🌸✨💖✨🌸

Вэй Усянь был очень экстравагантным молодым человеком - и по складу характера, и по призванию. Незаконченное образование дизайнера одежды, многочисленные пройденные курсы, оплаченные из скудных накоплений бывшего студента: компьютерное моделирование, проектирование интерьеров, ландшафтный дизайн, ознакомительные курсы фен-шуя. Жизнь изрядно помотала молодого человека: смерть родителей, детский дом, приемная семья с собственным бизнесом, который обанкротился - из-за этого Вэй Усянь и не доучился. Денег не хватило. Жестокая страшная болезнь, скашивающая одного члена семьи Цзян за другим. Сначала опухоль нашли у Цзян Фенмяня: стресс, банки, суды, обморок, больница и страшное заключение. Следующей в больницу легла сестра: всегда болезненно-хрупкая, она нуждалась в особенно бдительном наблюдении и особенно бережном лечении - организм мог просто не выдержать длительной тяжёлой химиотерапии. Нужны были более щадящие заграничные препараты, стоившие целое состояние даже, если бы бизнес четы Цзян ещё держался на плаву. Мадам Юи держалась до последнего - упорная, не привыкшая сдаваться до последнего, она едва ли не круглосуточно работала, чтобы денег хватало и на лечение членов семьи, и на образование сыновей. Вэй Ин самостоятельно принял решение отчислиться - буквально за два месяца до того, как женщина слегла в больницу с тяжелейшим инфарктом. Возвращённых денег в притык хватило, чтобы полностью оплатить обучение Цзян Чена, с которым Вэй Ин рассорился в пух и прах: молодой Цзян был в ярости, когда узнал, что Вэй Усяня отчислили. За несуществующие прогулы. Куда ушли деньги, возвращённые университетом, Ваньнин так и не узнал. А потом стало не до того. Они оба работали тяжело и упорно. Один - учился, перебиваясь на временных подработках, не высыпался, но оставался отличником и лучшим на своём курсе. Второй - работал до кровавого пота на таких же подработках и днём и ночью, не имея возможности устроиться официально без высшего образования. Честно говоря, Вэй Ин к этому и не стремился: на трёх работах, пусть и временных, он получал раза в два больше, чем мог бы при официальном трудоустройстве. Риск получить инфаркт, как мадам Цзян, правда, тоже повышался: из двадцати четырёх часов молодой человек спал три, и ещё полтора-два часа набирал урывками в транспорте. Два года он едва сводил концы с концами: деньги уходили на счета больницы, где проходили химиотерапию приемный отец и сестра и восстанавливалась мадам Юи. Не смотря на ссору с Цзян Ченом, Вэй Усянь оставался старшим из оставшихся детей четы Цзян и именно ему звонили из больницы, когда подходил срок очередного платежа. И Вэй Ин платил: занимал у друзей и знакомых, у которых и жил - неделю там, неделю здесь, две у бывших одногруппников и так по цепочке - не ел три-четыре дня подряд, бегал на работу пешком, чтобы не тратить денег на транспорт (даже купить нормальный велосипед он банально не мог себе позволить). Вэй Ину едва стукнуло двадцать три, когда жизнь сделала крутой поворот на все семьсот двадцать градусов - именно столько его крутило после столкновения с белоснежным представительным седаном расписанным узором облаков, когда молодой человек, спящий на ходу, вышел на проезжую часть под красный свет. Повезло, что симпатичный парень, на вид его одногодка, сразу выскочил из машины и не позволял ему встать до приезда скорой, иначе был бы у него не просто перелом ключицы, а полнокомплектный, со смещением. О подработках необходимо было забыть как минимум на месяц, и это была катастрофа: Вэй Ин ещё с прошлого месяца задолжал Вэнь Цин, восходящей звезде медицины и своей хорошей подруге, а ведь помимо долгов приближался срок оплаты лечения. Вэй Усянь знал, что Цзян Чен не потянет всю сумму один - студент 4 курса, парень всё ещё не знал, что деньги на счету больницы появляются не из благотворительного фонда помощи онкобольным, а из личного кармана старшего брата. И он абсолютно точно не мог позволить себе ещё одну больницу. Настоящим чудом стало то, что спустя неделю в больнице, Вэй Ин внезапно начал встречаться с тем самым симпатичным парнем, которого звали Лань Ванцзи, Лань Чжань. Младший господин Лань, второе, после старшего брата лицо в серьезной компании: Вэй Усянь даже не понял, когда успел пересказать ему всю свою жизнь. Что было, в целом, не удивительно: когда нервничал - а в обществе Лань Чжаня, который заходил каждый день ближе к вечеру, чтобы его проведать, Вэй Ин постоянно необъяснимо нервничал - он начинал болтать безумолку. И вот после этого проблемы начали решаться почти магическим образом. Гусу-Компани были старыми партнёрами сети ресторанчиков Юнмен ещё при отце Сиченя и Ванцзи, так что братья удивительно легко оформили благотворительный фонд от лица компании, со счета которого деньги рекой устремились в больницы и детские дома города. Не обошёл этот поток и больницу, в которой лечились члены семьи Цзян. И всё это меньше чем за месяц, пока у Вэй Ина ещё даже не сняли жутко неудобный гипс, от которого у него чесалось всё. А ещё Вэй Ин внезапно обнаружил себя уже неделю как живущим в центре города, в шикарной квартире Лань Ванцзи, который на это фантастическое замечание, немедленно и озвученное, молча закатил глаза и поцеловал так, что у Усяня все мысли из головы вылетели во-о-обще. Таких поцелуев у них было много. И ещё больше у них было, когда Вэй Ину наконец сняли гипс. А поцелуи... Даже спустя пять лет от этих поцелуев у обоих подкашиваются ноги. За пять лет всё изменилось кардинально. Во-первых, мадам Юи год спустя восстановила подорванное здоровье, и вернулась к работе. Скандал между Вэй Ином и госпожой Цзян слышали все соседи (надо сказать, что они счастливо и ностальгически всплакнули) и Цзян Чен с Ванцзи, стоящие на лестничной клетке. Вэй Ин был зол и напуган: женщина едва восстановилась после инфаркта, а уже устроилась на удлинённый рабочий день. Мадам Юи зло указывала ему на неблагодарное поведение - она ведь тоже не знала, что деньги за учебу ушли на лечение. Вэй Ин тогда ушел ни с чем, даже не взглянув на Цзян Ваньниня. Лань Чжань долго обнимал его в тот вечер, молча сидя на диване. Во-вторых, за два года была закончена химиотерапия Фенмяня и Янли. С достаточным финансированием дело пошло быстрее, а врачи давали исключительные положительные прогнозы - Вэй Усянь был в курсе, потому что ему всё ещё звонили из больницы, отчитываясь о совершенных покупках лекарств. (За время болезни близких Вэй Ин поднаторел ещё и в финансовых вопросах. А уж экономить он умел, аки боженька. Покровитель всех сирых и убогих) В-третьих, Вэй Усянь открыл собственное небольшое агенство. Проектировка и дизайн квартир, частных домов, ландшафта частных участков. Первое время работал один за всех - фрилансил круглосуточно, клиенты были, первое время, из знакомых братьев Лань, потом из старых партнёров Юнмена, а потом и незнакомые люди, которым его рекомендовали знакомые, подтянулись. В какой-то момент работы для одного фрилансера стало слишком много - острой нужды в деньгах давно не было, а Вэй Ин снова спал по четыре часа в день и, наверное, вовсе бы забывал поесть, если бы не бдительный присмотр Лань Чжаня. Пришлось искать старых однокурсников, подбирать знакомых и незнакомых, оформлять бумаги и организовывать небольшой бизнес. На удивление - удачный. За последние три года небольшая фирма из десяти сотрудников разрослась до одной из главенствующих в сфере компаний с штатом около десяти тысяч человек: проектирование, дизайн, строительные и ландшафтные работы. Так вот, Вэй Усянь был очень экстравагантным молодым человеком - и по складу характера, и по призванию. И, как самый молодой генеральный директор огромной компании, он привлекал внимание уже одним своим капиталом, не говоря уже о далеко не уродливой внешности - светлые, серебрянные глаза, тёмные опрятные волосы до самых подтянутых ягодиц, обтянутых тонкой тканью классических черных, обтягивающих чиносов. И экстравагантные появления тоже не могли остаться без внимания. Волосы с разноцветными прядями: иногда красные, иногда белые, в тон одеждам второго директора Гусу, с которым Вэй Ин частенько появлялся на всяких приемах. Разнообразные прически, далёкие от распущенных волос и банального хвостика, подкрашенные выразительные глаза и губы, необычные, иногда откровенно вызывающие фасоны рубашек и футболок. Лань Чжань, с которым Вэй Ин всё ещё счастливо и благополучно жил, смотрел на подобное сквозь пальцы и морозил выразительным взглядом тех, кто решался подползти к ним со своим мнением о том, насколько подобное неприемлемо. Главным образом потому, что эти вырезы и слегка развязное поведение чаще всего являлись предверием их... Кхм. Личных игр. И обоих это полностью устраивало. Сегодня Вэй Ин решил отличиться ещё сильнее, в конце концов, из-за закрытия квартала он не видел Ванцзи почти неделю: молодой человек прекрасно знал, что его выходки здорово развлекают и заводят любимого, так что не боялся экспериментировать. По собственному признанию Ванцзи: ему понравиться что угодно, пока это будет для него, а ни для кого другого Вэй Усянь и пальцем бы не пошевелил. Сегодня должно было состояться очередное мероприятие для благотворительного фонда, который теперь поддерживали не только Гусу, но и И Лин - компания Вэй Усяня. Вэй Ин работал в офисе с самого утра, а под рабочим столом его терпеливо дожидалась коробка с черными туфлями на одиннадцати сантиметровой шпильке. В шкафу в кабинете терпеливо ждал парадный костюм-тройка: черная рубашка, черные же чиносы, как всегда, на грани приличия обтягивающие упругие ягодицы, и необычного кроя пиджак, скорее схожий с укороченной мантией - небольшой реверанс в сторону женских платьев.

***

- Молодой господин Вэй, - дружелюбно кивнул Сичень, участливо подставляя руку, потому что Вэй Ина откровенно накренило, - Акционеры получат сердечный приступ. Вы сегодня выглядите сногсшибательно. Вэй Ин и правда чуть не сшиб пару человек, пока поднимался по парадной лестнице, потому что туфли были неразношены вовремя и жутко давили, что затрудняло движение и делало его походку... Чуть небрежной. Чего старший брат его драгоценного А-Чжаня, конечно, не мог не заметить. Зато это был прекрасный повод перехватить Лань Чжаня под руку и безнаказанно прижиматься к нему весь вечер, наблюдая за багровеющими лицами старых консерваторов, которые будут в тихую пялиться на его каблуки, задницу и ярко-алые губы, контур которых Вэй Усянь специально подчеркнул карандашом. Оставалось только верить, что он не попадется в таком виде Цзян Чену, который, вместе с родителями, опять открыл ресторан, и зачастил на подобные мероприятия. Он так и не поговорили ни с кем из Цзянов: ни времени, ни желания не было. Но Усянь был уверен - они знают, откуда брались деньги. Потому что лечащий врач Янли очень долго и громко возмущался в трубку по поводу того, что его милая сестра спросила, какую благотворительную организацию они могут поблагодарить за первые годы лечения.