Восставший из пепла.

Академия Графа Алариха погрузилась в знакомую всем дневную тишину, которую старался все старались не прерывать. Нестор, как обычно, проверял все коридоры, не видные с первого раза иные проходы в разные комнаты , в которых наверняка есть какой-нибудь чулан или потайная лестница, что так усердно прячут учителя. Хотя совсем не факт, что таковая вообще имеется в столь большом древнем замке.    Время шло, учительский состав пытался не заснуть, прячась в служебных помещениях от солнца. Через несколько часов должна была снова наступить ночь. Дети да взрослые спали довольно плохо из-за присущего таким ситуациям волнения. Большая проверка, оценивание твоих талантов, успеваемости, места жительства, твоих одноклассников и, в конце концов, тебя самого. С последним пунктом и столкнулся Пепелок несколько лет назад, когда уже совсем дряхлый Доктор Челюсть приезжал на очередной досмотр школ для маленьких вампиров.    "Вы - ученики одной из престижнейших академии для вампиров! Ваши умения, знания и внешний вид вполне устраивает меня. Но эта кучка многолетнего мусора выводит меня из себя каждый раз, когда я приезжаю сюда. Пепел априори не имеет права учиться среди нормальных вампиренышей! Я даю вам время до моего следующего визита, дабы убрать это недоразумение. Либо в школе учится мальчик, либо этот сгусток пыли не учится вообще. Я добавлю этого ученика в чёрный список учебных заведений, он больше не сможет учиться где-либо! Ни-ког-да!" - сказал Челюсть садясь в свой черный, вечно начищенный автомобиль. Весь свой длительный и упрекающий монолог он прожигал взглядом Эшли. Глаза друзей самого Пепелка бегали с него и на Доктора, по их выгляжу было ясно, что они сочувствовали своему однокласснику.     Тема про тело Пепелка была его больной темой. Пожалуй, самой больной. Ему никак не хотелось вспоминать те ошибки юности, что повлекли за собой такие ущербные для него самого последствия. Тот танец был, скорее всего, последним в его жизни. Жизнь шла дальше, но пристанище души уже не могло делать того же. Его просто не было. Встретив восходящее солнце, оно просто испарилось, скомкалось, превратилось в одну сплошную материю, не способную на привычные ранее вещи. Те же танцы: как же Эш их обожал. Он пользовался каждой возможностью станцевать для людей, для себя. С того рокового утра асё изменилось. Со временем сам Эшли принял факт о координальном изменении в его физиологии и образа жизни. Но ничего. У него есть друзья, которым он немного, но доверял. У него есть друзья, которые доверяют ему, иногда даже приходя за советом. Было бы логично предположить, что Пепелок самый старший из них, поэтому спрашивать что-либо у него было и не такой плохой идеей, как могло показаться на первый взгляд. Он находится в этом здании несколько десятков лет, он точно знает какие-нибудь байки, что так всем нравятся.    И все же, не смотря на все это доверия и хороший круг общения, уже даже сознательный, довольно взрослый Эшли чувствовал себя чужим. К нему относились как к равному, хоть он и не являлся таковым. Его устраивало отношение других к нему, но он не ощущал этой подлинности всего оказываемого его персоне внимания. Куча многолетнего пепла, которая то и делает, что кидается черным юмором и сарказмом. Кому нужна такая куча? Да и если бы он был со своим прежним, человеческим телом, к нему бы наверняка не стали относиться намного лучше.     Да даже не для других, ему самому хотелось ощущать это: холодные и сухие руки, пушистые волосы и длинные ресницы, растянутое и стройное тело, что постоянно двигалось в танце. Тело, что так и блещет шутками и язвительными комментариями. Но сам Эш признавался, что первым что он бы сделал став человеком - это заключил своего лучшего друга Клопика в нежные объятия. Находясь в виде кучи пыли и пепла довольно сложно тушить свой тактильных голод. Эшли же был довольно нежным и тактильным по отношению к близким людям, которых было не так много. Сейчас этого ничего не будет. Он больше никогда не сможет станцевать. Он больше никогда не сможет испить человеческой крови. Он больше никогда не сможет ощутить что-то. Что-то, что подвластно чувству осязания. Бывшему вампиру было невероятно тошно все эти десятилетия. Было тошно от осознания безысходности ситуации. Хотя, может, все не так уж и плохо? Может, у них получится вернуть все на круги своя?