Иглы Масари

      — Ладно, — оказавшись у него на руках и смотря сверху вниз. — Ты прав, сегодня ничего не будет, — улыбнулась. — Отнеси меня спать, — положила голову на плечо и прикрыла глаза.       Итачи стоял в шоке, но недолго. Тяжело, но максимально тихо вздохнул и пошел к гостевой комнате. Ногой толкнул дверь и подошел к постели, осторожно наклоняясь и пытаясь отпустить как можно нежнее. Но… что-то пошло не так. Она сжимала крепче и не хотела отпускать. Нана заметила как мышцы напрягаются все сильнее, но Учиха молчит. Интересно. Масари резко отпустила и упала, но совсем немного, сантиметров восемь.       — Издеваешься, — шепнул, не торопясь подниматься.       — Да, — смотрела в глаза. — Иди уже, — стала залазить под одеяло.       Итачи простоял еще несколько секунд над ней, после чего все же выпрямился и тут же молча ушел, кинув на конец только «Свет включается по хлопку». Нана проводила его глазами. Как только закрылась дверь, выражение лица стало серьезным, а взгляд устремился в потолок.       — Бред какой-то… — шикнула и повернулась спиной к двери, поджимая колени.       Проспала Масари недолго, всего часа два. Хотя странно, ведь вчерашний день казался до безумия утомительным. Видимо, то магия новой постели. Нана босиком вышла из комнаты и осмотрелась. Вроде еще спит. Девушка схватила свои вещи и поторопилась к двери. Выскочила в коридор все еще босыми ногами, такая растрёпанная. Собираясь по пути, поспешила к лифтам.       Когда Нана оказалась снаружи, поглубже вдохнула. Прохладный утренний воздух, солнце уверенно встаёт, люди спешат на работу. Гораздо более шумно, чем утром. Девушка шустро слилась с толпой и скрылась. Зашла в кафе и захватила чай. Оттуда же собиралась вызвать такси, как вспомнила, что здесь совсем недалеко. Как удобно.       Нана своими силами добралась до офиса, поднялась. Еще никого не было, а вот мусор лежал с ночи. Нана быстро прибралась и уселась в кресло. Тяжело выдохнула. Прощупала карманы на телефон прежде чем вспомнила, что он по-прежнему в машине Учихи. Ну и черт с ним. Запустила компьютер. Ах, точно. Работы ведь тоже нет. Масари откинулась назад, забросив голову, задумалась. В голову стал бить вчерашний день.       — Интересно, переспи я с ним, мне стало бы легче? — сама себе прошептала.       Что бы Масари ни говорила, всё всегда вело к одному — ее животному страху открыться другому, показать искреннюю привязанность или уязвимость. Девушка просто не была на такое способна, психика сопротивлялась как ненормальная. Поэтому всё это так раздражало. Но сейчас все нормально. Она в очередной раз сбежала. Вполне мирно досидела до обеда.       — Надо же, — тяжело вздохнула, открыв дизайн, который не так давно сдала Ксандеру. — Теперь, когда они отказались от этого варианта, вспоминаются слова профессора, — фыркнула. — Первую идею всегда стоит отложить, вторую обдумать и только третью — использовать, — ворчала. — Неужели… и правда облажалась? — шумно выдохнула и уткнулась лбом в стол.       — Так и подумал, что ты будешь здесь, — спокойный голос со стороны дверей.       Нана незаметно поджала губы, замяла пальцы в кулаки. Не торопилась поворачиваться.       — Как понимать твой побег? — подошёл ближе и привычно присел на край стола, уложив руки на бёдра. Достал из кармана её телефон и положил на стол. Прожигал дыру в девушке.       — Просто плохо спалось. Решила поработать, — довольно тихо и неразборчиво.       — Тогда… — хотел что-то сказать, но оказался перебит.       — Слушай, — не выдерживала. Всё же, личные разговоры о чувствах и прочем всегда заставляли её чувствовать себя ужасно. — Просто забудь, ладно? — откинулась на спинку кресла и, наконец, взглянула на него.       — Тебя не поймёшь, — раздражался. — То прильнёшь, то оттолкнёшь. Я не против бегать за тобой сколько угодно, но и у меня есть своя гордость. Я не мальчишка с параллели, запавший на симпатичную однокурсницу, — нахмурился.       — Ну так и иди отсюда, — вскинула брови.       Итачи не сводил с неё глаз, но и не говорил ничего. Она первая прервала зрительный контакт и вернулась к монитору, иногда отщёлкивая мышкой. Полностью его игнорируя. Учиха вздохнул и поднялся. Молча вышел из помещения, так и не сказав больше и слова.       — Если больше не придёт… значит, не так и нужна, — нахмурилась.       Однако на лице проскользнуло волнение. Масари привыкла грубить людям, быть гордой. Тем не менее, внутри она уже начинала понимать, что так продолжаться не может. Совесть била в колокола, шепча, что Нана переходит все границы. Это заставляло её испытывать крайне неприятное чувство — признание собственной вины.       — Да больно надо… — добавила спустя время.       Хоть Масари так и сказала, мелкие постукивания по столу, хмурое лицо и бегающие в поиске хоть какой-то зацепки глаза — всё выдавало её тревогу. И всё же, родная гордость продолжала гладить по голове и шептать нежности.       Так прошёл день. За ним второй. А после — неделя. Новостей от Ксандера не было, Учиха больше не появлялся. Нана приняла решение работать с клиентами в очереди, так как даже час простоя студии приносил огромные убытки. Ещё через неделю всё встало на свои места. Почти. Тревога Наны усиливалась с каждым днём.       А всё потому, что её злоба и гордость были эмоциями временными. А вот понимание, что так срываться на человеке нельзя — постоянным. Потому, когда злость на Итачи и его инвесторов растворилась в повседневности, когда страх эмоциональной близости притупился рутиной — Масари окончательно стабилизировалась. Начинали даже проскакивать мысли позвонить ему. Но в эти моменты ей становилось стыдно, и признать это она всё ещё не могла.       — Юме, принеси энергетик, пожалуйста, — вдруг, выдала.       — Разумеется, — поднялась и скрылась за дверью.       Масари уставилась в одну точку куда-то в конце помещения. Сегодня на ней был белый свитер, сам по себе довольно большой, но на деле — просто длинный. Под ним чёрные чулки и чёрные длинные сапоги. Волосы убраны в две косы, на краю стола лежали перчатки с интересной чёрной вышивкой.       — Вот, — поставила на стол начальнице и вернулась на своё место.       — Спасибо, — потянулась и забрала, так и не моргнув ни разу.       «Ладно. Если он сделает ещё шаг. Ещё один шаг. Я приму его. Господи, Масари… как высокомерно… может, самой сходить… скажу, что пришла узнать по поводу встречи», — мысли ураганом носились по её светлой голове. Зазвонил корпоративный телефон, встряхнув головой, Нана подняла трубку.       — Нана Масари, студия дизайна и разработки «Ра», чем могу помочь? — тут же выдала такую привычную фразу, потянувшись за листком и ручкой.       — Добрый день, меня зовут Айка Катараги. Ксандер, Токио. Звоню вам по поводу собрания инвесторов, на которое вы приглашены. Встреча пройдёт через три дня, десятого числа, в два часа дня. Скажите, пожалуйста, у вас получится присутствовать? — милым голосом.       — Да будто у меня выбор есть… — шепнула, раздумывая.       — Простите? — не расслышала девушка.       — Я сказала, что приду, — более чётко.       — Спасибо, записала. До встречи, госпожа Масари!       — Да-да, — вздохнула, сбросив вызов. — Чёрт, почему я снова зла, — ощущала лёгкую дрожь.       — Может, тебе страшно? Всё же от этой презентации зависит репутация Ра, — выдал Изаму.       За его словами последовала полная тишина, что привлекло его внимание. От отвлёкся от монитора и посмотрел вокруг. Коллеги сидели, не шевелясь. А взгляд Наны будто источал жажду убийства.       — А что? — возмутился. — Ты же не робот. Мне бы точно было бы страшно идти туда. Особенно, если я недоволен своей работой, — с каждым словом всё тише.       — «Недоволен своей работой»? — повторила его слова. — С чего ты взял, что я недовольна своим дизайном? — откинулась на спинку, в ней проснулось родное всем высокомерие.       — А скажешь нет? — довольно смело ответил, вернув внимание на монитор. — Обычно ты сдаёшь проект счастливая. Даже если не спала неделю, сделала всё в одиночку, ты всё равно приходила радостная. В этот раз ты будто хотела избавиться от проекта. Не понимаю, зачем мы вообще за него взялись, — рассуждал, будто один в комнате, напрочь игнорируя коллег.       Масари закипала с каждой минутой. Но только собиралась высказать ему что-то в ответ, замерла. Он был прав. Невероятно прав. Нана резко упала на стол, ударившись лбом. Почему они взяли этот проект? Потому что иметь Ксандер в качестве постоянного клиента — одна из вершин успеха. Потому что хотела показать, что их жёсткие и почти невозможные условия — ерунда для такого профессионала. Хотела утереть нос их начальнику, который посчитал нормальным ставить такие нереальные условия, хоть и за большой чек. Будто нагло покупая её. Её, Нану Масари, лучшую в своей профессии.       Вместе с тем, этот мужчина. Он не давал ей покоя. Вывел на эмоции, усомнился в её таланте. Самое страшное — попытался сблизиться. Пытался убедить её, что она может ему нравиться. Невозможно. Нана хоть и была до ужаса гордой и высокомерной, она прекрасно знала, насколько это ранило людей вокруг неё. И насколько это невыносимо для других. Кого он пытается обмануть, делая вид, что ему на это всё равно? Готов бегать сколько угодно? Что за бред. Он точно хочет просто поиграться.       Поток мыслей не давал девушке думать о чём-либо ещё. А значит, пора развеяться.