Остатки воспоминаний

      Стервятник отложил пакет чая к остальным и принялся распределять зерна кофе, когда сзади его окликнули. Он отложил зерна и повернулся, наткнувшись на беспокойное лицо Коня. Тот замялся, когда Большая Птица посмотрела на него, и пытался что-то сказать.       — Птенчик, что-то случилось? — Стервятник встал с кровати, подхватил трость и поковылял к пришедшему.       — Папа, ты не представляешь. Он вернулся! — Лог взбудораженно воскликнул, и пытался отдышаться от быстрого бега.       Стервятник с немым вопросом продолжал смотреть на Коня, ждав разъяснения, своего высказывания.       Конь поняв, что Птичий Папа не понял про кого он говорил, встрепенулся и быстро затараторил:       — Папа, Р Первый вернулся! Весь Дом на ушах, никто не ожидал его появления, все думали его уничтожила Наружность.       Стервятник удивленно раскрыл глаза, услышав упоминание воспитателя, ведь он тоже думал, что Ральф больше не вернется. Он перевел задумчивый взгляд в сторону, раздумывая о возращении Р Первого.       — Папа, могу я...       — Лети, малыш, — и разгоряченная Птица выпорхнула из комнаты, желая как можно до больших донести новость первым.       Стервятник присел на кровать, собирая все упаковки рассортированного чая и зерен кофе. Переложил все в небольшую шкатулку и положил на свою полку, чтобы никто не взял. После направился на выход из Третьей.       В коридоре был хаос, около двери Второй собрались Крысы толпой и громко обсуждали новость. Дверь в Четвертую была раскрыта нараспашку, откуда выбежал Лэри и побежал в направлении Кофейника. Псы ходили по коридору, ворчали себе под нос и бросали угрюмые взгляды на остальных.       Стервятник направился к двери Р Первого, тяжело опираясь на трость. Вожак дернул ручку двери, облегченно выдыхая, потому что дверь поддалась открытию. Большой Птице хотелось повидать Черного Ральфа.       Стервятник задорно хлопнул в ладоши, увидев знакомое место. Солнечный свет подсвечивал маленькие пылинки летающие в воздухе, генеральная чистота, вещи были разложены в точности, как и раньше и легкий запах моющего средства и цитрусов щипали ноздри. Он зашел внутрь, прикрывая дверь.       В комнате никого не было, прошел в ванную, где тоже не увидел Р Первого. Стервятник вернулся и присел на край дивана, отложив трость. Его взгляд наткнулся на настенные часы, и он внимательно следил за стрелкой, она его забавляла. Редко в Доме увидишь где-нибудь часы, Дом и его жителей не особо интересовало это. Некоторые даже ненавидели измерителей времени. Стервятник не отводил взгляд от стрелки, и поэтому немного вздрогнул, когда хлопнула дверь.       Стревятник отвел взгляд от часов и встретился со взглядом вошедшего. Стервятник спокойно разглядел воспитателя и приподнял уголки губ.       — Здравствуй, Рекс, — мужчина прошел в комнату, положив на прикроватную тумбочку книгу в темном переплете. — Тебе не стоит входить в комнату, когда ее хозяина там нет.       — Извините, Ральф, но я хотел удостовериться в правдивости нынешних слухов.       — В Доме сейчас все шокированы моим появлением, знаю. Что ж, думаю ты убедился, — Ральф присел на кровать, откинувшись на ее спинку и спокойно взглянул на Стервятника.       — Неужели выгоняете, Ральф? Думал, мы поностальгируем с вами о далеких днях, — Стервятник с видом наигранной грусти вздохнул.       — Ты этого хочешь, Рекс? Я предполагал, что после моего ухода ты не захочешь вспоминать меня, — глаза мужчины загорелись, и он сделал тяжелый вдох.       — Что вы, Ральф, как вы могли подумать о таком? Я не хочу стирать наши воспоминания. Воспоминания режут в то время, как их отсутствие убивает. Я не желаю быть изрезан, — Ральф собирался что-то сказать, но Стервятник прервал его, продолжив говорить. — После вашего ухода первые полгода у меня были приступы каждую ночь. Тень помогала мне, убаюкивая меня. Нет, не стоит ничего говорить. Я думал, что стал вас ненавидеть, но к счастью этого не произошло. Если бы я вас ненавидел, то не смог бы отпустить. Я представил, что вы прекрасный вороненок, покинувший гнездо и мне стало спокойно. Мне радостно увидеть вас. Я улыбаюсь нашим воспоминаниям, даже вспоминая ночь перед вашими уходом. Спасибо, что помогли мне их создать, Ральф, — Вожак улыбнулся ему и прихватив трость, встал, — До встречи, воспитатель!       Стервятник не обернулся, даже когда ему кричали вслед и скрылся за дверью. Он шел по коридору, не слыша шума, стоящего там. Только остановился дойдя до своей двери. В ушах звенело, Стервятник прикрыл глаза и грустно улыбнулся.       Он коснулся мягкими подушечками пальцев большого пореза на левой стороне груди, из которого сочилась кровь.       Стервятник стоял на пороге комнаты воспитателя и смотрел на него стеклянными глазами. Он жмурился, отказываясь слушать, что говорит напротив стоящий.       — Прости, Рекс, но мое решение принято. Нам никогда нельзя было иметь эту связь. Пожалуста, забудь все, — Стервятник сжал пальцы на рукоятке трости, чувствуя опять новый, но уже глубже порез.       — Как вам угодно, Ральф. С вами было приятно проводить время, — голос Птицы вздрогнул, — берегите себя в Наружности.       Стервятник развернулся, скрываясь в темноте коридоров.       Стервятник чувствовал пальцы Тени, которые гладили его макушку. Он закрыл глаза и облокотился о стену, сжимая руки в кулаки и оставляя полумесяца на мягкой ладони. Ему стало легче благодаря Тени и теперь сидел тихо дыша, терзая ладони.       В туалете стояла вонь, Вожак вышел из кабинки и подошел к раковине. Умывшись холодной водой Стервятник посмотрел в отражение и увидел вышедшую за ним Тень позади себя. Она облокотилась о дверь кабинки и наблюдала за Стервятником.       — Скажи, Макс, что бы ты чувствовал, брось я тебя после смерти?       Стервятник наблюдал за Тенью брата через зеркало и ждал ответа, но тот продолжал молча стоять.       — Вероятно, боль. Я впервые чувствую боль, после твоей смерти была вина, совесть и угнетение. Как непривычно ощущать это противное чувство, — также ничего не ответив Тень вышла, Птица поджала губы и тяжелой походкой вышла следом.       Стервятник легонько встряхнул головой, чтобы не окунуться в дальнейшие ночи после ухода Ральфа и зашел в комнату.       В комнате не было Птиц, одна лишь Тень одиноко сидела около стремянки. Увидев зашедшего Стервятника, она повернулась и заговорила тихим голосом:       — Если бы ты меня бросил, но через время вернулся, я бы почувствовал боль. Съедающую меня целиком боль, Рекс.