[Сезон 1].Самадхи

Несмотря на то, что Томас Дюпэн был ленивым католиком, — вроде и верил во все каноны, а в церковь не ходил, — Рождество в доме Дюпэн-Чэнов не праздновали. Если подумать, то это логично: какой праздник, когда в пекарне наплыв посетителей? Сабина росла в Китае, который, как и в моём мире, никакой религией особенно не болел. Воспитывалась мама Маринетт в среде, вроде не отрицающей Бога, но как-то и не стремящейся его доказывать, так что к празднику относилась меркантильно. Квартира украшалась мало, зато пекарня превращалась в волшебное местечко, чтобы привлечь больше покупателей. Так и вышло, что Рождество я провела без семьи Дюпэн-Чэн: родители Маринетт урвали время на ужин, оставив внизу парочку наёмных работников, а потом и сами вернулись к продажам. — Надеюсь, ты не заскучаешь, — улыбнулась мне напоследок Сабина. — И не обижаешься. — У нас есть Новый Год, — пожала плечами я тогда. — К тому же, я люблю быть одна. Естественно, я в тот момент не собиралась оставаться одна: у меня по городу прыгал неприкаянный Кот. Но говорить об этом кому-то? Ага, щаз. После Рождественских приключений с акуманизированным Сантой наступило затишье. Каникулы позволяли расслабиться и не думать об учёбе; если бы у Адриана ещё не начался какой-то крутой показ мод, то было бы вообще замечательно. К сожалению, — или к счастью для его кошелька, — мой друг был востребованной моделью. Алья и Нино уехали к родственникам, как и большая часть нашего класса. Вот он, минус мультинациональных одноклассников: по праздникам и потусоваться не с кем, все разъезжаются. Я осталась одна на долгие две недели, и радовали меня только имбирные печеньки и книги, которых не было в моём мире. Литература здесь была странной. Немного утопической, где обязательно всё в итоге заканчивалось хорошо, через что бы ни прошли герои. По накалу страстей ужастики не дотягивали ни до Сайлент Хилла с его отвратительными персонажами и грязью, ни до Пеннивайза с его почти не обоснованной жестокостью. Больше всего местные страшные истории напоминали мне японские или корейские фильмы: вроде бы неплохой сюжет, антураж, герои… но всё равно не дотягивает. Не трогает струны моей трясущейся хомячьей души. Пролистав пару ужастиков, — промотав? Пропустив? Я читала их на электронной книге, — я перешла к фентэзи. Здесь не было Толкина, из-за чего не появились орки, эльфы и гномы, к которым я привыкла; вместо них с переменным успехом на страницах танцевали и сталкивались герои старых мифов и сказок. Фантастика не могла похвастаться чем-то более интересным, чем описания далёких нудных полётов до иных планет. Герои там говорили страшными сложными терминами и были затянуты в бело-голубые скрипучие костюмы ровно по фигуре. Зато здесь на удивление была хороша историческая литература. Я не особо её любила, в своём мире прочитав только книжку про Хюррем и её великолепный век от Загребельного, движимая скорее не любовью к искусству, а воспоминаниями о нашумевшем турецком сериале. Здесь же в книгах были представлены разные события, эпохи и декорации. Казалось, что все более или менее талантливые писатели при выборе профессии автоматически становились историками. И я собиралась это исправить. Была у меня мыслишка написать Гарри Поттера или Голодные Игры, но я быстренько от неё отказалась. Нет, я смогу переписать приключения того же МКВ, но это уже будет другая книга. Потому что даже если ты теряешь главу и переписываешь её начисто, это уже совсем другая глава. Да и не смогу я добавить книге традиционный английский юморок, которым баловалась Роулинг. Хватит с меня и плагиата песен. Копировать чужие истории, когда твоя голова пухнет от собственных? Нет уж, увольте. Так что на каникулах я ещё и набросала черновик истории, которую так и не дописала в прошлом мире. Сюжет достаточно лёгонький, как раз для этого розового мира. Немножко магии, немножко взаимоотношений, немножко психологии. Простой план: пишешь-редактируешь-находишь литагента-публикуешься. В конце — празднуешь свои миллионные гонорары, попивая детское шампанское на золотом унитазе. Но ничто не длится вечно, так что и мой отдых закончился. Проще говоря, в город вернулся Адриан. Дело было накануне Китайского Нового Года, — как и в моём мире, его дата плавала, а в этот раз выпала на тринадцатое января, — так что я сразу же пригласила Адриана к нам на праздник. По СМС. А что поделаешь — Агрест в момент получения приглашения ещё наверняка находился в воздушном пространстве. Бизнес-класс, все дела. Адриан согласился, я предупредила маман Маринетт и с чистой совестью легла спать. А когда проснулась и вышла на кухню — обалдела. То, что Сабина не признавала Рождество, совсем не значило, что она так же халатно относилась к своему празднику. Томасу было всё равно на Новый Год, но ради жены он закрывал пекарню и оставался дома. Вот она, сила любви. Наша квартира пылала. Сабина в красном расшитом ципао развешивала фонарики и драпировала стены красной тканью. На секунду мне показалось, что я вдруг очутилась в жерле вулкана; вокруг была магма от ярко-красного до тёмно-бордового. Красиво… но не многовато ли этого цвета? На мой вопрос Сабина рассмеялась. Отдав мне гирлянды для украшения книжных шкафов, она принялась рассказывать: — Давным-давно на дне морском жило чудовище, которое звали Нянь. Раз в год этот монстр поднимался из глубин и разорял деревни, пожирая людей. Никто не знал, как этого монстра усмирить, так что ему начали ставить подношения: фрукты, мясо, зерно… что угодно, лишь бы монстр не ел человечину. Я взяла ещё один моток гирлянды. В голове у меня рассказываемая легенда почему-то перерастала в странички манги. Чудовище — традиционный для китайцев длинноволосый красавец. И не за едой он приходил, а невесту себе искал… бессердечный монстр, которого никто никогда не любил. А потом появилась ОНА… — А потом появился седоусый старец, — перебила мой сценарий настоящим Сабина, — из долины, которая называлась Тао Хуа. Цветы персика. Он прогнал монстра и рассказал, что тот боится шума и красного цвета. Поэтому мы теперь в Новый Год запускаем фейерверки и украшаем дома. Отпугиваем чудовище. Я осмотрела пылающую кухню. — Ну, думаю, что чудовище сюда не сунется. Слишком всё красное. — Это лучший комплимент, — засмеялась Сабина. — Хотя я бы ещё добавила пару лент на люстру. Еду мама Маринетт готовила заранее, даже не привлекая к этому меня. В прошлой жизни я никогда не любила Новый Год: меня утомляла обязательная генеральная уборка, три дня готовки, три дня мытья посуды и остатки недоеденных салатов после. Так что во взрослой жизни в новогоднюю ночь мы с женой просто вешали гирлянды и лежали, разговаривая обо всём. Над нами было окно, в котором отражались взрывы салютов… Сабина же наслаждалась и подготовкой квартиры, и приготовлением сложных блюд. Узнав, что к нам придёт Адриан, она расстаралась на славу. Была даже пекинская утка, которую мадам Дюпэн-Чэн получила от своих родственников из поднебесной. Адриан пришёл ровно в шесть, как мы и договаривались. В руках у улыбающегося блондина были подарки: для меня и для родителей Маринетт соответственно. Я тоже подготовилась. Наступал год водяного Кролика, что бы это ни значило, так что Сабине, Томасу и Адриану я сделала небольшие игрушки в виде голубых ушастых. Хоть я не была сильна в шитье, а игрушки делать умела; раньше я обычно перешивала старые футболки, сейчас же ткань пришлось покупать. Ну а швейный набор у меня остался от Маринетт. Пригодится же, те же носки зашить. Помимо кроликов, я слегка раскошелилась: Сабине купила шарф, о котором она давно мечтала, но всё никак не успевала дойти до магазина; Томасу достались рукописные рецепты печенек и простых тортов из моей прошлой жизни, которые я не смогла найти в здешнем гугле; Адриану… Ну вот тут я не знала, что ему подарить. У парня было всё, даже платиновая ложечка в причинном месте. Местный гугл не предлагал купить щёточку для пупка, так что пришлось напрягать извилины и что-то решать самой. Люди, которые не нуждаются в деньгах, имеют несколько другую систему ценностей. Адриан мог купить буквально что угодно, кроме времени и воспоминаний. Так что их я и собрала. Может, это было сентиментально, но я сделала фотоальбом. Своими руками, регулярно поминая всех святых и покрывая непечатным словом криворуких ютуберов, которые не могут нормально объяснить поэтапную склейку самодельной книжки. Ну и наполнение для альбома я подобрала, хоть это было и сложно. Никогда не любила фотографироваться, так что у нас с Адрианом вышло не так много наших совместных изображений. Пришлось напрячь Алью и Нино и даже написать Хлое, чтобы те прислали пару-другую подходящих фоток… и всё равно вышла всего пара заполненных страниц. Я даже порылась в интернете и нашла неплохое изображение семейства Агрест в вариации ДО. Эта фотография стала первой: улыбающаяся Эмили, благостный Габриэль и мелочь-Адриан; держу пари, что в тот момент зеленоглазый карапуз даже не подозревал, что в будущем начнёт разбивать чужие сердца одним мановением ресничек. Подарок я отдавала наедине, после ужина, микро-дискотеки и поджигания бенгальских огоньков. Нам с Адрианом дали попробовать сливовое вино, так что на щеках у Агреста был нежно-розовый румянец. Получив фотоальбом, Адриан улыбнулся — так широко, что мне показалось, будто эта улыбка растянется мимо его щёк и превратится в чеширскую. — Спасибо, Маринетт, — сказал Агрест, обнимая меня и зажимая фотоальбом между нами. — Да пожалуйста, — пробухтела я в красный джемпер. Агрест, видимо, тоже придерживался пылающей традиции и пугал своей одеждой несчастного Нянь. Одна я была в светло-бежевом домашнем платье, пусть и с розовой вышивкой. И кошачий подарок на голове: ободок с жучиными усиками, на который Адриан косился весь вечер. Ну а куда мне эту прелесть ещё носить прикажете, а? — Мой подарок посмотришь? — Естественно. В небольшой плоской коробочке просто не могло поместиться что-то необычное, думала я. И тем не менее удивилась: Адриан подарил мне… струны? Три комплекта. И медиатор. — Подарок совместный, — улыбнулся Агрест, кивком головы указывая на коробку, что я получила от родителей. Не очень большая, чуть длиннее предплечья с ладонью… и шириной в две ладони… Вскрывая ярко-красную упаковку, я не могла сдержать улыбки. Знала, что увижу внутри: кусочек моей прошлой жизни. — Тяжело было всё это достать? — спросила я, проводя кончиками пальцев по светло-голубому лакированному дереву. — Насколько знаю, всё делали на заказ. — А струны? Адриан неловко рассмеялся. — Просто скажу, что я обзвонил не одну компанию, которые выпускают гитарные. Я улыбнулась и кинулась обнимать смущённого Агреста. Мой Кот отнекивался, но явно был доволен реакцией. А как иначе-то? Мне подарили укулеле!