Притворись моей женой

— Мы умнее её. — Да, Гарри. — И сильнее! — Точно, Гарри. — Нас больше, в конце концов! — Именно! — И с нами домовой эльф. — Я не был бы так уверен в том, что это наше преимущество, ну да ладно. — А еще я победил Волан-де-Морта, а это не ей не пальцем в носу ковырять! — Гарри? — Да, Рон? — Если мы по всем параметрам круче Паркинсон, тогда почему мы прячемся от нее в сортире, пока она разносит Бомбардой твою гостиную? Гарри смерил друга тяжелым взглядом. — Мы не прячемся, — недовольно ответил он, устраиваясь удобнее на корзине с грязным бельем. – Это такой тактический ход. Сейчас мы отправим Кричера на разведку… — Нет! – взвизгнул домовик, испуганно выглядывая из-под раковины и изо всех сил вцепляясь в трубу, обнимая её руками и ногами. – Злобный Хозяин не отправит старого бедного Кричера на верную смерть! — Кричер, по-моему, там все стихло, — неуверенно ответил Гарри Поттер, здраво рассудив, что из них троих домовика жалко меньше всего и можно принести его в жертву рассерженной Паркинсон. – Иди, проверь, чем она занимается. — Нет! – завопил эльф, еще сильнее прижимаясь к трубе. Гарри нахмурился. — Я твой хозяин, — злорадно напомнил он. – И я приказываю тебе. Домовик с недовольным ворчанием и тихими проклятиями испарился. Рон Уизли покачал головой. Он прибыл сразу, после того, как в его гостиной появился помятый серебристый олень с глазами навыкате и прохрипел голосом Гарри: «Рон срочно на Гриммо, помоги мне!». Голос у него был такой, словно его душила сотня бешенных пикси. Впрочем, Рон был не так далек от своей догадки. Узнав подробности переезда Паркинсон от начала и до конца, Рон крепко задумался. Не то, чтобы у него очень хорошо получалось это делать – однако, попробовать стоило. Рон здраво рассудил, что хуже уже не будет, призвал все свое мужество и напряг извилины. Гарри, наблюдавший это зрелище, поспешил испугаться за друга. — Рон, что с тобой? – осторожно спросил он. — А что? – отозвался рыжий в ответ. — Просто у тебя такой вид, словно через несколько секунд дым повалит из ушей. — Я просто думаю, — ответил Рон. – Кстати, Гарри, с чего это она на тебя так разозлилась? Ты же говоришь, что все шло нормально? Гарри с самым невинным видом пожал плечами. — Я не знаю, Рон. Мне кажется, в какой-то момент она просто сошла с ума – это единственное логическое объяснение. Но я совершенно точно не причем! * * * За несколько часов до… Гарри допивал третий бокал лимонада, и настроение его постепенно улучшалось. Индикатор медленно переползал с отметки «хочу убивать» на «все не так уж и плохо», опоздавшая журналистка и Паркинсон о чем-то беседовали, фотограф явно устал скакать вокруг них, словно горный козел. Гарри с улыбкой идиота разглядывал зачарованный потолок в виде ночного звездного неба и пытался обнаружить там что-нибудь знакомое, однако, либо уроки Астрономии в школе прошли даром, либо бармен доливал ему в бокал текилы слишком щедро, но созвездия упрямо не желали узнаваться. Он уже даже хотел было пихнуть Паркинсон в бок и попросить её о помощи, как его совершенно бесцеремонно прервали. Он оторвал взгляд от замечательного зрелища и обнаружил, что вся троица с ожиданием на него смотрит. Ага, видимо журналистке наскучило слушать бред, который сочинила Паркинсон и она решила переключиться на него. Гарри сделал чрезвычайно задумчивый вид и отхлебнул из бокала, решив, что излишняя храбрость сейчас будет как раз к месту. Журналистка продолжала ждать чего-то; Прытко Пишущее Перо зависло над блокнотом – его кончик трепыхался в воздухе от нетерпения. Гарри, которого начала напрягать эта томительная минута молчания, живо брякнул: — Да! — Что, «да»? – быстро переспросила журналистка, которая показалась Гарри очень приставучей девицей. Впрочем, совсем, как и другие журналисты. И совсем как Паркинсон – вот уж кому подобная профессия подошла бы. Гарри задумался. — Нет? – с сомнением в голосе предположил он. Он практически почувствовал, как Паркинсон, сидящая рядом с ним закатила глаза. Ну, в конце концов, он старался. — Я спросила: что вы чувствуете в преддверии того, что совсем скоро вы откроете свою личную жизнь общественности? – повторила журналистка свой вопрос. Гарри пожал плечами. — Да я и раньше её не особо скрывал, — ответил он. Гарри показалось, что справа от него кто-то прошипел «конченый идиот» и он даже собирался ответить на это оскорбление, но ему помешали. — Да, но ведь теперь все знают, что это было не более чем фикцией, — продолжала журналистка. – Я говорю о вашей невесте. — О какой невесте? – удивился Гарри и в ту же секунду почувствовал, как чьи-то острые ноготочки больно впиваются в его ни в чем не повинную ногу сквозь штанину. – А-а-а, — раздался полный боли крик, — об этой невесте? Журналистка кивнула, а её Перо застыло перед листом бумаги так, словно получило команду о готовности №1. — Вы знаете, — Гарри задумался над тем, чего бы такого поудачнее ляпнуть: он уже просек, что если провалит интервью, то возможно Кингсли осознает абсурдность своей идеи, отстанет от него и все вернется на круги своя. И он счастливо помашет Паркинсон платочком, пока будет провожать её до камина. Хотя нет. Он не будет этого делать даже в кошмарном сне. — Если бы кто-то поинтересовался моим мнением, я бы никому не рассказывал о своей невесте еще года так три. А может даже больше, — мечтательно продолжил Гарри и вновь уставился в потолок с видом умалишенного. Для правдоподобности оставалось только слюни пустить. Журналистка деликатно кашлянула. — Ну, неудивительно, что вы хотели бы спрятать мисс Паркинсон от посторонних глаз, она же у вас такая красавица! — О да, — с сарказмом протянул Гарри. – Вы сейчас очень точно угадали причину. * * * — Ступефай! – яростно крикнула Панси. Кресло, за которым придурок Поттер попытался спрятаться, отлетело куда-то в угол. Панси угрожающе надвигалась на свою мишень – да она убьет его за то, что он посмел испортить интервью! — Паркинсон, помни, что ты не у себя дома! – попытался запротестовать Поттер, пятясь к выходу из гостиной. — Да что ты? – с ядовитой улыбочкой переспросила Панси. – Бомбарда! Ваза, вот уже несколько лет мирно стоявшая на каминной полке разлетелась сотней осколков. Энергия разрушения несла в себе некоторое успокоение, но явно недостаточное. Панси была зла, как тысяча голодных крокодилов. — Бомбарда! – стул разлетелся в щепки. Ей определенно нужно было выпустить свой пыл. Следующими в гостиной пострадали несколько диванных подушек, оставив после себя засыпанный перьями пол, сам диван, две гардины, окна, журнальный столик… Когда же Панси перевела дух, наглого Поттера уже не было – он куда-то смылся, даже забыв о своей палочке, которую она выбила Экспеллиармусом, сразу же, как они оказались у него дома. Злость клокотала внутри разгоряченной лавой, грозясь выплеснуться наружу. — Ладно, Поттер, — мстительно крикнула она. – Даже если ты не пострадаешь, пострадает твое имущество! Она устало опустилась на единственный целый предмет, оставшийся в гостиной. Поттер захотел войны? Поттер получит эту войну. Он сам еще не знает, с кем связался. А для верности, ей кое-кто поможет… Через несколько минут из камина вышла Дафна Гринграсс, брезгливо оглядела обстановку и сморщила носик. — Панси это место так… так… — начала она, но так и не смогла подобрать подходящего слова. – Черт, да кого я обманываю! Панси, у тебя что, проблемы? Тебе нужна помощь? – озабочено спросила она. Панси закатила глаза, и начала объяснять, почему гостиная превратилась в руины. — Поттер идиот! – заявила она. — Ну конечно, — согласилась Дафна. — Конченый придурок! — Да-да, мы об этом узнали еще в школе. — Псих, хамло и деревенщина! — Да что он такого сделал?! * * * За несколько часов до… Еще несколько минут назад Панси могла бы поклясться, что все идет просто изумительно. Теперь же ситуация в корне изменилась, к слову из-за одной-единственной причины: Поттер открыл свой рот. Конечно, она ожидала от него какой-то подставы, но этот грандиозный провал превзошел все ожидания. Поттер нес самый настоящий бред с лицом сумасшедшего фанатика. — Слушай, — спросил он журналистку с самым неподдельным интересом. – Думаешь, кто-нибудь увидит фотографии Паркинсон в вашем журнале и захочет у меня её увести? — Ну, все возможно, — осторожно ответила та, подальше отодвигая свой стул от разбушевавшегося Поттера. — А ваш журнал-то хоть нормальные мужики читают? – с сомнением потянул он. – Или только педики, вроде Малфоя? — Мистер М-м-малф-ф-фой ж-же-н-нат, — заикаясь, ответила журналистка, отодвигаясь еще на пару дюймов. — Ну ты же помнишь, что такое прикрытие? – подмигнул ей Поттер. — Пожалуй, нам пора заканчивать, — попыталась Панси спасти положение. — Да, — поспешно закивала журналистка. – Последний вопрос: мистер Поттер, нашим читательницам наверняка будет интересно, чем же этой девушке удалось покорить сердце героя? Панси напряглась в ожидании ответа, который отчебучит её женишок. Поттер задумался и сделал серьезное лицо. — Своей силой воли, — наконец ответил он. Панси облегченно выдохнула, но, как оказалась зря. – Вы бы видели её в школе, — он гнусно захихикал. – Она была такой толстухой, что едва проходила в дверной проем. Иногда её приходилось даже пропихивать, чтобы освободить себе дорогу. А сейчас стала вроде ничего… Панси вспыхнула, а её кулаки сжались. Нет, такого она стерпеть точно не могла! — Жаль, что у моего любимого Гарри нет такой силы воли как у меня, и он никак не может избавиться от своего алкоголизма, — язвительно заявила она. — А как ты себе это представляешь: находиться вместе с тобой и не пить? – делано удивленным тоном поинтересовался он, разводя руками. – Ты что, хочешь, чтобы я двинулся умом? — Да ты уже двинутый! – воскликнула Панси, что есть сил надавив строй шпилькой прямо на носок туфли Поттера. — Стерва! – заорал тот, скривившись от боли. – Снимай, — кивнул он оторопевшему фотографу, — сенсационное заявление: над Национальным Героем издеваются прямо в кафе. И это только прелюдия её любимых ролевых игр… * * * — Нет, ну тебя можно понять, — кивнул Рон. – Ты просто хочешь, чтобы эта сумасшедшая не мешала тебе жить спокойно. — Именно, Рон, — подтвердил Гарри. – Я просто хочу её выжить. Они оба тяжело вздохнули, не торопясь выходить из туалета, в котором забаррикадировались от Панси Паркинсон и её тяжелого характера. * * * Панси с Дафной, напротив, с удобством расположились на кухне. — Этот Поттер просто подлец, — безапелляционно заявила Дафна, отпивая чай из неприлично огромной кружки – других в доме на Гриммо просто не водилось. – Ты должна ему отомстить! — Именно это я и собираюсь сделать, — отозвалась Панси. – Но это должна быть серьезная месть – не обычная шалость, вроде выброшенных продуктов или разгромленной гостиной. Девушки задумались. * * * — Гарри, — протянул Рон, раскачиваюсь на бортике ванной – от долгого сидения на нем все его тело затекло. – Может тебе стоит… ну, знаешь. Попробовать подружиться с ней? — С этой змеей? – Поттер смотрел на друга, как на возродившегося Волан-де-Морта. Рон поспешно замахал руками. — Я имею в виду не по-настоящему. Просто для того, чтобы выяснить её слабые места и всякое такое. У нее же есть какая-то причина отравлять тебе жизнь, находясь здесь: ты же знаешь, слизеринцы ничего не делают просто так! — А это мысль, — протянул Гарри задумчиво. * * * — Держи друзей близко, а врагов еще ближе, — пропела Дафна с самой ядовитой усмешкой. – Сблизься с ним – а потом ударь по самому больному: это будет самая идеальная месть. — Ты думаешь? – с сомнением в голосе переспросила Панси у подруги. — Конечно, — кивнула та. – Узнаем все его тайны и сделаем такое, от чего он сам будет не рад, что связался с нами. — В этом что-то есть, — согласилась Панси. * * * — Втереться в доверие, — медленно проговорили Панси Паркинсон и Гарри Поттер одновременно, строя в своих головах планы, один сокрушительнее другого.