atout dans la manche

      Весь последующий день Саша ходила озлобленная. Она сама до конца не понимает из-за чего точно. Или из-за проигрыша, который был вчера, или из-за ужасной головной боли.       Сегодня суетливый день. На улице кучу бегающих дамочек с сумками от какой-нибудь левой компании «la française», мужчины в строгих костюмах за 500€, и бесячие подростки, идущие на фонтаны. Горбачёва не любит большое скопление прохожих на маленькой улице. Её это изрядно бесит.       Сейчас её бесит вообще все. Бесит эта чертова лампочка, что какого-то хера мигает, ни с того ни с сего, бесит ручка, что после того, как Саша положила ее на своё законное место, скатилась на ковёр громким «Тшъ», по сравнению с кромешной тишиной в квартире светловолосой.       — Putain! (Блять!) — кричит она, а после кидает со всего размаха кружку, что стояла на столе. «Бабах! Тзинь тзинь тзинь…».       — Как же я заебалась. — выдавливает она, и с громким жалобным стоном заваливается на кровать. «билинь-билинь».       Она хныча встает, и обходя осколки кружки пытается дойти до источника звуков.             — Горбачева слушает, — уже совсем отчаявшись отвечает на звонок Саша. Светловолосая нервно дергает плечами, после того как слышит голос в трубке.       Человек заговорил совсем на другом языке. Немецком, вроде. А голос был мужским, басистым таким. Такое часто бывало, приходилось общаться, но, не в этот раз. Кареглазая резко сбрасывает трубку не дав голосу договорить, и спешит возвратится на кровать, в которой было гораздо уютнее. «билинь-билинь».       Плохая идея была оставлять телефон на столе, пришлось вновь с жалобным стоном добираться до него.       — Горбачева слушает, — сразу приняв трубку, и даже не взглянув на, собственно, контакт звонящего, произносит кареглазая.       — Да ты сегодня вся серьезность, — с сарказмом выдаёт парень, и не дав сказать ни слова продолжает. — Да-а, я все понимаю, работа, все такое… но—       — Блять, да что тебе надо? — перебивает она, парень и ещё несколько голосов на фоне хихикают.       — Ладно, сорян, — и только на этой минуте девушка понимает, кто позвонил. — Сашк, я че звоню то, приходи сегодня, культурно выпить?       — Никола, я знаю твое «культурно», — усмехается она, но все же соглашается. — Приду.       — восемнадцать ноль ноль! — Саша сбрасывает трубку.       Какой человек вообще зовёт на «культурно выпить», за тридцать минут до начала? Конечно же, лучший друг кареглазой. Никола Андре. Самый стабильный человек, которого она вообще в своей жизни встречала. Сам не пьет, не курит, не употребляет, от слова совсем. Удивительно, да? Но-о, даёт пользоваться своей квартиркой, как притоном. Порой с ним даже скучно.       Саша медленно но верно собирается, управившись за десять минут. Вызывает такси, и уже ровно в шесть часов она стучала в дверь квартиры.       — Заходи, — выдаёт незнакомый девушке парень, который, кажется, уже поймал белку.       Она аккуратно проходит вглубь квартиры, стуча в единственную запертую дверь. Кареглазая была уверенна, что Ник находится именно там.       — Ого, ровно в шесть, — смеётся сероглазый парень пропуская в комнату. Там девушка замечает ещё одного парня, а после, приглядевшись, понимает, что это старший Андре.       — Нихуя, привет. — произносит Горбачева, явно удивившись тому, что старший брат Николы находится здесь. — Не думала что придёшь.       — Да меня уговорили. У меня единственный выходной, и я очень разочарован тем, что прохлаждаюсь именно тут. — Проговаривает парень, а после глубоко вздыхает и отворачивается к окну.       — Он зануда. — выдаёт младший, а после усмехается. — Душнила. — продолжает он, садясь на кровать.       — Сам. — даже не повернувшись изрекает Кристиан, наблюдая за городом. Саша чуть неловко присаживается рядом с сероглазым, доставая одну сигарету.       — Я же могу прямо здесь покурить? — на всякий случай произносит она.       — Конечно, ты же знаешь. — он падает на кровать «звездочкой».       — Фу, я ненавижу запах сигарет! Иди к окну, господи. — фыркает старший парень и распахнув окно жестом пригласил туда кареглазую.       — Ты ей туда прыгать предлагаешь? — смеётся младший, веселя этим и Сашу.       Девушка пожимает плечами и направляется к подоконнику, садясь на него. Так привычнее все равно. А на улице все так-же суматошно. Все те же люди, постоянно спешащие куда-то. И зачем они постоянно в бегах?        Горбачёва постоянно задавалась этим вопросом. Неужели эти люди не устают от суеты, проблем и работы? Неужели не лучше посидеть дома за чашкой кофе или чая, смотря на вечерний город? К слову, обычно этим занималась Саша.        Зачем куда-то спешить вечером, если можно просто полежать на кровати в обнимку с любимым человеком? Наверняка это приятно. Кареглазая не знает кого это — лежать со своим партнёром в объятьях, ведь ей этого не дано. Ни разу не было такого.        Возможно, это вина и самой девушки, которая за своим самолюбием, гордостью, пофигизмом и отвращением к людям, ничего не хочет предпринимать. Ей попросту не хочется меняться из-за какого-то там человека, которому она не нравится такой, какая она есть. Это как слоган по жизни: «Люби меня такой, какая я есть или иди в пиз…!» Это точно по теме Горбачёвой.        — Земля вызывает Сашу Горбачёву, алло! Приём, приём, Саня, — посмеиваясь произносит Ник, махая ладонью перед лицом подруги.        — А? — тихо издаёт в ответ девушка, когда наконец приходит в себя. Делает максимально серьезное лицо, будто поддерживает диалог и поспешно произносит: «Да, да.»        — Что «Да, да»? Ты сейчас пальцы себе сожжешь! — в руке светлой находится предмет некой опасности — окурок догорающий почти до фильтра. Как только Саша это замечает, сразу же выбрасывает его в форточку и закрывает окно. — Слушай, ты в последнее время сама не своя. У тебя всё нормально?        — Вполне, — Горбачёва спрыгивает с подконника и направляется к выходу. Хватается за ручку готовая выходить, но резко поворачивается, пиля строгим взглядом друга, подмечая, что старший видимо уже свалил. —Себя об этом спроси и помоги себе.        С этими словами девушка выходит из комнаты, громко хлопая дверью.       Часто ей твердят, якобы, к людям надо относиться иначе. Саша же так не считает. После того, как в шесть лет она переехала во Францию, и через год пребывания в ней, только-только она пошла в школу, родители умерли в автокатастрофе, она не может обращаться к людям иначе.       Внутренний ребёнок в девушке все-же желает любви и ласки, которой не получал абсолютно никогда. В свои 22 года она ни разу не состояла в отношениях. Много раз она и вправду любила человека, но сама же его отшивала. «Одиночевство—лучший друг.» — твердила она, посмеиваясь.

***

      Дорога с квартиры привела в казино, в котором реально можно будет выпить нормального алкоголя а после уйти с деньгами домой.       Подходит к массивной двери, кивает охраннику, но тот лишь вопросительно посмотрел на неё так и не пропуская.       — Новый что-ли? — произносит она, подходя к охраннику и сложа руки на груди.       — Всмысле? — вопрошает мужчина, растерявшись.       — Меня пропусти. —выдыхает девушка, вновь выходя на агрессию. — Фамилия Горбачева тебе ни о чем не говорит?       — Извините, проходите, конечно… — испугавшись не понятно чего, либо кареглазой, либо начальства, произносит он, пропуская девушку.       Та молча заходит подходя сразу же к рулетке, так полюбившейся ей, почти сразу после первого прихода в казино.       Увидя, что рулетка занята, она решает сходить в туалет умыться прохладной водой, дабы освежиться. Насколько холодно бы не было сейчас на улице, девушка чувствует себя паршиво, и грязно, что-ли.       Её взору открылась розовая макушка, сидящая на кафеле и внимательно смотрящая в телефон. Сидела она полу-боком, рассмотреть выражение ее лица, а к тому-же что она вообще тут забыла, не получилось.        По началу хотелось просто пройти мимо, но ведь это Саша. Как же не пустить парочку едких фраз в сторону девчонки, что посмела ей дерзить?        — Устроилась уборщицей? — с ухмылкой спрашивает Горбачёва, смотря на розоволосую через зеркало. В миг стало видно лицо собеседницы, которое выражало некое отвращение. — Наверное, деньги всё проебала, да?        — Тебе какая разница? — сквозь зубы прошипела голубоглазая, поднимаясь с холодного кафеля. Светловосая повернулась в сторону собеседницы, опираясь ладонями на раковину. На её лице всё ещё было видно самодовольную ухмылку. — Разве не ты сбежала из казино с обиженным личиком, когда проиграла мне?        — Я просто пошла на перекур. — кареглазая резко поменялась в лице, нахмурила брови и сжала ладони в кулаки. Алёна этому победно улыбнулась, поняв, что давит на больное место. Девушке явно неприятно говорить об её проигрышах и исчезновениях.        — Перекур длиной в сутки? — Швец еле слышно хихикнула, когда заметила выступающие вены на лбу соперницы. Её забавляет то, как легко вывести старшую на эмоции. — Не злись, пупсик, а то лопнешь от злости.        — Да ты… Ты! — Саша, конечно, была не готова к тому, что ей снова начнут дерзить. Ужасно красная от злости, она хватает младшую за руку и дёргает на себя. — Ну и как же зовут такую мелкую хамку?        — Алёна, — немного растерявшись произносит голубоглазая. — Ну, а как зовут такую самовлюбленную сучку?       Саша, только услышав имя, подметила, что реальных соперников можно встретить только из России.        — Александра. — хмыкает Горбачёва, ослабляя хватку. Все же, немного погорячилась с физической силой. Жаль, что вслух не признает своей ошибки. — Странно что ты не знаешь моего имени.        — Так вот, знай, Сашенька, ты еще та пизданутая! — неожиданно выдаёт Алёна и заливается звонким смехом, так что все казино услышит.        — Взаимно! — напоследок язвит кареглазая, скрываясь за тяжелой дверью в туалет.