Израненная душа/ Будет больно, но не вечно…

Глава четвёртая

Иногда люди жалуются на свою боль. Иногда они ненавидят за эту боль. Иногда они кричат от боли. А иногда им так больно, что у них нет сил ни жаловаться, ни ненавидеть, ни кричать… А со стороны говорят: "Посмотрите, как невозмутим и равнодушен этот человек".

*** Говорят, чтобы вылечить тело, Нужно душу свою исцелить... Ну, а если душа заболела, Подскажите, как с нею мне быть? Хоть царапины есть и на теле, Но душа всё ж сильнее болит: Несогласие с ним, недоверие... Как же душу мою лечить? Он вытряс мою душу… — всю до донышка… Теперь в душе — сплошная пустота. Не видно света мне, не видно солнышка. Перед глазами — мрак и чернота. Он вытряс мою душу… — всю до капельки… Там рана, что мучительно болит. А я… подобно нищему на паперти… Прошу тепла… от холода знобит… Он вытряс мою душу… — грубо, истово… Сначала пел волшебно песни о любви, Маскировался тщательно, под близкого, А после — просто выжег всё внутри… 🤍Jimin🤍 Есть ли шанс изменить свою жизнь, использовать тот, кромешный шанс, чтобы наконец-то избавиться от оков, сковавших по рукам и ногам. Наверное, поступать так – полнейшее безумие. А если, узнаёт Нам? Что если это все не сработает. Чимин был уверен, что мужчина обязательно как-нибудь узнает обо всем, и уж тогда, последние несколько лет его жизни покажутся райским наслаждением. Почувствовав себя максимально беспомощно и одиноко, парень заплакал. Горько и навзрыд, топя всю боль в этих слезах. Как уснул Чимин не помнил, только утром он еле заставил себя подняться из-за неудобной позы, в которой, он видимо, проспал всю ночь. Приведя квартиру в идеальный, а позже, и себя в более божеский вид – мало ли, Джун решит заявиться, для очередного раунда животного траха, иначе, это не назовёшь просто. Но к величайшему облегчению Чимина, мужчина не объявился, поэтому, все оставшееся время он продолжал раздумывать над тем, как ему привести в действие свою сумасшедшую задумку. 🖤End flashback🖤 Мысли роились в голове. Осознание того, что весь грандиозный и придуманный ночью план Чимина, накроется медным тазом, если он не приложит усилия, и не возьмёт себя в руки. Поэтому Чимин тряхнул головой, чтобы выкинуть из глупой головы, возникшие ненавязчивые мысли, о невероятно сексуальном мужчине по имени Чон Чонгук, и наконец-то сосредоточиться на работе, а именно, следующем посетителе. Ближе к концу смены, Чимин разбил три тарелки, пролит кофе на нескольких клиентов, а ещё парень осознавал, что перевёл за сегодня еды стоимостью, по крайней мере на сорок тысяч вон. Не говоря уже о неизвестном количестве заказов, которые парень перепутал, и Джину приходилось их переделывать. Чимин очень сильно устал за целый день, все его тело безумно ныло от непривычки. Опустившись на один из пластиковых стульев в маленькой комнате отдыха, что отвел для сотрудников Джин, парень откинул голову и устало выдохнул. На сегодня его смена уже закончилась и на работу заступили другие ребята. Но стоило Джину войти в комнату, как Чимин сразу же подскочил и выпрямился, ожидая вердикта начальника. Он и сам уже понимал, что не особо подходит на эту должность, так налажать сегодня, ещё уметь нужно. — Ты сиди-сиди, малыш. Ты и так много времени провёл на ногах. Как себя чувствуешь, Чим? —с улыбкой поинтересовался Джин, машинально наводя порядок в комнатушке. Судя из наблюдений Чимина – этот мужчина был просто, одержим чистотой и порядком. Понимая, что тянуть смысла нет, Чимин с тихим вздохом произнёс. — Прости меня, — он вытащил из кармана лист бумаги, над которым работал все время в перерывах. — Простить? За что, тебя простить малыш? Ласковой и спокойный тон Джина, болью, отозвались в груди парня. Даже ещё не осознавая, что делает он на автомате, потянулся к руке мужчины. — Я не смогу вернуть все деньги сразу, но постараюсь как можно скорее их найти, — Чимин протянул ему листок бумаги вместе с пятнадцатью тысячами вон, что смог насобирать по карманах из того, что ему выдавал Нам ещё на прошлой неделе. — Не понимаю. Что это? — уточнил мужчина, пробегая глазами по тексту на бумаге и не дожидаясь ответа, нахмурился и выдал.— Ты написал расписку? Чимин кивнул. — Там написан мой адрес проживания, а также прописки со всеми остальными паспортными данными. Я тебе очень сильно благодарен за то, что ты дал мне эту возможность… То, как мужчина быстрым шагом подошёл ближе и сел на стул рядом, немного испугало Пака, заставив непроизвольно дернуться от Джина в сторону, когда тот потянулся к парню рукой. — Прости, — автоматически пискнул Чимин в ответ на недоуменное выражение Джина, который водимо, просто хотел погладить парня по руке. — Ладно, малыш, давай-ка мы вместе сейчас с этим разберемся, — произнес мужчина не терпящим возражений голосом. Не злым как это было у Нама, просто… решительным. — Я не знаю, что ты там решил, в своей голове. Но вот в этом, – он поднял написаную Чимином расписку с деньгами, — уж точно нет необходимости. Отложив деньги на столик рядом, он вновь повернулся к парню. — Я хочу чтобы ты знал – справился со всем сегодня ты просто, отлично. При том, что тебе пришлось учиться этой крайне напряженной работе, не имея, при этом никакого опыта и подготовки. Ты всегда был вежлив с клиентами, даже когда они злились, что очень важно, и научился всему быстрее, чем кто-либо, кого я знаю, схватывая все буквально на лету. Слова Джина выбивали почву из под ног, лишая Чимина дара речи. — Но, ведь, это не так. Я знаю, что был ужасен, — прошептал парень — Я разбил дорогую посуду. Пролил кофе. А это все стоит денег, чтобы возместить… — Ох…. Неужели ты думаешь, что первый, кто разбил тарелку, пролил кофе или уронил выпечку? — отмахнулся мужчина и резко замолчал, а после слегка прищурившись и наклонившись ближе к парню, продолжил — Так вот, слушай внимательно, что я скажу. Ты. Был. Сегодня. Замечательным. — он сделал паузу, а после сказал более серьезно. — Я правда не шутил, когда говорил, что ты спас меня, выйдя сегодня на работу. Начать собственное дело – значит работать двадцать четыре на семь, при том, что не всегда удается найти достойных работников, что будут с тобой на одной волне. Вот ты сегодня старательно и тяжело трудился, не обращая внимания насколько все было ново и сложно, ты продолжал работать и не подвел меня. Что многое значит для меня. Только, прошу, не говори этого Дженни, – сверкнул улыбкой Джин – потому что она моя сестра, которую я очень люблю, но также очень надеюсь, что она, сбежав сейчас со своим парнем, наконец-то забеременеет и подарит мне много племянников, а главное, станет примерной женой и мамой, чтобы я смог предложить тебе немного больше рабочих часов. Посуда, разлитый кофе, испорченные пирожные – все это легко можно заменить, купив и сделав новое. Хороших людей – вот кого заменить невозможно. От таких слов сильно сжалось горло, но Чимин со всех сил сдерживал слезы. Он действительно… верил в него? Мужчина вышел из комнаты и вернулся через минуту, достав из карман небольшую пачку наличных, отсчитал несколько купюр. — Вот, держи, это твои чаевые за сегодня, — указал он кивком на деньги протянутые в руке. — Каждая смена делит их пополам между собой. — Нет-нет, я ничего не сделал, чтобы заработать их — сразу же отказался Чимин замахав руками, но Джин все равно сунул их Паку в карман. Парень лишь вздрогнул, когда его рука чуть коснулась перебинтованного запястья, и он мгновенно проклял себя за то, сожаление, что мелькнуло во взгляде Джина. Мужчина, тем временем, осторожно отстранился от парня. И Чимину, вновь захотелось извиниться, но, казалось, будто его язык онемел, а в горле стал ком из осколков. — Малыш послушай, — произнёс осторожно Джин, — так дело, тоже не пойдет… — и Чимин прекрасно понимал, о чем говорит мужчина. — Я понятия не имею, кто стал причиной такого взгляда твоих прекрасных глаз… а также причиной всего остального, что известно лишь тебе — взгляд мужчины быстро скользнул по бинту на запястье парня, — но пожалуйста, постарайся понять для себя, что это был не я. Я бы никогда так не поступил. Я понимаю, что это совсем нелегко, но все равно попытайся сделать это для себя, прежде всего, потому что вряд ли ты взялся за эту работу только лишь потому, что тебе были нужны деньги. – закончил свои догадки мужчина. И Чимин был очень рад, когда Джин не ждал ни ответа или какого-то подтверждения своим словам. И до этого момента, он и правда даже не осознавал, что Джин был прав, абсолютно. Парень решился на эту работу именно ради денег и того, что они будут для него значить. Но после одного дня работы под чутким руководством Джина, парень ощутил что-то еще, нечто другое. Теплое чувство дружеской симпатии – то, над чем ему не хотелось бы слишком сильно задумываться. Чимин не мог больше себе позволять такую роскошь, как дружба. Потому что уже ошибался в таких вещах прежде, причем, очень сильно. И все еще продолжал за это расплачиваться. Чимин уж точно не мог быть тем другом, которого достоин Джин. Но, возможно, так Чимин сможет понять, как много он потерял из-за Джуна, уехав с родного Пусана. — Ну тогда, увидимся завтра? — спросил Джин, поднимаясь и оставляя на столе долговую расписку и деньги Чимина. — Джин – х-хен… — прошептал Пак, как только мужчина отошёл немного к выходу. Страх вновь сковал его тело, ведь Чимин собрался нарушить еще одно правило Нама. — Не мог бы ты… не мог бы ты называть меня Чим или Минни, п-пожалуйста? — озвучил неуверенно он свою просьбу. Возможно Джин и посчитал подобного рода просьбу странной, но все же никак не прокомментировал это. А просто, лучезарно улыбнулся. — Да, Минни, мне это будет, лишь в радость. И тебе это милое прозвище больше всего подходит. Увидимся завтра утром. — Угу, до завтра, и… и спасибо — смущенно пробормотал парень, красуясь порозовевшими щеками. И Чимин действительно, с нетерпением ждал этого… завтра…. « Иногда нам сложно понять одно — Жизнь состоит не в том, чтобы найти себя. Жизнь состоит в том, чтобы создать себя»