Роза и Вино

Pov Саша Лето. Выходной день. Сегодня, наверное, будет полный зал —подумал я и закурил вторую сигарету. Пытаюсь дозвониться до партнёрши по танцам, которая все никак не берет трубку. 10 минут до начала. Я в панике снова и снова набираю один и тот же номер, улавливая краем уха взволнованные возгласы других воспитанников Дома Культуры. Наконец слышу голос, —Да? —Ох. Как же я его не люблю: такой противный. Колыверова, ты где? — строго и довольно громко спрашиваю я, сжимая в зубах сигарету. — Я не приду, —выпалила она. Голос сиплый. По всей видимости ночь была весёлой. Я всеми силами держусь, чтобы не закричать на нее. Молча сбрасываю и думаю кем её заменить, ведь номер нельзя снимать. Ухожу в тень и сажусь на стопку кирпичей, оставшихся тут после ремонта здания. Поднимаю голову, услышав топот в свою сторону. Лонш несётся. Уже чувствую резкий запах его одеколона и меня начинает выворачивать наизнанку. Тот влетает в коридор и протискивается сквозь толпу девочек к костюмерной. Захожу за ним и прикрыв дверь направляют к педагогу, вокруг которого толпилась младшая группа. Алексей Викторович, —говорю я, пытаясь протиснуться через детей, — Даша не придёт. Его лицо сразу исказилось в недовольстве. — Тогда снимаем Номер, — буркнул тот. Pov Максимилиан Выхожу из костюмерной и, поправляя воротник рубашки, смотрюсь в зеркало. Красавец. Довольно улыбнувшись иду за кулисы. Оборачиваюсь на Сашу, беседующего с педагогом. Подбираюсь ближе и слушаю. Как это снимаем номер? Его ведь так долго ставили, —думаю я и подхожу к ним. —Прошу прощения, я слышал о чем вы говорили… Я замялся. Такое было неловко предлагать, мало ли что про тебя потом подумают. —.Я могу заменить Дашу, — ловлю на себе непонимающие взгляды, — я знаю её движения просто. Слышу вздох и поднимаю взгляд на Алексея Викторовича. —иди одевайся, —произносит мужчина и отпускает меня и Сашу. Иду в костюмерную. Он за мной. Ускоряют шаг и вваливаюсь в небольшую комнатушку, касалось бы, заваленную по больше части всякой мелочью, чем костюмами. Ищу нужную вешалку. Найдя её иду переодеваться. Слышу сзади шипение: Саша наступил на катушку с нитками. Я усмехаюсь. — Чего ржёшь, придурок.—слышу бурчание я себе вслед и скрываюсь за вешалкой с другими костюмами. Он медленно опускается на пуфик стоящий у зеркала и смотрит на свое отражение. — позорище.нас засмеют с таким. Выглядываю на него, натягивая красное платье. Небрежно откидываю свои вещи на подоконник и подхожу к нему. —Застегни, —улыбаюсь я, а он смотрит на меня через зеркало и тыхо фыркает «Педик». В конце концов он встаёт и застегивает мне платье. Чувствую его дыхание кончиками волос. Оборачиваюсь к зеркалу и улыбаюсь своему отражению. Мне идёт. Натягиваю туфли, надеваю парик и пытаюсь расправить пальцами спутавшийся каникалон. Вроде, нормально. Разминаю спину, надеясь, что платье на разойдется по швам. Но оно выдерживает, что меня несомненно радует. Если не порвалось сейчас, то и во время танца оно не разойдется. Поправляю колготки в сеточку и выхожу из костюмерной, оставляя позади Сашу, который продолжал фырчать. Мы встаём за кулисами и ждём своего выхода. Я смотрю на него. Ему идёт этот костюм: красная рубашка в тон моего платья и чёрные брюки на подтяжках. Без рубашки было бы ещё лучше. Музыка. Свет гаснет. Он тянет меня на сцену, уже вживаясь в роль. Он встает позади меня. Включаются софиты. Юноша скользнул пальцами вниз, а я почувствовал, как мои щеки зарделись. Его прикосновения смутил меня, я захотел сбежать отсюда, но ничего не поделаешь— нужно играть дальше. Я выскользнул из его объятий, но он притянул меня обратно к себе и закружил, проскальзывая по сцене. Руководитель стыдливо прикрыл глаза, сдерживая смех. Меня это подзадорило. Я обвил руками шею партнёра, пока она прожигал меня взглядом. Его руки приятно ощущают я на моей обнажённой спине. Он заставил меня прогнуться одним лёгким движением руки. Мои движения стали более распущенными. Я ласкал себя руками, своими и Сашиными, делал пируэты задницей: старался сделать все, чтобы номер смотрелся выигрышно. Вуколов явно был в замешательстве, но старательно подыгрывал, то закидывая мою ногу себе на талию, то щапроеидывая меня навзничь. Несколько раз наши лица находились в паре сантиметров друг от друга. Толи мне захотелось его оттолкнуть, то ли взвыть от нарастающего напряжения в низу живота. Я сам не понимал. Он продолжил вести меня, не отводя своих зелёных глаз от меня. Он примторился сзади и, положив руки мне на бедра, заставлял двигать ими ещё откровеннее. Через несколько мгновений мы уже были за сценой. Не получив ни единого слова от руководителя мы ввалились в костюмерную. Я на ходу начал раздеваться, желая поскорее вернуть свои любимые блюки, рубашку и жилетку. В это время Саша просто свалился на пуф и расстегнул верхние пуговицысвоей рубашки. Я не смог не обратить внимания на его шею и ключицы: они оказались слишком красивыми. — Эй, не пялься! — его голос вытянул меня из транса, и я продолжил переодеваться на следующий номер.