к груди и решил подыграть, расплываясь в нежной, обворожительной улыбке. Может, все не так уж и плохо, раз он так непринужденно флиртует. — Ого! С чего такие выводы изволили сделать, сударь, о моей скромной персоне?— Серьезно, Арс, — Егор чуть нахмурился, словно пытаясь разгадать загадку. — Кто использует такие слова в наше время? Кто вообще спит на шелке? Это же... непрактично. — А-а, в этом все дело? — Арсений наигранно вздохнул, его глаза лукаво заблестели. — Тогда считай, что это мой маленький, абсолютно нерациональный фетиш.— О, даже так, — глаза Егора заблестели от искреннего любопытства. — Хотелось бы послушать и об остальных, если таковые имеются. Они оба приподнялись на локтях и продолжали разговор абсолютно серьезным тоном, сохраняя невозмутимые лица. Эта игра в абсурд казалась Арсению до невозможности соблазнительной. Но стоило легкой улыбке тронуть губы омеги, как и Егор тут же "потерял лицо", взрываясь приступом искреннего смеха. Их голоса слились воедино, и этот дуэт показался Арсению даже притягательнее, чем их недавние стоны.— Хорошо, — Егор выровнял дыхание, его глаза сияли. — Расскажи что-нибудь о себе. Разумеется, помимо того, что ты ненавидишь рыбу и классно... ну, ты понял .— Это, между прочим, были самые важные факты, — мило улыбнулся омега, демонстрируя все свое обаяние, и продолжил диалог. — На самом деле, я актер.Он тут же поймал легкое непонимание на лице альфы и поправился: — Вернее будет сказать, начинающий. Я сейчас как раз на последнем курсе в Академии актерского мастерства. Планирую в будущем построить себе... ну, оченьграндиозную актерскую карьеру. Так что заранее предупреждаю: запрещаю продавать свои снимки в прессу. — Ого, не знал, что такому сейчас у нас учат! — усмехнулся блондин и игриво ущипнул Арсения за бок, чувствуя его подтянутую кожу.— Научиться можно многому. Можно потратить на это даже всю жизнь. Но я, — Арсений сделал паузу, — я собираюсь потратить на это чуть меньше времени. А так, я со своим другом сейчас собираем команду в «Театр движения» — это моя студия танцев, я планирую расширяться и мне нужны новые таланты. Так что, если будет свободное время, можешь прийти посмотреть, оценить. Только учти, негативные комментарии не принимаются. Я предупредил.— О, да! — растянул Егор слова в приступе смеха. — Предупрежден — значит вооружен. — Ой, да ну тебя! — насупился Арсений, мгновенно переходя в шутливое наступление. Он вытащил из-под себя подушку и принялся игриво, но настойчиво прижимать ее к лицу Егора.— Ладно, хорошо, сдаюсь! — Егор деланно закашлялся и поднял руки в примирительном жесте, улыбаясь. — Приду я к тебе в гости, в твой «Театр движения». Оценю своим независимым взглядом, а может даже трахну глазами . Ничего обещать не могу, но уверен, что ты невероятно талантлив на сцене, когда выражаешь себя через движения. Будет интересно на это посмотреть. Блондин довольно заулыбался, как сытый кот, которому только усов и хвоста не хватает для пущей убедительности. Его глаза блестели от удовольствия.— А сам-то поделишься фактами из своей биографии? — Арсений убрал подушку и придвинулся ближе, его глаза сияли любопытством, в них отражались искры. — Или предпочтешь остаться в моих глазах таинственным и сексуальным незнакомцем? Не то чтобы я, конечно, был против, но все-таки… — Без проблем. Слушай внимательно, — Егор подался ближе. — Егор Булаткин, двадцать лет. Родился и вырос в Пензе. Так себе факты, если честно, не Голливуд. Но раз уж ты сам спросил. Окончил Пензенский лицей современных технологий управления... — он сделал паузу, — с углубленным изучением английского языка. Так что, если интересует ролевуха с преподом и учеником, я открыт к переговорам, — блондин двусмысленно подмигнул, демонстрируя свою актерскую игру.Нежная улыбка тронула губы Арсения. — А из интересов… бля, — Егор на мгновение замялся, его лицо стало серьезным. — Хочу стать музыкантом. Думаю, у меня это получится. Я все детство этому посвятил. И вот, готовлюсь к написанию своего первого альбома. Только вот над псевдонимом стоит поработать.— А что, с этим есть какие-то проблемы? — Арсений перекатился на живот, устраиваясь поудобнее, так как после их недавнего марафона лежать на спине было дискомфортно. — По мне, так «Егор Булаткин» звучит очень даже возбуждающе. — Конечно, конечно. Самое то для будущего артиста мирового уровня. Нет, мне нужно что-то стильное, что легко бы запоминалось. А не вызывало бы у публики ассоциацию с чуваком из Пензы, торгующим арбузами. Слушай, у меня тут пару идей есть… Егор начал что-то воодушевленно рассказывать, его глаза горели. Но что именно, Арсению так и не будет известно. Его начала одолевать сладкая истома, веки опустились, погружая Попова в глубокий сон. Он заснул под мелодичный голос Егора, впервые за долгое время не ощущая себя одиноким.А блондин, кажется, и вовсе этого не заметил, продолжая увлеченно рассказывать, словно впервые ему дали возможность излить душу. Эта хрупкая идиллия еще могла бы продолжаться, если бы резкий, настойчивый телефонный звонок все не испортил. Егор, поняв, что звонок адресован ему, тихо, стараясь не разбудить Арсения, двинулся на поиски источника звука. Телефон обнаружился в кармане брюк, небрежно брошенных возле кровати. Взглянув на дисплей, блондин недовольно сморщился, пробормотал что-то нечленораздельное и принял вызов. — Да? — произнес Егор максимально спокойным тоном, прищурив глаза, словно это могло защитить его от невидимого собеседника. — Хуя! — Раздалось грубое и недовольное восклицание. — Сука, ответь мне на вопрос. Какого черта ты шляешься ночью? Нахуй оно мне надо переживать тут. Я, что, какая нибудь наивная омежка, которая должна тебя ждать дома?  Возвращайся немедленно! — С той стороны трубки продолжались возмущенные реплики и маты лились рекой. Голос был полон раздражения, и Егор понимал, что звонивший очень зол. Впрочем, этого и следовало ожидать. — Да, дорогой. Прости, совсем потерял счет времени на работе. Ты же знаешь, — Егор волшебным образом трансформировался. Голос, который еще минуту назад был полон флирта и уверенности, теперь звучал неуверенно, заискивающе и срывающимся. — Скоро буду дома. Уже вызываю такси. Егор буквально физически съежился, чувствуя себя пойманным с поличным школьником. Ему было невыносимо тошно от самого себя, от этого унизительного оправдания.— Жду, — как всегда, сухо и безэмоционально ответил мужчина на том конце провода и сбросил вызов, не дожидаясь ответа.Егора прошиб холодный пот. Он тяжело выдохнул, пытаясь унять дрожь в руках, и начал быстро одеваться, стараясь при этом не издать ни звука, чтобы не разбудить Арсения. Вещи нашлись быстро — параноидальный страх быть застигнутым врасплох заставлял его действовать лихорадочно. Собрав весь свой скромный гардероб и надев на себя, блондин уже собирался было уйти, как невольно взглянул на спящего Арсения. Тот спал на шелковых простынях, выглядя беззащитным и спокойным. В его волосах запутались лучи ночного фонаря. Губы, опухшие от поцелуев, были приоткрыты, а на щеке красовалась нежная, почти детская улыбка. — Извини, конечно, сладкий. Это было очень классно, но мне пора. Трахаешься ты шикарно, но этого больше не повториться… — Тут Арс повернулся спиной, и Егору открылся вид на его аппетитную и сочную задницу, недавно траханную им же самим. Простынка под ним была все еще мокрая и влажная, что добавляла некого шарма данной картине. От воспоминаний об этом член вновь начал напрягаться и блондин прикусил губу. — Хотя я могу что нибудь придумать. Уверен, ты будешь просить меня трахнуть тебя еще и не раз. А я совершенно не умею отказывать, — весело, но с ноткой горечи закончил свою речь Егор. Он еще раз бросил взгляд на Арсения Попова, который спал и счастливо улыбался, погруженный в десятый сон. Егор грустно улыбнулся и тихо покинул квартиру.

***

Сон Арсения был странным и отрывочным. Сначала он увидел себя в своей студии «Театр движения». Зеркала были огромными, но вместо себя в них он видел лишь искаженные тени. Музыка играла громко, но вместо привычного ритма он слышал лишь оглушительный треск электричества.Он попытался танцевать, но движения не слушались. Его руки начали светиться голубым светом, а из пальцев вырывались крошечные молнии. Это было страшно, но в то же время невероятно завораживающе.Внезапно комната погрузилась в полную темноту. Музыка оборвалась. Появился запах — тот самый, манящий, дурманящий аромат свежего кофе и стали. Он был в разы сильнее, чем в кофейне, чистый и концентрированный.Из темноты вышел силуэт. Высокий, двухметровый, с широкими плечами. Арсений не видел лица, но знал — это был его альфа, его истинный. — Ты мой, — прозвучал глубокий, бархатный голос, который не был похож на голос Егора. Силуэт потянулся к нему, но в последний момент из тени вышел Егор, его лицо было искажено паникой. Он попытался схватить альфу за руку, но его рука прошла сквозь него, словно сквозь призрак.— Он не твой! — закричал Егор, его голос звучал тонко и отчаянно.Силуэт развернулся и ушел, а Егор остался стоять, прижимая руки к груди, откуда вырвался слабый, персиковый аромат омеги.Сон оборвался. Арсений резко распахнул глаза, тяжело дыша. В комнате было тихо, лишь за окном шумели машины. Было еще темно. Он лежал один под шелковыми простынями.Запаха кофе и стали больше не было. Только слабый, едва уловимый аромат чая и чужой альфы, который только что покинул его квартиру. Сначала все прошедшие события показались ему сном. Но как только он привстал и принял сидячее положение, боль в поясница и в пятой точке дала знать. Что, а нихуууя. Все это действительно было. И было наяву. Даже самая богатая и извращенная фантазия Арсения не смогла бы столь реалистично и красочно вообразить произошедшее. Физические следы прошлой ночи были тому прямым доказательством. Презерватив был на том же месте где его использованным и оставили. Да и шея была вся в мелкий укусах и багровый засосах. Снова. Это случилось снова. Стоило омеге хоть на минуту кому-то довериться, как разыгрывался один и тот же сценарий: его трахнули и оставляли одного. Эта мысль кольнула сердце, но Арсений тут же загнал ее поглубже.Тяжело вздохнув и нацепив на себя маску вселенского пофигизма, Арсений поплелся заваривать себе кофе. Нужно было хоть что-то, способное поднять ему настроение в этот, очевидно, ужасный день. Не заботясь об одежде — а собственно, кого ему стесняться, раз он совершенно один? — брюнет направился на кухню.Кухня встретила его безжалостными лучами солнца; это была единственная комната без штор. Свет бил прямо в глаза, ослепляя. Пришлось зажмуриваться и двигаться буквально на ощупь, по памяти. Миссия была успешно выполнена после того, как Попов еле как дотянулся до верхней полки с кофе и поставил воду греться в чайник.Оставалось за малым — достать молоко из холодильника. Его мозг, еще сонный и не до конца пришедший в себя, сначала не обратил внимания на новую деталь. Но как только дверца закрылась и взгляд Арсения сфокусировался на ней, пакет молока безжалостно выскользнул из рук и шлепнулся на пол.На дверке холодильника висела не что иное, как записка.

— С добрым утром, красавчик! К сожалению, не смог остаться на ночь. Дела. Вот тебе мой номер телефона. Звони, если захочешь повторить. Твой Е.

Арсений в шоке уставился на записку. Что это вообще такое? Записка с номером? Он что, шлюха по вызову? Он, Арсений Попов, владелец «Театра движения», с которым только что обращались как с дешевкой?Нет. Нет. Нет.Он снова взглянул на записку.«Твой Е.»Эти буквы, написанные небрежным, но красивым почерком, казалось, насмехались над ним. От злости и обиды его начало трясти. Арсений со всей силы скомкал бумажку и швырнул ее в мусорное ведро. Молоко, разлитое по полу, уже не казалось главной проблемой.

***

Позже, немного успокоившись, Арсений все же почувствовал облегчение от того, что Егор оставил свой номер. Он искренне собирался им воспользоваться, но что-то постоянно отвлекало и мешало. То сроки в студии «Театр движения» горели — приходилось сидеть всю ночь за отчетностью и планами. То репетиции в театральной академии слишком изматывали, выжимая все соки, и, приходя домой, он еле доползал до кровати, мгновенно вырубаясь.Проще говоря, ему, как назло, катастрофически не хватало времени. И чем быстрее бежали дни, тем отчетливее брюнет понимал, что теряет свой шанс — ту самую ниточку, связывающую его с дурманящим ароматом кофе и стали.Но даже сейчас, вместо того чтобы набрать давно уже выученный до дыр номер, он сидел на холодных ступеньках у входа в театр и выслушивал очередной "очень важный" рассказ своего лучшего друга Эда.— Братанчик, ты представляешь, что выкинул этот типуля? — Эд яростно жестикулировал, его лицо выражало крайнее возмущение. — Говорит, бабосики будут только на днях, и нужно трохи подождать. Я что, по твоему, на лоха похож? Ну я и ровно так все порешал. Наступила минутная пауза. Выграновский неторопливо затянулся сигаретой и выпустил легкие клубы дыма немного в сторону от Арсения. Брюнет закатил глаза с наигранным недовольством и принялся шутливо отмахиваться от дыма. — Эд, я сколько раз просил? Не дыми на меня. Я же сейчас весь провоняюсь, — с улыбкой упрекнул он друга.— Да ладно тебе, Арс. Не кипятись как чайник на плите. — Эд ухмыльнулся, но тут же посерьезнел. — Чего ты нервный какой-то в последнее время? Все в порядке? Может, помочь чем-то? Ох, да за что омеге такое счастье иметь такого друга? Но Эду было простительно. Он оставался лучшим другом Попова еще со школьных времен. Они даже встречались какое-то время — ну а что, молодость, эксперименты. Хотя запахи друг друга никогда и не выделяли на фоне остальных — пахли они друг для друга совершенно обычно.Позже оказалось, что дружить у них выходило лучше, чем встречаться, и потому они друзьями и остались. Альфа и омега — вот, конечно, дружба. Особенно тяжело приходилось Арсению во время течек. Приходилось мало того, что запираться в квартире от общества, так еще и соблюдать дистанцию с лучшим другом, ведь природа брала свое, делая их чужими в эти моменты. К счастью, в жизни Арсения появился Сергей, с которым он познакомился в начале своей работы в театре. Обладатель невысокого роста и странной, но, по его нескромному мнению, фирменной прически, Сергей был бетой. Они быстро нашли общий язык и теперь часто работали в паре.Именно Сергей выручал Арсения в те тяжелые дни течек, просто находясь рядом и оказывая поддержку — как эмоциональную, так и физическую. Он мог принести лекарств, приготовить еды, и при этом терпеливо выслушать все жалобы Попова на несправедливости жизни. Золото, а не друг, другими словами. — Ага, не надо мне тут ничего решать, — проворчал Арсений, прекращая размахивать руками. — Знаю я твою помощь. Спасибо, обойдусь. Сам что-нибудь придумаю. Что делать с Егором. Он уныло вертел в руках телефон, на дисплее которого светился выученный наизусть номер.— Так ты из-за своего этого хахаля так паришься? — Эд закашлялся, пытаясь избавиться от послевкусия сигареты. — Расслабься, Арс. Все будет в лучшем виде. Не он первый мужчина в твоей жизни, не он и последний. — Как ни в чем не бывало, — говорит Эд, словно его проблемы — пустяк, не стоящий внимания. Ну да, чего ему грузиться? У самого ведь их куча. — Не, братан, что-то с тобой все равно не так. Только не пойму что, — Эд выдыхает новую порцию едкого дыма в сторону Арсения, отчего тот недовольно закатывает глаза и начинает агрессивно размахивать руками.— Эд, я сколько раз просил? Не дыми на меня, — возмущается Арсений, — сейчас весь провоняюсь этой дрянью. Эд лишь усмехается и начинает обходить Арсения, рассматривая его со всех сторон.— Да угомонись ты наконец! — вскипает Арс, хватает Эда за плечо, слегка встряхивая. — Че глаза мусолишь-то? Ходит, рассматривает тут… Шерлок. — Ладно, ладно. Странный ты сегодня какой-то, Сеня, — специально выделяет последнее слово Эд. Он прекрасно знает, как Арсений ненавидит это сокращение. Кулаки омеги невольно сжимаются.Эд с усмешкой тушит сигарету о лавочку, берет с пола свою гитару и разворачивается, чтобы уйти.— Я пошел на студию. Сегодня будем писать новый трек. Назову его «Рукалицо», в твою честь, Сеня, — все так же не оборачиваясь в сторону Арса, говорит Эд и под веселый хохот скрывается за ближайшим поворотом.— Вот чертов ублюдок! — прокричал ему вслед Арсений. Гнев с уходом и шуткой друга немного отступил. Теперь, когда он собрался с мыслями и с духом, оставалось только набрать один чертов номер — и тогда день точно, считай, удался. — Никогда бы не подумал, что скажу это, но Боже, — Арсений говорил сам с собой, при этом в лучших традициях мелодрам, с мольбой смотря в пасмурное небо, — если Егор действительно моя судьба и нам с ним еще суждено встретиться… то дай мне какой-нибудь знак… Эй! Такой важный монолог, от которого, возможно, зависело его будущее, был бесцеремонно прерван. А именно — на всей скорости в него врезался некто. Вернее будет сказать, мужчина, почти два метра ростом. Ого, какой высокий. Он, как и Арсений, видимо, не замечал ничего вокруг себя. Это было понятно по тому, как тот на повышенных тонах говорил что-то в трубку. И что в него все врезаются? Он что, где-то приобрел себе магнит неудач, о котором ничего не знает? Бред! — Хей, блондиночка. Не смей такое говорить. И вообще, хватит портить мне настроение. Я вон из-за тебя, истерички, чуть человека не сшиб с ног. Давай потом наберу. Мужчина, почти двухметрового роста, закончил разговор и наконец опустил телефон. Арсений, которого только что чуть не сбили, смотрел на эту сцену с абсолютным равнодушием. Ну, врезался он в него, и что? Мало ли такое бывает. Их первая встреча с Егором тоже произошла только благодаря подобному событию.«Мог бы уже идти своей дорогой», — пронеслось в голове у Арсения. Он был занят важными вещами: разговаривал со Всевышним. Ну, или сам с собой. Тут уж как посмотреть.Ноги, затекшие от сидения на ступеньках, требовали движения. Арсений попытался встать, но его вдруг пронзила паника. Он вспомнил сон: силуэт, чужой голос... Черт, он что, сходит с ума? Записка Егора — это просто записка, не начало трагедии в пяти актах. — С вами все в порядке? — спросил высокий незнакомец, наконец обратив на него внимание.Арсений вздрогнул. Голос был глубоким, но совсем не таким, как в его сне. Он тут же нацепил свою маску «сучки».— Абсолютно, — фыркнул он, поправляя воротник. — Я в полном порядке. А вот вам, судя по всему, срочно требуется курс успокоительного. И манеры. Я тут, между прочим, драму разыгрываю, а вы ее прерываете своим бестолковым телефонным разговором. Незнакомец удивленно моргнул.«Отлично, Арсений, пять баллов. Вот так и отпугивай потенциальных кавалеров», — пронеслось в его голове, но он уже не мог остановиться.— И что вы так уставились? Шерлок, блин, нашелся еще один. Мне лупы еще не хватало для полного счастья, — добавил он, стряхивая с брюк несуществующую пыль. Он почувствовал легкое раздражение от того, что его ритуал — выравнивание поверхности брюк — был нарушен.Высокий мужчина, кажется, был искренне озадачен, но в его глазах, тем не менее, мелькнуло живое веселье. — Ох уж эти омеги, — пробормотал он, то ли Арсению, то ли себе под нос. — И минуты спокойной от них нету. Угораздило же влюбиться в такую истеричку .Арсений слегка покраснел, но тут же взял себя в руки. Странный тип, но чертовски симпатичный, чего уж скрывать. Кудрявый шатен с пронзительными зелеными глазами.— Извиняюсь, — наконец произнес незнакомец, явно решив сменить тему. — Не подскажете, где тут супермаркет? Ну, хоть извинился, и на том спасибо. Мда, вызывал этот человек в основном противоречивые чувства.— Да, прямо налево и через пятьсот метров уткнетесь в него, — кратко объяснил Арсений и шмыгнул носом. Ей-богу, похоже, Эд настолько его провонял сигаретами, что у него заложило нос.— Спасибо, — кратко кивнул незнакомец и, как по отработанному ритуалу, потянулся в карман.Угадайте зачем? За сигаретой же, конечно. Арсений закатил глаза: это что, такая привычка у всех альф — убивать свой организм ядом? — Будешь? А то грустный какой-то, — констатировал кудрявый и протянул сигарету омеге.Арсений немного залип на бледную руку и провел за этим занятием еще пару секунд. Не то чтобы рука была какой-то необычной. Скорее, самой обычной. Но под рукавом кофты на ней выступали тонкие синие вены. А вены на мужских руках — это была слабость Арсения, его маленький, нелепый фетиш. Он терпеть не мог курить, но неизвестно откуда взявшееся жгучее желание прикоснуться к незнакомцу, почувствовать его тепло, вынудило его взять сигарету.Их руки соприкоснулись всего на мгновение. Этот мимолетный контакт, казалось, пропустил через тело слабый электрический разряд — тот самый, как в его сне. По телу прошла дрожь.Парень отстранился первым от Арсения. Поправил рукава своей мятой кофты и одарил омегу томным взглядом, что пришлось даже сглотнуть. Попов уже хотел что-то ляпнуть, завести диалог, но высокий отвернулся и, закрыв пачку, не оглядываясь, направился своей дорогой.Арсений провожал его взглядом, пока двухметровая фигура окончательно не превратилась в далекое размытое пятно на горизонте. Нет, все-таки он был невероятно странным. Да и Арсений тоже хорош? Зачем вообще нужно было брать у него сигарету? Покрутив ее в руке пару секунд, разозлившись на самого себя и свою минутную слабость, он с хрустом сломал эту дрянь пополам. Не будет омега себя травить этой гадостью.Он подумал, что Егор, в отличие от этих альф, отличался. У него такой привычки вредной нет. Да и он сам поступил благородно, оставив свой номер телефона. И нужно было уже воспользоваться этим шансом. В конце концов, что он теряет, кроме своего одиночества? Если подумать, то этот номер, как и сама записка, и был тот самый знак еще с самого начала. Нужно срочно звонить!

***

И вовсе не стоило так волноваться, оказывается. Егор с удовольствием принял предложение продолжить общение и, как оказалось, всю неделю только этого и ждал. Брюнет запал ему в душу. На вопрос, почему не действовал первым, ведь он все-таки альфа, Егор ответил, что должен был убедиться, что этого действительно хотел Арсений, — он же джентльмен! Ну и, конечно же, у него просто не было номера Арса. В итоге, согласовав графики (что было непросто из-за студии Арсения), они договорились, что Егор вечером за ним заедет.И сейчас, попивая красное вино и наслаждаясь мелодичной, ненавязчивой музыкой в дорогом ресторане с приглушенным светом, Арсений чувствовал себя умиротворенно в компании Егора. Как будто все тревоги, панические мысли и ипохондрия волшебным образом улетучились из его головы. На этот вечер он позволил себе расслабиться.— Ты такой красивый, когда о чем-то думаешь, — удовлетворенно заметил Егор, его глаза блестели в полумраке. Он попивал крепкий виски из бокала со льдом и даже не морщился от крепости напитка. Что есть, того не отнять — выдержки ему было не занимать. Арсений с кропотливостью отнесся к выбору одежды на сегодняшний вечер и выглядел, как говорят в его студии, на все сто. Идеально скроенный пиджак сидел как влитой. Даже очки очень гармонично смотрелись на его пропорциональном лице, украшая и без того яркие глаза. Он был воплощением эстетики и контроля.— Взаимно, — смакуя послевкусие вина, ответил омега, чуть склонив голову. Он чувствовал себя умиротворенно, но режим паники никогда не отключался полностью. — Кстати, сегодня в театре мельком упоминали о том, что люди после получения своих сил стали выходить из-под контроля и нападать на обычных людей. Слышал о таком? Он перевел разговор на более серьезную тему. Это была его фирменная защитная реакция: когда чувствуешь, что ситуация становится слишком интимной и может выйти из-под контроля — включаешь режим «серьезные новости». Егор, казалось, ничуть не смутился резкой смене темы. Он поставил свой бокал с виски на стол.— Слышал, — кивнул он спокойно. — А ты что, боишься, что я тут вдруг начну генерировать громкие звуки и снесу к чертям этот ресторан? Не переживай, я все контролирую. — Да. После того, как некоторые обрели своих истинных, их дар проснулся и, кажется, упиваясь своим превосходством, они начали сходить с ума. Уже много пострадавших. Мой начальник, Тимур Ильдарович, к сожалению, вошел в их число, — мрачно закончил блондин. Взгляд Егора изменился, стал отстраненным, словно они перешли на больную тему. Возможно, так и было. Внутренний голос подсказывал Арсению, что лучше свернуть эту тему и не портить свидание, перейти на что-то более нейтральное. Но природное любопытство упрямо просило продолжать. Он был как тот кот, которому интересно, что за дверью.— Я сочувствую. А что случилось? — он тут же добавил, стараясь смягчить напор: — Не пойми меня неправильно. Если не хочешь, можешь не рассказывать. Просто когда тема заходит о соулмейтах и силах, я не могу остановиться. Арсений накрыл ладонью руку Егора и подарил тому одну из своих успокаивающих улыбок. От этих действий взгляд блондина немного смягчился, и он на несколько секунд завис. Как будто бы размышляя, можно ли этому омеге доверять. — Все в порядке, Арсений. Мне самому эта тема интересна. Я тебя прекрасно понимаю, — Егор накрыл ладонь Арсения своей, его тонкие пальцы прошлись по тыльной стороне руки. — Ну как тебе сказать... Я не вправе кого-то осуждать, но тем не менее. Он сделал глоток виски. Взгляд его был задумчивым и немного печальным.— Тимати повезло. Он встретил своего соулмейта довольно давно. С Аленой они долго были вместе, он даже сделал ей предложение, и она подарила ему дочь. Замечательно ведь, не правда ли? Встретить свою родственную душу и создать семью — это то, о чем я порой мечтаю. У него правда было все: успешная карьера, жена-красавица, дочь-умница. Про его дар я вообще молчу. Он мог частично превращаться в оборотня... — Серьезно? Анимализм — это действительно крутая способность по сравнению с остальными! — Арсений оживился, его глаза заблестели. — У меня есть знакомый в театре, который после встречи со своим Истинным смог говорить задом наперед. Причем сам того не замечая. Представляешь? Идет такой по коридору и вещает: «...ьтыварз, олоМ»! Такая глупая способность. Facepalm, да и только. Порой думаю, что лучше и вовсе своего истинного не встречать, а то мало ли чем это обернётся в итоге. Перспектива найти идеального для себя человека, конечно, манит. Но не до такой же степени, чтобы потом ощущать себя дураком и думать о том, какой абсурд ты получил, а не дар вместе с этим в придачу.Егор внимательно выслушал его, искоса поглядывая на бледные руки Арсения, где четко проступали вены.— И что, — Егор поднял бровь, — твой друг в итоге расстался из-за этого со своим избранником? Потому что получил такой... чудаковатый дар? — А знаешь, нет. Напротив, Леша очень даже счастлив, несмотря на такую странность, которая заметно испортила ему жизнь. Они с Нурланом очень счастливы и до сих пор вместе. Егор внимательно посмотрел на него. В ресторане было тихо, лишь легкий джаз и редкий звон бокалов. Но теперь в этой тишине начало расти напряжение. — Значит, им просто повезло, и их любовь оказалась сильнее этого. Молодцы ребята. Но ситуация с Тимати заметно отличается, — голос Егора стал ниже. — В какой-то момент мой начальник решил, что ему всего этого мало. И, не поверишь, начал ходить налево, изменять Алене. Бедная омега. Егор сделал резкий глоток виски. Лед глухо стукнул о стекло. — Казалось бы, сама природа нашла тебе идеального партнера и свела тебя с ним, а ты добровольно решил от этого отказаться. Просто идиот. Над их столиком сгущались тени. Арсений почувствовал, как его омежья интуиция начинает бить тревогу. Что-то в тоне Егора казалось фальшивым. — В итоге, в один из дней Алена, видимо, что-то узнала и пришла к нам в студию, — продолжил Егор, его пальцы нервно сжимали бокал. — Они закрылись в кабинете и очень сильно ругались. Крики были слышны далеко за пределы их стен. Жалею я только, что не вмешался тогда. Хотя, я и не ожидал, что так выйдет. Никто не ожидал. Но Тимати, видимо, довел Алену до предела, а она ведь обладала способностью генерировать яд. Егор замолчал, его челюсти сжались.— Что было дальше, думаю, ты и сам понимаешь.Под конец рассказа Егор с силой зажмурил глаза. Видимо, картинки пережитого до сих пор стояли у него перед лицом, отпечатавшись в сознании, как самый страшный фильм ужасов. — Эй, все в порядке. Не переживай, это же не твоя вина, — Арсений погладил Егора по руке, пытаясь успокоить, хотя сам чувствовал нарастающее напряжение. — Конечно, ужасно, что такое происходит с любящими людьми, но ведь, как говорится, с большой силой приходит и большая ответственность. Они оба взрослые люди и должны были отдавать отчет своим действиям. Не скажу, что тут виноват кто-то один. Теперь оба и расплачиваются за свои ошибки. Тимур ведь после этого остался жив ?Егор кивнул, его взгляд стал еще мрачнее. Он сделал большой глоток виски.— Да. Потом началась такая суматоха... Это был хаос. Кто-то, видимо, почувствовал ядовитый дым, вызвал АЗИКС — Агентство Защиты и Контроля Соулмейтов. Все остальное помню как в тумане, я тогда знатно стрессанул. В ресторане, казалось, стало еще тише. Музыка стихла. Егор говорил быстро, словно пытаясь выкинуть эти воспоминания из головы.— Буквально за считанные минуты они ворвались к нам в студию. Были в черной форме, с оружием. Начали стучаться в дверь кабинета Тимати. Замок заклинило, и им пришлось вышибать двери с ноги. Алену вывели всю в слезах и в наручниках, она тогда не по-человечески орала и пыталась вырваться. Но было бесполезно. Ее погрузили в машину и увезли, дальнейшая ее судьба мне неизвестна. Но скорее всего, будет суд и её закроют в камере для особо опасных. Тимати они тоже забрали, но он был весь в ожогах и без сознания. Его отвезли в больницу, я пару раз в неделю его навещаю. Но он до сих пор в коме. Арсений в шоке отпрянул.— Чудовищная история. Веришь, у меня прям волосы встали дыбом. Никому не пожелаешь такую судьбу. Боже, у них же, ты говорил, еще и дочка была? Бедная девочка. Осталась без обоих родителей.— Ее забрала к себе Симона — это мама Тимати. Она сейчас занимается ее воспитанием. Но да, ты прав. Ужасное стечение обстоятельств. Дальнейший ужин они провели в абсолютной тишине, каждый раздумывая о своем. Арсений погрузился в свои мысли, потягивая вино. Он думал о том, что в мире происходит какой-то беспредел. Катастрофы случаются каждый божий день, и к своему стыду он осознал, что раньше совсем об этом не задумывался и чужие проблемы его не волновали.Нет, безусловно, он был наслышан, что альфы и омеги в последнее время выходят из-под контроля и что АЗИКС не может контролировать всех людей со сверхспособностями разом. Но когда проблема напрямую не касается тебя или твоих близких, предпочитаешь о ней и не знать вовсе.«А ведь будь у меня самого сверхспособности, я даже не знаю, что бы с ними делал, — пронеслось в его голове. — Наверняка бы впал в очередную истерику». Ведь для этого природой и задуман истинный, который эти силы должен в тебе сначала пробудить, а затем — вы вместе с ними справитесь. В большинстве случаев так и происходит. Но сам омега не мог судить в полной мере, ведь сам еще не столкнулся с этим. Да и людей, которым повезло встретить на своем жизненном пути соулмейта, он знал лишь пару: Лешу с Нурланом, и... пока все. Они закончили трапезу в том же напряженном безмолвии. Звон вилок и приглушенный джаз, казалось, давили на них. Булаткин, как истинный (по статусу, а не по сути) альфа, оплатил счет, а Попов вышел дожидаться его на улицу. Вдыхая холодный, морозный воздух, Арсений почувствовал себя немного спокойнее. Озон в воздухе приятно щекотал ноздри. Это слегка привело его в чувство, и казалось, у этого вечера все еще может быть интересное окончание. Егор заметно задерживался, но Арс старался не придавать этому значения. Мало ли, человеку в туалет захотелось, и он не захотел об этом говорить. Но чем дольше ожидание, тем сильнее проявлялась характерная черта омеги — раздражительность. На улице, между прочим, не май месяц, а он был слишком легко одет, чтобы морозить свою пятую точку на холоде уже двадцать минут. Мысли разрывались между: зайти и устроить альфе истерику, но для первого нормального свидания это будет слишком. Или и вовсе плюнуть и вызвать себе "Убер". Весь спектр эмоций и внутреннего конфликта, видимо, отобразился на его лице, ведь когда наконец появился блондин, то первым делом, взглянув на него, расхохотался. Ауч. Унизительно. — Прости, прости, — Егор пытался унять смех. — Ты так забавно выглядишь. Злишься что ли? — Не вижу ничего смешного в том, чтобы заставить себя ждать на холоде, — проворчал Арсений, скрещивая руки на груди. — Эй, так я тут не при чем! Ты сам выбежал, не успел я опомниться, — в свою защиту протараторил Егор. «Блин, он мне нравится — и это бесит», — пронеслось в голове у Арсения. Егор вызывал в нем весь спектр противоречивых эмоций. Зараза. — В любом случае, я устал. Поехали к тебе. Арсений не учился на своих ошибках совершенно. Снова не дождавшись альфу, он сам, гордой и немного надменной походкой направился к его машине. Но тут рука Егора неожиданно схватила его за предплечье. Пришлось остановиться. — Ауч. Больно. Ты чего током бьешься? Тут брюнет и заметил, что рука, державшая его пару мгновений назад, теперь прижимается к груди Егора.— Это, наверное, пальто наэлектризовалось. А ты так неожиданно схватил. Извини. Хотя сочувствующим Арсений и вовсе не выглядел. В мыслях он думал, что так ему и надо. Заслужил. — Так, ладно, забили. Тут, кстати, такое дело: сестра неожиданно ко мне приехала в гости. Не успел тебе сообщить. Так что садись в машину и поехали к тебе, — Егор открыл дверь своего огромного черного джипа.Арсений на это заявление только еще больше взбесился. "Сестра? Серьезно?" — пронеслось в его голове. Но он кивнул и с абсолютно невозмутимым лицом, полным наигранного безразличия, залез в машину, пристегивая ремень безопасности.Они выехали на залитую светом фонарей улицу. Город сиял неоновыми вывесками, снег хрустел под колесами, но в салоне автомобиля стояла вязкая, тяжелая тишина. По пути к его квартире они ехали молча.Дальнейшие действия тоже выходили больше механическими. Вернувшись в квартиру Арсения, они почти сразу перешли к делу. Поцелуи уже не вызывали такого трепета, как в первый раз. Руки Егора не казались такими уж и приятными на ощупь, а его собственный стон Арсений имитировал.Да уж. Приплыли называется.Тело почему-то отказывалось реагировать на альфу, хотя в последнее время он ведь только об этом и мечтал. Бред какой-то. Да, омега немного вспылил на Егора и злился до сих пор, такова уж его вредная натура. Но чтобы вообще никак, даже возбуждения почти не было — это впервые. Арсению самому было стыдно! Не импотентом ли он случайно стал? Это начало его панической атаки. Арсений быстро откидывает эту мысль в дальний угол своего сознания. «Конечно, нет! Это просто стресс!» Что не сказать о Егоре, который, казалось, и вовсе не замечал этого холодка и старался вовсю, отдуваясь за них двоих. Его руки нежно оглаживают ягодицы омеги, а член входит с абсолютной лёгкостью. У Арсения всегда была гиперчувствительная задница, которая текла почти всегда. Ну хоть она его сегодня не подвела и на том спасибо. Егор, казалось, и вовсе не замечал ледяной невовлеченности Арсения в процесс. Он прижимался к его шее губами, одаривая росписью поцелуев чуть ниже мочки уха, и что-то шептал — но что именно, сил разобрать не было, да и желания тоже. Омега наслаждался хоть тем, что его горячее дыхание приятно опаляло кожу — он любил это ощущение, это была единственная реальная сенсорная зацепка в этом механическом танце. Но что-то странное не давало покоя. А именно, запах — вернее, его почти полное отсутствие. От Егора пахло лишь слабым чаем, без всякой примеси той манящей стали и кофе. Если в ресторане это было не так заметно из-за обилия других ароматов, то сейчас, в интимной тишине спальни, это казалось совершенным абсурдом. «Ну не может же у меня до сих пор быть насморк? — с отчаянием подумал Арсений. — Возможно, дело в этом. Что же, нужно будет зайти на днях к омегкологу». Он чувствовал себя опустошенным, обманутым собственными ожиданиями. Теперь Арсений и вовсе предпочел бы еще бутылку красного вина и развалиться на диванчике, читая о соулмейтах и их способностях, а не исполнять роль бревна, каким он себя сейчас ощущал. Еще и заболел, видимо, в придачу! Настроение снова уходило в минус, хотя казалось бы, куда уж ниже. И когда по движениям блондина он понял, что тот закончил, Арсений решил задать последний интересующий его вопрос. Дожидаться пока Егор выйдет из его задницы и плюхнется рядом приходится не долго. Благо кончил он не в него и сцепки не произошло. - Егор, скажи... если бы ты встретил своего истинного и обрёл силы... ты бы хотел изменить этот мир? Помогать людям, быть... ну, героем, что ли? Он произнес его, глядя в глаза Егору, ища в них подтверждение своим идеалам.Но ответ повис в воздухе тяжелым, металлическим запахом лжи и подавленных феромонов. В голове Арсения этот вопрос звучал куда убедительнее, наполненный верой в предназначение и силу связи соулмейтов. А на деле, лежать с текущей задницей от смазки и размышлять о подобном полная нелепица. — Интересный вопрос. — Егор устало прикрыл глаза, откидываясь на спинку дивана. Он сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Хочу заметить, что это второй раз за вечер, когда меня поражают твои вопросы и умение задавать их в самый подходящий момент. Он задумался на некоторое время, его профиль освещался мягким светом торшера. Запах ромашкового чая, искусно маскируемый феромонным модулятором под кофе и сталь, тонкой вуалью висел в воздухе. — Знаешь, я даже не знаю, как правильно ответить. Родители с детства вбивали мне в голову простую истину: без власти и влияния ты в этом мире просто никто. С твоим мнением не будут считаться, твой голос затеряется в тысячах других. Суровая реальность, но это наша жизнь. Рожден ты альфой или омегой — без истинного сложно чего-то добиться по-настоящему. Егор говорил мелодичным, обволакивающим голосом, который, казалось, замедлял течение времени. — Так что скорее да, чем нет. Я не хочу искать кого-то ради сил и могущества, я даже не знаю, какая у меня вообще может быть способность. Но если я встречу правильного человека, то в первую очередь смог бы изменить вместе с ним этот мир. Ты же наверняка знаешь легенду о первых истинных? Он открыл глаза и в упор посмотрел в бездонно-голубые глаза Арсения. Арсений, увлеченный гипнотическим голосом Егора и манящим ароматом, пропустил заданный вопрос. Минутку обдумав, он отрицательно качнул головой. Блондин только снисходительно кивнул и продолжил вести диалог. Арсений, завороженный, устроился поудобнее, положив голову на плечо Егора и прижав свою руку к его груди. Под ладонью тихо и ритмично билось сердце человека, который вызывал в омеге столько чувств и надежд, что голова шла кругом от эйфории. Арсений не знал, что его истинный запах озона и грозы уже начал проявляться, реагируя на поддельный аромат Альфы рядом с ним. — Многие люди воспевают эту легенду по-разному, но я поведаю тебе её так, как мне самому в детстве рассказывала мама. — Голос Егора стал тише, интимнее, словно он делился величайшей тайной. — Начало её связано с древними ацтеками, а именно с девушкой необычайной красоты Келькацкуотль и смелым юношей Тетцкаоматлем. Арсений слушал, прижавшись к плечу Егора. Каждый слог, каждая интонация Альфы (как он считал) обволакивали сознание, убаюкивая инстинкты Омеги. — Возлюбленные встретили друг друга в самом расцвете своих сил и всей душой полюбили. Но было препятствие. Келькацкуотль была дочерью Верховного жреца, а Тетцкаоматль... он был всего лишь простой бедный воин. Все же смелый юноша решился попросить руки у отца любимой, но, конечно же, тот разгневался, ведь она была его единственной дочерью, да и к тому же омегой. И придумал ему испытание. Жрец воткнул с силой в землю простую сухую палку и сказал: «Если ты будешь её поливать, и палка зацветет — получишь в жены мою дочь. А если нет... будешь принесен в жертву богам за свою дерзость». Арсений возмущенно выдохнул, его палец, до этого выводивший абстрактные узоры на груди Егора, замер. — Ничего себе придумал испытание. Это же несправедливо. Они всего лишь хотели быть счастливы друг с другом. Это не грех. — Ты прав, — Егор погладил Арсения по волосам, продолжая свой рассказ, словно диджей, сводящий треки повествования. — Но не стоит забывать, что это легенда про первых истинных. Тут нет слова «невозможно». В тот же вечер омега пришла к альфе вся в слезах, заранее понимая, что их любовь обречена. Возлюбленные поддались природным инстинктам и занялись любовью в тот же вечер, во время которого воин активировал в себе свою животную сущность и прокусил шею девы, одарив её своей меткой. Отныне они всецело и полностью принадлежали друг другу. Стали одним целым. Егор сделал многозначительную паузу, и Арсений почувствовал, как сердце под его ладонью ускорило ритм. — Говорят, в этот момент их любовь была так сильна, что сотворила чудо. Благодаря Келькацкуотль, её вере и любви, внутри Тетцкаоматля зародилась способность к созиданию. На следующее утро он пошел, как ему было велено, поливать деревяшку. Что было дальше? Наверное, ты уже догадался. Благодаря его приобретенной силе на сухом дереве появился маленький зеленый листочек. А впоследствии вся палка зазеленела. Он смог создать и вдохнуть в это дерево жизнь. А всё благодаря девушке-омеге, которая оказалась его истинной возлюбленной. Отцу девушки ничего не оставалось, как разрешить молодым пожениться. Вот такая вот романтическая легенда. -— Это прекрасно. Любить и верить в кого-то так сильно, чтобы сотворить чудо. Наверное, мне в своей жизни это не светит. Даже не могу представить, какого это. Спасибо, что рассказал. Глаза Арсения заблестели от чувств, его внутренний Омега жаждал именно такой связи, такой глубины. Он не заметил, как слова Егора были пропитаны двойным смыслом — для Арсения это была ода любви, для Егора — инструкция по получению силы. — Да, эта легенда доказывает, что в мире всё не просто так. Что ты не просто встречаешь случайного человека и силы возникают из ниоткуда. Нет, это всё про необычайное доверие к другому человеку и чистоту чувств, — Егор кивнул, его голос звучал убедительно и мягко. — В нас есть магия с самого нашего рождения, но лишь любовь и вера истинного помогают нам её в себе пробудить. А метка — активировать. Он смотрел на Арсения с тщательно выверенной нежностью. — Чёрт, когда ты говоришь такие вещи, то безумно прекрасен. Иди сюда. Егор одарил его теплой улыбкой, сократил между ними расстояние, обхватил двумя пальцами подбородок Арсения и мягко поцеловал в губы. "Может, — подумал Арсений, отвечая на поцелуй, — эта ночь еще не испорчена". И он решил дать Егору второй шанс, не подозревая, что этот поцелуй был лишь еще одним мазком в сети лжи, сотканной из запаха кофе и стали, который на самом деле принадлежал совсем другому человеку.