Чайная «1000 и 1 ночь»

      Ли Юэ Сян Лин нравился, как никакая другая страна. Не только потому что климат, более привычная культура и так далее, но и потому что всё было пропитано воспоминаниями. Спокойно идя по городу, пока ещё не был рассвет, она смотрела на достопримечательности, которые были ей важны: вот постоялый двор «Ваншу», где её отец работал, собирая на ресторан; вот похоронное бюро «Ваншен», где работал её частый клиент Чжун Ли… Погрузившись в воспоминания, она дошла до своего ресторана, рядом с которым увидела вывеску. Она немного удивилась–чайная? Возле её ресторана? Нет, она была бы рада чайной неподалеку, просто с того самого дня, как она стала шеф-поваром и хозяйкой «Народного выбора» чайные исчезли на расстояние до пятидесяти-ста метров от её места работы, а тут даже чуть меньше нескольких метров. Так как открывалась она через час после рассвета, ведь именно тогда сонные матросы и работники порта понимали, что лучше бы подкрепиться перед тяжёлым днём и шли к ней, если у них не было жён, детей, родителей и братьев или сестер, которые заботились о том, чтобы запихнуть ему завтрак и обед, время у неё было. Так что Сян Лин решила тихо зайти внутрь и посмотреть на чайную, которая, судя по двери, была открыта. Убранство чайной было не до конца готово, но уже считалось уютным–подушки с причудливыми узорами, столы со свечами и мягкие ковры возле столиков создавали расслабляющую атмосферу. Столики были низкими, но убранство вокруг них позволяло сесть как угодно. Даже тишина была уютной. Но она стона нарушилась звоном посуды и стуком молотка. Решив познакомиться с хозяевами, она пошла на звук, но увидев их пугать не решилась, да и внешний вид сыграл на её любопытстве. У обоих были длинные до бедер волосы, которые они сейчас не собирали в причёски, но а дальше они отличались. Девушка, которая разбирала гайвани, ложки, чайных духов, пиалы и сам чай была голубоглазой с рыжими волосами и мягкими чертами лица. Она была бледной и носила черную одежду, которую видела при путешествии в Сумеру–черный топ из ткани, такие же штаны и не то кожаную, не то тканевую обувь, а на плечах была чёрная накидка с вышитыми журавлями, которая иногда соскальзывала с плеч. Мужчина в это время прибивал полки, ставя на них книги. Сам он был блондинистым, носил тоже черную одежду–рубаху, штаны и такую же обувь. Работал он без накидки и был загорелым. —Здравствуйте, –тихо поздоровалась Сян Лин, немного напугав их. —Простите, мы вас не заметили, –девушка отставила пиалы, обернувшись к ней. —Меня Сян Лин зовут, я шеф-повар ресторана неподалеку. А вас как? –дружелюбно она улыбнулась им. —Меня Санера. А моего мужа Амут, –кивнула девушка, продолжая разбирать чай. —Тогда удачи вам. Я верю, что ваша чайная станет популярна, –смеется Сян Лин, выходя из чайной и приходя к «Народному выбору». Скоро надо будет открываться…

***

      Так шло время. Чайная стала не самым популярным местом, но само соседство было приятным Сян Лин–можно было выпить чай, не делая крюк, а сразу идти домой. Подружившись с хозяйкой, она попробовала много различных напитков, честно платя за каждый, так что её заведение чайной она назвать не могла: горячая ваниль; необычный напиток, который она называла кофе, приготовленный на раскалённом песке; тонизирующие настои, которые можно было по горечи называть крепко настоянными чаями; были чаи и из Инадзумы, Ли Юэ и даже некоторые напитки, не алкогольные, из Мондштата и Снежной! Вот уж действительно–кочевники Сумеру, которые решили осесть в Ли Юэ! Бывали у них дни, когда чайная была популярнее «Народного выбора». Они наступили тогда, когда выручки стало им хватать не только на ингредиенты, сам чай, свечи, благовония, которые можно было купить или зажечь по желанию, но и на спокойную жизнь, они смогли нанять рабочих. Тогда были рассказы и вечера чтений. Тогда Сян Лин могла расслабиться и вновь почувствовать себя маленькой, когда отец что-то готовил на кухне, а мама рассказывала ей сказки. И сидя в один из таких вечеров она пила горячую ваниль и улыбалась. Ей тоже хотелось иногда отдыхать и чайная ей в этом помогла.