Часть 1
8 июля 2022 г., 20:01
Чего боялся я — стряслось, Но страх уже не тот, Кто долго с ним живёт, Для того становится родной.
Зелье было ярко-зеленого цвета. Этот цвет напоминал Гарри о неоновых вывесках, которые он видел в витринах простейших видеомагазинов, на которые тетя Петуния всегда жаловалась. Она называла их «позором района». Женщина даже подавала жалобу в городской совет. И все же, это зелье не имело никакого отношения к видеомагазинам. Неожиданно оно противно булькнуло, отчего с вязкой поверхности выскочил пузырь. Гарри сразу же отошел назад, осторожно заглядывая в котел сбоку, надеясь, что зелье не обрызгает его. Одним из последних набегов Гермионы в министерство был по поводу отсутствия оборудования для обеспечения безопасности в лаборатории по сравнению с уроками маггловской химии, которые она посещала летом. На этот раз парень был полностью согласен с ней. Он чувствовал бы себя намного безопаснее, склонившись над злобным зельем, если бы на нем были защитные очки. — Не пугайтесь, мистер Поттер. Оно не кусается. Тут же из-за спины Гарри донесся монотонный протяжный голос Снейпа, из-за чего парень лишь съежился от этого звука. Он думал, что избегание пролития зелья было совершенно разумным поступком, и он был уверен, что в любой другой ситуации Снейп согласился бы. Но возможность унизить Гарри была слишком велика, чтобы упустить ее, даже в ущерб его же безопасности. «Мерзавец», — несчастно подумал про себя он, отказываясь отвечать на насмешку Снейпа. Через мгновение мужчина перешел к издевательству над Невиллом, поэтому Гарри стало чуть легче дышать. Было так трудно сосредоточиться, когда профессор Снейп все время нависал над ним. Он осторожно нарезал кубиками листья тысячелистника, поглядывая за зельем, которое, в конце концов, должно было стать более глубокого зеленого оттенка, если предположить, что парень сделал все правильно. Не считая тысячелистника, осталось добавить только один ингредиент, но Снейп приберег его до конца урока, когда все сварят свое зелье до одного и того же места. «Это самый важный шаг в процессе варки этого зелья», — строго заявил мужчина в начале урока, — «И мне бы не хотелось, чтобы вы, болваны, забыли, что я вам говорил об этом ранее». Гарри был рад, что его ожидание не было напрасно. Для него, конечно, не имело значения, когда Снейп решил поделиться последними этапами приготовления зелья. Предполагалось, что зелье позволит выпившему на один час приобрести экстрасенсорное восприятие, которое проявляется у каждого человека по-разному. Согласно взволнованному шепоту Гермионы, когда она узнала что именно это было за зелье, она смогла вспомнить то, что некоторые волшебники смогут видеть ауры или связи волшебства, в то время как другие смогут переживать события, происходящие в совершенно разных местах. Гарри же надеялся, что у него не будет так, как девушка упомянула в конце. У него уже было достаточно опыта, чтобы смотреть на вещи глазами Волдеморта, и он, конечно, не был заинтересован в его повторении. Его зелье сердито зашипело, отчего Гарри быстро дернулся, чтобы посмотреть на него, дважды помешивая против часовой стрелки, пока зелье не приобрело более темный оттенок зеленого, как и было нужно. Дважды проверив свои записи, парень осторожно добавил нарезанные кубиками листья тысячелистника, так же медленно помешивая при этом. Листья довольно быстро растворились в зелье, а вода сразу стала почти прозрачной. Если бы Гарри все еще не помешивал его, он даже не смог бы сказать, что в его котле вообще было зелье. В тот же момент Снейп оказался за его плечом, снова практически нависая над ним. Парень затаил дыхание, стараясь вообще не двигаться, но профессор совершенно ничего не сказал, что было хорошим знаком. Мужчина подошел дальше, рассматривая зелье Рона, которое было не того оттенка, что у него, так что дальше началась ругань. Гарри, конечно же, было жаль своего друга, но он не мог не радоваться, что на этот раз не его зелье испарили. Через пару минут Снейп быстрым шагом вернулся к своему столу, наконец продолжая, — Для последнего шага требуется настроить зелье конкретно на вашу магию. Зелье проявляется по-разному у каждого волшебника, и различия обычно объясняются особой силой, которую каждый волшебник или волшебница несут в своем магическом ядре. Вам нужно будет добавить три капли своей собственной крови, ни больше ни меньше. Важно, чтобы вы добавили только три. Если будет чуть больше, то зелье станет похожим на вязкий газ, а я бы не хотел провести свой вечер, соскребая ваши неудачные зелья со стен. Все ясно? По классу эхом прошлось бормотание, — Да, сэр. Гарри взял в руку тяжелый перочинный нож, которым он срезал перья, и достал лезвие. Его отражение смотрело на него в ответ через металл широко раскрытыми глазами. Ему пришлось проглотить просящуюся наружу тошноту. «Возьми себя в руки, Поттер», — сердито подумал про себя тот, — «Это ведь просто небольшой надрез для зелья. Ты можешь это сделать». И он мог. Именно в этом и заключалась проблема. Парень медленно поднес лезвие к кончику указательного пальца левой руки, но не смог заставить себя вдавить лезвие в кожу. Он приложил его к мозоли, которая образовалась на кончике его пальца после квиддича, но он не мог позволить себе разрезать кожу. Гарри со стуком уронил перочинный нож на стол, прерывисто дыша, почти задыхаясь. «Ты просто смешон», — сказал он себе, — «Это простой надрез. Это будет не то же самое». — Мистер Поттер? — Сказал Снейп, быстренько вставая рядом с ним, — Почему вы так и не добавили последний ингредиент? — П-простите, сэр, — Протараторил парень, задерживая дыхание. Ему было трудно сосредоточиться на комнате вокруг него. Все его внимание было приковано к этому мерцающему лезвию и его невредимой коже. Он чувствовал, как его сердце бешено колотится, чувствовал, что еще немного, и оно выпрыгнет. Парень снова взял перочинный нож, двигаясь медленно, надеясь, что Снейп прекратит пялиться на него, испепеляя взглядом и перейдет к следующему ученику. И как всегда, ему не везло. Гарри прекрасно ощущал нагнетающее присутствие Снейпа за своим плечом, когда он снова поднес лезвие к кончику пальца. «Просто надави, Поттер. Всего три капли. Это все, что тебе нужно». Вокруг него другие ученики уже заканчивали и разливали образцы своих зелий, но парень чувствовал себя отдаленно и не мог сосредоточиться. «Я не могу этого сделать», — подумал он с нарастающей паникой, — «Я не смогу этого сделать». Профессор развернулся и вернулся к доске, — Подпишите свои образцы и передайте их мне, — Громко сказал он классу, — Им потребуется неделя для настаивания, а затем вы сможете попробовать их, если я сочту их безопасными для употребления. Можете выйти. Гарри снова положил перочинный нож. Возможно, у него появилось решение проблемы. Он мог просто отдать обычное прозрачное зелье, не добавляя последний ингредиент. Тогда бы профессор не заставил бы его проверить, не так ли? Он сказал бы, что оно не полностью готово и опасно, ведь не были соблюдены все шаги. Он ни за что не заставил бы Гарри выпить неготовую жидкость. «Что ж, это же Снейп», — он мог сделать с Гарри все, что угодно. Он почти решился разлить незаконченное зелье по бутылкам и уйти, когда Снейп вернулся к нему. Гарри подавил почти вырвавшийся стон. К этому моменту класс был пуст; Только несколько отставших все еще собирали свои рюкзаки. — Мистер Поттер, — Тихо сказал профессор, его голос был смертельно спокоен, — Почему вы не разлили зелье? Парень же нервно сглотнул, надеясь, что его легенда прокатит, — Я, эм… Я думаю, что слишком сильно все испортил, — После поспешно добавил, — Сэр. Снейп же с тенью ухмылки поднял бровь, — Правда? Может, вы никогда раньше не варили зелье правильно, поэтому не знаете, как оно выглядит, — На непонимающий взгляд Гарри Снейп решил добавить, — Зелье надлежащего качества, мистер Поттер. Оно лишь требует завершения. Теперь класс был пуст. Рон и Гермиона, скорее всего, ждали его в коридоре, но если он не выйдет в ближайшее время, они забеспокоятся и ворвутся обратно в кабинет. Под выжидающим взглядом Снейпа парень уже в третий раз медленно берет перочинный нож и подносит его к пальцу. Затем, с молниеносными рефлексами ловца, он быстро отбрасывает ножик, хватает свою палочку и выливает все зелье из котла. Лицо Снейпа из отрешенного приобрело забавный фиолетово-красный оттенок. Это зрелище заставило Гарри занервничать, но он просто не мог себя заставить беспокоиться сейчас об этом. — Двадцать баллов с Гриффиндора, — Резко отчеканил Снейп, — Что, во имя Мерлина, это было, Поттер? Палочка Гарри дрожала в его руке. Он чувствовал, как темная комната кружилась вокруг него. Его инстинкты кричали, что ему нужно как можно быстрее убраться из этого кабинета, — Я… это… — У него не было даже чего-то отдаленно похожего на оправдание, — Это было… Профессор же теперь холодно зыркнул на него, — Убери свое оборудование и приходи в мой кабинет, Поттер. И скажите мистеру Уизли и мисс Грейнджер, что вы не присоединитесь к ним сегодня за обедом. Слегка дрожа, Гарри сделал так, как ему сказали. Когда же мужчина исчез из класса, уходя через дверь, что вела в его кабинет, парень откинулся на спинку стула, делая глубокие, судорожные вдохи. Он почувствовал, как слезы наворачиваются на его глазах, и сердито старался сдержать их. Он не мог заниматься этим здесь. С этим придется подождать до конца дня. Что никак ему не повредит. Гарри согнул правую руку и провел ногтями по всему предплечью, достаточно сильно, чтобы оставить белесые следы, но не повредить кожу. Он повторил этот ритуал еще дважды, сосредоточившись на том, чтобы его дыхание стало более спокойным и ровным. Через пару минут неприятное ощущение зуда в глубине его сознания начало исчезать, а вокруг него все перестало вертеться и наконец встало на свое место. Парень судорожно вздохнул, опустив рукав и заканчивая собирать рюкзак. После того, как он заверил Рона и Гермиону, которые действительно ждали его, что ему нужно будет встретиться со Снейпом по совершенно обычной причине, они отправились на обед без него, хоть и Рон пригрозил тем, что может пожаловаться Дамблдору, если он не вернется вовремя к уроку Заклинаний. Чувствуя себя человеком, стоящим перед гильотиной, он неспешно вернулся в классную комнату и постучал в дверь кабинета Снейпа. — Войдите, — Послышался натянутый голос с другой стороны тяжелой дубовой двери. Гарри же нервно толкнул дверь и вошел внутрь. — Да, профессор? — Спросил он, чувствуя себя немного увереннее на ногах. Снейп сидел за массивным столом из темного дерева. Он смотрел на Гарри так, словно тот был отвратительным слизняком, которого нужно было срочно замариновать, — Садись, — Резко отчеканил тот, указывая на деревянный стул с высокой спинкой, который, как Гарри знал по опыту, был невероятно неудобным. Но все же парень сел на него. — Скажи мне, — Медленно произнес Снейп, — Почему ты сегодня испортил свою работу в классе. Гарри знал, что все всплывет, но у него так и не появилось готового оправдания, — Просто… Так получилось, — Пролепетал парень, зная, что Снейп ни на секунду не купится на этот ответ. — Просто… Так получилось, — Повторил Снейп, в то же время, его голос звучал довольно устрашающе, — Это не ответ, Поттер, мы оба это знаем. Обычно мне было бы наплевать на твои попытки самосаботажа на моем уроке, но ты намеренно не подчинился мне, когда я приказал тебе закончить зелье, и это мне не нравится, — Его темные глаза злобно блеснули, так и желая прибить ученика перед собой, — Я спрашиваю еще раз: Почему ты уничтожил свое зелье? Он должен был что-то сказать. Гарри решил остановиться на полуправде, надеясь, что это будет достаточно смущающе, чтобы Снейп принял это за чистую монету и оставил все как есть. Все же, парень быстро проговорил, — Я испугался. — Испугался? — Снова Снейп повторил в неверии, — Ты испугался? Чего же, могу я спросить? — Я… Эм… … Крови. На это профессор лишь закатил глаза, — Ты не боишься крови, Поттер. Во-первых, ты гриффиндорец. Во-вторых, ты сталкивался с Темным Лордом огромное количество раз. Если бы ты боялся крови, ты бы не прожил и первого года в этом замке. — Чего именно вы от меня хотите? — Закричал Гарри, наполняясь гневом, который был с ним всегда после смерти Седрика, — Что вы хотите услышать? Я не смог порезать палец! Так трудно поверить в это? Снейп же теперь смотрел на него с любопытством, — В это трудно поверить, — Согласился мужчина с заявлением, — Почему ты боялся сделать порез? Гарри крепко сжал кулаки, впиваясь ногтями в кожу, — Я просто… Я не мог… Я боялся, что я… Весь гнев мгновенно улетучился, оставляя его истощенным. Парень откинулся на спинку неудобного стула, прошептывая и утыкаясь в колени, — Я боялся, что если начну снова, то не остановлюсь. Теперь мужчина молчал, а Гарри так и не поднял глаз. Момент тянулся все дольше и дольше, пока Снейп внезапно не уточнил, — Когда именно? Гарри не нуждался в точности. Все еще глядя на свои колени, он пробормотал, — В первый раз мне было семь. Последний раз был этим летом. — Семь, — Прошептал взрослый, действительно не веря. Гарри быстро понял, что эти слова никак особо к нему не относились. Тут же Снейп внезапно встал и резко заявил, — Пойдем. Гарри тоже встал, быстро спрашивая, — Куда мы идем? — По всем правилам я должен отвести тебя в больничное крыло, — Клинически пробормотал Снейп, — Но я не буду. Иди за мной. Гарри сразу понял, что у него не было другого варианта. Он плелся за Снейпом, следуя за ним обратно через класс зелий, после переходя в длинный коридор и идя через две лестницы, что вели их еще глубже в подземелья. Его разум только начал обдумывать возможности того, что Снейп убьет его и спрячет тело в самых глубоких недрах подземелий, когда они наконец подошли к безобидной деревянной двери, — Гемерокаллис, — Тихо проговорил профессор, и дверь открылась со щелчком замка. Мужчина распахнул дверь, пропуская ребенка, — Входи. Гарри вошел внутрь и сразу же почувствовал необходимость сбежать. Он стоял там, что должно было быть ничем иным, как личными покоями Снейпа. Они стояли в большой комнате с массивным каменным камином, занимающим большую часть одной из стен. Книжные полки занимали такую же большую часть свободного пространства на всех стенах, а каменный пол был покрыт странным разнообразием ковриков. Перед камином стояли черный диван и два черных кресла. Перед диваном стоял кофейный столик, на котором стояла грязная посуда. Осознание того, что его профессор оставил грязную посуду, внезапно показалось Гарри слишком личным. Несмотря на свою панику, Снейп же отказался отойти от двери, которая представляла путь к отступлению, — Садись, — Все так же строго заявил Снейп, указывая на гостиную. Чувствуя себя неуверенно, Гарри подошел и сел на краешек черного дивана, нервно ерзая. Мужчина закрыл и запер дверь, после последовал за ним, сев в кресло, расположенное перпендикулярно к концу дивана Гарри. После минутного молчания он снова встал и сказал, — Чай? Чего бы Гарри ни ожидал, это было совершенно не то, — Эээ… Да? Пожалуйста? Он почти ожидал, что Снейп будет ругать его, но Мастер зелий так ничего и не сказал. Мужчина просто прошел через комнату на открытую кухню, наполнил чайник водой и поставил его на плиту, чтобы вскипятить. Гарри сидел молча, уставившись на свои руки. Когда Снейп вернулся, он нес поднос с двумя чайными чашками и маленькими контейнерами с молоком, сахаром и дольками лимона. Он отодвинул грязную посуду в сторону и поставил поднос на кофейный столик без слов, затем снова сел в свое кресло, потягивая чай из одной из чашек. Когда он выжидающе посмотрел на паренька, тот наклонился вперед и положил в чай столовую ложку сахара, а сверху добавил молока. Все это перемешав, он сделал робкий глоток. Снейп положительно кивнул. Хорошо. Гарри просто должен был продолжать оправдывать ожидания Снейпа, и тогда, может, у него будет шанс избежать этого разговора. Неудивительно, что его надежды не оправдались. — Почему ты прекратил? Несмотря на то, что все намекало на начало допроса, этот вопрос поразил Гарри. Тем не менее, сейчас у него не было путей отступления или даже шанса солгать. Он находился в личных покоях Снейпа, пил чай, который Снейп приготовил лично для него. О чем бы Снейп ни хотел бы его спросить, парень вел бы себя очень покорно. Он все еще ждал худшего, но он точно не хотел злить профессора, ведь все еще находился в личном жилище этого человека. «Почему он прекратил?». Это был довольно хороший вопрос. Парень довольно часто останавливался, но каждый раз это не имело должного эффекта. Совсем недавно он прекратил окончательно, потому что ему удалось превратить свое отчаяние в кипящую ярость, а когда он злился, он ощущал тревожную необходимость причинять боль другим, а не себе. — Я прекратил… Потому что больше в этом не нуждался, — Тихо, даже неуверенно сказал Гарри. Снейп же в недоумении поднял бровь, — Но ты беспокоишься, что начнешь снова? — Я… Да, — Ученик сделал еще один глоток чая, стараясь избегать настырного взгляда профессора Снейпа, — Я боялся, что у меня будет рецидив. Такое случалось раньше. Снейп снова тяжело вздохнул, внезапно оказываясь невероятно усталым, — Ты думаешь, что можешь начать снова? — Спросил он уже более мягко, чем Гарри мог себе когда-либо представить. Из-за этого же парень начал нервно ерзать на диване, — Если честно… То скорее всего. В какой-то момент это все же случится. Дольше всего я был в порядке на первом курсе. Я думал, что тогда я закончил, но стрессовые события… Просто продолжали происходить, понимаете? И как только вы начнете… — То все труднее будет остановиться, — Было закончил другой мужчина. Из-за этого теперь уже Гарри резко поднял глаза, напрягаясь, — Почему ты вообще начал? — Наконец спросил Снейп, когда паренек встретился с ним взглядом. Ребенок снова отвернулся и уставился чашку, которая все еще была в его руках, — Из-за моей тети. Она постоянно говорила мне, что у меня грязная кровь. И я имею в виду, что я был просто ребенком, я не видел лучшего отношения! И я думал… Типа… Если я избавлюсь от той самой грязной крови, тогда, может быть… — Поттер, — Громче, чем следовало бы, вскрикнул Снейп, заставляя этим Гарри снова поднять взгляд, — Твоя тетя. Может, она сказала это в шутку? Может быть, неудачную шутку? Или ты неправильно понял взрослый разговор? Гарри же повертел головой в отрицании, — Это определенно не было шуткой, сэр, — Проговорил он это с кривой усмешкой, — Она говорила мне это всю мою жизнь. Говорила мне, что я получил это от своих никчемных родителей-сумасшедших. Конечно же, теперь я знаю, что она имела в виду магию, но в детстве я понятия и не имел. В ту же секунду профессор, потянувшийся за своей чашкой, замер, — Ты не знал, что ты волшебник? — Медленно произнес он, явно не в силах поверить в то, что только что слышал. Гарри показал тот же жест, отвечая отрицательно, — Нет. Не знал, пока Хагрид не пришел за мной и не сказал мне. Дурсли только больше возненавидели меня после этого, поскольку они знали, что их попытки исправить меня не сработали. Выражение лица мужчины снова приобрело монотонный взгляд, — И как же именно они пытались «исправить» тебя? Немного поразмыслив, он легко пожал плечами, как будто это было обыденное явление, — Тетя Петуния никогда ничего не рассказывала мне о моих родителях. Она сказала, что они были никчемными бездарными безработными алкашами, которые погибли в автокатастрофе. Конечно, я не видел ничего лучше, пока Хагрид не рассказал о совершенно другом обществе, поэтому, наверное, я всегда думал, что они делают это для моего же блага. Пытаются сделать меня лучше, чем были мои родители, понимаете? Так мне сказала тетя Петуния. Она сказала, что у меня плохая кровь, и то, что они делают, так это то, что просто пытаются вывести из меня все плохое, что мне досталось от родителей. Лицо мужчины сразу же скривилось от едва сдерживаемого гнева, — Они сказали тебе… Что твоя мать была бездарной пьяницей? — Пока парень молча кивнул, он вжался всем телом в подушку странного кресла, когда Снейп встал со своего места, поднял грязную тарелку и швырнул ее на пол с такой яростью, которая удивила даже Гарри. Она громко разбилась, а осколки керамики разлетелись по всей гостинной. Мужчина на мгновение замер, тяжело дыша, после развернулся лицом к тому. Паренек не смог бы сам с этим справиться. Отчего он вздрогнул. Гнев Снейпа тут же испарился. Он снова вздохнул, успокаивая себя и с таким же громким звуком уселся на кресло, проведя ладонью по своим длинным волосам, — Я прошу прощения за свое поведение, — В итоге натянуто сказал он. Лишь качнув головой, даже не желая говорить, профессор позволил им посидеть в тишине пару минут, прежде чем продолжить допрос, — А что именно они делали? — Было видно, как мужчина старается и выглядеть, и звучать куда аккуратнее. Гарри оценил эти усилия, даже если это могло быть чем-то другим. Парень даже поймал себя на мысли, что хочет и даже готов открыться Снейпу и, черт возьми, Мерлин, ведь разве это не было хорошей мыслью! Иногда он все же рассказывал об этом кусками, но никогда не выливал это кому-то кучей, и никогда настолько полно, чтобы можно было собрать всю историю воедино. С другой стороны, он с шоком осознал, что это был первый раз, когда вообще кто-то спросил его об этом. — Наказывали, — Тихо пробормотал Гарри, — Я всегда за всем следил в доме, и если я с чем-то не справлялся, то они наказывали меня. Или если я попытался что-то сделать, что могло бы навредить дяде Вернону или Дадли. Или если бы я сделал что-то «действительно странное». Особенно за это они ненавидели меня больше всего на свете. Мужчина же от всего этого прикрыл глаза, продолжая за ним, — Я полагаю, что под «действительно странным» ты подразумеваешь обычные случайные всплески волшебства? — Да, — Почти шепотом он выдал, — Один раз я даже трансгрессировал на крышу своей школы. Мой двоюродный брат и его банда преследовали меня, и я хотел сбежать, а после… — Ты трансгрессировал, — Повторил за ним Снейп, звуча крайне удивленно. Парень лишь снова кивнул, — Да. Я даже не знал слова для того, что я тогда сделал, но, если так посмотреть, то это было так. То же самое со змеей прямо перед моим одиннадцатым днем рождения. Тогда я не знал, что могу говорить на змеином языке, поэтому и не знал, что змеи себя так не ведут, пока случайно не выпустил одну на свободу в зоопарке. Снейп прерывисто выдохнул, медленно возвращаясь к своим вопросам, — А что насчет твоих обязанностей по дому? — Самые обыденные вещи, — Быстро ответил он, — Готовка, уборка, уход за садиком. Типа того. — Ну да, — Заявил мужчина, поджав губы, — А почему ты продолжил после того первого события с… Неприязнью к себе. Гарри же не ответил. Он сделал большой глоток чая из своей чашки и постарался избегать взгляда Мастера Зелий, пялясь прямо на завораживающее потрескивающее пламя в камине. Оно было таким опасным, но таким же и привлекательным. Грубая сила и мощь завораживали. Пока Гарри наблюдал, пламя лизнуло хворост и обернулось вокруг множества палочек, заливаясь ярким пламенем. Тут же огонь затрещал, отчего маленькие угольки выпрыгнули на каменный очаг. Они горели огненным свечением еще пару секунд, прежде чем их свет погас, не в силах больше поддерживать его. — Потому что… Это заставляло чувствовать себя хорошо. Ощущать спокойствие. Контроль. Взрослый же пока старался никак не вскипать, — И почему же причинение боли, приносило тебе чувство контроля, Поттер? — Потому что… — Не в силах даже смотреть, парень быстро прикрыл глаза, едва слышно произнося свой ответ, — Потому что я имел контроль над своими действиями, мог продолжить или прекратить. Сэр. Снейп кивнул, но, к огромному облегчению Гарри, ничего не сказал. Ученик же снова уставился на тлеющие угли в золе костра, наблюдая, как их огни гаснут один за другим, как скопления сгоревших звезд. Он вздрогнул, когда мужчина неожиданно сел рядом с ним на диван. Парень так далеко ушел в свои мысли, что даже не заметил, как тот встал с дивана. Из-за чего Гарри только сильнее сам себя обнял, стискивая руками, не в силах сопротивляться инстинкту казаться меньше. Снейп же посмотрел на него тем же странным проницательным взглядом, который был у него с тех пор, как он привел Гарри в свои покои. Через мгновение он, видимо, решил как продолжить зашедший в тупик разговор. — Коукворт, — Отстраненно пробормотал он. Парень же неспеша моргнул, спрашивая, — Что? Профессор лишь проигнорировал его, продолжая, — Это город в Мидленде. Скверное место. Улицы были и так узкие, но еще и застроены однотипными серыми домами. Небо всегда темное из-за смога, который выпускали в атмосферу фабрики. Владельцы фабрик также владели домами всех в городе, поэтому они брали дополнительную арендную плату из каждой зарплаты. Там же была и река, которая протекала прямо через центр города. Возможно, когда-то она была дикой и неприступной, но тогда она уже была окружена каменными каналами и, кроме того, была загрязненной. Это было мерзко, в воздухе всегда несло пеплом и тухлой рыбой. Люди не могли рисковать, требуя лучших условий, потому что они не могли позволить себе потерять работу и дом. Это был город, где умерла надежда. — Зачем вы мне это рассказываете? — Осторожно спросил парень. Мастер Зелий оценивающе глянул на него и, не увидев никакого веселья в глазах Гарри, наконец решил продолжить. — Это место, где я вырос. Это также и место, где выросли твоя мать и твоя тетя, — На ошеломленный взгляд Гарри верхняя губа Снейпа чуть скривилась, имитируя улыбку, и он продолжил, — Я думаю, это поможет тебе сделать обоснованное предположение о характере нашего воспитания. — Вы знали мою маму? — Произнес парень довольно тихо, хоть и был очень удивлен, — Почему вы мне не говорили? На это мужчина лишь тяжело вздохнул, — Это не было настолько важным, чтобы тебе нужно было знать. И если ты заметил, Поттер, я так же говорю о том, что я знаю твою тетю. Она была злобным, отвратным ребенком, и я боюсь думать о том, какой женщиной она стала в будущем. Гарри же на это горько усмехнулся, — Все так, как вы и сказали, сэр. Она может и была взрослой, но она все еще ведет себя как злобный, отвратный ребенок, — После минутного молчания он добавил, — Сэр? Какая фамилия была у моей мамы? Парень сразу же почувствовал на себе пристальный взгляд Снейпа и неловко опустил глаза. Вероятно, ему не следовало задавать такой дерзкий вопрос. Очевидно, была причина, по которой ему никогда не говорили, что мужчина знал его мать в детстве. Тем не менее, Снейп тихо ответил, — Эванс. Ее звали Лили Эванс. Он нетерпеливо кивнул и попытался сморгнуть слезы, которые появились из ниоткуда. Это была такая простая информация, и все же… Он не знал. За пятнадцать лет своей жизни он даже не узнал девичьей фамилии своей матери. — Лили Эванс, — Тихо повторил он, прокручивая ее имя и фамилию во рту, точно ощущая движение своих губ, когда он раз за разом повторял, — Лили Эванс. Лили Эванс из Коукворта. — Поттер… — Начал Снейп без злобы, — Как твоя тетя относилась к тебе в детстве? В ту же секунду Гарри дернулся, постепенно выходя из транса, — Конечно, она меня ненавидела, — Прямо заявил он, — Она ненавидела мою маму, поэтому она ненавидела и меня. — Она ненавидела тебя, поэтому она давала тебе работу по дому и наказывала тебя, если ты творил волшебство. Это так? Гарри кивнул, не понимая, к чему клонит Снейп. Как собака с костью, мужчина все не позволял этой теме уйти, — Как она тебя наказывала? Не особо хотя говорить, мальчик лишь вяло пожал плечами, — В основном она не хотела, чтобы на меня обращали какое-никакое внимание. Никакой еды, сидеть взаперти в чулане и тому подобное. Иногда она била меня сковородкой, но только когда я действительно того заслуживал. Когда я перестал пытаться заставить ее полюбить меня, все стало гораздо лучше, потому что мы в основном избегали друг друга, — Когда Снейп не ответил, Гарри рискнул взглянуть в лицо мужчины, которое было теперь посеревшим и искаженным от ярости злым, — Сэр? — Тихо спросил парень, — Извините, сэр. Я не должен жаловаться, я знаю. Теперь я могу идти… — Оставайся там, где сидишь, — Быстро заявил Снейп без эмоций, — Этот разговор еще не закончен. Гарри быстро кивнул, — Верно, верно, извините. Я… При этих словах мужчина слегка смягчился, — Я не сержусь на тебя, — Строго заключил он Гарри, который не был полностью убежден, — Я злюсь на твою тетю, которая должна была заботиться о тебе. Дети созданы для того, чтобы их любили и заботились о них. Те, кто нежеланен и нелюбим, знают об этом слишком хорошо. Это может повлиять на то, какое мировоззрение они будут иметь, — Теперь мужчина проницательно посмотрел на мальчика, — Как ты считаешь, твоя жизнь ценна, Поттер? Гарри был ошеломлен столь странным вопросом, из-за чего резко выкрикнул, — Я… Что? — Как ты считаешь, твоя жизнь имеет ценность для мира? — Повторил Снейп, а в его тоне был лишь намек на раздражение. Гарри был потрясен, понимая, что профессор на самом деле пытался быть вежливым. Конечно, это шло вразрез с его привычками, не быть резким и раздраженным по отношению к Гарри. Пораженный этим, парень все же на мгновение задумался над своим ответом. Это не заняло так много времени. — Нет, — Честно ответил он, — Я все время думаю, что я уже живу в долг, и я, скорее всего, умру от руки Волдеморта раньше, чем смогу нормально жить. Люди ведут себя так, будто я какой-то спаситель, но это не так! Я просто глупый ребенок, которому постоянно лишь везет. И моя жизнь никоим образом не ценнее жизней тех людей, которые погибли, защищая меня. — Он закрыл глаза, увидев вспышку зеленого света на внутренней стороне век, — Я никоим образом не заслуживаю жизни больше, чем Седрик. — Ясно, — Еле различимо сказал Снейп, — Поттер, если я тебя сейчас отпущу, ты можешь пообещать мне, что не навредишь себе? Мальчик сразу же неловко заерзал. У него сегодня все было хорошо. Сегодня он был в норме в классе, по большей части. С лета у него не было рецидива, но он был так зол, чтобы обращать внимание на надвигающееся отчаяние, царапающее края его периферийного зрения. Но мог ли он на сто процентов гарантировать Снейпу, что он не навредит себе? Парень ощущал потребность, глубоко засевшую в его костях, жестокий, внутренний инстинкт атаковать, не заботясь о самом себе. Он был одновременно хищником и жертвой. От тяжести различных чувств, он закрыл лицо ладонями, — Это у меня под кожей, — Прошептал он, — Зуд. Я не знаю, что… Профессор тут же остановил его от бормотания и схватил его за запястье, отводя руку от лица, — Посмотри на меня, Поттер, — Сказал он серьезным тоном. Дрожа всем телом, Гарри поднял глаза и попытался поддерживать зрительный контакт с мужчиной. Это было слишком лично, как будто Снейп заглянул в глубины его души, — Ты когда-нибудь совершал ошибку и заходил слишком далеко? Гарри был уверен, что если бы он смог увидеть себя в зеркале, то он был бы бледнее, чем Почти Безголовый Ник. Его тело все еще било судорогами, так что он попытался всеми силами сосредоточиться на контроле своего дыхания, чтобы не начать задыхаться, — Я… Это было не по ошибке. — Намеренно? — Да. — Сколько раз? — Я не знаю. Я потерял счет. Снейп все еще смотрел на него так, как будто не знал его, совершенно. Парень пытался сопротивляться желанию разорвать зрительный контакт и убежать. Мастер Зелий все еще держал руку на его запястье, а тепло пальцев мужчины, прижатых к его пульсу, заставляло его быть осторожнее. Он чувствовал себя образцом в лаборатории Снейпа. — Почему вы такой услужливый? — Неуверенно спросил Гарри, прежде чем его чувство самосохранения, каким бы незначительным оно ни было, полностью сработало. Взрослый перед ним долго смотрел на него, прежде чем отпустить запястье мальчика. Он осторожно закатал правый рукав своей мантии, расстегнул пуговицы на длинном рукаве рубашки и тоже закатал его. У Гарри в ту же секунду перехватило дыхание при виде выцветших серебряных линий, которые украшали большую часть кожи на предплечье Снейпа. Они были идеально ровными, последовательными и упорядоченными, как у человека, который их наносил сам. Когда ученик взглянул на Снейпа за объяснением, он быстро ответил на немой вопрос, — Мы с твоей матерью были лучшими друзьями много лет. Она бы помогла тебе, как и мне. В таком случае я чувствую, что вынужден сделать это за нее. Гарри был уверен, что в этот же момент его сердце перестало биться, — Вы… И моя мама? Вы были друзьями? — Самыми близкими из всех друзей, — Даже как-то неловко пробормотал Снейп, — Твоя мать — причина, по которой я жив. — Сэр… Я… Снейп отмахнулся от него, лишь успокоить мальчика, — Не тараторь, Поттер, — Сказал он, закатывая рукав и застегивая его, вместе с мантией, — Ты знаешь, как вызывать кубики льда? — Кубики льда, сэр? На лице профессора промелькнула улыбка, — Да, Поттер. Кубики льда. Когда тебе нужно будет избавиться от зуда, просто приложи его на то самое место, пока он не пройдет или лед не растает. Если он все еще там, когда лед растает, просто приди ко мне. Гарри медленно моргнул, — Я… благодарю вас, сэр. — Тебе нужен он сейчас? Мальчик задумался над этим. Часть его не хотела признавать этого, но другая часть его кричала об освобождении. Он знал, что если будет игнорировать это и дальше, то у него помутнеет в глазах, и он не сможет сосредоточиться ни на чем другом, кроме как необходимости получить боль. Казалось, Снейп уже знал ответ. Он наколдовал кубик льда из воздуха и без комментариев протянул его Гарри. Парень взял его и приложил к своему предплечью поверх царапин, полученных в конце урока. Холод проник глубоко под кожу, отчего он стиснул зубы, когда острая боль захлестнула его. Через мгновение она исчезла, превратившись в мягко пульсирующий ожог. Он не смог сдержать последовавшего за этим судорожного вздоха облегчения, — Спасибо, — Прошептал он, все еще наполовину сосредоточившись на холодном биении сердца, исходящем из эпицентра его предплечья. Профессор не ответил. Он встал и начал убирать посуду после чаепития, в конце концов отнеся ее на маленькую кухню и сполоснув в раковине, оставил пока Гарри перед камином. Мальчик же держал лед, пока не понял, что тот весь растаял в руках, оставив руку мокрой и онемевшей. Его чувства все еще были запечатаны внутри льдом, и Гарри чувствовал, как тепло распространяется по всему телу и медленно возвращается обратно в руку. Его сердцебиение, казалось, замедлилось, а его дыхание успокоилось. Мир казался туманным, как будто он очнулся ото сна, но все еще был в полусне. Он был удивлен, когда Снейп подошел к нему сзади и положил твердую руку ему на плечо. Повернувшись, широко раскрыв глаза, мальчик увидел, как у профессора перехватило дыхание, когда он в ответ посмотрел на него. Через мгновение мужчина, казалось, стряхнул с себя оцепенение, — Обеденный перерыв почти закончился, — Задумчиво сказал он, — Если ты не хочешь посещать свои оставшиеся занятия, я могу написать тебе записку. Ты можешь вернуться в Гриффиндорскую башню, если пожелаешь. Гарри медленно кивнул, неуверенно начиная, — Хорошо… Я… Профессор? — Да, Поттер? Парень неловко переминался с ноги на ногу, — Могу ли я… Я имею в виду, ничего, если я?.. Это было почти жутко, как Снейп всегда знал, о чем он думает. Лицо мужчины на мгновение смягчилось, и он заявил, — Ты также можешь остаться здесь на вторую половину дня. Мне нужно вести занятия, но ты можешь оставаться до тех пор, пока не выйдешь за пределы этой комнаты или ванной. Гарри почувствовал, как сразу расслабился, — Спасибо, — Пробормотал он, понимая, что повторяется, — За… Все. Спасибо. Никто никогда… Никто никогда раньше не беспокоился обо мне. Взгляд Северуса теперь был мягок, когда он продолжил, — Лили была единственной, кто когда-либо беспокоился обо мне. Кому-то нужно было побеспокоиться и о тебе. Без дальнейших объяснений Снейп схватил стопку бумаг со столика и выскочил за дверь. Гарри же смотрел ему вслед с удивительным чувством потери. Он мог сказать, что между ними что-то изменилось, но он не был полностью уверен, как это проявится в будущем. На данный момент мальчик довольствовался тем, что свернулся калачиком на диване и смотрел в тепло камина, который горел ярче, чем когда-либо.
