Комиссар

      Лололошка стал очень часто видеться с Кавински, как в городе, так и у себя в поселении. Абсолютно все их встречи были устроены наблюдателем.       Винс приходил с разными предложениями и делами. Они предполагали под собой нелегальные и рискованные действия, но Дейв всё равно соглашался и помогал наблюдателю.       Новый знакомый влиял на него положительно и одновременно с этим отрицательно. Ночные кошмары были практически забыты вместе со сном, а одиночество больше не так сильно заботило комиссара, как не попасться полиции.       Кавински хорошо ему платит за эти мелочи и часто зовёт за свой счёт в тот дорогой ресторан, находящийся в самом центре Альт-Сити. Они разговаривают на любые темы, обсуждают всё происходящее в городе и Лололошка спокойно втягивается в такую манящую, опасную повседневность.       Винс — интересный и начитанный человек. Он оказался не просто немного безумным выпендрёжником с района, а мастером на все руки. В отличии от Калеба, Кавински, судя по его же рассказам, не был таким добрым и множество раз марал свои руки.

— Запомни одно: бывших наблюдателей не бывает.

      Придумав собственную уникальную теорию, которой он позже поделился с Дейвом, наблюдатель строго следовал ей и пока что находил только лишь подтверждения своим словам. Это его собственная презумпция невиновности. Почти что приросшая к его жизни аксиома. Комиссар отнёсся к предположениям собеседника серьёзно и даже немного был согласен. Ведь жители Алотерры так похожи на эти винтики в огромной системе: проблемные, ржавые, нуждающиеся в скорой замене или чистке. — Но если честно, я не хотел бы избавляться от кого-то. Человека всегда можно перенаправить на новую работу. — Делится спокойно комиссар, не замечая удивлённого взгляда.

— После первой своей чистки нерешительные люди уходили из наблюдателей и в большинстве случаев оканчивали свою жизнь, совершая самоубийство.

— Не всегда можно кого-то «перенаправить». Впрочем, об этом можно пофилософствовать… Хочешь? — Комиссар уверенно кивает и втягивается в увлекательный спор.       Винс говорит, что начал думать о теории после того, как узнал о Войде и его достижениях. Инспектор Лололошке не особо понравился по описаниям Кавински, который так и намеревался обозвать его нелестным словом, одновременно с этим нахваливая решимость и преданность мужчины своему делу.

— В наблюдатели берут людей без принципов. Иногда совсем тупых. Один я такой: относительно нормальный.

      Райя молчит и не перебивает их уже полупьяный разговор. Она наверняка хочет сказать Дейву о том, что много пить вредно для здоровья. Но станет ли он слушать её? Мысли носителя импланта уже давно превратились в неразборчивое месиво.       Возможно, её порадовало бы лишь то, что комиссар никого убивать и применять жестокие меры не хочет. Но неизвестно, что будет в скором времени. Потому что благодаря Винсу Лололошка уже научился стрелять, скрываться и взламывать самые простые замки.       Кавински поднимает рюмку, до краёв наполненную виски, и предлагает выпить за их успех. Дейв улыбается одними уголками губ, так пугающе холодно и, не особо задумываясь над своим состоянием, поддерживает его решение.       Комиссар задаётся вопросом: а если бы Винсу предложили убить Радана, что бы наблюдатель сделал? Но надеется, что никогда ответа на него не узнает.