Иглы Масари

      Прошло около получаса, Нана уже достаточно сильно укуталась в пиджак, давно допила кофе. Иногда бросала взгляд на карточку, что он ей вручил. Но ситуация девушку злила.       — Можно и побыстрее, — проворчала сама себе, но терпеливо ждала.       Однако, прошел час, а потом два.       — К черту, — зло встала.       Масари тут же пошла к дороге и поймала ближайшее такси. Уселась в теплый салон, сначала не говоря и слова. Машина стояла на месте в ожидании адреса. Нана сильно сжимала бедра и плечи, будто это поможет согреться. В голове вдруг всплыли слова: «Я уже успел что-то обесценить и не сделать?». Масари нахмурилась. Хотелось бы ей думать, что он просто мерзавец, но что-то тут не сходилось. Впервые за все время, в голову ударила мысль: «Он бы так не поступил».       — Мисс? — в который раз обратился таксист.       — А, простите, — улыбнулась, — такой холод на улице, у вас тут тепло, вот и зависла, — коротко рассмеялась. — Вообще, нам нужно в Йокогаму, но… не могли бы мы сначала проехать вверх по улице? — неловко.       — Конечно, — смягчился водитель, тут же отъезжая от обочины.       Нана откинулась назад, тяжело вздохнув.       — Ой, мисс, простите, — спустя буквально минут восемь начал таксист. — Боюсь, не проедем, — ворчал.       — Почему? — чуть наклонилась и выглянула, тут же замерла. Впереди была страшная пробка, но и перед ней прослеживались желтые полицейские ленты. — Этого быть не может… — прошептала. — Простите, я выйду, вот, — протянула в пять раз больше и тут же покинула желтый автомобиль.       Только отогревшиеся ноги тут же ощутили мороз и боль, Нана вспомнила, почему не могла идти дальше. Но беспокойство брало вверх. Масари тут же сбросила каблуки, схватила в руки и побежала к лентам сквозь машины. Некоторые пытались окликнуть ее, но её не волновало ничего более. Зелёное сатиновое платье прекрасно гармонировало с тёмным и большим мужским пиджаком, но уже растрепанные волосы и макияж выдавали стресс и дискомфорт. Но и это было неважно. Из-за автомобилей и пары деревьев показалась машина скорой и полиции. Нана стала предполагать самое дурное.       Возможно и не зря. Автомобиль, который оставили еще днем на парковке… все еще был там. Расположение немного изменилось, да и в целом, его не узнать. Не осталось и единого стекла, всё помято будто под прессом. Соседние машины выглядели также.       — Боже… — прошептала, подходя ближе и рассматривая. Нана уже почти пересекла ограду, как ее окликнули.       — Мисс, вы не можете пройти, — подоспел полицейский.       — Простите, но та машина, — немного отрешенно указала на все, что осталось.       — Вы знаете владельца? — удивленно.       — Я знакома с ним, да, — с нарастающим страхом. — Он жив? — уставилась на офицера.       — Честно говоря, я не в курсе, но проходите, — поднял ленту, пропуская девушку.       Масари ловко проскочила, осматривая все кругом.       — Только мисс, — опять.       Нана обернулась, все еще находясь разумом где-то еще.       — Вы не можете пойти босиком, тут слишком много стекла и прочего, — посмотрел на босые стопы.       — А, — опустила глаза. — Ничего страшного, я уже стерла сегодня все стопы, — натянула улыбку.       — Простите, но нет. Мы не можем рисковать, — продолжал настаивать.       Нана глянула еще раз на разбитый автомобиль, но не дергалась особо. Вздохнула. Почему же так тяжело. Девушка глянула на кредитку в собственной руке, пошатнулась. Обернулась к полицейскому. У него в руках был какой-то блокнот, видимо, описывали происходящее. Масари подошла, забрала ручку и быстро написала на краю бумаги собственный номер.       — Если будет что-либо известно, позвоните, пожалуйста, — отрешенно. — Нана Масари, это мой рабочий, — кивнула.       — Кем приходитесь? — уточнил.       — Сестра, — глянула и продолжила путь.       Девушка подняла ленту и медленно поплелась обратно. Таксист все еще стоял в пробке, и Нана опять уселась к нему.       — М-мисс? — растерялся.       — Теперь в Йокогаму, — мило улыбнулась, но очевидно наигранно.       Всю поездку в машине стояла тишина. Масари размышляла о том, что все же могло произойти. Основная теория, очевидно, он пострадал. Отъезжал от обочины, как случилась авария. Учитывая, сколько прошло времени, наверняка, он уже в больнице. Вторая, с ним все хорошо, но он застал момент аварии и помогал остальным, после чего также уехал в больницу. Ну и третья… он все же мудак, оставивший ее посреди улицы. Но щедрый мудак, ведь оставил кредитку. Нана не могла определиться, какая из теорий ей кажется более реалистичной, и от какой наименее больно. Что самое забавное, то, как Масари старалась сопротивляться. Было так страшно, что хотелось реветь, но девушка поднимала подбородок повыше, все сильнее расслабляя лицо, не давая и единой мышце исказиться в печали. Иногда проскакивали мысли, что сама отправила его, а если умер, была с ним так груба, но и эти мысли Масари прятала за малым — какой красивый пейзаж, как тепло в машине, царапины на стопах щипят.       — Мисс, с вами всё хорошо? — вдруг поинтересовался таксист.       — Почему спрашиваете? — старалась казаться наиболее искренне удивленной, глядя в глаза через зеркало.       — Вы уже десять минут молча плачете, — уточнил.       Нана дрогнула. Потянулась и тыльной стороной протерла щеку. Всё лицо влажное. Масари будто правда не могла понять, почему это происходит. Девушка удивленно вытерла всё, что могла, отвернулась к окну. Признать что-то подобное — смерти подобно. Всё нормально. Нана была во многих стрессовых ситуациях раньше, ни одна из них не повод рыдать и предаваться слабости.       Девушка зашла домой. Там темно и тихо. Включился свет, она отбросила каблуки подальше. Сняла пиджак и повесила на спинку стула. Однако, не сразу отошла, прожигая его глазами. Осторожно взяла в руки и осмотрела. Дорогая ткань, персональный пошив. Внутри дорогой серый шёлк. В кармане что-то стукнулось. Нана нахмурилась и заглянула. Его ключи от дома, телефон, а также… ключ от машины. Нана удивилась и замерла. Выходит, он либо был за рулем несколько минут, прежде, чем понял, что ключа нет, и именно в эти минуты произошла авария, либо он уже ушел оттуда к тому времени. Тогда почему не дошел до нее? Нана нахмурилась, бросила всё на диван и отправилась в ванную. Чем могла себя отвлекала.       Как только вышла из душа с мокрой головой и в полотенце, раздался звонок. Домашний телефон. Босиком Нана шустро спустилась с лестницы, схватила трубку. Когда золотые кудри были влажными, кончики опускались до самого пупка. Масари ненавидела влажные волосы потому, что объем исчезал, что, по ее мнению, выглядело ужасно. И однако, сейчас не до этого.       — Да? — довольно энергично.       — Это Акита, — в своей спокойной и безмятежной манере.       — А, — вздохнула, — да, в чем дело? — облокотилась на тумбу.       — Звонили из полиции по поводу твоего брата, я подумала, что это странно. Иске ведь мёр…       — Акита, — прервала. — Я поняла о ком они, что там? — настороженно.