На Земле нет святых

Заражение. День 3. Тётя Кэсси, она же Кассандра, скинула свое пальто, открыв оранжевый чемоданчик. Оттуда она выудила пару резиновых перчаток, натягивая на свои пухлые пальчики. - Где больной? Ребята расступились от дивана, показывая бедного Бена. Тетя Кэсси покачала головой. - Где вы так парня угрохали? Что случилось? - Ножевое ранение, - ответила Эшли, прижимая руки к груди. - После поднялась температура, не сбивают даже препараты. Женщина осмотрела пострадавшего, ощупала швы. Бен поморщился и замычал от боли сквозь сон. - Терпи, - грозно сказала ему Кассандра, - ты же мужик. Эшли хмурилась. Не нравилось ей, что ее брату делают больно. Тем временем ветеринар уже отстала от Кэмпбелла и снова рылась в своем чемоданчике. Она нашла внушительный шприц, бутыль с жидкостью, которую этим шприцом и набрала. - Что вы делаете? - спросил Нил, смотря на эти манипуляции. - Вы собираетесь... Это вводить Бену? Кассандра непонимающе смотрела парня в глаза. - А что такого? - похлопала она глазами. - Ну... - включилась обратно Эш. - Это ведь для собак, вроде как. Тётя Кэсси грузно задышала. - Стафилококк он и в Африке стафилококк! - возмущенно воскликнула она. - Я врач, я лучше знаю, что колоть. - Да колите уже, - ворчливо отозвался Сал, - не орите только. Внимание лишнее привлечете. Кэсс поправила волосы. - Аллергии какие-нибудь есть у парнишки? Все замолчали. Никто не знал, есть ли у него на что-то аллергия. Эшли судорожно вспоминала. - На мёд, пыльцу... И все, если не ошибаюсь. - Ну, если он начнет загибаться от аллергической реакции, то точно помрёт, - безразлично отозвалась ветеринар, повергнув остальных страху. Наклонившись, женщина обработала поверхность руки Бена, после чего ввела препарат и заклеила пластырем. - Ждите до рассвета. Должно помочь, - сказала она, снимая перчатки. - Спасибо Вам, тётя Кэсси! - Мэйпл обняла старушку со спины. - Пойдемте, я Вас отвезу. Кассандра посмеялась, погладив девочку по голове. - Чего не сделаешь для любимой племянницы, - улыбнулась она, - а отвозить меня не надо. Тут в паре километров село есть, там подруга моя живет. Пойду к ней, заодно растрясусь. Сал вызвался проводить женщину до главной дороги во избежание нападения на нее хотя бы на этом участке пути. Тем более, против внушительной туши Фишера и автомата не попрешь. Он и Кассандра ушли. Мэйпл и Трэвис вышли их проводить. Эшли осталась доживать ночь возле Бена, чтобы в экстренном случае сразу же поднять тревогу. Нил отправился стелить кровати в комнате. Сегодня он спит с Салом и Ларри. Сам Ларри же пока сидел и втыкал перед собой, но вдруг резко встал и ушел на улицу. За домом, уже вернувшись, сидели Трэвис и Мэй. Они подняли головы, смотря на бесконечно красивое звездное небо. Сегодня оно было ясным, проявляя все свои прелести. - Почему ты не сказала, что уедешь? - задал свой вопрос Трэвис. - Ребята думали, что ты... - Но ты ведь так не думал? - перебила девушка, улыбаясь и смотря своими большими глазами на друга. В них отражались россыпью звезды, а в зрачках купалась полная луна. Трэвис поправил очки на носу. - До последнего отказывался верить... Кохэн улыбнулась, смотря куда-то вглубь леса. - Я просто знала, что ты не отпустишь. Или со мной увяжешься, - она подсела ближе к другу и положила голову тому на плечо, - а я не хочу подвергать опасности и тебя. Фелпс смущенно скосил взгляд на девчонку. Пепельные волосы закрывали чужое лицо. Он снял очки, сложив и крутя в руках. - Ты столько всего умеешь... - негромко произнес Трэвис с некой завистью. - И водить, и стрелять, и по хозяйству - за что бы не взялась, везде мастерица. Мэй застенчиво хихикнула. - Когда живешь со старшим братом, и не такому научишься! И голос был ее весел, но Трэвис почувствовал, как в локоть ему впились маленькие озябшие руки. "Ей больно о нем вспоминать?" Было неловко задавать этот вопрос, но Фелпс рискнул. - А как вышло, что ты жила с ним? Девочка молчала. Обдумывала, стоит ли начинать этот монолог. Трэвис замешкался. Ему стало неловко. - Ты прости, зря я спросил... - Нет-нет, все нормально, - напряженно отозвалась Кохэн. Она села прямо, положив руки на колени и сжимая края своего пуховика. Трэвис внимательно ее слушал. - Тим был старше меня на 16 лет. Мы с ним оба нежеланные дети, которых не планировали, и все вообще получилось случайно. Но Тима любили. Взрослый, красивый, ответственный, серьёзный и умный парень с большими перспективами и таким же большим и добрым сердцем за каменной крепостью характера. Он не давал плевать себе в душу, никто не знал его настоящего, даже родители. Но знала я, - Мэйпл с теплом улыбнулась, вспоминая явно что-то дорогое, связанное с братом. - Лишь мне он доверял. Я знала его боль, его тревоги. Видела его слезы, панику, страх. Но он оставался сильным и никогда не показывал свою нежную сторону на людях. Кохэн царапала тыльную сторону ладони отросшими ногтями. Было видно, как ей тяжко рассказывать это. Трэвис взял ее руки в свои, теплые и согретые, стараясь хоть как-то окружить теплом. - Когда мне было 14, его забрали в Сирию. На тот момент мы жили вместе с родителями. И когда Тимми уехал, они изменили свое отношение ко мне. Пока брат был дома, меня окружали заботой, баловали. А потом перестали замечать. Сначала простое игнорирование самых малейших просьб, потом мама перестала трогать мои вещи, а комнату, где жили мы с Тимом, стала обходить. Как бы я не пыталась поговорить, все было тщетно. У отца было такое же отношение. Брат вернулся через год. В тот день у меня поднялась ужасная температура, была сильная рвота. На тот период ходил грипп, а мама отказалась подписывать согласие на инъекцию. Вот я и заразилась, - Мэй вздохнула. - Тим был в ярости. Он очень злился родителей. Помню мыльную картинку, как он кричит, носясь по квартире в ожидании скорой помощи и собирая мои вещи в больницу, а я лежу на диване. После моего выздоровления он снял квартиру, где мы вместе жили, и мечтал о своей. И он нашел: та самая, в которой мы с тобой по счастливой случайности познакомились. И после он всегда был со мной рядом. Научил защищаться, владеть оружием, давать обидчикам отпор. Всегда баловал, окружал вниманием. Мы часто гуляли по парку, а он покупал мне сладкую вату... Голос девочки дрогнул. Она помолчала с полминуты, опустив голову вниз. - В тот день он тоже купил её мне. И с тех пор я её ненавижу. Кохэн всхлипнула. Она высвободила ладони из рук Трэвиса, запястьем утирая глаза. - Война сильно изменила Тима. После Сирии через полгода он уехал в Афганистан, пробыв там тоже год. Я больше не узнавала своего брата... Он закрылся, стал неприступным, хоть и не сбавлял нежности и любви. Наоборот, по возвращении стал более теплым. Но больше ничего не рассказывал. 2 месяца назад мы переехали в новую квартиру. Рабочие доделывали какие-то мелочи, типа штукатурки стен, нам это не мешало. Тем более, что официально дом сдали, никто не мог запретить жить. Прошла неделя, мы гуляли по нашему любимому парку. Я весело о чем-то болтала, пока ела вату, а после прыгала по замерзшим лужам. Брат внимательно слушал, но совсем ничего не отвечал. Если бы я только обратила на это внимание тогда... - хрупкие плечики Мэйпл согнулись, и девочка начала плакать. Трэвис прижал ее к себе, поглаживая по волосам. У него разрывалась душа о боли подруги. Он уже представлял, чем мог кончится рассказ. - Он начал говорить о жизни. Стал меня расспрашивать о моем отношении к ней. И сказал такие слова: "Все мы однажды умрем. Но никогда не нужно спешить ложиться в гроб. Нужно жить и радоваться. Жизнь дана нам одна. Нельзя просто так ее лишаться". Все бы ничего, но после этих слов на следующий день он застрелился! И даже записки не оставил... Фелпс молчал. Он не знал, что нужно говорить девушке, у которой совсем недавно умер дорогой человек. Он в целом не знал, что говорить скорбящим. Никакие слова не заглушат эту боль. Особенно, когда умерший был последним, что оставалось в жизни. Ему было близко это чувство - утрата. Но он не мог предположить, что хотела бы сейчас услышать Мэйпл, которая начала успокаиваться в его руках. Ей и не нужны были эти слова. Ей было достаточно того, что этот парень выслушал ее и просто находился рядом, передавая тепло своего тела. - Спасибо тебе большое, Трэвис... - негромко произнесла Кохэн, уткнувшись Фелпсу в шею носом и глубоко вдыхая. Тот продолжал её гладить. За углом дома упали бревна и кто-то тихо ругнулся. Ребята услышали этот звук, напрягаясь. Неужели их подслушали? Еще и из своих же... Трэвис встал и направился к источнику шума, но со стороны дороги донеслась автоматная очередь. - Сукин ты сын, я знал, что ты ублюдок! Это бежал Сал. Причем бежал за кем-то и очень стремительно. - Стой, блять! Убью! Трэвис схватил Мэйпл за запястье и потащил в дом. Оттуда выбежали Нил и Ларри с дикими глазами. - Что проис... - Ларри, забери Мэй, - скомандовал Фелпс, передав другу девчонку. - Нил, хватай ружье, бежим за Салом! - Нет, Трэвис, останься! - взмолилась Мэйпл, вырываясь из рук Джонсона, но тот крепко, хоть и не желая, ее держал. Трэвис, ловя в руки ружье, уже бежал в сторону вопящего от ярости Салли. Тот штурмовал прикладом входную дверь соседского дома. - Сал! Ты че делаешь?! - дернул его за плечо Нил, за что получил по носу. - Эта скотина пыталась прикончить меня и госпожу Кохэн! - рычал Фишер, продолжая насиловать дверь. - А этого хлюпика ты нахрена притащил?! - Рот свой закрой, уголовник, - огрызнулся Трэвис, отпихнув парня от двери. Он перехватил ружье за дуло, пару раз сильно ударив прикладом по замку. Дверь со скрипом распахнулась. Парни забежали в дом, заметив край шапки-ушанки соседа, убегающего с чем-то на руках в комнаты. Трэвис снова ощутил, как клокочет в горле его сердце от липкого, дикого ужаса. В зале было четверо людей. Когда-то людей. Сейчас это были бездушные, мертвые зомби, которые жадно вылизывали кровь с пола. Их мучил голод. - Не стреляйте! - закричал сосед, падая на колени. На руках у него было маленькое тельце, которое смотрело своими белыми, безжизненными глазами на ребят. Один из зомби - судя по всему, мать - встал и медленно направился в сторону пришедших. В руке у этого чудовища был разделочный нож, по рукоять измазанный кровью. - Стреляй, Сал, - дрожащим голосом произнес Нил. - Стреляй, сука, быстрее! Фишер стоял в оцепенении. Кажется, у него началась паническая атака. Прозвучал выстрел. Один, второй. Звук падающего ружья, у Салли из рук выдирают автомат, слышна длинная очередь. Щелчки пустого "магазина". В доме лежит 5 трупов. Не пожалели даже того соседа в шапке-ушанке. Он мог быть заразен... Парни стояли, лицезрея эту картину. Нил выполз из дома по стенке на крыльцо. Его вырвало. Дома их высматривали друзья. Эшли сидела с Беном, сжимая его ладонь, боясь нападения. Ларри стоял с оружием на крыльце, пытаясь отпихнуть Мэйпл, которая упорно рвалась к соседскому участку. - Мэйпл, прекрати! - Пусти меня, мне нужно помочь Трэвису! - вопила, не щадя горла, девочка. На горизонте показались парни, поэтому Джонсон наконец пропустил сквозь себя Мэй. Та пулей полетела, спотыкаясь, к Фелпсу. - Трэвис! Трэвис, все хорошо?! - закричала она, врезаясь в друга и крепко обнимая. Тот, перемазанный гнилой кровью, дрожащей рукой приобнял ее за плечи. Сал и Нил, не менее чумазые, тоже подошли. - Пойдемте в дом, - негромко сказал Фишер отнявшимся голосом. - Завтра валим... Ну к черту это место. Друзья зашли внутрь. У всех было шоковое состояние, так что разговаривать особо не хотелось. Да и столько не спать... Нил вызвался дежурить у входа, дабы еще не возникло внештатных ситуаций. Ну, или хотя бы чтобы вовремя всех разбудить и успеть подорвать свои жопы. Эшли осталась в зале с Беном, устроившись на кресле, которое раздвигалось. Сал ушел в ближнюю комнату к ним. Он должен был спать вместе с Ларри, но тот был на кухне. Как и Трэвис. Второй изучал там карту, разложив на столе. В голове крутились шестеренки. География, 9-й класс... - Что б тебя... - ругнулся он, по привычке сжимая в ладони нашейный крест. Как вдруг его сзади кто-то обнял за талию. От неожиданности Фелпс дернулся. - Чего ты хочешь? - небрежно бросил он, продолжая возиться с листом бумаги. - Проваливай и не трогай меня. - Трэвис, давай поговорим? - негромко попросил Ларри, но руки его грубо скинули с чужого тела. - Ты выбрал очень хреновое время для переговоров, - Трэвис собрал вещи в кучу, развернувшись лицом к коридору, но Джонсон схватил его за запястье. - Трэвис, что происходит между нами? Повисло недолгое молчание. - Это у тебя нужно спросить, - прошипел Фелпс, вновь выдернув руку, - что с тобой происходит. Он зашагал в комнату, прикрыв дверь. Там его ждала Мэйпл. - Ох, Мэй? - удивился парень, присев на край кровати, снимая обувь. Та неловко мялась, переступая с одной ноги на другую. Трэвис улыбнулся. - Хочешь со мной спать сегодня? Кохэн закивала головой, и ее пепельные волосы задергались вместе с ней, рассыпаясь по всему замученному личику. Она сняла обувь и тоже залезла под одеяло к другу. Девочка прижалась к Фелпсу, чувствуя замочек рук на своей талии. - Почему ты не хочешь с Ларри говорить? - задала Мэй вопрос. Тот вздохнул. - Когда он повзрослеет и перестанет думать, что главный тут, тогда и поговорим. Пусть помучается от совести, - хмуро отозвался молодой человек, крепче прижимая к себе юное тело. - Расскажу тебе потом. Эта история требует полного отсутствия других. Да и времени... Но Мэйпл уже не слушала. Она сладко дремала. Трэвис улыбнулся с этой картины, закрыв глаза, да сам уснул. За дверью в их временную спальню Ларри обдумывал услышанное. Ну он обязан был подслушать! Он чуть постоял, зарывшись пальцами в волосы. - Какой же я идиот.... - тихо прошептал он и, встречая первые лучи рассвета, ушел к Салу.