Ты заслуживаешь счастья. И я помогу тебе его найти

— Пэй, что это значит? Что значит «не хочешь»? Почему? Мы же не пьём, не курим, не бьём вас, своих детей.. Так почему ты так не хочешь жить с нами? — интересуется Виктория. — Я повторю ещё раз. Я не буду отвечать на этот вопрос. Это моё дело. — тихо шиплю я, чеканя каждое слово. Виктория выдыхает, и я хочу уже развернуться, чтобы пойти в сторону коридора, но Виктория продолжает: — Пэй, солнце.. Ну почему ты так реагируешь? Почему? Мы же тебя любим.. И тут я останавливаюсь. Медленно оборачиваюсь, смотря в серо-голубые глаза Виктории. — Любите? — тихо переспрашиваю я, чувствуя, как закипает во мне гнев. — Любите?! Покажи мне, блять, где вы меня любите! Вы лишаете меня всего, просто всего! Я уже молчу про то, что вы против моей воли хотите сменить мою фамилию на вашу, хотите таскать меня на ваши херовы фотосессии, из-за которых я вынуждена запираться в комнате, чтобы этого не случилось! Забрали меня оттуда, где были все мои дорогие и любимые люди! Ладно, про кольцо говорить ничего не буду, так как его вы, к счастью, вернули. Но вы забрали у меня самое дорогое! Вы забрали у меня Дженни! — и как только я упоминаю её имя, на глазах наворачиваются слёзы. — Мы и так виделись с ней непростительно мало – каждый день вечером! Но потом вы и вовсе запретили ей меня посещать! Почему?! Что я, блять, такого ужасного сделала для вас и вашей семьи, что вы забрали у меня самого дорогого и любимого человека?! — из глаз у меня катятся слёзы от злости и обиды, и я, не выдержав, закрываю лицо руками и бессильно откидываюсь на стену сзади меня, тихо всхлипывая в обе руки. Мне плохо.. Дженни, мне очень и очень плохо без тебя.. Зачем я согласилась на удочерение, ну вот зачем?! О Боже, я просто идиотка.. *** Я наблюдаю за тем, как Никита с Яной украшают коридоры к Новому году, но переодически у меня появлялась пелена перед глазами, и я осторожно её стирала, чтобы тушь не потекла. А думала я только о Пэй. О моей любимой Пэй, которая, боюсь, может не справиться. Нет, она очень сильная, но.. Её просто ломают. Я вижу разницу. Я вижу разницу между Пэй, которая была в первый вечер после того, как её забрали, и Пэй, которую я видела сегодня днём. Та Пэй часто шутила и быстро успокаивалась, если вдруг не выдерживала и плакала. В общем, была самой собой. А сегодняшняя Пэй.. Я вспоминаю, как она дрожала у меня в руках из-за слёз и крепко обнимала меня, тихо всхлипывая куда-то мне в шею, и у меня сжимается сердце. Пэй просто сломали. Нет, ещё не сломали. Пока ещё. Но, я надеюсь, что ещё и не успеют сломать до того момента, когда нужно будет бежать. Иначе Пэй уже не будет ни в чём уверена, окончательно запутается и уже не будет знать, кого слушать. А такое легко может случиться. Именно поэтому нужно торопиться. Потом уже может быть поздно. Пэй, милая, держись. Держись из последних сил и не сдавайся. Скоро ты окажешься в приюте. Очень скоро, маленькая моя. Обещаю. *** — Пэй, успокойся! — Вы все просто суки, поняли?! Я вас ненавижу нахуй! — в слезах кричу я, пытаясь вырваться из хватки Джорджа и Оскара, чтобы начистить ебало этому козлу Дмитрию. Прошла неделя после того, как я последний раз увидела Дженни в школе, и сегодня меня просто накрыло. Особенно, когда Дмитрий при мне случайно обронил: «одни проблемы от этой воспитательницы». — Пэй, да что с тобой?! Успокойся! — тоже в слезах уже умоляет меня Виктория. — Я вас ненавижу! Вы просто ужасные родители, поняли?! — игнорируя её, снова кричу я, не оставляя попыток вырваться из рук Оскара и Джорджа, которые крепко держали меня за руки и завели их мне за спину, чтобы я не набросилась на Дмитрия. — Вик, иди звони! — приказывает Дмитрий Виктории, отдавая ей телефон, и та, пару секунд помедлив, всё-таки выходит, чтобы кому-то позвонить. Мне поебать кому, сейчас моя задача – заставить Дмитрия взять свои слова обратно. И я буду пытаться сделать это всеми способами. *** Я глажу Джереми, глубоко задумавшись о том, когда Пэй сбежать. Мы уже неделю с Пэй держимся на связи, но пока что подходящего момента так и не было. Но надо поторопиться. Эта неделя~ Я не успеваю додумать свою мысль, вздрагивая от звонка телефона. Я тут же ищу свой телефон на кровати. Вдруг Пэй? Я нахожу телефон и беру его, смотря на дисплей. Хмурюсь. Не Пэй конечно, но близко к ней. — Да, слушаю? — беру я трубку, прикладывая телефон к уху. — Дженнифер, пожалуйста, можете приехать? — слышу я дрожащий голос Виктории, понимая, что, скорее всего, она плачет. Я тут же настораживаюсь. Виктория плачет? Что случилось? — А что случилось? — спрашиваю я, уже вставая с кровати и идя к вешалке с курткой. — Пэй.. — она судорожно выдыхает, а я прикусываю нижнюю губу, боясь того, что могло случиться с Пэй. — Пэй в истерике.. Я замираю. В истерике?.. Пэй, котёнок, Господи! — Ждите, я выезжаю. Пожалуйста, постарайтесь её успокоить. Так и до нервного срыва недалеко. — быстро прошу я, накидывая куртку. — Да-да, конечно. Поторопитесь, пожалуйста. — Постараюсь. Я сбрасываю трубку и чуть ли не вылетаю из приюта, боясь за Пэй. Господи, Пэй, солнце моё.. Потерпи, пожалуйста.. Я скоро приеду. *** Виктория, всё ещё заплаканная, впускает меня в дом, и я быстро захожу. — Где Пэй? — сразу же спрашиваю я. — У себя, на втором этаже. Там сейчас такой беспорядок.. — Виктория судорожно выдыхает, но ведёт меня в комнату Пэй. Мы поднимаемся в полнейшей тишине. Я прислушиваюсь к звукам, пытаясь услышать Пэй, но.. Вроде везде тихо. Мы поднимаемся, и Виктория, выдохнув, открывает дверь в одну из комнат. Заходит, и я захожу следом за ней. И замираю. Вся комната погромлена, где-то перевернут стол, а у меня под ногами даже хрустнуло что-то стеклянное. Окно тоже разбито, кровать расправлена, и среди всего этого я вижу сидящую на полу Пэй, которая тихо плачет, а за плечи её крепко держат двое парней. Я судорожно выдыхаю, а к глазам подступают слёзы. Пэй.. — Ребят, отпустите Пэй и уходите. — шепчет Виктория. Парни аккуратно отпускают Пэй, но пару секунд ещё сидят, готовясь поймать Пэй, если вдруг что. Но та вообще ни на что не обращает внимания, и парни встают на ноги, проходя мимо меня к выходу из комнаты и тихо здороваясь со мной. Я лишь киваю, не отводя взгляда от Пэй. Виктория, прошептав мне, что если понадобится помощь, я могу её позвать, тоже ушла. Мы остались с Пэй одни в звенящей тишине, которая прерывалась её тихими всхлипами. Я снова судорожно выдыхаю и тихо подхожу к Пэй, стараясь не наступить на стекло. Аккуратно сажусь напротив неё, начиная ласково гладить её по голове. Пэй не обращает на меня внимания, продолжая всё так же тихо плакать, закрыв лицо окровавленными руками и низко опустив голову. — Пэй, котёнок, я здесь. — шепчу я дрожащим голосом, а из глаз катятся слёзы. Пэй замирает и резко поднимает голову, посмотрев на меня. — Дженни.. — шепчет Пэй хриплым и дрожащим голосом. Я молча киваю, и Пэй, тихо проскулив, обняла меня и продолжила плакать, но уже мне в плечо. Я незамедлительно обнимаю её в ответ, поцеловав в волосы и продолжая гладить её по голове, еле сдерживаясь, чтобы не разреветься в голос вместе с Пэй. — Тихо-тихо, моя хорошая, тихо.. Я рядом, всё хорошо, не плачь. — шепчу я ей на ухо, закрывая глаза и прижимаясь щекой к её волосам. Пэй никак не реагирует, продолжая плакать и иногда хрипло выдыхать. Я же прижимаю её крепче к себе, чувствуя её дрожь и горячее дыхание на своём плече. — Пэй, любимая, я рядом. Всё хорошо. Успокаивайся, милая, успокаивайся.. — шепчу я дрожащим голосом, надеясь, что смогу успокоить Пэй. Потому что в данной ситуации я действительно засомневалась в том, смогу ли я её успокоить или нет. Она уже столько плачет.. Бедный мой ребёнок.. — Пэй, солнце, ты хоть говорить можешь? — тихо спрашиваю я. Ну мало ли. Всё-таки она не пять минут плачет. Пэй пожимает плечами. — Скажи что-нибудь. — прошу её я. Пэй выдыхает, пытаясь успокоиться, чтобы что-то мне сказать. Я не тороплю, лишь продолжаю гладить её и зарываюсь носом в любимые волосы. — Могу. — хрипло и очень тихо шепчет Пэй. Я даже сначала не поняла, что это её голос. Боже, Пэй.. — Хорошо.. Посиди пока, я сейчас за водой схожу. — шепчу я, и хочу уже встать, но Пэй чуть крепче прижимает меня к себе, отрицательно качая головой. Хватка такая слабая.. — Что? Пэй, солнце, мне нужно за водой сходить. — шепчу я, ласково потрепав её по голове. — Не уходи от меня.. — умоляюще шепчет Пэй, и я слышу, как она снова начинает плакать. Я судорожно выдыхаю, как только слышу это. А вроде только успокоилась.. — Пэй, ну я же ненадолго. Я быстро. — Ты опять меня бросишь! — отчаянно шепчет Пэй, и я чувствую, как сильно она вцепилась дрожащими пальцами в мою куртку. Я не выдерживаю и тоже начинаю плакать, крепко-крепко обнимая Пэй и зарываясь носом ей в волосы, чтобы заглушить плач. Девочка моя.. Так боится, что я её снова брошу.. Господи.. Я крепко, не контролируя себя, прижимаю одной рукой к себе Пэй, а второй сжимаю её волосы, которые до этого гладила, чтобы хоть так дать понять Пэй, что я её никогда в жизни больше не брошу и всегда-всегда буду рядом. А она же сжимает мою куртку, не отрываясь от плеча и плача в него. Спустя пару минут меня совсем чуть-чуть отпустило, и я, выдохнув, открыла глаза. Нужно позвать Викторию, чтобы она принесла воды. Иначе Пэй ещё долго будет успокаиваться. Я отстраняюсь от волос Пэй, поворачивая голову в сторону двери. — Виктория! — зову её я. Тут я почувствовала судорожный выдох, и Пэй постаралась прижать меня к себе как можно крепче. Я тут же всё понимаю. — Пэй, котёнок, тихо. Успокойся. Я не ухожу, я просто сейчас попрошу Викторию принести воды. — успокаиваю я её, поцеловав в макушку. Пэй явно облегчённо выдыхает, кивая. Я ласково глажу её по голове и вдруг слышу тихий-тихий скрип. Поворачиваюсь в сторону звука. Ага, Виктория пришла. — Что такое? — шёпотом встревоженно спрашивает Виктория. — Пэй успокоиться нужно. Можно, пожалуйста, принести тёплой воды? Она меня не отпускает. — последнее я уже стараюсь хмыкнуть, но выходит так себе. — Да-да, конечно. Вам что-нибудь принести, Дженнифер? — уточняет заодно она. «— Сердце принеси, моё уже не выдерживает» — хочу сказать я, но лишь качаю головой. — Нет, мне не надо. Спасибо. Виктория кивает и скрывается за дверью. А я тем временем решаю кое-что предложить Пэй. — Пэй, давай переберёмся на кровать? И мягче будет, и риска случайно наступить на стекло будет в разы меньше. Пэй кивает, и я, не отпуская её из объятий, аккуратно встаю на ноги. Пэй тоже встаёт, опираясь на меня и пару секунд стоит, пытаясь придти немного в себя. — Всё, отошла немного? — шёпотом спрашиваю я. Пэй кивает. — Хорошо. Пошли тогда. Только осторожно, постарайся не наступить на стекло. Мы действительно аккуратно доходим до её, видимо, кровати и садимся на неё. Я беру лицо Пэй в обе руки, поднимая его. Наконец увижу её глаза. Соскучилась уже по ним. Пэй поднимает на меня взгляд, и я выдыхаю. Глаза хоть красные и блестящие от слёз, но любимые, красивые и привычные. Я не могу на них насмотреться. — У тебя очень красивые глаза, Пэй. — искренне шепчу я. — Сейчас тот самый момент, чтобы сказать об этом. — презрительно усмехается Пэй всё тем же хриплым и тихим голосом. — Да нет же, Пэй. — хмыкаю я, качая головой. — Я серьёзно. Даже в сейчашнем твоём состоянии они нереально красивые. Правильно говорят, что самые красивые глаза у того, кто смотрит на тебя с нежностью и любовью.. Пэй всегда смотрела на меня так. Абсолютно всегда. И даже сейчас так на меня смотрит. Не успевает она мне ответить, как в комнату заходит Виктория со стаканом воды. — Спасибо большое. — киваю я, забирая стакан из её рук. — Да не за что, Господи.. Пэй, милая, как ты? — заботливо спрашивает она у Пэй. Я перевожу взгляд на неё. И замечаю ну просто до боли знакомый и забытый уже мною ответный взгляд Пэй. Такой взгляд был у неё тогда, когда у неё, ещё будучи маленькой, врач спрашивал, на что она жалуется. А она переводила на меня вот такой же вопросительно-умоляющий взгляд, чтобы я ответила за неё, так как она то ли смущалась, то ли ещё что-то. И я действительно после такого её взгляда отвечала. Ой Пэй.. Вырастешь ты когда-нибудь или нет? — Пока нормально. Вроде немножко отошла. Уже хотя бы не плачет. Да, Пэй? — это я тоже спросила абсолютно по привычке, стирая параллельно с этим слёзы с её щёк. Пэй кивает, и Виктория вроде как облегчённо выдыхает. — Ну слава Богу. Ладно, сидите. Если нужно будет что-нибудь ещё – позовёте. Хорошо? — Да, конечно. Спасибо ещё раз. — душевно благодарю её я, на что она улыбается и скрывается за дверью, плотно закрыв её за собой. — Так, держи. Пей потихоньку. — шепчу я, протягивая Пэй стакан с водой. Она выдыхает, закатывая глаза. Но берёт в дрожащую руку стакан и начинает пить. И только сейчас я вспоминаю про то, что у неё руки в крови. Опять нужно Викторию звать. Ну ладно, сейчас позову, как только удостоверюсь, что Пэй точно немного отошла. — Ну что, как ты? — спрашиваю теперь я, на всякий случай ещё и ладонь прикладывая к её лбу, меряя температуру. — Ты же знаешь. Сама за меня отвечала. — хмыкает Пэй. — Ну кто тебя знает? — улыбаюсь я, пожимая плечами. Так, температуры нет. Отлично. Я снова поворачиваюсь в сторону двери и зову Викторию, чтобы забинтовать Пэй руки, благодаря которым в её комнате сейчас такой кавардак. *** Я морщусь, как только Дженни протирает мне какой-то перекисью руку. С костяшками, кистями и ладонями она закончила, а вот остальное.. Как только я не выдерживаю и тихо шиплю от боли, Дженни тут же начинает дуть на рану, чтобы побыстрее прошло. — Раньше нельзя было сказать? Ну вот зачем всё до последнего в себе держать? — тихо ругается на меня Дженни, поднимая укоризненный взгляд на мои глаза. Я мило улыбаюсь, пожимая плечами: — Есть в этом какая-то своего рода романтика. — А я-то всё до последнего надеялась, что ты не занимаешься такой хернёй, как романтизация. Я смеюсь, откидываясь на стену. Нет-нет, романтизация – это не моё. Я не слишком оптимистичный человек для этого мира. Я чувствую, как Дженни подсаживается ближе ко мне, и опускаю голову, чтобы посмотреть ей в глаза. Она устраивается у меня между ног и улыбается, обнимая меня. Я тут же обнимаю её в ответ, утыкаясь носом в шею. — Как я рада, что ты снова смеёшься и улыбаешься. Мне этого иногда очень не хватает.. — шепчет Дженни, целуя меня в волосы. Я хмыкаю, качая головой. — Я становлюсь такой только с тобой или с Никитой, Яной и Джереми. Только вы можете заставить меня улыбаться и смеяться. А здесь-таки вообще меня ущемляют. Чему уж тут улыбаться? — Ты права. — кивает Дженни. — Конечно я права. — фыркаю я, закатывая глаза. Но потом закрываю их и прикусываю нижнюю губу. Я знаю, чего я сейчас хочу. И попрошу об этом Дженни. Прямо сейчас. И она не посмеет мне отказать. *** Я улыбаюсь, гладя Пэй по голове и иногда перебирая пряди её волос. Она изъявила желание полежать со мной так же, как мы и лежали обычно у меня в комнате в приюте. А то есть, она лежала у меня между ног, обнимала, а голова её лежала у меня на животе. Мой ребёнок.. — Я тебя очень сильно люблю. — шепчет вдруг Пэй. — Что опять натворила? — тут же спрашиваю я. Пэй усмехается, явно закатывая глаза: — Сколько раз тебе повторять, что если бы я что-то и натворила – ты бы об этом узнала? — Ладно, аргумент. — хмыкаю я, потрепав её по голове. — Иди ко мне, я тебя поцелую. — шепчу я. Пэй с готовностью привстаёт на локтях, и вот через пару секунд она уже лежит на мне, в ожидании поцелуя. Я улыбаюсь, беря её лицо в обе руки и притягивая его к себе. Закрываю глаза, целуя её в губы. Пэй охотно отвечает мне, поддаваясь ещё ближе, хотя казалось бы, куда уж ближе? Я нежно провожу рукой по щеке Пэй к затылку и зарываюсь пальцами в её волосы, несильно и ласково их сжимая. Пэй усмехается мне в губы, и я хмурюсь. Что за дела? Её волосы перестали быть слишком чувствительными? Или Пэй научилась сдерживать себя? Ну и ладно. Я наслаждаюсь нежными и любимыми губами Пэй, не желая отрываться от них ни на секунду. Просто ни на секунду. Я слишком сильно соскучилась по ним.. *** Я глажу Пэй по голове, чувствуя её горячее дыхание у себя на шее. Спит, котёнок. Я улыбаюсь и крепко обнимаю Пэй, зарываясь носом ей в волосы. Как же я люблю её.. Ну прямо до невозможного. Как бы мне хотелось лежать так с ней час, два, три, а может и всю ночь. Но.. К сожалению, скоро мне уже нужно будет уезжать. Меня уже директор потерял и просит вернуться обратно. Я судорожно выдыхаю, целуя Пэй в волосы. А если у неё снова случится истерика?.. Если она будет плакать днями напролёт, а мне ничего, как обычно, не скажет?.. Господи, Пэй, солнышко.. Нужно сбегать отсюда. Пока не поздно. Потом я уже могу потерять мою Пэй, с которой я примерно час назад разговаривала, улыбалась и смеялась как раньше, и вместо этого я получу.. не знаю. Бесчувственность?.. Всё может быть. Именно поэтому, нам нужно сбегать. И уже скоро. Итак, сегодня двадцатое декабря, и через шесть дней у Пэй день рождения. Самый важный день. А значит, подарком может ещё и, помимо прочего, стать её побег отсюда. Я улыбаюсь, кивая. Точно. Не переживай, Пэй. Я всегда рядом, моя маленькая. Всегда-всегда. И ты об этом знаешь и помнишь. Я точно знаю.