Осколки предначертанного

      Цветение сакуры. Возможно ли представить картину, которая бы будоражила, завораживала и околдовывала точно также, как и распускающееся вишнёвое дерево. Но даже столь прекрасное и одновременно успокаивающее зрелище бесконечно падающих нежных лепестков на землю, могло померкнуть на фоне…       — Слухай, мне нафиг не сдалась любительница пощеголять в чём мать родила! — завопил Ято, свалившись к стволу дерева и ударившись об него головой.       — Никто тебя и не спрашивал! — Бишамон прижала каблук к груди бога, не давая ему возможности подняться.       — Говорите, в прошлом году было ещё веселее? — заинтересованно спросил Эбису, уставившись на остальных.       — К-как бы вам сказать… — смутилась Хиёри, не понимая, как лучше выразиться в отношении Ято.       — Они каждый раз будут устраивать эту клоунаду? — Дайкоку раздражённо потушил сигарету. Он посмотрел на свою богиню и выдохнул, увидев, что она уже начала снимать всё происходящее на камеру. — Только в этом году без алкоголя справились… И как мы вообще до этого докатились?..       — Самому интересно… — сказал Юкине, уже готовясь к очередному позорному поступку своего бога.

***

      Руки Юкине слегка коснулась сакуры.       Сузуха, прошло столько времени… Мне нужно о многом рассказать…       — Чего ты такой грустный? — Ято подошёл к шинки, приобнимая его за плечи. Он поднял голову, останавливая взгляд на цветущих цветах.       — Просто… прошло уже больше года. А мы как отдельную жизнь прожили, — выдохнул Юкине, отходя от сакуры.       — Это уж точно, — улыбнулся бог, но по-прежнему увидел грусть на лице шинки. — Тебе прям не везёт с друзьями.       — Спасибо, что утешил! — Юкине фыркнул и присел на разложенный на траве плед.       — Но у тебя всё ещё будет, — Ято поводил резкими движениями волосы шинки, смеясь с его реакции. — И у тебя есть мы с Хиёри, не забывай об этом, — указал бог на подходящего к ним полупризрака.       — Что стряслось? — улыбнулась Хиёри Юкине. — Я же уходила всё было хорошо, почему ты такой грустный?       — Юкине вспомнил про Сузуху и Нору, — сказал бог, поднимаясь, чтобы помочь Хиёри разложить купленные продукты.       — Я-я не говорил про Нору! — возмутился шинки.       — Расслабься, мне тоже не по себе, — выдохнул Ято, неуклюже проводя рукой по шее. — Она когда-то была моей семьёй.       — На самом деле, мне тоже, — добивала Хиёри. — Нора была лишь маленькой девочкой. Ни больше, ни меньше, — Ики протёрла пальцами глаза и постаралась на выдохе собраться с чувствами.       — Терять кого-то всегда тяжело, — проговорил бог, уходя куда-то в дебри воспоминаний.       — Словно ты понимаешь… — пробурчал Юкине и тут же стыдливо прикрыл рот. — Прости! Ты многое пережил и конечно… — сжался шинки, коря себя за проронённые сгоряча слова.       — Да, это так, — Ято переглянулся с Хиёри, и та молча кивнула ему и отошла ближе к пролегающей неподалёку реке.       — Куда это Хиёри? — спросил Юкине, встречаясь со взглядом бога.       — Ты уже, наверное, прекрасно осознавал тот факт, что у меня были шинки, помимо Норы и Томоне. Я и правда прожил достаточно длинную жизнь, если можно так сказать в отношении бога, — спокойно проговорил Ято и, увидев сознательный кивок Юкине, продолжил. — Одной из первых была Сакура, — улыбнулся бог, глядя на цветущую вишню.       — А что с ней стало? — поинтересовался Юкине. — Тоже жаловалась на потные ладони? — посмеялся он, на что бог лишь грустно хмыкнул и слабо дёрнул шинки за нос.       — Она умерла, — холодно сказал Ято.       — Ой… — вздрогнул Юкине, вновь затыкая свой рот. — Мне жаль…       — Тебе не за что извиняться, — Ято похлопал шинки по плечу, и тот слегка расслабился. — Я был тогда ещё совсем ребёнком, и Сакура стала моим первым шинки, которого я захотел завести сам. Хоть и случилось это от части по её инициативе… — улыбнулся он. — Кстати, — радостно начал Ято, — именно благодаря ней у меня есть замена тому имени, что… даровал мне отец. Именно она впервые назвала меня «Ято», прочитав второй иероглиф вместо кандзи на катакана.       — Но почему она умерла? Что случилось? — Юкине хотел утешить Ято, но своими словами сделал только хуже. Бог нахмурился и стал водить глазами по сторонам, но так и не смог найти подходящего и менее болезненного ответа на вопрос своего шинки.       — Помнишь, что я говорил на вечеринке в честь победы над отцом? Про то, когда я впервые увидел у тебя трещину на… — оскалился бог. — Нет, не надо. Не стоило заводить мне этот разговор… — Ято стал подниматься, но шинки ухватился за него.       — Я думал, что умереть было легче…       — Помню! — выкрикнул Юкине. — Ты всегда… всегда старался спасти меня, неважно, что происходило!       — Я не Юкине! Освободи меня немедленно! Сотри с меня эту штуку!       — И как бы я ни косячил, ты не отказывался от меня и продолжаешь… — на глазах шинки стали проблёскивать слёзы, но он смахнул и уверенно посмотрел на своего бога. — Ты продолжаешь считать меня своим благословенным сосудом и единственным орудием. Поэтому хоть в ад, но я пойду за тобой.       — Ю-Юкине… — опешил Ято, не заметя, как у самого защипало в глазах. Он притянул шинки к себе, не осознавая, что утешает скорее себя, нежели Юкине, который был весьма спокоен. — Сакура… — сглотнул бог. — Узнала своё истинное имя и превратилась в аякаши, — Юкине в руках Ято вздрогнул. — Это произошло по моей вине как и то, что случилось с тобой. Не понимаю, почему ты продолжаешь винить себя…       — А я не понимаю, почему ты делаешь то же самое! Не нагружай себя так, что в итоге всегда в дураках остаёшься ты!.. — шинки серьёзно посмотрел на бога без капли печали в глазах, что пребывала в них пару мгновений назад. — Я уверен, что ты и тогда не был виноват! И раз с таким теплом вспоминаешь Сакуру, то и она не винила тебя! — он неловко улыбнулся. — Спасибо, что поделился со мной этим. И, пусть и поздно, но спасибо, что стал моим хозяином.       — Как же ты вырос… — шмыгнул Ято, вытирая покрасневшие глаза. — Теперь мне от тебя скрывать нечего, — усмехнулся он.       — А что насчёт Хиёри?       — Как бы сказать… — запнулся бог, перебирая в голове самые лёгкие варианты подачи информации.       — Так вышло, что я своими глазами увидела его прошлое, — сказал полупризрак, еле слышно подойдя к богу и шинки, от чего те подскочили.       — Пугать-то зачем?! — закричал Ято.       — Я даже видела его совсем маленького! — хихикнула Хиёри, изображая, словно она ловит что-то в ладони. — Он тогда хотел поймать звёздочку! — она ещё сильнее заулыбалась, заметив, как смутился бог.       — Всё, прекращай. Тебе это показывали не для того, чтобы ты издевалась надо мной перед сопляком, — пробурчал Ято, слегка приударив Юкине по макушке.       — А ещё что-то интересное знаешь? — сказал Юкине, приблизившись совсем близко к Хиёри, и демонстративно поглядывал на Ято.       — Эй! Не претворяйся, словно хочешь это скрыть! Я же всё слышу!       — Он как-то хотел подарить Сакуре закат, — засмеялась Хиёри вместе с Юкине, увидев, как покраснел Ято.       — Так получается, она была его первой любовью, — заулыбался шинки, не отводя взгляда от рассерженного бога.       — Тебе напомнить твои косяки?! — Ято ухватился за Юкине, зажимая того вокруг шеи. — Как ты хотел полапать Хиёри или типа того? — на лице бога появилась зловещая улыбка. — Или чуть не убил меня скверной от одного-единственного поцелуя?       — Да это было тысячу лет назад! — поалел шинки.       — А у меня это было буквально тысячу лет назад! — Ято ещё сильнее зажал Юкине, и тот, не в силах протерпеть ещё несколько секунд, выбился из хватки бога. — Не играй со мной, малец. Я опытнее тебя во всём! — гордо похвалился Ято.       — Да что ты, Ятусик? — высветилась Кофуку за плечом бога, поставив того в тупик. — Я уверена, что если бы скверна передалась от бога к его шинки, то Юкине-кун ходил бы полумёртвый всякий раз, как тебя целует Хиёрин, — улыбнулась богиня, похлопав Ято по спине.       — Кофуку, Дайкоку! — Юкине вскочил и побежал им навстречу. — Нужна помощь? — он посмотрел на тяжёлые пакеты, которые тащил шинки, но Дайкоку усмехнулся и, помотав головой, самостоятельно отнёс их к месту сбора.       — Вечно ты всё портишь, нищебожка, — Ято присел на плед, бурча себе под нос.       — Ещё скоро Биша придёт со своими ребятами, — Кофуку пристала к богу с хитрой улыбкой.       — Только посмей, — Ято приподнял одну бровь, и тут же в него с разбегу кто-то врезался.       — Ято-сан! — закричал юный бог, приобнимая Ято за плечи.       — Ах, это же наш малыш Эбису! — Ято приподнял его и стал слегка кружиться в стороны, вызывая у юного божества смех.       — Никогда не думала об этом, — проговорила Кофуку, вызывая внимание у Хиёри.       — О чём? — спросил полупризрак, присаживаясь к богине.       — Что Ятусик был бы отличным отцом, — Кофуку прикрыла рот, пряча ухмылку, но реакция Хиёри не вызвала того эффекта, на который рассчитывала богиня.       — Ну, он же хорошо растит Юкине, так что это правда, — без раздумий ответила Хиёри, раскладывая напитки, принесённые Дайкоку.       — Я не об этом! Хиёрин! — Кофуку притянула полуаякаши к себе, шепча на ухо то, что вогнало Ики в краску.       — Снова ты хочешь скандал учинить, — выдохнул Дайкоку, оттаскивая богиню от Хиёри.       — Ну-у-у блин! В прошлом году было что-то весёлое, так почему в этом не должно? — невинно улыбнулась Кофуку.       — Ещё не вечер, — шинки успокоил свою богиню, поручив сходить за якобы забытыми пластиковыми стаканчиками, и направил взгляд на полупризрака. — Не слушай её. Ты ещё молодая, куда тебе, — улыбнулся он. — Тем более, что дети — это большая ответственность, — на лице шинки проскользнула грусть.       — Чем это вы занимаетесь? — прискакал Ято с Эбису на плечах. — Хиёри, хочешь и тебя так покатаю? — посмеялся он.       — Думаю, что одного ребёнка пока достаточно, — сказала Хиёри, чего Ято совсем не понял.       — Это точно, — ответил Дайкоку, посмеиваясь.       — У вас какие-то от меня секреты? — нахмурился бог, приближаясь к полупризраку. — Или в присутствии Эбису говорить не хочешь? — прошептал он.       — Ято-сан, я вас слышу, — сказал юный бог, всматриваясь на Хиёри и Ято сверху. — А когда мы будем есть?       — Уж не знаю, когда там все фрики этой страны соберутся… — проворчал он и остолбенел, как только увидел, подходящую вдалеке Бишамон со своими шинки. — Я надеялся хотя бы на старика Тендзина или Таке-придурка, но почему именно нимфоманка первая припёрлась?!       — Ято! — Хиёри слегка потянула бога за ухо. — Сколько можно говорить, не выражаться так при господине Эбису! И Юкине тут!       — Хиёри, не забывай, что тот, кого ты считаешь за дитятку, около года назад был не против меня как шлю… — прокашлялся Ято, взглянув на юного бога, — доступного мужчину использовать…       — А? Когда такое было?.. — в недоумении спросила Хиёри, поворачиваясь в сторону Юкине.       — Д-да врёт он всё! — смутился шинки. — Его тогда постоянно доставали люди, думающие, что это ты. Помнишь, как он твоё тело использовал для своего дебюта? И номер всем подряд тоже раздавал. Вот ему и позвонил какой-то подозрительный тип, а Ято хотел отказаться от работы, подумав, что у заказчика нетрадиционная ориентация… — окончательно покраснел Юкине, зарываясь в ладони.       — А что тут такого, Ято? — возмутился полупризрак, приглаживая шинки по волосами. — Священный сосуд также должен и проучивать хозяина!       — Тц! Хиёри… — помрачнел бог. — Ты меня за тот косяк никогда в жизни не простишь, да?..       — О! Госпожа Бишамон! — прокричал Эбису, увидев рядом с собой богиню.       — Я тоже рада вас видеть, — улыбнулась она, перехватывая юного бога с плеч Ято. — Вы хорошо едите? Куними следит за вашим питанием? Вы совсем лёгкий.       — Ага! Мне все говорят, что я просто медленно расту! А потом я буду выше всех вас! — посмеялся Эбису. — Да, Ято-сан?       — Да, будешь, — грустно улыбнулся бог, отворачиваясь от Эбису.       — Надо же. Сегодня обойдёмся без истерик? — Бишамон ухмыльнулась, увидев, что Ято совсем не обратил на неё внимание. Которое в основном заканчивалось ругательством и драками.       — Биша!.. — встрял Казума, перебивая богиню. — Ято, не слушай её, ладно? Вам не стоит ссориться хотя бы сегодня! Давайте все спокойно посидим за сакурой.       — Д-да! — Хиёри дёрнула Ято за рукав, заметив, как тот уже начал коситься на Бишамон. — Ято, поможешь мне? — невинно улыбнулся полупризрак, направляя взгляд бога на себя.       — К… — покраснел он. — Конечно! — Ято тут же оживился, забыв про Бишамон. — С чем надо подсобить моей Хиёри? — улыбнулся бог, потянув Ики за собой.       — Хвала небесам… — выдохнул Казума. — Биша, что это было?       — Не пойми неправильно!.. — слегка смутилась Бишамон. — Я не хочу беспокоить госпожу Кофуку по таким вопросам, но мне с того самого дня всё интересно. Кто это испытывает ко мне чувства, — сказала богиня, пытаясь скрыть свою полную заинтересованность в этом вопросе.       — И… и ты п-подумала, что это… — Казуму бросило в дрожь.       — Чего?.. — нахмурилась Бишамон, поняв, что конкретно хотел сказать шинки. — А ну-ка повтори! — огрызнулась она.       — Нет! Нет! Нет! Раз нет, так нет!..       — Просто у него легче всего достать эту информацию. Он явно ей обладает, — Бишамон с интересом заметила, как покраснел Казума. Она уже пыталась вытащить все известные шинки данные, но он, даже через сильное смущение, ни в какую не выдавал их. — Ладно уж, давай сегодня просто отдохнём, — на лице богини появилась облегчённая улыбка. — Без пьяных драк и разборок.       — Уж надеюсь, — со смешком выдохнул Казума.       — Ой! Биша-а-а-а! — прокричала Кофуку, напрыгнув на богиню. — Я скучала!       — Как вы, госпожа Кофуку? — Бишамон ответила на объятия и сразу же в рамках нормы отстранилась.       — Ой, да всё своим чередом! Дайкоку отправил меня в магазинчик, но я там много чего поломала… — пробурчала она.       — Что ты?! — выкрикнул Дайкоку.       — Вот счёт… — настороженно богиня протянула шинки чек, из-за которого Дайкоку моментально побледнел.       — Ято… — раздражённо проговорил шинки. — Вот во что мне стоило спасение твоего зада…       — Ну, чего ты так! Сам же знал, что не нужно было мне что-то поручать! А ещё я по пути встретила Куина-куна! — Кофуку указала на шинки, который стоял всё время позади. Куин поклонился, как только его заметили остальные. — Он тоже ходил по поручению! И ещё я встретила Тендзи! — богиня показала уже в другую сторону, где тоже на протяжение всего диалога стоял бог со своими шинки.       — Да ты прям мастер цеплять на себя всё, что попало… — проворчал Дайкоку, хмуро растирая складки между бровями.       — А где Такемиказучи? — Бишамон оглянулась, но бога не обнаружила.       — Мой господин сказал, что будет ждать меня на месте встречи, — Куин начал нервничать после слов богини.       — А ты уверен, что местом встречи не являлся магазинчик, в котором нашла тебя моя Божка? — спросил Дайкоку, легонько ударив свою богиню по голове, из-за чего та глухо ойкнула. Услышав слова шинки, Куин впал в ступор и тут же, развернувшись, кинулся обратно.       — Господи-и-и-ин! — закричал он, надеясь на то, что Такемиказучи его услышит и будет дожидаться возвращения.       — А мне уже нравится эта встреча! — засмеялся Эбису. — С вами так забавно проводить время.       — Мы тоже рады, что в этой жизни вы так часто отдыхаете и веселитесь, — на лице богини войны появилась нежная улыбка.       — Впервые вижу, чтобы вы так красиво улыбались, — заметил Эбису. — Вам очень идёт.       — Д-да?.. — смутилась Бишамон.       — Правда! — заулыбался юный бог. — Шинки точно врать не будут! — Эбису окликнул Казуму и тот уже проклял всё насущное за то, что все остальные разошлись, а он продолжал патрулировать свою богиню. — Казума, госпожа Бишамон красиво улыбается?       — Можешь отвечать честно, я не кусаюсь, — для шинки богиня стала краше и милее во всём в один миг, стоило этой улыбке появиться на её лице вновь и стоило этим сверкающим и глубоким глазам посмотреть на него.       — Ты прекрасно знаешь моё мнение, — со смущение кивнул Казума. — Красивей тебя никого нет, для меня уж точно.       — Никак понять не могу, — засмеялась Бишамон. — Ты за годы настолько лестно говорить научился? Или у тебя дар от природы?       — Э-это мои искренние чувства, Биша!..       — Поняла, поняла, — Казума никак не смог противостоять смеху своей богини, тем более, что она и в самом деле была настоящей красавицей. — Пойду что-нибудь налью выпить. А то сегодня такая жара.       — Прости, Казума… — с виной сказал Эбису, как только Бишамон ушла.       — Так вам тоже всё известно, — Казума сделал вид, что его это совсем не задело, впрочем, его сердце уже многие годы было суждено безответно любить свою госпожу.       — Знаешь, пусть я и мал, но тоже думал, что подобные чувства — это лишь чушь и пустая трата времени, — выпалил юный бог.       — Да уж, спасибо за ласковые слова, господин Эбису…       — Но! — воскликнул он и посмотрел в сторону Ято. — Тот, кем я восхищаюсь, так не считает! — юный бог широко улыбнулся шинки. — И Ято-сан, я уверен, хочет для тебя счастья!       — Так он вам и рассказал всё, да? — Казума легонько погладил бога по голове.       — Н-ну… возможно… — Эбису начал бегать глазами по сторонам.       — Тогда передай Ято, хотя… думаю, он и так знает об этом. Пусть я и люблю свою госпожу совсем не так, как следует любить её оружию, но это не повод подсылать ко мне таких юных помощников, — шинки с грустью улыбнулся, но, встретившись с ужасом на лице Эбису, насторожился. — Что такое? — бог дрожащей рукой указал за спину Казумы и тут же рванул к Ято, уцепившись за его штанину.       — Ка… зу… — проронила Бишамон и тут же из её рук соскользнуло два стакана, испачкав их содержимым траву и слегка обувь богини. Казума остолбенел, полностью потеряв всю живость и был готов рухнуть, думаю, что его уже выгонят. Но Бишамон, несколько раз моргнув, стала оглядываться и только затем её лицо залилось краской. — Я хотела…       — Ято-сан! Беда! — закричал Эбису, впиваясь в ногу бога.       — А? Ты чего так резко сюда рванул? — с недоумением Ято посмотрел туда, куда так настырно тыкал юный бог, но помимо неряшливой Бишамон и бледного Казумы ничего не обнаружил. — Там только психичка с почему-то красными щеками и… — с каждым словом лицо Ято искажалось, а взгляд терял всё спокойствие. — Н-не говори, что! — воскликнул он.       — Простите, меня, Ято-сан!.. — Эбису прижался к богу, еле дотягиваясь до его талии, чтобы спрятаться в спортивную куртку. — Это я виноват! — глухо проревел он, пряча лицо.       — Так, Хиёри, — окликнул он стоящего рядом полупризрака, которая в ужасе наблюдала за происходящим, — позаботься о Эбису, — Ято подтолкнул юного бога к Хиёри, а сам рванул к своему старому товарищу и его психованной госпоже.       — Это тебя Ято надоумил такое ляпнуть, да? — с хищностью во взгляде богиня сверлила своего шинки, не давая ему и шанса на побег.       — Б-Биша! Конечно, нет! К-как ты о таком… — Казума даже не смог собрать весь поток мыслей в нормальные предложения. В его голове случился настоящий взрыв, отразившись алым полотном на лице.       — Нимфоманка, полегче! — встрял Ято, смело прикрывая собой Казума. — Т-ты же больно агрессивно реагируешь! — бог вздрогнул, когда столкнулся с дикими глазами Бишамон.       — Так это всё же ты… — зарычала она сквозь улыбку.       — Я что? — переспросил Ято, действительно не понимая, к чему ведёт ход её шальной мысли.       — Решил поиздеваться надо мной, да? Игру состроить, будто бы я кому-то нравлюсь. А потом ещё и так удобно складывается, что Казума говорит странные вещи ровно в тот момент, когда я оказалась рядом?       — У тебя все дома?.. — ошалел бог от услышанного.       — Тот же вопрос! — богиня вцепилась в куртку Ято, притягивая его ближе к себе. — Я заставлю тебя плясать голышом на битом стекле за такие выкрутасы, — улыбнулась Бишамон, от чего у Ято по телу начали скатываться капли пота.       — Да никого я не подговаривал! Ты с дубу рухнула?! Хей, ребят! Скажите же ей, что у меня и в мыслях не было что-то подобное устраивать! — с мольбой закричал Ято остальным, но те, перешёптываясь, так и не ответили. — Юкине! Хиёри! Хоть вы-то!.. — уже в ужасе просил бог. — Кругом одни предатели!       — Биша! Прекрати это! — Казума хотел вырвать Ято из рук богини, но Бишамон намертво не отпускала дёргающегося в попытках сбежать бога.       — Слухай, мне нафиг не сдалась любительница пощеголять в чём мать родила! — завопил Ято, свалившись к стволу дерева и ударившись об него головой.       — Никто тебя и не спрашивал! — Бишамон прижала каблук к груди бога, не давая ему возможности подняться.       — Спрашивала! Сама же!.. — не успел договорить бог, как пуля пролетела буквально около него и ствола сакуры.       С дуру с такой пошутишь, так полбашки собирать придётся…       — Я не буду повторять. Ты это всё устроил? — обозлённо проговорила Бишамон, держа в руках Кадзуху.       — Знаешь, это уже шантаж какой-то!.. — Ято прижался к цветущей вишне и вздрогнул, как увидел наставленный на себя пистолет. — Да хватит! — выкрикнул он, отворачиваясь от оружия. — Л-ладно, это всё я устроил!       — Ято!.. — Казума замер от услышанного. Бог солгал ради него.       — Так я и знала, — оскалилась богиня. Она провела взгляд по пистолету и вновь наставила его на бога, из-за чего тот начал скулить.       — Хватит! — крикнул Юкине, прикрывая собой Ято. — Госпожа Бишамон, мой хозяин хоть и балбес знатный, но на такое не способен!       — Будешь отрицать даже после его признания? — богиня, нахмурившись, опустила оружие. — Я не могу причинять вред невинному. Вернись, Кадзуха, — пистолет в один миг превратился в мальчика и встал позади своей госпожи.       — Как его священный сосуд, я могу сказать, когда мой бог врёт!       — Да, прошу, это всё недоразумение! — Хиёри попыталась разбавить обстановку, но взгляд богини ни на каплю не смягчился.       — Как-то вы припозднились… — пробурчал Ято.       — Тебя нужно было проучить, — ответил Юкине, тут же ударив бога ногой по спине. — Это же всё из-за тебя, балбеса кусок! Бездельник, так ещё и заноза сам знаешь где! — ворчал Юкине, продолжая пинать Ято.       — Никак не могу понять, у этих двоих хорошие отношения или нет? — настороженно спросил Таке.       — Ну, как у вас с Куином-куном! — посмеялась Кофуку.       — А? — хором произнесли Такемиказучи и Куин, тут же переглянувшись.       — Несмотря на всю ругань, что происходит между вами, вы продолжаете ценить друг друга. Это и называется настоящая связь между богом и его шинки. Да, Дайкоку?       — Это уж точно… — выдохнул он, поглаживая богиню по макушке. — Стоп, а когда эти двое прийти успели?       — Не знаю, — невинно улыбнулась богиня.       — Так что, Ято всё это устроил? — повторила Бишамон, когда Юкине прекратил «проучивать» своего хозяина.       — Нимфоманка, это…       — Ято, прекрати, — перебил его Казума. — Ты уже чуть не получил. Оставь мои проблемы на мне, — шинки встретился взглядом с богиней и улыбнулся. — Ято ничего не делал. И то, что я говорил до этого правда… — слегка смутился он. — Это и есть мои искренние чувства к тебе, Биша.       — А Казума-кун на удивление смелый мальчик, — удивилась Кофуку.       — Я… — проронила Бишамон и сразу же отвернулась от шинки. — Приди, Гайки! — прокричала она и, запрыгнув на Кураху, сразу же без оглядки шустро скрылась.       — О-о-о, — протянул Ято, кладя руку на плечо Казумы. — Да тебя отшили, братец. Ай! — бог нагнулся от удара полупризрака. — Хиёри? Ты чего такая агрессивная? — проныл Ято.       — А то, что ты бедного Казуму в могилу свести хочешь или как?! — прокричала она, хмуря брови.       — Хиёри… — бог весь сжался и заскулил от внезапно холодного отношения полупризрака к себе.       — Разве не забыл, как поступил со мной тогда в больнице? Ты тоже сбежал!       — Ну, ситуации малёх разные… — просмеялся Ято, пытаясь притянуть Хиёри к себе. — Ты всё ещё дуешься?..       — Не в том дело, — Хиёри смягчилась, от чего бог спокойно выдохнул. — Казума, — она обратилась к шинки, привлекая его внимание. — Госпожа Бишамон просто растерялась. Это не значит, что твои чувства отвергнуты, нет. И это также не значит то, что она больше не будет тебя ценить. Думаю, последнего уж точно никогда не случится, — улыбнулся полупризрак.       — Но это не отменяет того факта, что теперь Биша будет меня избегать какое-то время… — Казума смиренно присел на плед и стал наливать себе саке.       — Нелегко смириться с чужими чувствами, не то, что своими… — смутился полупризрак.       — Всё же этому товарищу сейчас не это нужно, Хиёри, — Ято легонько подтолкнул её к Юкине, а сам уселся рядом с Казумой. — Идите поразвлекитесь без меня, — помахал он и повернулся к шинки.       — А он беспокоиться о Казуме больше, чем я ожидал, — рассуждал Юкине, отходя дальше от своего бога.       — Ты же не… — обеспокоенно спросила Хиёри.       — Нет! Нет! — шинки усиленно замотал головой, поняв, что имел в виду полупризрак. — Просто Ято живёт намного, намного дольше меня и, несмотря на всё, он научился беречь друзей… — Юкине выдохнул в улыбке, отводя взгляд от бога. — Я бы тоже… хотел иметь эту черту. В какой-то мере, я ему завидую… Завидовать своему же богу. Глупо это, — отмахнулся он.       — Эй, Юкине, тащи сюда выпивку! — прокричал Ято, не вставая со своего места.       — Завидую?.. — пробурчал шинки. — Да я в жизнь не буду таким хрычом безработным! — огрызнулся Юкине, от чего Ято всего передёрнуло.       — Чего эт он? — спросил бог у Хиёри, глядя на то, как шинки демонстративно, топая ногами по земле, отдаляется к другой компании.       — У каждого свои причуды… — выдохнул полупризрак, уже не поражаясь тому, как Ято и Юкине были похожи, но искренне считали иначе. — А у кого-то они одни и те же, — оглянулась Хиёри на бога.       — Я снова что-то сделал не так?.. — проскулил Ято. — И выпивку он не принесёт, да?..

***

      — Я полный отстой… — Казума уткнулся лицом в стол, иногда захлёбываясь в собственным слезах, из-за чего Ято его никак понять не мог.       — Задолбал, чес слово… — проворчал бог, оглядываясь на время, которое показывало уже десять часов. — Сколько?!       — Да, а началось всё с того, что ты предложил Казуме-куну продолжить пьянку, а точнее, как ты выразился, «мужскую помощь» после того, как все уже по домам разошлись. И привёл его к нам домой, — грустно ответила Кофуку, проводя пальцем различные фигуры на полу. У богини уже совсем закрывались глаза, но из-за Казумы она не могла позволить себе пойти на боковую и продолжала обслуживать гостя. — Казума-кун, может ты вернёшься к себе? Биша, наверное, переживает.       — Бесполезно… — Ято уже был готов выкинуть шинки за шкирку, когда вновь в ответ получил невнятно мычание.       — А не проще выключить свет в комнате, оставить его одного, дай бог и заснёт, — предложил Юкине, попутно несколько раз зевнув.       — Точно! Юкине — гений! — выкрикнул Ято.       — Да! Да! — Кофуку пару раз активно мотнула головой и уже побежала к выключателю, чтобы погасить лампочку.       — Нет, просто в отличие от вас мне алкоголь мозги не затуманил… — выдохнул шинки.       — Я не так уж много и выпил, не гони мне тут! — фыркнул Ято. — Причём без нагона, правда! Я же обещал.       — Трезвый, просто уставший… Ага, я уже от тебя это слышал сегодня раз пятьсот…       — Тц! Мелочи не понять! — Ято прищурился, как только богиня выключила свет и заметил, что его товарищ какое-то время точно был в отключке. — Но ты и правда молодец, — улыбнулся бог и, потягиваясь, вышел из комнаты. Юкине пошагал за ним.       — А госпожа Бишамон и правда волноваться не будет? — поинтересовался шинки, заглядывая в дверную щель комнаты, из которой только что вышел. Кофуку накрыла Казуму пледом, а сама вяло поплелась в спальню.       — Будет, ещё как, — спокойно ответил Ято.       — Может, следует вернуть Казуму?..       — А чего это? Его хозяйка уже около минут тридцати сидит на крыше дома, — без капли эмоций сказал бог, открывая дверь во двор. — Эй, полудурушная! — выкрикнул он наверх. — Я усыпил твоего дитятку, можешь забирать!       — Стоп! Так ты знал, что Казуму можно так легко вырубить, но не воспользовался этим?! — опешил Юкине.       — Естественно. Думаешь, я первый год бог? — искренне удивился на вопрос своего шинки Ято. — Просто ей нужно было хоть сколько-то послушать тот бред, что мне приходилось стараться понять целый день. А теперь детям пора спать, — задорно Ято вытолкнул Юкине, закрывая перед его носом дверь. — Спокойной ночи, Юкине! — но в ответ бог получил лишь удар по этой самой двери, что его развеселило. Он парой лёгких движений запрыгнул на крышу и наконец увидел богиню, которая была подозрительно тиха. — Эх, ну и цирк же сегодня вышел! — выдохнул он, усаживаясь рядом.       — Словно с тобой бывает иначе.       — Один: один, — ухмыльнулся Ято. И Бишамон, вновь оказавшись в полной тишине, погрузилась в свои мысли. — Я знаю, что не советник, да и мои слова ты слушать скорее всего не станешь, — начал бог.       — Давай без воды, — огрызнулась Бишамон.       — Понял, понял! Так вот, по поводу чувств Казумы и твоих собственных. Каких именно ты боишься?       — Сама не знаю… — богиня уткнулась в колени и была похожа на кого угодно, но не на богиню войны в тот момент.       — Ну, каким бы ни был твой ответ, это всё неважно. Когда выяснялось, что я не такой уж и простенький бог, каким меня считали не один век, да и сам я о себе был такого себе мнения, — стал проговаривать Ято, обдумывая всё, что произошло с ним с того самого момента, когда его жизнь перевернулась с ног на голову. Встреча со странной школьницей, увлекающейся боевыми искусствами и никак не отстающей от него, как бы он не отпирался. И маленький комочек, похожий на снежинку, который в одночасье стал упёртым и тщеславным подростком без капли манер и морали. У Ято на лице расплылась улыбка. — Даже несмотря на всё, я — это Ято. И буду им столько, сколько это вообще возможно. И я искренне благодарен им за то, что не поменяли ко мне своего отношения. Я просто парень в спортивках, желающий стать богом счастья. Что тут такого, да? — заулыбался он.       — Всё же мне кажется, что ты им уже стал, — ласково ответила Бишамон. Ято растопырил глаза и сам не понимал, как реагировать на такую богиню.       — Т-так вот, — продолжил бог, перебивая смущение, — Хиёри — это Хиёри, а Юкине — это Юкине. И что бы ни случилось, они для меня останутся таковыми навсегда. А что насчёт тебя? Казума же это всё тот же преданный и услужливый во всём по отношению к тебе шинки? — Бишамон хоть и не увидела в лукавстве бога ничего забавного или прелестного, но почему-то улыбнулась.       — Казума навечно будет моим любимым Казумой, — прошептала богиня, тут же краснея. — Н-не в этом плане!       — Да понял я! — засмеялся Ято. — В своих чувствах уже сама разбирайся. А пацана так не избегай. Смотри до чего беднягу довела, — строго сказал Ято, словно пострадал больше всех в этих распрях. Или как минимум, считал именно так. Он хотел сказать что-то ещё, но, оглянувшись в сторону богини, не застал её там. — Э! Хоть бы слово сказала!.. — огрызнулся Ято, спускаясь вниз. Бог спокойно прошёл коридор и, не входя в комнату, застал достаточно хорошую картину после такого тяжёлого дня. Шинки в слезах прижался к богини, которая ласково утешала свой эмоциональный священный сосуд. Казума продолжал реветь про то, чтобы Бишамон не бросала его и забыла про всё, что он сегодня сказал. Но, на изумление Ято, богиня только посмеялась и как в шутку кивнула.       — Неужто всё? — раздался шёпот за плечом Ято.       — Ага, слав те хоспа… Стоп! — чуть не выкрикнул бог, но тут же прикрыл рот рукой. — Хиёри! Ты что тут забыла! А ну быстро спать пошла! — громко зашептал Ято, выводя полупризрака из дома.       — У меня каникулы, Ято!       — А что твои родители подумают? — возмутился бог.       — Ты не думал, что их будет волновать скорее то, что я встречаюсь с безработным, бездомным мужчиной старше меня, который любит выпить и тратить деньги на всякие азартные игры… — проговорила Хиёри, от чего ей самой стало жутко.       — В-вообще-то! — Ято скрестил руки на груди и отвернулся от полупризрака. — Я уже не напиваюсь и не верю… почти не верю уличным гадалкам!       — Ты надулся? — спросила Хиёри, на что бог только буркнул. — Боже, Ято! — посмеялась она и прижалась к нему. — Ты самый большой ребёнок, которого можно только найти! Ха-ха!       — Тебе повезло, что ты такая милая! — смутился бог, отвечая на объятия полупризрака.       — Да, да! А Ято такой глупый, что ведётся всякий раз, — расхохоталась Хиёри.       — Эй! А это уже грубо! А ну иди сюда! — потянулся он к её талии.       — Нет! Ято! Только не щекотка! А-ха-ха-ха-ха!       — Да, она самая! — засмеялся бог.       — Дайте поспать, ироды… — проныл в подушку Юкине, уже не в силах слушать смех, доносящийся с улицы.