Бласфемия

он проводит пальцами по шее нежно. еле касаясь. спускаясь чуть ниже, к ключицам, имитируя прикосновения другого человека. неудовлетворённость отдаётся болью в члене и в прокусаной до крови губе. язык слизывает кровь с эпителия и пальцы сами тянуться к книге. "Библия"— написано на обложке и Александр вжимается в холодный ящик в лаборатории и тяжело вздыхает. книга, что недавно была насильственно впихнута в руки Александра Теодором. руки прекратили трогать тело и сами потянулись к этому творению. открыв на случайной странице он бросил свой взгляд на строчку. "Просите, и дано будет вам; ищите и найдёте; стучите, и отворят вам, ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят." Не задумываясь, Александр с силой вырвал страницу слегка ей сминая. глаза горят желанием и похотью. впервые Александр действует импульсивно. глупо и нерационально. это что-то новое и интересное. то, что будоражит до дрожи в пальцах. ноги в тупой угол, скользкий взгляд по своим же пальцам другой руки, что перепачканы в смазке. он расправляет два пальца, играясь с вязкой жидкостью и опускает ниже. холодным пальцем касаясь ануса и проникая внутрь. Александр проталкивает уже два пальца до нижней фаланги, давая себе немного привыкнуть. оттянутая к торсу ляжка сжималась пальцами со страницей до покраснений. пальцы внутри разжимались ножницеобразно, переодически выходя наполовину и входя обратно. рука медленно отпускает ногу, и тянется вместе с листом к уже давно вставшему члену. Александр сжимает головку, пальцем очерчивает ее, а потом двигает рукой по всей длине. бумага неприятно трётся, оставляя натёртости, когда темп ускоряется. Александр продолжает надрачивать, но смотрит, упивается видом почти скомканного листа. если бы Тайлер мог посмотреть на то, что он делает со священным писанием, он бы назвал его богохульником. тем, кто первый отправится гореть в аду, в медленно кипящем котле, подогреваемым синим пламенем. и ему нравятся эти мысли. он хочет изучить больше. попробовать больше, чем дозволено. больше, чем ему надо. Александр кончает, изливаясь прямо на страницу и слегка попадая на свой живот, выгибаясь и блаженно постанывая. он смотрит на страницу и поддаваясь странному порыву, неожиданно для самого себя, целует её. слизывает свою же сперму и глотает её, пока не стойкие чернила, из-за явно плохого бюджета, остаются у него на языке горьким привкусом. в голове стреляет мысль о странности ситуации и он резко отстраняет от себя страницу, недоверчиво на неё косясь. хватая штаны и натягивая их вместе с трусами он комкает страницу и она летит прямиком в мусорку, в противоположной стороне от Александра. он опирается локтями на стол и зарывает пальцы в волосы. что это, мать вашу, было? на следующий день к Александру перед тренировкой подходит Тайлер. —Как библия? или не прочитал?—спокойно спрашивает он, недоверчиво посматривая на холодные глаза Александра —Я её сжёг.— короткий и лаконичный ответ разносится по коридору и Тайлер застывает в неверии. глаза наполняются слезами, но Александр отводит взгляд, прежде чем успевает увидеть, как они катятся по щекам. ничего не говоря, он быстро проходит мимо Александра, почти что забегая на полигон. И только Александр знает, что Библия спокойно лежит в тумбочке его стола, тихо дожидаясь вечера и конца тренировки.