Рассвет

      - Я не понимаю, нет, ну я просто не понимаю! Как открыть этот сраный архив? Это просто невозможно, кто дает задание, которое даже как открывать непонятно? – Вероника вздохнула и закатила глаза. Возникло сильное желание побиться головой о стену, но его пришлось сдержать. Взгляд зацепился за ноутбук… Нет, швырять его точно идея так себе.       За окном задавался рассвет. Тишина, царившая в доме, нарушалась лишь периодическим разъярённым шепотом Вероники, отчаянно пытавшейся сделать задание к семинару по Питону. Она сидела над ним уже четвертый час, но даже не смогла открыть данные.       - Ненавижу, как же я это ненавижу, - отчаянно хотелось кому-то пожаловаться, но в 5 утра, как назло, все друзья спали. И почему они все резко решили восстановить себе режим? Вероника еще раз вздохнула и с грустью взглянула в окно. Сейчас бы на улицу, на качели…       Качели всегда ассоциировались у Вероники с чем-то хорошим. Маленькой девочкой, она часто бегала качаться на огромных деревянных качелях с друзьями. В высоту метра 4, сделанные полностью из дерева, качели были излюбленным местом у ребят. Из-за того, что цепи на качелях были заменены деревянными палками, на них можно легко сделать солнышко. К сожалению, эти прекрасные качели остались у бабушки в Ставрополе, а в Щелково, где Вероника жила сейчас, ей приходилось довольствоваться гамаком на набережной маленькой речки.       Насколько хорошей была идея выйти погулять в 5 утра? Наверное, не очень, но Вероника не была бы Вероникой, если бы не претворяла откровенно дурацкие и далеко не всегда безопасные идеи в жизнь. Наскоро надев джинсы и накинув теплую кофту, она прокралась в коридор, стараясь как можно меньше шуметь. Разбуди она родителей или, что еще хуже, младших братьев, и всей затее конец. На удивление, удача была в ту ночь на ее стороне, и Веронике удалось выскочить из квартиры незамеченной.       Спустившись на лифте на первый этаж, Вероника медленным шагом направилась к набережной. Небо потихоньку светлело, а воздух был невероятно свежим, таким, каким он бывает только ранним утром. Глубоко вдохнув, Вероника огляделась, нет ли никого вокруг, а потом радостно закружилась.       - Господи, какой же кайф! – Настроение было отличное, спать совсем не хотелось, душа пела. Повинуясь внутреннему желанию, Вероника ускорила шаг, а потом и вовсе перешла на бег. Мыслей в голове не было вообще, только радостное предвкушение чего-то пока неясного наполняло ее. Дорога вдруг резко оборвалась, и Вероника выбежала на набережную: она загнанно дышала в попытке восстановить дыхание.       Темно-серое небо, покрытое облаками, начало приобретать оттенки розового и персикового. В воздухе запахло озоном, как будто недавно прошел дождь. Темная узкая речка казалась невероятно холодной и пугающей, черная вода смотрела злобно и отталкивающе.       В очередной раз глубоко вдохнув, Вероника села прямо на пожухлую прошлогоднюю траву. Рядом были качели, но именно в этот момент ей почему-то очень захотелось посидеть на голой земле. Опершись на руки, Вероника откинула голову назад и вперилась взглядом в небо. Если бы кто-то в этот момент увидел ее со стороны, то он бы точно решил, что девушка пытается выпытать что-то у неба – настолько требовательным был ее взгляд.       - Тебе разве не говорили, что сидеть на холодном вредно?       Вероника резко обернулась.       - Оля?       - Ну конечно Оля. Кто еще это может быть в такую рань? – девушка весело фыркнула. – Вставай, нефиг сидеть на холодном.       - Не хочу! – с детской непосредственностью и упрямым взглядом осла ответила Вероника. Оля страдальчески вздохнула: если ее подруге втемяшится что-то в голову, то пытаться заставить ее отступить бесполезно.       - Может, хотя бы на качели пересядешь? – предложила Оля.       - Уу – отрицательно покачала головой Вероника, разрушая надежды Оли на остатки адекватности.       Тихо вздохнув, Оля встала за спиной у Вероники, смотря в черную воду реки. Тишина снова завладела набережной. Девушки молчали, каждая думая о чем-то своем. Вдруг Вероника хихикнула:       - Видела бы нас сейчас Алина.       Алина была одногруппницей Вероники и по странному стечению обстоятельств была знакома со многими друзьями Вероники. А еще Алина постоянно шипперила Веронику и Олю. Казалось бы, человек учится, работает – есть чем заняться, однако каждый раз видя их вместе, Алина не упускала возможности подколоть или в очередной раз указать на явный романтический подтекст их отношений.       - Ооо, да она бы уже нам сто раз доказала, что мы не просто встречаемся, а являемся самыми настоящими соулмейтами. Мы же оказались в одном месте в одно и то же время! – Оля рассмеялась. – Нет, я упорно не понимаю, как она превращает абсолютно любое наше действие в доказательство того, что мы встречаемся!       - Не, ну учитывая то, что в 5 утра мы, не сговариваясь, вышли на улицу и оказались в одном и том же месте, возможно, конкретно в этом ее предположении было рациональное зерно, - на миг задумалась Вероника. – Хотя нет, Алина и рациональность – вещи несовместимые.       Договорив, Вероника прикрыла глаза и не заметила грустный, немного отчаянный взгляд, которым наградила ее Оля. В ее глазах, казалось, отражалась тихая печаль, с которой обычно смотрят на что-то невероятно дорогое сердцу, но, к сожалению, недоступное. Вероника тем временем решила продолжить.       - Может, имеет смысл уже сказать ей напрямую, что мы не встречаемся? Иногда, если честно, это так бесит, она буквально всем говорит, что мы вместе, мне даже неловко становится. А потом меня родственники спрашивают, где мой парень, а их всех Алина распугала.       - А ты действительно хотела бы встречаться с парнем? – Оля произнесла это совершенно спокойно, но что-то в ее голосе намекало на то, насколько важен на самом деле ей был ответ.       - Ну, наверное, да. Как ты знаешь, я как-то особо не пробовала. Все-таки найти хорошего парня сложно, а тратить свое время непонятно на кого, кто мне даже не нравится, мягко говоря, такое себе.       - А если не парень, а девушка? Говорят, найти хорошую девушку проще, чем парня, - немного нервно рассмеялась Оля, надеясь перевести вопрос об ориентации в шутку.       - Знаешь, с девушками я как-то тоже особо не пробовала! Да, впрочем, ты и сама об этом прекрасно все знаешь, зачем спрашиваешь? Да я ведь даже не целовалась ни разу!       - А хотела бы?       - Что именно? Поцеловаться?       - Ну да.       - Ты видишь много желающих? Да и целоваться непонятно с кем… Ну как-то не хочется. Все-таки первый поцелуй.       - А если… - Оля немного замялась, - а если не непонятно с кем? Если с тем, кого ты хорошо знаешь?       - Ну как-то у меня немного таких уж хороших друзей-парней. А они должны мне еще и нравится, как бы.       - А если со знакомой девушкой?       - Ахахаха, с кем? С Машей? Или с тобой, на радость Алине?       Оля потерянно замолчала и отвела взгляд. Внутри нее кипела внутренняя борьба, она пыталась сделать выбор, оставить все как есть и отшутиться либо сделать шаг в пропасть и признаться.       Оля и Вероника были знакомы уже много лет, они учились в одной школе и много времени проводили вместе. Одна компания в школе, одна компания на улице, даже их родители хорошо общались друг с другом. Сначала это была просто дружба, девочки много времени проводили вместе, но со временем Оля начала замечать, что Вероника значит для нее немного больше, чем просто подруга. Каждый раз, когда ей было плохо или тяжело, она отчаянно хотела, чтобы именно Вероника была рядом, в своей непосредственной и прямой манере развеивая проблемы и страхи. Ей хотелось разделять с Вероникой каждый счастливый и радостный момент своей жизни, просто находиться рядом. В начале Оля не придавала большого значения своим желаниям, однако через некоторое время начала задумываться о том, что же они означают. И лишь в конце 11 класса, когда пришло осознание, что они больше не будут проводить вместе столько же времени, сколько и раньше, она окончательно поняла, что бесповоротно влюблена в свою лучшую подругу.       И вот сейчас, стоя на холодной набережной и наблюдая, как солнце медленно выходит из-за горизонта, она пыталась найти в себе силы признаться. Это очень тяжело, видеться с человеком, которого искренне любишь и не иметь возможности показать это в достаточной мере. Невероятно сложно врать дорогому человеку в лицо, говоря, что они просто друзья. Трудно отшучиваться на постоянные подколы постороннего человека, который почему-то решил, что шутить про их с Вероникой отношения – хорошая идея. Возможно, слышать это было бы не так больно, если бы в этих шутках не было бы доли правды. И из-за этого каждая резала по сердцу как острый нож.       Продолжать молчать, значит, оставить все как есть. Все так же быть Веронике лучшей подругой, видясь пару раз в неделю, постоянно переписываясь, но при этом не имея возможности перейти личные границы, сказать, как сильно любишь, поцеловать в конце концов.       Признаться и быть отвергнутой означает разрушить все, что между ними было до этого. Все те долгие годы дружбы, радостные моменты, приятные воспоминания будут просто перечеркнуты парой слов. И тем не менее это поможет снять тот огромный камень на сердце, в который превратилась ее любовь и который с каждым днем давит все сильнее, становясь непосильной ношей.       Оля не знала, что хуже, но… Сил терпеть практически не оставалось, и, резко выдохнув, она решилась.       - А можешь поцеловать и меня. Я не против.       Вероника резко обернулась. Первой ее мыслью было то, что подруга шутит, но на Олином лице не было ни намека на смех. Всем своим видом она показывала серьезность и решительность ее намерений.       - Ты сейчас серьезно? Это ты с Алиной переобщалась или что с тобой?       Оля тяжело вздохнула и, не давая себе ни шанса повернуть назад, выпалила.       - Да, я абсолютно серьезно. На самом деле ты мне давно нравишься. Я люблю тебя.       Оля смотрела на Веронику решительно, хотя внутри нее, казалось, что-то медленно умирало. Она глядела в глаза Вероники, которые медленно наполнялись осознанием того, что она сейчас услышала.       - Оля, знаешь, - Вероника медленно выбирала слова, не зная, что можно ответить. Думала ли она когда-то об Оле в таком ключе? Нет. Она всегда видела в ней только подругу, но сейчас, услышав признание, Вероника задумалась, было ли все так просто. В голове царила каша и, она не понимала, что на самом деле чувствует и какие эмоции в ней вызывает признание.       - Я... Я честно не знаю. Я не знаю, что можно сказать, я вообще не знаю, что говорят в таких случаях.       Внутри Оли окончательно все оборвалось.       - Из.. Извини, это мне не стоило. Но я все-таки хотела, чтобы ты знала. Пожалуй, мне лучше уйти. Давай, давай просто забудем это, хорошо?       Оля развернулась и быстро зашагала вперед. Было настолько больно, что она с трудом осознавала действительность. Она не услышала тихое Вероникино «подожди», и остановилась лишь когда почувствовала, как ее схватили за запястье и мягко потянули в обратную сторону.       - Подожди, - повторила Вероника, - не уходи.       Оля отчаянно и немного загнанно посмотрела на нее.       - Что? Я все поняла, прости. Я… Мне просто надо побыть одной, ладно?       - Нет, - ответила Вероника. – Дослушай меня и не додумывай ничего. Я правда не могу тебе сказать, что ты мне нравишься, я никогда не думала о тебе в таком ключе. Но ты очень дорога мне. Очень-очень сильно. Я не хочу тебя терять. Просто… Просто дай мне время. Я сама не понимаю своих эмоций, это слишком неожиданно для меня. Дай мне разобраться в себе и своих чувствах, хорошо?       - Хорошо… - Оля завороженно смотрела на нее.       - Давай, давай тогда встретимся завтра? Здесь же, в то же время? Я… Я боюсь не смогу отвечать на твои сообщения сейчас.       - Хорошо… - все так же повторила Оля, не имея сил выдавить из себя что-то большее.       - Хорошо. Извини, но мне надо идти домой, скоро проснется папа, ему рано на работу, – произнесла Вероника скомкано, чувствуя себя донельзя неловко. Она вдруг осознала, что она до сих пор держала руку Оли и, резко отпустив ее, быстро развернулась и направилась в сторону дома, не дожидаясь ответа.       Вероника скрылась за поворотом, а Оля все так же стояла, смотря на то место, где еще недавно стояла ее подруга. Мыслей в голове не было, там царила немного звенящая пустота.       Солнце окончательно вышло из-за горизонта. Навстречу ему с дерева вспорхнула чайка, грациозно раскрывая крылья и позволяя ветру подхватить ее. Оля глядела на белую птицу, которая так свободно парила над рекой и чувствовала, что что-то начинает постепенно заполнять ту пустоту, что царила в ней. Это была маленькая, пока еще неуверенная надежда.